Проигрыш безымянных

~ Эндрю Миньярд ~

             Эндрю просыпается от звука приближающихся к его комнате шагов и негромкого голоса Ваймака. Дверь открывается и он видит озабоченное чем-то лицо своего ментора.       — Я тебя разбудил? — неловко задает вопрос Ваймак, на что Эндрю с невозмутимым видом выдает ложь:       — Нет.       Ментор заходит вовнутрь, оставляя дверь слегка приоткрытой, подпихнув под нее подошву своего тапка. В руках он держит два широких браслета, которые мгновенно приковывают внимание Эндрю. Он бросает взгляд за дверь и видит двух миротворцев, готовых в любой момент ввалиться к нему в комнату. Быстро сложив один плюс один, Эндрю наклоняет голову чуть вбок и со злой ухмылкой спрашивает:              — Еще один подарок от Капитолия?       — Мне жаль, — отвечает Ваймак. — Но тут без вариантов, Эндрю. С другой стороны для спонсоров это будет знаком, что ты опасен.       После этих слов Эндрю неприязненно морщится и отводит взгляд в сторону. Он понимает, что Ваймак пытается сделать своими словами. Ментор привык подсвечивать преимущества своих трибутов для всех, в том числе и для них самих, чтобы вселить им надежду на свою победу. Но Эндрю не нужна была победа и эти слова не нужны. Он протягивает руку, забирая у Ваймака свои новые наручники, внимательно разглядывая их со всех сторон. Он видит едва заметные электроды на внутренней поверхности браслетов и кидает вопросительный взгляд на ментора:       — Похоже на шокеры, но как они будут…       — Это и есть шокеры. Они нужны только на время тренировок, когда будешь возвращаться обратно, можешь их снимать. На столе лежит планшет, с которого ими можно управлять. У миротворцев, охраняющих тренировочные залы, будут такие же планшеты, — отвечает Ваймак, не дожидаясь, пока Эндрю закончит вопрос.       — То есть за твою жизнь и жизнь Кевина они не беспокоятся?       — Я не должен давать тебе доступ к планшету, но… Они позволили мне распоряжаться твоей свободой здесь, но я не считаю, что имею на это право.       — Я понял, ментор, — произнес Эндрю и защелкнул браслет на одной руке. Он неприятно касается кожи, вызывая непривычное давление, как будто его запястье находится в чьей-то хватке. Эндрю делает резкий выдох, спеша защелкнуть второй браслет. Ваймак направляется к выходу из его комнаты, но замирает около двери:       — Мне правда жаль, Эндрю.       И Эндрю решается воспользоваться этим. Он резко встает с кровати и оказывается за спиной у Ваймака, останавливая его, положив руку на плечо:              — Раз так, достань мне сигареты. Это слегка скрасит мои дни до арены.       Ваймак секунду молчит, но в итоге отвечает:       — Тебе не нужна ломка там, Эндрю. Я достану тебе одну пачку, но очень не советую тебе использовать ее.       — А я думал тебе действительно жаль, ментор, — безразлично выдыхает Эндрю и подталкивает Ваймака к выходу, захлопывая дверь прямо за его спиной. На стуле лежит тренировочная форма, выданная ему Капитолием и неизвестно когда появившаяся в его комнате. Он придирчиво осматривает ее: черные футболка и штаны, ничем не примечательные, но ткань качественная, не та, что доходит до рынков дистриктов. На рукавах футболки изображено белое число двенадцать, обозначающее дистрикт. Эндрю одевается и мельком смотрит в зеркало. Одежда сидит на нем идеально, явно сшитая по его меркам. Интересно, когда они успели? Хотя Эндрю и так догадывается: скорее всего у безгласых была долгая бессонная ночь.       