Большой и маленький (больше не одиноки)

Тридцатого мая, в полнолуние, Северус Снейп отправился в ночной лес, чтобы собрать травы для зелий, согласно лунному календарю. Таких вылазок он не совершал уже очень давно и был рад вернуться к собственноручному сбору ингредиентов. Ночные прогулки успокаивали его и дарили ощущение удовлетворения от хорошо выполненной простой и знакомой работы. Этого порой не хватает каждому из нас, а уж чудом выжившему двойному шпиону и подавно. В прошлом году в это время он валялся в св. Мунго, не особенно надеясь выжить, а сейчас – вот, пожалуйста – мог гулять по лесу, наслаждаясь свежим воздухом. Зельевар медленно шел вдоль кромки воды в поисках цветов светящегося болотного ириса, как вдруг услышал нехарактерные для этого места и времени суток звуки. Кто-то настойчиво продирался сквозь кусты к берегу. Кто-то крупный. Насторожившись, Снейп замер, прижавшись к стволу дерева и сжав в руках палочку, но уже через секунду понял, что это всего лишь Хагрид. Однако, что лесничий делает на берегу ночью? Куда так целенаправленно и неосторожно двигается? Еще через пару секунд зельевар увидел в лунном свете странную, совершенно необъяснимую картину. Хагрид был в одних лишь грубых рабочих штанах, болтавшихся без ремня на бедрах. С голым торсом. А в руках он нес объëмный, мягкий на вид сверток. Лесничий бережно прижимал его к себе и старался уберечь от ударов свисавших ветвей. В какой-то момент, остановившись, Хагрид склонился к своему свертку, уткнувшись в него лицом. "Что он там нюхает?" – подумал зельевар. Однако недвусмысленный чмокающий звук дал ему понять, что лесничий... Целует? Целует кого-то у себя на руках? "Хм... Происходит что-то нетипичное", – подумал Снейп. – "Надо выяснить, не связано ли это с пособниками Волдеморта". Решив так, он навел на себя чары отвлечения внимания и отступил подальше за кромку леса, не выпуская из поля зрения громадную темную фигуру. Выйдя из тени деревьев на песчаный берег, под лунный свет, Хагрид осторожно опустил сверток на землю, и оказалось, что это завернутый в большой купальный халат, босой и растрепанный профессор Флитвик! Халат был ему велик, и маленький мастер чар махал руками в широких рукавах, словно крыльями, стараясь удержаться вертикально. И при этом совершенно неприлично хихикал! Затем Северусу даже пришлось проверить себя потихоньку на наведенный морок (ничего, чисто), потому что Хагрид быстро стянул с себя штаны, а Флитвик – халат. Обнаженные фигуры коллег в лунном свете – определенно не то, что зельевар когда-либо хотел увидеть, однако происходило нечто подозрительное, и важно было разобраться... Поэтому невольный свидетель непотребства зажмурился, но остался на месте. Вскоре послышался плеск воды, приглушенные охи и хихиканье. Северус привык доверять своим органам чувств (если это не результат морока/проклятья/отравления). И сейчас они сигнализировали, что двое немолодых, солидных профессоров Хогвардса купались голыми в озере ночью! Причем один из них принес второго на руках и по пути нежно целовал его! Из-за плеска и расстояния не все слова доносились до слуха зельевара, однако он слышал достаточно, чтобы понять. – ...вода-то холодная, давайте, Руби, попробуйте навести согревающие чары... – Ох, смотрите, Фил, какая теперь дымка над озером, и вода, точно парное молоко. Далее купальщики зашли глубже, и разобрать удавалось меньше... – А ведь мы не одни такие... Даж Минерва... – Слышал, слышал... – А Северус-то... ... волосы... – ...причиной ... юность и весна... – ... К кому ж подкатил наш суровый профессор? Неужто к... – Нет, нет, дорогой друг... не поняли... – Ну, не томите, Фил... – ... похоже ... ... наш юный герой! – Да не может быть! – Это прозвучало значительно громче. – Гарри? Невероятно! Скептический хмык: – Не более невероятно, чем наши с вами ночные купания, Руби... Неразборчивое ворчание под нос и плеск, затем опять смех, еще плеск и звуки... Будто кто-то шлёпает по мокрой коже мокрой же ладонью... Мордред! Ведь Северус был уверен, что никто о его личной жизни ни сном ни духом! А оказывается, он сам проглядел под самым своим длинным носом такую фееричную историю, при том, что о нëм в Хогвардсе вовсю сплетничают... Старость это или потеря кондиции? В любом случае, зельевар понял, что должен уйти, иначе его присутствие становится неприличным. К тому же стоило позаботиться о целостности собственного разума! Этим вечером – никаких тайных сходок пособников Волдеморта, никаких попыток возрождения старого режима, лишь любовь и весна! А кто он, Северус, такой, чтобы осуждать других за желание любить? Ведь и его не ждет холодная постель сегодня. О, нет! Там, за задëрнутым балдахином кровати в подземелье его ожидало прощение и искупление грехов, раскаяние и очищение, наказание и награда... Стоит поспешить!