Ошибка Пэнси Паркинсон

Великобритания, 2000 год. В гостиной раздался громкий треск. Тео и Блейз, до этого момента сидевшие на кухне, испуганно переглянулись и помчались в комнату. — Уже вернулись? — с улыбкой спросил Забини, удостоверившись, что на вид с прибывшими все в порядке. Ему никто не ответил. Пэнси теребила край мантии и затравленно смотрела то на Малфоя, то на друзей. Драко неспешно подошел к окну и невидящим взглядом уставился на лондонские улицы. — Тинки! — Я здесь, хозяин! — эльф выбежала откуда-то из коридора. — Принеси мне все зелья, которые есть в доме, — холодным тоном приказал Малфой. — Сейчас же. Тинки кивнула и скрылась на кухне. Через минуту она вернулась, согнувшись под тяжестью десятка коробок. — Отойди, — Малфой обернулся и резким движением достал палочку. Эльф аккуратно поставила коробки с зельями на пол и, тихо пискнув, отскочила к стене. Тео, Блейз и Пэнси молча наблюдали за действиями друга. Драко выбросил руку с палочкой вперед, и в гостиной прогремел оглушительный взрыв. Огонь охватил склянки с ярко-оранжевой жидкостью. От температуры стекло лопнуло, и всех присутствующих окатило волной осколков. — Ты что творишь? — крикнул Тео, закрывая лицо окровавленными руками. Блейз и Пэнси, которые успели спрятаться за дверцей шкафа, подбежали к Нотту, чтобы помочь извлечь осколки, впившиеся в кожу. Малфой тяжело дышал, полностью игнорируя присутствующих. Он снова повернулся к окну, и рядом с ним вспыхнули плотные шторы, раскаляя воздух в комнате до предела. — Хозяин, не надо! — Тинки подбежала к Драко и схватила его за рукав рубашки. Слизеринец отдернул руку, и от этого движения с потолка с пронзительным звоном рухнула хрустальная люстра. Блейз едва успел толкнуть побледневшую Пэнси в противоположную сторону. — Малфой, остановись сейчас же! — взмолился Забини и трясущимися руками достал палочку. — Агуаменти! Драко, закрываясь от тугих струй воды, криво усмехнулся. — Это так шаманские практики на тебя подействовали? — бросил Блейз, залечивая порезы Тео. — Можно сказать и так, — глаза Малфоя снова стали холодными. — Ты свихнулся, Малфой, — произнес Тео, обводя взглядом покрытые копотью стены. — Мог бы просто сказать, что не хочешь нас видеть. Давай ты сейчас успокоишься, а мы зайдем вечером. — нерешительно предложил Забини. — Если, конечно, будет куда приходить. Лицо Драко исказила недобрая ухмылка. Он вплотную подошел к Блейзу, Тео и Пэнси. — До встречи, друзья.