Эндрю выходит на балкон, в ожидании пока за ним придет Ваймак или Кевин. Он окидывает взглядом Капитолий, разглядывая открывшиеся виды. Утром город кажется более спокойным и… как будто приятным? Здания высокие, складывающиеся в идеальную картинку, дополняют друг друга. И воздух… В отличие от воздуха дистрикта, где дым от заводов создавал смог, где часто стоял отвратительный смрад, тут отсутствовали резкие запахи, позволяя дышать чуть глубже. Эндрю слышит, как открывается дверь в его комнату и приближающиеся к нему шаги. Это не Ваймак. Эндрю успел научиться различать его шаги за такое короткое время. Ваймак подходит к нему так, как будто вторжение в его личное пространство — страшный грех. Сейчас же шаги звучат четко и уверенно и скорее всего принадлежат Кевину. Эндрю оборачивается, проверяя свою догадку и видит, что не ошибся. Кевин одет в точно такую же форму и наручников на нем конечно же нет. Они молча выходят из комнаты Эндрю в гостиную, где их уже ждет Ваймак.       Удобно расположившись на диване все приступают к завтраку. Помимо всего прочего на столе стоит ведерко с мороженым, явно рассчитанное на всех здесь присутствующих. Закинув в себя что-то, что отдаленно напоминало знакомую для него еду (кажется, это была запеченная индейка, но Эндрю никогда не ел индейку, чтобы сказать наверняка), Эндрю выхватывает со стола мороженое и погружает в него свою ложку, явно намекая, что делиться он не намерен. Что ж, не то чтобы он готов умереть за это, но мороженое было его любимым десертом с самого детства, хоть ему и удавалось полакомиться им очень редко. Кевин лишь закатывает глаза на это, а Ваймак и вовсе не обращает внимания, вероятно привыкший, что его подопечные каждый год накидываются на еду с животной яростью.       Наконец завтрак закончен и Ваймак переходит к своим менторским обязанностям, рассказывая, что их ждет в ближайшее время:       — Первые три дня будут идти общие тренировки для всех трибутов. В зале будет несколько точек для разных навыков, где будут инструкторы. Задавайте вопросы, запоминайте, тренируйтесь. Хоть вы оба многое умеете, не пренебрегайте уроками выживания, возможно, что-то из слов инструкторов будет полезно. Ваймак делает паузу и обращается к Эндрю:       — Насколько мне известно, ты умеешь охотиться.       — Допустим.       — Там будут луки, арбалеты. Попробуй пострелять из них, здешнее оружие будет отличаться от того, к которому ты привык. Еще будет зона, где можно потренироваться в метании ножей. Но не застревай на одной точке, не давай профи узнать свои сильные стороны, — Ваймак замолкает на секунду, но потом добавляет: — Если, конечно, не хочешь к ним присоединиться.       Эндрю смотрит на Ваймака так, будто тот сморозил несусветную тупость. Он не собирается нарушать обещание, данное ментору и его недоверие начинает раздражать, но Эндрю ничего не говорит, лишь слегка кивает на его слова.       — Кевин, тоже касается тебя. Потренируйся с инструкторами в рукопашном бою, но не показывай всего. Теперь к самому сложному для вас обоих: союзники. Присмотритесь ко всем, наблюдайте. Попробуйте заключить с кем-то союз или… — Ваймак бросает неосторожный взгляд на Эндрю, — Или хотя бы не настройте против себя кого-нибудь.       Что ж, Ваймак явно сомневается в его адекватности, стоит принять этот факт и не пытаться его исправить.       — Да-да, я понял, мы не убиваем других трибутов, стилистов и не деремся с миротворцами. Еще какие-то советы будут? — Эндрю старается держать лицо, не выдавая своих истинных эмоций, кое-как справляясь с переполняющей его злостью. Он уже знает, что первым делом пойдет к мишеням для метания ножей и не уйдет оттуда, пока не успокоится. Ваймак продолжает что-то рассказывать, но Эндрю не особо вслушивается в его слова.       Наконец они с Кевином в сопровождении миротворцев направляются к лифту, который отвезет их в тренировочный центр. Уже несколько минут спустя они оказываются в просторном зале, где уже собрались некоторые трибуты.       — Откуда начнем? — задает вопрос Кевин.       Эндрю лениво окидывает взглядом зал, ища, куда бы сплавить Кевина на ближайшие несколько минут, и его выбор падает на небольшой островок, где пожилой инструктор обучает девушку с радужными волосами из Восьмого разведению огня без спичек.       — Иди туда, тебе будет полезно, — Эндрю кивком головы указывает Кевину направление.       — А ты?       — Присоединюсь через минут десять, — отвечает Эндрю и направляется к стойке с ножами. Он специально целится не в нужные точки мишени, а чуть выше или левее, чтобы не вызывать излишнее внимание. Он ловит на себе парочку взглядов трибутов, метающих ножи в соседние мишени, слышит их смех, вызванный его неточностью, но он не обращает на них внимания. Эндрю знает, что его кинжалы прилетели ровно туда, куда он целился. Когда злость спадает, он действительно возвращается к Кевину, где тот уже мило общается с девушкой. Они вместе пытаются развести огонь, вполуха слушая указания инструктора. Эндрю присоединяется к ним и у него получается разжечь огонь раньше, чем у этих двоих. Девушка, которая представилась как Рене, с удивлением произнесла:        — Ого, ловко ты. А что мы не так делаем?       Голос новой знакомой негромкий, мелодичный. Почему-то от него по венам разливается спокойствие, но Эндрю отталкивает от себя это наваждение и поднимает взгляд на девушку.       — Движения должны быть резкими, вы же треплетесь языками вместо того, чтобы сосредоточиться на деле.       — Ну ты и злюка, Эндрю, — смеется Рене, но к совету прислушивается и вскоре деревяшка начинает тлеть. Кевин осторожно раздувает угольки и у них получается разжечь огонь. Инструктор довольно хмыкает себе в усы, с каким-то уважением глядя на Эндрю.       — Спасибо за совет! Я Рене, кстати, — девушка приветливо улыбаясь протягивает Эндрю руку, которую тот, слегка помедлив, все-таки жмет. Им нужны союзники. Кевину нужны союзники, а раз он решил помочь Дэю победить, то ему придется изображать дружелюбие. Какое-то время. Он помнит про свой образ, которого надо придерживаться. Переведя взгляд на Кевина, Эндрю видит, как тот одобрительно кивает, на что Эндрю закатывает глаза.       — Я пойду найду Мэри, — произносит Рене, обращаясь скорее к Кевину, — но я помню твое обещание показать, как сражаться на мечах! Так что еще увидимся, — она улыбается им обоим и уходит в сторону секции, где женщина с черными как смола волосами рассказывает что-то группке из трех девочек.       — Нашел первого союзника? — спрашивает Эндрю, когда Рене отходит достаточно далеко от них.       — Думаю, да.       — И чем она полезна?       — Как минимум, она не собирается убить нас, пока мы спим, — зло бросает Кевин, на что Эндрю отвечает вопросом, зная, что это выведет его из себя:       — Это она тебе сказала?       — Блять, Эндрю! — Кевин наклоняется к его уху и шипя произносит, — У нас нет других вариантов, кроме как верить на слово, понятно?       — Расслабься, я просто спросил. Но к твоему сведению, — Эндрю глазами указывает по направлению, куда ушла Рене, — она потянет всех этих детей за собой. Нам не нужна толпа, тягающаяся за нами по всей арене. Ты можешь доверять ей, если хочешь, но она не союзник.       Кевин смотрит в сторону секции, где Рене что-то внимательно слушает в обнимку с тремя младшими девочками. Одна из них, видимо это и есть Мэри, крепко вцепилась в руку напарницы, как будто находя в ней безопасное убежище. Эндрю почти уверен, что Рене не бросит ни одного из младших трибутов, если они захотят заключить с ней союз. Это очень глупо, им все равно не помочь, но в глазах Эндрю Рене только что заработала каплю уважения и сочувствия. Скорее всего ее убьют, когда она будет защищать своих маленьких союзников. А может это лишь образ, чтобы вызвать доверие, а потом...       — Может ты и прав, — глухо бурчит Кевин, прерывая его мысли. — Но кого бы ты взял в союзники?       — Мы тут только двадцать минут, Кевин, — отвечает Эндрю, в очередной раз окидывая зал внимательным взглядом. Профи образовали свой союз из пяти человек и заняли секцию с разного рода оружием. Девушки из Первого и Второго оказываются вместе в секции, где рассказывают о ядовитых растениях, которые могут встретиться на арене. Часть трибутов еще не дошла до тренировочного центра: Эндрю точно не видит парня из Одиннадцатого, с которым он со слов Кевина сцепился.       — Умеешь ставить силки? — наконец задает вопрос Эндрю.       — Не особо, — отвечает Кевин и они направляются к пока что пустующей секции. Инструктор здесь — девушка, выглядящая очень уставшей. Ее волосы заплетены в косу набок, которая успела растрепаться. Но несмотря на свой вид она рассказывает все очень подробно, показывает что нужно делать, и как все это работает. Эндрю привык ставить силки иначе, но способы этой девушки выглядели весьма недурно. Краем глаза он наблюдает за Кевином, у которого получается подготовить проволоку и сделать петлю, что не может не радовать: его союзник не совсем безнадежен. Они почти закончили на этой секции, когда послышалась громкая ругань, заставившая их обоих обернуться. Сет, парень из Четвертого дистрикта, стоит в паре метров от профи из Второго, держа в руках кинжал. Эндрю переводит взгляд на второго участника драки и замечает на его плече глубокую колотую рану.       — Ты охуел, уебище? — Грейсон — Эндрю вспоминает, как зовут парня из Второго — кидается на нападавшего. И пусть у него нет оружия, он гораздо сильнее, чем Сет. Выбив у того оружие из рук, Грейсон резкими ударами повалил его на пол, продолжая избивать. Лицо Сета превратилось в кровавое месиво, когда миротворцы растащили этих двоих по разным концам зала, оставляя кровавые следы от ботинок. Эндрю смотрит на свои запястья, обхваченные наручниками и думает, успели ли бы остановить его, будь он на месте Грейсона. Но проверять это он не собирается и, подхватив Кевина под локоть, двигается к следующей секции.

~ Джереми Нокс ~

      Тренировочный зал встречает Джереми и Нила утихающими звуками драки, запахом пота и пятнами крови на полу, которые спешат убрать безгласые слуги. Виновников драки растащили и нацепили на обоих кожаные браслеты, которые, как рассказал Нил, работают по принципу шокеров и управляются с планшетов миротворцев.       — Ого, — присвистнул Нил. — А это всего лишь первый день.       — Насколько я помню, он выделился еще на Жатве, — замечает Джереми, вспоминая трансляцию из Четвертого, где трибут вышел на сцену с кровью на лице.       — Так с чего ты хочешь начать? — переводит тему Нил и Джереми задумчиво оглядывает тренировочный центр, когда его взгляд цепляется за знакомое очертание лука.       — Что насчет пострелять? — предлагает Джереми и Нил согласно кивает.       На секции их встречает инструктор и довольно кратко рассказывает, как правильно целиться, какое должно быть расположение рук, как лучше выбрать стойку. Джереми слушает вполуха, желая поскорее прикоснуться к тяжелому металлическому луку, вспомнить успевшее позабыться ощущение натянутой тетивы и восторг от попадания в цель. Он почти год не стрелял, боясь, что его вылазки могут навредить Жану, а сейчас он наконец-то мог это сделать. Дослушав слова инструктора, Джереми берет в руки лук и натягивает тетиву, целясь прямо в центр мишени. Он намеренно делает небольшие ошибки в технике, чтобы не выдать своего опыта в стрельбе. Он знает, что Жан наблюдает за их тренировкой с балконов над центром и не хочет, чтобы тот узнал о его опыте вот так. Медленно выдохнув, он делает выстрел и высвобожденная стрела летит, но попадает слегка правее от центра. До слуха Джереми доносится удивленное присвистывание Нила и он оборачивается, слегка улыбнувшись, делая вид, что точность его выстрела — это случайность.       — Новичкам везет, — скромно произносит Джереми, передавая лук Нилу.       — Я слышу ложь в твоих словах, Джереми, — игриво отвечает Нил, но не расспрашивает дальше. Джереми наблюдает, как Нил становится в стойку и оттягивает тетиву, изо всех сил стараясь не исправлять его ошибки. Благо вместо него это делает инструктор, поправляя слишком близко поставленные друг к другу стопы, приподнимая опущенный локоть. Наконец Нил тоже делает выстрел и Джереми приятно удивлен. Если тот стреляет впервые, то его попадание в семерку на мишени — это действительно хороший результат.       — А может ты и прав, и новичкам действительно везет, — произносит Нил, возвращая лук Джереми. Они остаются в этой зоне еще на какое-то время, хоть Жан и говорил не задерживаться на одном месте надолго. С каждым выстрелом Джереми чувствует себя все более уверенным, а в груди теплится давно забытое чувство удовлетворения от попадания в цель. На удивление у Нила тоже неплохо получается, хотя по нему действительно видно, что он новичок. Или же просто хорошо притворяется?       — Я чувствую на нас агрессивный взгляд Жана откуда-то сверху, — смеясь шепчет Нил, оказавшись близко к уху Джереми. — Предлагаю переместиться воооон туда.       Джереми смотрит, куда указывает Нил и обнаруживает секцию, выглядящую как островки с разными видами экосистем: болото, хвойный лес, пустыня и еще парочка. Джереми нервно вздрагивает, заприметив островок полностью белого цвета, изображающий снежную пустыню. Нил уже отказался от помощи инструктора и найдя нечто, отдаленно напоминающее краску, перекрашивает свою руку так, что через несколько минут она выглядит как часть дерева, к которому он прислонил ее.       — Где ты этому научился?, — восхищенно произносит Джереми, разглядывая получившуюся работу.       — Да само как-то, люблю рисовать, — отвечает Нил, отводя взгляд в сторону. Опять ложь, почему он опять лжет?       — Меня научишь? — спрашивает Джереми, отгоняя от себя гнетущие мысли, стараясь поддерживать доброжелательную улыбку.       — Давай попробуем.       Джереми переходит на островок, изображающий берег реки, покрытый крупными камнями. Нанеся серую краску на руку, он придирчиво оглядывает результат, оставаясь недовольным. Нил же садится рядом и подсказывает, что именно не так. Где-то он говорит добавить темно зеленый штрих, изображающий растение, более темные и светлые пятна, чтобы показать тень и отражение света. Провозившись довольно долго, Джереми наконец остается довольным, даже Нил одобрительно кивнул ему, прежде чем его взгляд зацепился за что-то еще. Джереми проследил, на что именно смотрит его напарник. Вернее на кого. Он видит светлую макушку трибута из Двенадцатого, разговаривающего с девушкой из Восьмого. Внезапно Нил задает вопрос:       — Ты знаешь, что он вызвался добровольцем?       — Ты досмотрел Жатву? — озадаченно спрашивает Джереми.       — Ну… Он чуть не убил меня, стало интересно узнать про него что-нибудь.       — Как легко, оказывается, получить твое внимание, Нил Джостен.       