Коварные Шезлонги

— Даже и не думай, я ни за что это не надену, — Эи, расставив ноги на ширине плеч и скрестив руки на груди, заняла боевую позицию, пока Мико раскладывала на кровати купальники из своего чемодана. День еще не успел толком начаться, но Электроархонту уже с самого утра приходилось защищать свою честь, как всегда, подвергшуюся посягательствам Яэ Мико, верховной жрицей Храма Наруками. Верно говорили в любимых новеллах Эи: от врага ждешь подвоха, от друга — сюрприз похуже. — Эи, все люди носят купальники. В этом нет ничего такого, — отмахнулась жрица, сверкнув глазами. — То, что они разгуливают… полуголыми по улицам, вовсе не значит, что я обязана присоединиться. Более того, это нелепое подобие одежды не выглядит слишком комфортным. Мико подхватила в руки самый развратный из купальников и приложила его к груди Архонта. Что ж, определить, будет ли купальник сидеть в самый раз было довольно проблематично, учитывая, что Эи всегда отклоняет предложение пойти на шоппинг вместе, поэтому Яэ не была уверена в выбранном размере. Хотя… даже если он будет немного маловат, Мико не сильно расстроится. В Инадзуме в принципе выбор был довольно ограниченным, учитывая, что большинство купальников были слишком скромными на взгляд кицунэ, из-за чего несколько моделей она специально заказала с доставкой из Фонтейна и Сумеру, где модельеры не чурались смелых дизайнов. Что касалось купальника самой жрицы, то он выглядел совершенно прилично — в конце концов Яэ же не могла позволить себе ненароком оказаться в неловкой ситуации, где бикини на ее груди неожиданно смоет особенно сильная волна. Такого рода инциденты были припасены исключительно для ее любимого Электроархонта. — Как ты собираешься плавать в шортах, Эи? Мне казалось тебе не слишком понравилось ходить в насквозь промокшей одежде вчера после игры, м-м. Будучи хитрой жрицей, Мико всегда имела заготовленную тактику на любой случай. Как бы ее дорогая подруга ни сопротивлялась, в этой войне у Архонта не было шансов на победу. Ну не хочет носить купальник — пожалуйста. Только пусть потом не жалуется, когда мокрые шорты и футболка облепят ее тело, словно вторая кожа. — Альтернатива раздеться до нижнего белья меня тем не менее не устраивает. Насколько я знаю, купальная одежда в Инадзуме выглядит куда более скромно и хотя бы закрывает живот, — щеки Эи в очередной раз вспыхнули, стоило ей бросить взгляд на фиолетовое бикини. — Я не понимаю, чего тебе смущаться. У тебя просто потрясающее тело, — Мико картинно вздохнула и драматично покачала головой. — То ли дело бедная я: весь день просиживаю в храме, и мое тело уже далеко не такое стройное, как раньше. Она специально выгнула спину, словно демонстрируя «усталость» и «дряблость», но уголки ее губ предательски дернулись в улыбке. В глазах сверкал озорной огонек, а в руках все еще красовалось бикини, которым она настойчиво размахивала прямо перед лицом Эи. Райдэн обреченно вздохнула: — Я готова пойти на компромисс. Я надену эти… жалкие лоскутки только при условии, что сверху будут футболка и шорты. — Как мой бог того пожелает. И это не лоскутки, а купальник. — Мико игриво поклонилась, протянув Архонту золотое мини-бикини. — Мико, не нарывайся. — Ла-а-адно, — жрица пожала плечами и наконец достала единственную приличную модель. Под смешки Мико о ее застенчивости, Эи ушла в другую комнату, чтобы переодеться. Несмотря на то, что они уже состояли в отношениях, Электроархонт не собиралась испытывать судьбу. В конце концов, если она хотела успеть попасть на пляж до того, как солнце разгорится во всю силу, нельзя было давать Мико ни единого повода задержаться. Стоило этой голодной кицунэ заметить хотя бы лишний сантиметр кожи, и пляж им пришлось бы отложить до следующего утра. На удивление, купальник, подобранный Мико сидел гораздо лучше, чем Архонт предполагала. Мягкая ткань приятно сидела на коже, ничего не передавливая, а нежно-сиреневый оттенок хорошо сочетался с цветом ее длинных гладких волос. Натянув на себя светлую огромную футболку и короткие