Прорываясь сквозь облака | Breaking Through the Clouds | 破云

Завод металлоформ. Плеск! Вылив полбутылки воды себе на голову, Янь Се стряхнул капли, уперся руками в колени и с шумом выдохнул обжигающе горячий воздух. Второй этаж завода выгорел полностью. Из каждого окна валил густой черный дым, вокруг непрерывно мерцали красно-синие мигалки полицейских машин. Пожарные в масках сновали туда-сюда за линией оцепления, повсюду раздавались крики и топот ног. Машины скорой помощи отъезжали и возвращались. В воздухе висел непередаваемый запах водяного пара, гари и химикатов. Янь Се, совершенно обессиленный, выпрямился и вытер лицо. Насквозь промокшая рубашка намертво прилипла к телу. — ...Заместитель начальника Янь. Янь Се обернулся и увидел начальника Чэня из провинциального управления. Тот стоял, заложив руки за спину, с весьма сложным выражением лица — смесью сдержанности, высокомерия и неловкости. Чэнь кашлянул: — Отличная работа. Янь Се: «?» Чэнь протянул ему бутылку воды. Янь Се в полном недоумении взял её. — Продолжайте в том же духе, — подбодрил Чэнь и, всё так же заложив руки за спину, с непринужденным видом развернулся и ушел. Янь Се, ничего не понимая, посмотрел ему вслед как на сумасшедшего, отвинтил крышку, сделал глоток и медленно побрел к машине управления, стоявшей в паре десятков метров. Обычно в такие моменты шеф Лю уже выходил из машины, но сегодня его почему-то не было видно. Наверное, отчитывался по телефону перед начальством. Янь Се заглянул в окно фургона, но не успел ничего рассмотреть, как сзади подбежал мокрый с ног до головы Ма Сян: — Брат Янь! Из управления звонят... — А, — мимоходом бросил Янь Се, — как там старина Кан? — В реанимации. Слава богу, на нем был бронежилет. Матерь божья, как подумаю, что шеф Лю сначала хотел тебя на крышу послать бить стекла на тросах... У тебя реально девять жизней, тц-тц-тц... — Постой, — Янь Се перебил его и кивнул в сторону: — Если старина Кан в больнице, почему его ребята из спецназа всё еще торчат здесь, а не поехали с ним? Неужели нашли зацепку на того ублюдка-снайпера? — Да без понятия, — растерянно ответил Ма Сян. — Точно, брат Янь! Тебя же директор Хуан из управления ищет! Янь Се как раз собирался попить воды, и от этих слов чуть не поперхнулся. Он тут же похлопал по карманам, достал телефон и увидел с десяток пропущенных вызовов. — Алло, старина Хуан... — НЕ СМЕЙ МЕНЯ ТАК НАЗЫВАТЬ! — взревел Хуан Син на том конце. — Я полчаса надрываюсь в рацию! На звонки ты не отвечаешь! Телефон выключен! Я прекрасно знаю, что вы вышли с объекта еще десять минут назад! Где ты шлялся?! Директор Хуан, привыкший к тому, что жена пилит его за ночные переработки, сейчас сам отчитывал Янь Се с явным удовольствием и знанием дела. — Ой, да не кипятись ты, мой любимый Дахуан... Что там с моим чипом? Он сдвинулся с места больше чем на 500 метров? — Какие к черту 500 метров?! Он уже отмахал несколько десятков километров! Еще немного — и будет в Гунчжоу! Ты что, на шею птице его повесил?! «!» Зрачки Янь Се резко расширились. Хуан Син продолжал что-то бубнить, но в ту секунду, когда Янь Се услышал слово «Гунчжоу», у него в голове словно бомба взорвалась. Что делать? — мелькнула первая инстинктивная мысль. Доложить шефу Лю? Рассказать всё про Цзян Тина с начала и до конца? Или связаться с управлением Гунчжоу, чтобы они немедленно выслали опергруппу, забрали воскресшего из мертвых командира наркоконтроля и вытащили все тайны на свет божий? Он прекрасно знал, что должен был сделать. Но прежде чем разум успел отдать телу правильный приказ, он уже рванул к своему «Гранд Чероки» и завел двигатель. — Эй, брат Янь! Ты куда?! — опешил Ма Сян: — ЭЙ! — Старина Хуан, скинь мне геолокацию чипа в реальном времени, — Янь Се дал по газам, и в его голосе прозвучали ледяные, почти убийственные нотки: — Прямо сейчас. Шеф Лю как раз вышел из машины управления. Не успел он окликнуть Янь Се, как джип сдал назад, развернулся, и его шины с пронзительным визгом протерли асфальт. Глаза шефа Лю, обычно похожие на две щелочки, округлились: — ЯНЬ СЕ! Джип стремительно умчался вдаль под изумленные крики толпы, оставив после себя лишь облако выхлопных газов. Тем временем. Развилка на скоростной трассе. А-Цзе глянул в зеркало заднего вида. Машина, которая не отставала от него ни на шаг, вдруг перестроилась и исчезла из слепой зоны. — А-а-а-а! — Хань Сяомэй очень хотела быть похожей на крутую, невозмутимую героиню полицейского боевика, но на деле совершенно не могла сдержать крика. Особенно в тот момент, когда Цзян Тин резко сменил полосу — ее визг взмыл до самых небес. И тут же: ВЖЖЖ! Цзян Тин вдавил педаль газа в пол! CLS400 превратился в серебристую молнию и, вынырнув из-за «Рендж Ровера», поравнялся с ним! Хань Сяомэй впечаталась в переднее сиденье. Ее крик оборвался так резко, словно лопнула струна. Ремень безопасности чуть не задушил ее заживо. — Держись, — спокойно произнес Цзян Тин сквозь рев двигателя. — А? Что?! Не успела Хань Сяомэй понять, о чем он, как кузов мощно содрогнулся. КРАСЬ! — А-а-а-а! КРАСЬ!! — Мамочки, мамочка-а-а-а-а! «Мерседес» прижал «Рендж Ровер» к отбойнику и с силой вдавил его! Металл заскрежетал по металлу, высекая в ночной темноте снопы ослепительных искр! Зажатый с двух сторон «Рендж Ровер» яростно затрясло. А-Цзе изо всех сил вцепился в руль, глянул влево и холодно усмехнулся: — Жить надоело. Впереди стремительно приближался указатель развилки: левая полоса вела на Гунчжоу, правая — в тупик. А-Цзе резко выкрутил руль вправо! Обе машины с воем влетели в поворот. Задние фары прочертили в темноте параллельные дуги. В следующую секунду они оторвались от земли и синхронно вылетели с трассы. ГРОХОТ! Машины тяжело рухнули на заброшенную дорогу, подняв тучу гравия. На бешеной скорости они потеряли управление и обе врезались в ограждение! Спустя несколько десятков минут — а может, всего пару минут или даже секунд — Хань Сяомэй очнулась от кратковременного обморока. «Я не умерла», — была ее первая мысль. Безумное вращение на 360 градусов прекратилось. В салоне царил полнейший хаос, лобовое стекло покрылось густой, пугающей паутиной трещин. Хань Сяомэй пару мгновений сидела в прострации, затем попыталась приподняться и потянуться вперед, чтобы проверить, как там консультант Лу. Но при малейшем движении всё тело пронзила дикая боль, будто ее внутренности перекрутили в мясорубке и запихнули обратно в живот. — ...Лу... — Хань Сяомэй, собрав все силы, издала дрожащий звук: — Господин Лу... С переднего сиденья не было ответа. Сердце Хань Сяомэй пропустило удар. Она выглянула в окно, и у нее похолодела кровь. На темной дороге неподалеку из искореженного «Рендж Ровера» выбрался молодой мужчина во всем черном. Он уверенным шагом направлялся прямо к ним. — Господин Лу! Господин Лу!! Очнитесь! Мужчина приближался. В темноте уже можно было различить его издевательскую ухмылку. Сердце Хань Сяомэй рухнуло в пятки. Она стиснула зубы, отстегнула ремень безопасности и приготовилась выйти, чтобы биться насмерть. — Не двигайся. Хань Сяомэй замерла. На водительском сиденье Цзян Тин, зажимая кровоточащую рану на лбу, медленно открыл глаза. — ... — Губы Хань Сяомэй задрожали: — Господин Лу... Из-за слабости и прилива крови к горлу ее голос был тонким, как писк комара; она и сама себя едва слышала. Она увидела, как Цзян Тин достал что-то из нагрудного кармана рубашки и, не оборачиваясь, протянул назад: — Снаружи опасно. Сиди в машине, не выходи. Жди Янь Се. Взгляд Хань Сяомэй сфокусировался. Это был микрочип-трекер городского управления! Цзян Тин выбрался из «Мерседеса» навстречу А-Цзе. За долю секунды до того, как Хань Сяомэй попыталась выскочить следом, он заблокировал двери снаружи и швырнул ключи в темноту. В стекло тут же отчаянно застучали, но Цзян Тин даже не обернулся. — Кого ждем? — А-Цзе размял запястья и усмехнулся: — Полицию Цзяньнина, полицию Гунчжоу или того зама, Янь Се? Цзян Тин не ответил. Он увернулся от летящего прямо в лицо кулака А-Цзе. Его шаг был слегка нетвердым, но он мгновенно восстановил равновесие и снова уклонился, почувствовав, как ледяной ветер от удара пронесся в миллиметре от тела. А-Цзе, казалось, находил это забавным. Он отступил и выпрямился: — Ты же не думаешь, что сможешь вот так просто потянуть время? Вдалеке на эстакаде проносились машины. Их свет на мгновение выхватил бледный, холодный профиль Цзян Тина. Наконец, он спросил: — ...