Джереми так и не спросил у него, что он знает о Кевине. В том, что Нила что-то связывает с Жаном и с Кевином, он уверен полностью. От внимания Джереми не укрылась реакция Нила на Жатву в Двенадцатом, но им не представилось возможности поговорить об этом наедине. Он мог бы спросить у Жана, но… Но если Нил действительно связан с ними, то тот не скажет ничего, боясь подвергнуть Джереми опасности. Он сам поступает точно так же, храня множество тайн от своего ментора.       — Хочешь, попробуем объединиться с ними? — решается предложить Джереми, чтобы посмотреть на реакцию Нила. А смотреть есть на что: Нил резко поворачивает голову в сторону Джереми и грубо бросает:       — Жан оторвет нам головы, если мы приблизимся к Кевину.       Вот оно. Джереми видит, как до Нила доходит, что именно он сказал. Как он на пол движении останавливает руку, которой вероятно хотел заткнуть себя. Но слова вылетели из его рта и он пытается сгладить их недовольно буркнув:       — Ты же видел его реакцию на Жатве. Не знаю почему, но… Нил замолкает, Джереми ждет мгновение, а потом вкрадчиво произносит:       — Ты что-то знаешь про Кевина. И про Жана.       — Понятия не имею о чем речь, — Нил пожимает плечами и с вымученным спокойствием направляется к следующей секции, но Джереми удерживает его руку, не давая уйти.       — Нил, пожалуйста. Я… — он подходит ближе и, стараясь говорить как можно тише, решается выдать часть правды, в надежде на откровенность Нила в ответ: — Я знаю, почему Жану пришлось участвовать в Играх. И ты вызвался добровольцем, потому что вы знакомы давно.       Вторая часть — это блеф, но он готов рискнуть. Джереми видит, как Нил колеблется, как его взгляд пытается найти Жана, но стекло непрозрачное и они видят лишь свое отражение. Наконец Нил выдергивает свою руку из хватки Джереми и не оборачиваясь отвечает:       — Может быть.       Нил движется к следующей секции и Джереми не остается ничего другого, кроме как следовать за ним. Что ж, у него есть еще несколько дней, чтобы выяснить что-то про Нила и что их связывает с ментором. А самое главное, сможет ли Нил быть рядом с Жаном, если вдруг Джереми умрет на арене?       Нил останавливается около сектора, посвященного медицине. Пожилая женщина негромко рассказывает о том, как можно обработать раны, остановить кровотечение, как это сделать, если вам повезло и вы нашли аптечку, а также альтернативные варианты без нее. Тут собралось довольно много трибутов, особенно тех, кто был помладше. Они все обступили Рене, девушку из Восьмого дистрикта, и внимательно слушали инструкторшу. Помимо Рене и ее подопечных, чуть сбоку от них сидел парень из Пятого, волосы которого торчали забавным ежиком. Заметив, что Джереми разглядывает его, он приветливо помахал ему и кивком указал на место рядом с собой. Переглянувшись с Нилом, они оба уселись около парня, представившегося как Мэтт.       — Так странно, что здесь рассказывают про то, что делать, если тебя ранили, — задумчиво произносит Мэтт и уловив удивленный взгляд Джереми поясняет: — Ну, с ранением ты не сможешь показать им зрелищное сражение, просто оттягиваешь свою смерть. Им это не интересно.       — Зато сколько драмы, — тихо бурчит Нил, но и Джереми, и Мэтт его слышат и глядят озадаченно: — Что? Сколько трибутов становятся близки за время Игр? Зрителям нравится смотреть на искренние слезы потери, многие даже посылают подарки.       — Может ты и прав. Но это так мерзко… — кривится Мэтт и Джереми не может с ним не согласиться.       