шортики, Эи наконец вернулась к Мико. — Даже не дашь мне посмотреть, как на тебе сидит купальник? — расстроенно спросила кицунэ, опустив свои розовые уши для большей экспрессивности. — Ты уже и так все видела. Пойдем. Путешественница и Паймон наверняка уже заждались. — Я так полагаю, комментарий о моем потрясающем внешнем виде мне тоже не положен? — Мико усмехнулась, подойдя к Архонту и подхватив ее под руку. — Если я скажу «да», ты все равно продолжишь приставать. Если скажу «нет» — тоже продолжишь. — Эи тяжело вздохнула. — Так зачем отвечать? — Ну-ну, побольше оптимизма в жизни тебе не повредит. Справедливости ради, Мико всегда выглядела безупречно, что бы на нее ни надели. Но в розовом купальнике ее привлекательность перешла в нечто большее — соблазнительное и опасное. Райдэн никак не могла решить, как к этому относиться: с одной стороны, это было хорошо… с другой — слишком уж отвлекало. Спустя еще полчаса пререканий и попутного завтрака, девушки наконец вышли из домика. Эи подняла руку, чтобы прикрыть глаза от солнечного света. Солнце стояло уже высоко, и его лучи резали взгляд, заставляя фиолетовые пряди волос засверкать, словно отблески молнии. Натлан, как и вчера, сиял всеми красками. Белый песок сверкал под солнечными лучами вдалеке, воздух дрожал от жары, а море искрилось россыпью бирюзовых и лазурных переливов. По улицам текла живая река людей: кто-то смеялся и спорил на ходу, дети наперегонки бросались друг в друга яркими шариками с водой, а торговцы громко зазывали прохожих попробовать их угощения. В воздухе смешивались ароматы жареных специй, сладких фруктов и соленого ветра. Вдалеке гул толпы звучал, как ровная песня, в которой каждый голос был полон энергии. Все пространство курорта дышало жизнью и свободой, и от этого шумного великолепия Эи невольно чувствовала себя чужой. Она шагала рядом с Мико, стараясь сохранять непроницаемое выражение лица, хотя внутри ее все еще немного потрясало от этого буйства красок и открытой радости. — Ну наконец-то вы здесь! — Паймон живо замахала рукой. — Паймон думала, что получит солнечный удар пока вас дождется. — Бедняжка, ты стояла под палящим солнцем, пока мы мучились в тени выбора одежды. Жертвы должны быть равномерными. Эи, как ты собираешься компенсировать Паймон этот стресс? Люмин и Эи синхронно закатили глаза. — И как ты только справляешься? — прошептала Люмин на ухо Электроархонту, пока вся компания шагала по дорожке, ведущей к пляжу. Паймон отважилась на еще одну жертву — развлекать Мико диалогом, пока Райдэн и Люмин наконец смогли перевести дух, плетясь позади. — Мне кажется, Мико на что-то злится, — Архонт пожала плечами. — Понять бы только на что… В целом, у нее было несколько догадок. Может, дело в пяти отказах подряд, когда она не смогла найти время для встречи? Но ведь выбора тогда у нее просто не было! С другой стороны, Мико явно была не в восторге, когда однажды Эи пришлось срочно покинуть спальню, потому что Кудзе Сара настойчиво требовала внимания Сегуна Инадзумы — как раз в тот момент, когда Итто и его компания разрисовали стену Тэнсюкаку в граффити. И это было далеко не единственным поводом для недовольства… но именно эти два варианта казались Эи наиболее вероятными. Погруженная в размышления, Эи даже не заметила, как они наконец добрались до пляжа. Перед ними раскинулась широкая полоса ослепительно белого песка, сверкавшего под солнечными лучами, словно крошечные кристаллы. Ласковые волны накатывали на берег, оставляя на нем тонкую пену, и откатывались обратно, унося с собой разноцветные ракушки и гладкие камешки. Примерно в этот же момент, Райдэн осознала, что Люмин, как и Мико, была в купальнике. Белое бикини отлично на ней сидело, и сама Путешественница не выглядела так, словно ей было неудобно или неловко, что заставило Эи призадуматься о том, что быть может, она утром все же сделала из мухи слона… Но нет! Она помахала головой: нельзя поддаваться стадному мышлению. …Правда же? — Вот здесь можно купить потрясающую жаренную рыбу, а тут можно взять надувной