Зачем было устраивать такой шум? А-Цзе с насмешкой ответил: — Ты же знаешь, мой босс иногда делает вещи без причины. Цзян Тин: — Нет, у каждого поступка есть причина. Просто некоторые из них скрыты от посторонних. А-Цзе опустил голову. В темноте не было видно выражения его лица, но плечи начали мелко трястись. — Ха-ха-ха... — Наконец он не выдержал и расхохотался. Подняв голову, он широко улыбался: — Ладно, причин действительно две. Уверен, что хочешь услышать? «...» — Первая: этот Ху взял то, что брать не следовало. На заводе могли остаться образцы, которые они взяли для изучения. Сам понимаешь, нам нужно защищать свой бизнес. А что касается второй... Цзян Тин еще сильнее нахмурился. Его длинные ресницы почти сомкнулись. А-Цзе с улыбкой продолжил: — Ты же знаешь, наш босс очень сентиментален. С тех самых пор, три года назад, ему безумно нравятся истории, где полицейские операции заканчиваются внезапным взрывом. Особенно если дело происходит на заводе. Это же идеальное воссоздание прошлого! Как он мог такое пропустить? Ногти Цзян Тина так глубоко впились в ладони, что выступила горячая, липкая кровь. — Поэтому я, следуя приказу, специально снял для него видео, — А-Цзе достал телефон, подбросил его в воздухе и поймал. — Ну что, не хочешь подойти и передать привет? ХРЯСЬ! Цзян Тин резко бросился вперед, пытаясь выхватить телефон. А-Цзе перехватил его за запястье и выкрутил руку — хруст в ночной тиши раздался пугающе отчетливо. В следующую секунду Цзян Тин, используя инерцию, развернулся и нанес мощный удар ногой по лодыжке А-Цзе. Это был классический, молниеносный и жестокий боевой прием. Но А-Цзе оказался гораздо крепче: приняв удар без единого звука, он резко толкнул Цзян Тина, отбросив его на несколько шагов. Цзян Тин пошатнулся, еще не успев обрести равновесие, как А-Цзе уже оказался прямо перед ним. — Господин Лу! — в ужасе закричала Хань Сяомэй. А-Цзе мертвой хваткой вцепился Цзян Тину в горло, толкнул назад и с оглушительным грохотом впечатал его в капот «Рендж Ровера», занеся кулак для удара! Если бы он не сдержал силу, этот кулак мог бы оставить вмятину на капоте или просто выбить Цзян Тину мозги. Но в следующее мгновение произошло то, чего Хань Сяомэй не могла себе даже представить. Цзян Тин резко дернул головой, уходя от удара. Стальные костяшки А-Цзе в миллиметре от его уха врезались в капот. В ту же секунду Цзян Тин выхватил из-за пояса складной нож, лезвие щелкнуло, и холодная сталь полоснула А-Цзе по груди. В воздух брызнула кровь! — С-с-с-с! А-Цзе отскочил назад. На его груди зияла кровоточащая рана длиной сантиметров десять. Но он не успел даже опустить глаза, как Цзян Тин, сжимая нож обратным хватом, бросился вперед. Лезвие, неся с собой ледяной ветер, метило прямо в горло! А-Цзе стремительно отступал, но Цзян Тин наседал. Взмахи ножа были плотными, без единой заминки. В этой смертельной гонке лезвие несколько раз едва не перерезало А-Цзе глотку! В машине неподалеку Хань Сяомэй в ужасе расширила глаза. В ее представлении консультант Лу был утонченным, интеллигентным человеком с прекрасными манерами и слабым здоровьем. Она и подумать не могла, что он носит с собой холодное оружие. Да, из-за физической слабости его движения были не идеальны, но его хладнокровие и жестокость превратили его в совершенно другого человека. Скрытое под маской мягкости и вежливости его истинное лицо. Да, она поняла. Цзян Тин не тянул время, дожидаясь подмоги. Он собирался убить этого человека прямо здесь и сейчас. ВЖИК— А-Цзе почувствовал холод на щеке, а затем обжигающее тепло. Кровь брызнула из-под лезвия, не дойдя до глаза всего пару сантиметров! — Тц, — коротко выразил свое удивление А-Цзе. Ему наконец надоело уворачиваться. В тот момент, когда нож