***

Тинки стоило немалых усилий вернуть квартире доапокалипсисный вид. Пока эльф суетливо бегала из одной комнаты в другую, Малфой неподвижно лежал на кровати, не отрывая остекленевшего взгляда от потолка. Физическая мощь вернулась в его тело еще в горах Норвегии, но эмоционально он до сих пор был в нокдауне. Разум активно сопротивлялся внезапному наплыву чувств. Драко столько лет жил в ледяном дворце, а сейчас его будто столкнули в жерло вулкана. — Хозяин, вам что-нибудь нужно? — тихо спросила эльф, не решаясь пройти в его спальню. — Я приготовила ужин. — Я не голоден, — бесцветным голосом ответил слизеринец. Тинки с горечью вздохнула и прикрыла дверь. Она знала, что Драко позовет ее, если ему что-то понадобится. Сердце эльфа сжималось каждый раз, когда она видела его потухшие глаза. Тинки думала, что сегодня она организует праздник в честь его исцеления, но ее надежды сгорели вместе с гостиной. Спустя два часа в дверь осторожно постучали, и Тинки поспешила в коридор, чтобы встретить гостей. — Как он? — негромко спросила Пэнси, снимая теплую мантию. — Он сказал мне не больше трех слов за все это время, — прошептала Тинки, и ее глаза заблестели от слез. — Что случилось в Норвегии, мисс Паркинсон? — Давай позже, Тинки, — девушка закусила губу и посмотрела на дверь спальни Драко. Тео и Блейз прошли по коридору и, стараясь не шуметь, заглянули в комнату друга. — Что, страшно? — голос Малфоя сочился ядом. — Я сейчас выйду. Забини и Нотт прикрыли дверь и бесшумно прошли на кухню. Все, кто находился в этой квартире, теперь пронизанной не только болью, но и яростью, боялись даже дышать. Когда троица заняла свои привычные места, на кухню вошел Драко. — А чего такие кислые лица? — усмехнулся Малфой. — Наблюдать за тем, как я схожу с ума от Грейнджер, было веселее? — Драко, они не виноваты, — едва слышно сказала Пэнси. — Они же не знали, что я хочу сделать. — Они знали, Паркинсон, — слизеринец подкрадывался к друзьям будто хищник. — Как ты там сказала? Вам было дико скучно? — Нотт мне только пару дней назад рассказал, что ты, оказывается, болеешь из-за этой глупой шутки, — попытался возразить Забини. — Клянусь, Малфой, если бы мы знали, к чему это приведет, мы бы остановили ее. — Но вы не остановили. — Драко, мы… — неуверенно начал говорить Тео, — Мы ненавидим себя за это сильнее, чем ты — нас. — А больше всех себя ненавижу я, — невесело усмехнулась Паркинсон. — Мне так жаль, Драко… — Я уже слышал это, — Малфой встал напротив троицы и, оперевшись на барную стойку, скрестил на груди руки. — А что же ты тогда молчала все эти годы? — ехидно заметил Тео. — Да, Пэнси, почему ты молчала? — Блейз развернулся к Паркинсон. — Нелегко признаваться в своих ошибках, — хмыкнула девушка. — Не смей называть это ошибкой, — прошипел Нотт. — Для твоего поступка есть более подходящее название. Предательство. Пэнси молча отвела взгляд. Спорить было бессмысленно — Тео попал в самую точку. — И что же теперь? — спросил Забини, тщетно пытаясь скрыть тревогу в голосе. — Ты больше не хочешь нас видеть? — Ну почему же, — снова усмехнулся Драко. — У меня больше нет рядом людей, которым на меня не плевать. По вашей милости, кстати. — Ты о Грейнджер? — осторожно спросил Теодор. — О ней. — Как она? — неожиданно для всех поинтересовался Блейз. — Жива, здорова и больше не хочет меня видеть, — Малфой перевел взгляд на окно. — Никогда. — А ты правда… — запнулся Нотт. — Правда любил ее еще до ритуала? — Вижу, Паркинсон вам уже поведала подробности нашего маленького путешествия, — язвительно отозвался Драко. — Да, любил. — Но почему ты никогда не говорил об этом? — Блейз свел темные брови к переносице. — А что мне было сказать? — посмотрел на него Малфой. — Смотрите, я влюбился в грязнокровку? — Знаешь, после ритуала… ты именно так и сказал, — едва слышно проговорил Забини. — Знаешь, Забини, любовная магия выключает мозг. — Драко кашлянул. — Она ломает тебя, делает марионеткой в руках кукловода. Хочешь попробовать? Я посмотрю, что будешь говорить ты. Блейз хотел что-то ответить, но осекся под жестким взглядом Малфоя. — Пэнси сказала, что целительница вернула вам настоящие чувства, — неестественно улыбнулся Тео. — Может… может, тебе и Грейнджер стоит начать все с чистого листа? — Наш лист был первым и последним. Я же сказал, что она не хочет меня видеть. А ты сам-то сможешь начать с чистого листа, Нотт? — Драко кивнул на Пэнси. — Сможешь сделать вид, что ничего не произошло? — Ты говоришь о нашей дружбе? Мы постараемся… — затараторила Паркинсон. — Нет, Паркинсон, не о дружбе, — оборвал ее Малфой. — Ты разве не замечала, что Нотт ведет себя так, будто ты и его зачаровала на четвертом курсе? Теодор с нажимом провел рукой по волосам и густо покраснел. Пэнси перевела на него растерянный взгляд. — Возможно, раньше так и было, — как можно безразличнее отозвался Тео. — Но, я думаю, все здесь понимают, что как раньше теперь уже ничего не будет. — Давайте не будем бросаться громкими фразами, — Забини встал с кресла. — Мы столько лет дружим, и сейчас вы готовы от всего этого отказаться? — Никто не хочет ни от чего отказываться, Блейз, — ответил ему Нотт. — Просто, я думаю, всем нам нужно немного времени. — Давайте выпьем? — вдруг предложила Пэнси. — Отличная идея! — Блейз потер руки в предвкушении. — Этот вечер может стать хорошей попыткой закончить главу нашей жизни под названием «Ошибка Пэнси Паркинсон». — Я смотрю, чувство вины быстро перестало тебя мучить, Забини, — несмело улыбнулась слизеринка. На кухне зазвенел смех двух молодых людей и девушки. Но только каждому из них резала слух его фальшивость. Они пытались смотреть друг на друга как раньше, но их глаза будто спрашивали каждую минуту: «Ты меня презираешь? Ты меня ненавидишь? Мы ещё друзья?».