круг. О, о! Паймон совсем забыла! Под конец дня на этом причале можно сделать много классных фото с кохолозаврами. — Паймон суматошно летала из стороны в сторону, словно стараясь оправдать свой почетный статус гайда по Тейвату. — На пляже, можно нежиться под солнышком, а вон так продают невероятно вкусные коктейли. У них даже можно купить водяные пушки и устроить битву! — М-м, коктейли, — протянула кицунэ. — Битву? — Эи оживилась, наконец расслышав что-то допустимо интересное. Мико вздохнула: — Из всего вышеперечисленного это единственное, что тебя заинтересовало? — Лучше битва, чем валяться пьяной под пальмой, — хмыкнула Архонт, решив, что стоит все же поставить Мико на место, а то за последние два дня она уже перетерпела достаточно подколов. — Паймон по-прежнему поражается вашей дружбе, — Паймон скептически почесала макушку. Мико напомнила Эи о том, почему с ней не стоит ввязываться в словесные игры и в итоге отправила Архонта и Люмин, которая тоже случайно попала в перекрестный огонь, собирать ей зонтик. Пропыхтев над ним и наконец затащив четыре шезлонга в спасительную тень, Эи расслабилась, рассматривая лазурное море пред нею. Волны ритмично шумели, а ветер приносил прохладу, которая приятно забиралась под ее просторную одежду. Что-то умиротворяющее было в этом зрелище: море Натлана казалось другим в сравнении с тем, что обивало берега Инадзумы — более нежным и ласковым. Это было море, сулящее яркие веселые воспоминания о времени, проведенном с друзьями, а не длительные утомляющие морские кампании на тяжеловесных вооруженных кораблях. — Оу, — Архонт вздрогнула от прикосновения чего-то холодного к своей щеке. — Неужели ты наконец-то постигла значение слова отдых и перестала следить за каждым шорохом? — Яэ Мико стояла перед ней, держа в руках два высоких стакана, в которых переливалась разноцветная жидкость, которой Архонт доселе не видела. К торчащим из стаканов трубочкам были прикреплены кусочек лавандовой дыни и сансетии. — Боюсь, что да, и мне не пристало, — покачала головой Райдэн. — Ты же знаешь, я не слишком люблю алкоголь. — Специально для тебя, моя дорогая, сто процентный сахар без капли алкоголя, — кицунэ улыбнулась, передав Эи один из стаканов. — На Паймон опять нашел голод, так что они с путешественницей присоединятся к нам лишь через пять минут. Потягивая разноцветное нечто через трубочку, Эи украдкой поглядывала на свою возлюбленную, которая сидела на другом шезлонге. Волосы Мико были собраны в хвост, ее шея открытая и бледная от постоянного пребывания в храме и издательском доме. Даже во время отдыха ее спина оставалась прямой, будто сама осанка воплощала уверенность и грацию кицунэ. В отличие от подтянутого, почти выточенного из камня тела Архонта, изгибы Мико казались мягче и женственнее. И хотя кицунэ периодически паниковала, что по сравнению с Эи ее фигура была «слишком» мягкой, время от времени ворча о диете или новых упражнениях, для самой Эи это никогда не было недостатком. Напротив — она считала это своим сокровищем. Каждый раз, когда ей доводилось прикасаться к коже Мико, она испытывала чувство невероятного удовлетворения и покоя. В этих объятиях исчезала тяжесть власти и ответственности, и Эи могла позволить себе быть не Архонтом, а просто женщиной, нашедшей утешение в мягкости и нежности своей возлюбленной. — И все же эта жизнь несправедлива, — отметила кицунэ, сложив ногу на ногу и отставив пустой стакан на пустующий шезлонг Паймон. — Если бы ты не говорила это с шезлонга после выпитого коктейля, я, быть может, даже бы и поддержала твою мысль. — Эи, дорогая, — Мико вздохнула с притворным сожалением. — Ты можешь безнаказанно изучать меня с ног до головы, пока я щеголяю в этом откровенном одеянии. А что достается мне? Смотреть на твою безликую футболку? Она еще и сидит так, будто ты стащила ее у Камисато, честное слово. Эи на миг замялась, затем упрямо поправила подол футболки: — По крайней мере, она практичная. И вообще причем тут Камисато? — Практичная, да… но абсолютно не вдохновляющая, — протянула