снова устремился к его горлу, он перехватил запястье Цзян Тина и безжалостно вывернул его. Со звоном нож упал на асфальт! — Да ты просто... — холодно начал А-Цзе. Но тут Цзян Тин, вместо того чтобы отступить, рванулся вперед и нанес жесточайший боковой удар ногой прямо в грудь А-Цзе! Тот был вынужден отпустить его руку, чтобы заблокировать удар. В следующее мгновение Цзян Тин, используя силу отскока, подпрыгнул в воздух и нанес удар ногой сверху вниз, заставив А-Цзе отшатнуться! Приземлившись, Цзян Тин пошатнулся, перед глазами потемнело. Он едва устоял на ногах. Будь на месте А-Цзе кто-то другой, этот удар проломил бы ему череп. Но Цзян Тин вышел из комы всего месяц назад. Ему даже долгие прогулки давались с трудом. Эти несколько приемов он выполнил исключительно на мышечной памяти трехлетней давности, что позволило ему не проиграть сразу, но отняло гораздо больше сил, чем у противника. Он тяжело дышал, чувствуя во рту привкус крови, и наклонился, чтобы подобрать упавший нож. Но в этот момент возле уха просвистел ветер. Не успел Цзян Тин выпрямиться, как точный удар выбил нож из-под самых пальцев. А-Цзе вцепился ему в горло и с силой впечатал спиной в дверь «Рендж Ровера»! Бам! «...» Цзян Тин свел брови, его лицо стремительно побледнело, а из горла вырвался жуткий звук трущихся хрящей. А-Цзе держал его одной рукой, а другой небрежно вытер кровь с порезанной щеки и усмехнулся: — Я так и знал, что на тебя даже пушку брать не надо, чтоб случайно не пальнуть. Я ведь говорил боссу: ты теперь как тигр без клыков, орел со сломанными крыльями. А он не верил. «...» А-Цзе пристально посмотрел ему в лицо и произнес: — Одного не пойму. Ты ведь мог жить нормально. Какого черта ты упорно лезешь на верную смерть? Цзян Тин не мог вымолвить ни слова. Его рука судорожно сжалась на предплечье А-Цзе. Но профессионального киллера не могло остановить столь ничтожное сопротивление. А-Цзе наклонился к его уху и тихо спросил: — Как думаешь, что скажет босс, если я притащу тебя к нему? Цзян Тин с трудом разлепил губы и процедил сквозь зубы: — Размечтался... А-Цзе это показалось забавным. Он хотел что-то ответить, как вдруг за спиной раздался крик: — ОТПУСТИ ЕГО! РУКИ ВВЕРХ! А-Цзе обернулся и увидел прямо перед своим лбом дуло пистолета. Хань Сяомэй дрожала всем телом, но в ее глазах горела отчаянная решимость. — Иначе я буду стрелять! — сорвавшимся голосом заорала она. С самого начала А-Цзе вообще не брал в расчет эту девчонку, поэтому такой поворот стал для него сюрпризом. Он быстро оценил ситуацию, медленно отпустил Цзян Тина, повернулся и послушно поднял руки. — Кха! Кха!... Цзян Тин, мучительно схватившись за горло, зашелся глухим кашлем. Каждый звук словно разрывал грудную клетку. После нескольких безуспешных попыток сдержаться он выплюнул сгусток крови и, тяжело дыша, затих. Хань Сяомэй невольно бросила на него взгляд, но тут же испуганно перевела глаза на А-Цзе. Она, держа пистолет обеими руками, нервничала даже больше, чем тот, кому ствол был приставлен ко лбу: — Т-ты... отойди. Встань подальше. А-Цзе покорно сделал несколько шагов назад, прищурившись и глядя на «Мерседес» неподалеку. Заднее стекло было разбито вдребезги — видимо, через эту дыру она и выбралась. Вдалеке по эстакаде проносились машины. Свет их фар на мгновение выхватил руки Хань Сяомэй, усыпанные крошечными, блестящими осколками стекла. Осколки стекла? А-Цзе всё понял. В его глазах промелькнула насмешка. — Л-лу... Господин Лу, — Хань Сяомэй изо всех сил пыталась унять дрожь в голосе: — У меня есть наручники... Помогите... помогите надеть их на него. В нескольких шагах Цзян Тин с трудом выпрямился. Но, сделав шаг, он увидел разбитое окно «Мерседеса» и застыл как вкопанный. — Господин Лу? Воздух застыл на полсекунды. Цзян Тин и А-Цзе сорвались с места одновременно! Цзян Тин отчаянно бросился вперед, но было уже поздно. А-Цзе схватил Хань Сяомэй за руку, с хрустом вывихнул ей правый локоть, выхватил пистолет, приставил его к ее бледному лбу и без малейших колебаний нажал на спусковой крючок! Щёлк.