Мико, склонив голову набок и смерив ее лукавым взглядом. Почему-то Эи все еще было неприятно слышать это имя в разговоре, даже если она и понимала, что для негативного отношения не было никакого повода. Это было странное чувство, которое вспыхивало в ее груди каждый раз, стоило Мико просто упомянуть молодого человека или же обменяться с ним любезностями на званых вечерах, периодически организовываемых сегунатом. Пока она, как и полагалось сегуну, торжественно восседала в окружении высокопоставленных чиновников, а ее спину неизменно прикрывала верная воительница Кудзе Сара, Яэ Мико позволяла себе вольности, которые Райдэн считала неподобающими для жрицы. Напуская на себя легкую наивность, Мико без стеснения болтала с гостями, то и дело осыпая их колкими шутками или намеками, граничащими с дерзостью. Она позволяла себе смеяться громче, чем это требовал церемониальный этикет, слишком свободно склонялась вперед, когда разговаривала. Вместо того, чтобы со смирением сидеть подле своего Архонта, как и полагалось ее сану, она как будто специально выбирала место подальше, сидя с некоторой развязностью, будто бы Теншукаку был ее собственной гостиной. В глазах Эи все это выглядело вызывающе — и в то же время непостижимо. Почему Мико никогда не следовала правилам? Ее правилам. — Ладно, покуда твой разум не потонул в алкоголе, предлагаю-таки обучить тебя плаванию, — Эи встала с шезлонга. Ей не хотелось в очередной раз ввязаться в дискуссию. — Можешь не беспокоиться, — ухмыльнулась кицунэ, следуя за своим богом. — Я не планировала напиваться так быстро. Не хотелось бы завтра не вспомнить твой мокрый вид в одежде. — Мико, еще одна провокация, и твоим учителем по плаванию будет воздушный круг. — Представляешь заголовки? «Верховная жрица Наруками бесследно исчезла в водах Натлана, пока ее богиня, Электроархонт, предпочла греться на шезлонге». О, Эи, думаю, этот слух переживет даже тебя. — Тогда я, пожалуй, сама распущу слух, что верховная жрица Наруками канула в море не потому, что Архонт бездействовал, а потому, что жрица слишком увлеклась коктейлями и кокетством, — сурово произнесла она, подчеркнув каждое слово. Мико хмыкнула, уже готовая возразить, но вдруг заметила, как на лице Эи появилась едва заметная мягкая улыбка. — Но, — продолжила Архонт уже тише, — я бы никогда не позволила этому случиться. Даже если бы пришлось нырнуть за тобой хоть в самые глубокие воды. Она отвернулась, будто стыдясь собственной признательности, но Мико все равно успела поймать этот короткий миг искренности. Смягчившись, кицунэ потянула своего бога за край футболки. Эи остановилась и повернулась. Легкий румянец был все еще заметен на ее щеках. — Я хочу, чтобы ты меня обняла, — нехарактерно тихо для себя самой проговорила Яэ, глядя в бездонные глаза напротив. — Здесь? — Все-таки они были посередине пляжа, где, к досаде Архонта, на них уже пялилось достаточно людей. Однозначно из-за привлекательности Мико. В Инадзуме Эи изо всех сил старалась скрывать их близость от посторонних глаз, оберегая ее, словно хрупкий секрет. Даже сама она не могла с уверенностью сказать, чем именно руководствовалась. Быть может, это было стремление защитить Мико от лишних взглядов и пересудов. А может — желание оставить их связь чем-то сокровенным, тем, что принадлежит только им двоим. Ведь для Архонта, привыкшего делить все с народом и служить символом державы, было особенно важно иметь нечто личное, стоящее в одном ряду с величием и наследием Инадзумы. Однако Мико совершенно не разделяла ее сантимент: постоянно давая людям вокруг повод посплетничать про их отношения. В Натлане, пожалуй, не было нужды так строго придерживаться решения хранить их отношения в тайне, как в Инадзуме. Но все же мысли о том, что чья-нибудь случайная фотография их объятий окажется в спецвыпуске Паровой Птицы, не покидали голову Райдэн. Ее саму вряд ли кто-то узнал бы в непривычной обстановке, а вот лицо Яэ Мико — хозяйки издательского дома, которое так часто мелькало на литературных и культурных событиях, — неизбежно привлекало куда больше внимания, чем того бы хотелось. — Я так полагаю, я не заслуживаю в твоих глазах даже простого объятия, — кицунэ избавила Архонта от дальнейших рассуждений и направилась к воде. Несмотря на то, как мастерски Мико обычно скрывала свои эмоции, в этот раз легкий оттенок обиды на ее лице не ускользнул от взгляда Райдэн. Архонт незамедлительно среагировала — схватила ее за руку, чуть крепче, чем собиралась. — Я… я не могу обнять тебя здесь, — тихо произнесла Эи, — но обещаю, что сделаю это, как только мы вернемся в номер. — Все в порядке, Эи, — Мико мягко освободила ладонь, и ее голос прозвучал непривычно серьезно. — Прости за столь глупую просьбу. Когда Яэ отвечала не привычной колкостью, а сдержанной, почти искренней фразой, Эи знала: ее слова задели подругу и возлюбленную. И именно от этого осознания тяжесть на сердце стала вдвое сильнее. Она впервые подумала, что, быть может, истинная смелость для Архонта — не в сражениях, а в том, чтобы научиться держать Мико за руку открыто, не оглядываясь на чужие взгляды. Вернувшись за надувным кругом, пока Эи без движения стояла на месте, Мико пошла по направлению к воде. Ее стопы увязали в горячем белом песке, пока она с любопытством рассматривала надувной круг зеленого цвета, стилизованный под кактус. Эи не могла позволить их разговору оборваться на такой ноте. Мико заслуживала большего. Именно она настояла на том, чтобы наконец вытащить Архонта из-за бесконечных заседаний в Теншукаку, именно она организовала поездку на этот великолепный курорт, обо всем договорилась с Путешественницей и заранее позаботилась о каждой мелочи. Мико всегда делала для нее так много — никогда не уповая на благодарность, не ожидая ничего в ответ, словно само ее присутствие рядом с Эи уже было достаточной наградой. Разве имеет хоть какое-то значение возможное фото в журнале, если ради этого она снова лишит Мико простого ее желания? Впрочем, не слишком простого, но это все детали. Райдэн качнула головой, отгоняя навязчивые мысли. Кицунэ уже зашла в воду, осторожно пробуя ее кончиками пальцев ног и морщась от резкого контраста жара воздуха и прохлады волн. Собравшись с духом, Эи внезапно сорвалась с места, босые ноги зашлепали по песку, поднимая искры золотых крупинок. Ее шаги становились все быстрее и увереннее, и в глазах сверкнула детская решимость. И вот, когда Яэ наконец обернулась, заметив стремительное приближение своего бога, было уже поздно. Одним мощным прыжком Эи обрушилась прямо на нее и крепко сжав ее в своих объятиях, и обе с оглушительным всплеском скрылись под водой. Волны на миг сомкнулись над ними, обдав кожу ледяным поцелуем, а потом выпустили наружу — с брызгами и возмущенными вздохами Мико. — Эи, что ты творишь?! — расстроенно пробурчала кицунэ, наконец перестав отплевываться водой. — Ты же хотела объятия? — Архонт широко улыбнулась, отметив, что слегка испуганная, недовольная и взлохмаченная Мико выглядит куда более очаровательно, чем ее самоуверенная соблазнительная версия. Розовые волосы тотчас пристали ко лбу кицунэ, пока ее ушки опустились еще ниже, склоненные теперь не только весом сережек, но и водой. Мико на мгновение задумалась, явно застанная врасплох столь прямым откровением. — Боюсь, твоя страсть меня утопит, — наконец ее губы растянулись в улыбке. Эи только крепче прижала ее к себе, ощущая, как тяжесть последних мыслей растворяется вместе с холодными брызгами. И именно в этот момент над водой раздался звонкий голос: — Эй, вы что творите?! — Паймон вместе с Люмин вернулись с пристани и остановились на берегу, тараща глаза на хаотичные всплески в воде. — Мы всего на минутку ушли, а вы уже начали топить друг друга?! Маленькая ручонка Паймон все еще сжимала кусок жаренной рыбы на вертеле. — Я же говорила, что нельзя оставлять их без присмотра, — вздохнула Паймон, подбоченившись. Люмин ничего не ответила, только слегка улыбнулась, заметив, как обе женщины, мокрые и счастливые, все еще держатся друг за друга чуть дольше, чем того требовала бы простая игра.