Он помнит прошлогодние Игры, он видел, как Жан рыдал над девочкой, которая умерла на его руках от яда. Жан рассказывал, что тогда ему казалось, что это была Элоди. Змея укусила ее слишком близко к шее, не оставив шанса. Жану же повезло больше: он успел подняться и змея атаковала его ногу, после чего он метнул в нее нож, пригвождая к земле. Девочка, кажется ее звали Натали, цеплялась за руки Жана, оставляя на них глубокие следы царапин, оставшиеся на его руках до сих пор. А он не мог отпустить ее, называя именем сестры, крича и плача, но не имея возможности хоть как-то ей помочь. Когда она умерла, он лег рядом, обняв ее бездыханное тело, позволяя яду убить и его, добровольно отдавая победу оставшемуся в живых профи. Но в этот момент кто-то из спонсоров отправил сильное противоядие и записку, содержание которой Жан не помнит, но которая заставила его взять себя в руки и в итоге стать Победителем.       — Джереми, ты слушаешь? — голос Нила вытаскивает из мрачных воспоминаний.       — Извини, задумался. Что я пропустил?       — Лекцию об остановке венозного кровотечения. А ну и мое предложение объединиться в союз, — с улыбкой отвечает Мэтт и добавляет, кивком головы указывая на Нила: — Твой напарник уже проболтался, что вы вместе.       Джереми переводит ошарашенный взгляд на Нила, а потом слышит приглушенный рукой смех, вырвавшийся изо рта Мэтта:       — Ты бы свое лицо сейчас видел. Я имел ввиду вместе на арене. Союзники вы.       — А… Ну да. Мы… Союзники, — Джереми пытается прокрутить в голове все, что они обсуждали с Нилом, но их союз точно не оговаривался. Он смотрит на Мэтта, обдумывая его слова, и решает не отказываться:       — Идет. Добро пожаловать в наш союз.       — Договорились, — и Мэтт протягивает открытую ладонь по очереди ему и Нилу, скрепляя сделку рукопожатием. Дальше они ходят по секциям уже втроем. Мэтт оказывается одним из самых позитивных людей, с которыми Джереми доводилось общаться. Он много шутит, заставляя смеяться всех вокруг, несмотря на то, где они все находятся. Джереми несколько раз словил на их небольшой компании неприязненный взгляд профи, но делал вид, что не замечает их. К секции, где обучали рукопашному бою, их компания подошла вместе с Кевином и Эндрю. Джереми заметил, как напрягся Нил и вопросительно склонил голову на бок, молча спрашивая, что не так. Нил колеблется недолго и наконец произносит так, чтобы услышал только Джереми:       — Кажется, Кевин не узнает меня. И было бы здорово, чтобы он и дальше оставался в неведении.       Все-таки Нил решил довериться ему и это не может не радовать Джереми. Он кладет руку ему на плечо и говорит так, чтобы его было хорошо слышно:       — Окей, потом возвращайся.       И Нил уходит, оставляя Джереми и Мэтта наедине с Кевином и Эндрю. И инструктором, конечно же. Он вызывает их по одному, чтобы на примере каждому показать, что и как делать. Первым идет Эндрю. Джереми замечает, что дерется он с уверенным спокойствием и точностью, не тратя силы на лишние атаки, ускользая из под чужих ударов, заставляя противника выдыхаться. Наконец, инструктору удается повалить Эндрю на пол. Тот стиснув руки в кулаки пытается скинуть с себя тело инструктора, явно выходя из себя, когда тот перехватывает его руки, не давая пошевелиться.       — Ты мертв, конец. Не надо было позволять мне оказаться так близко, ты мог отойти, но решил, что я уже выдохся, — для всех поясняет ошибку Эндрю инструктор, наконец помогая подняться трибуту с пола. — Давай теперь ты.       Следующим идет Мэтт. И пусть он выглядит крепче и выше Эндрю, он не смог продержаться так долго. Во время очередной атаки инструктор перехватывает его руку и резко тянет на себя, сбивая Мэтта с ног. Погрузившись в наблюдение за боем, Джереми теряет момент, когда Эндрю пропадает из поля зрения, оставляя его и Кевина наедине.       — Что насчет союза, Джереми? — неожиданно спрашивает Кевин, не отводя взгляда от боя Мэтта. И Джереми не знает, что ему делать. Первой мыслью было отказаться: казалось, что согласие будет предательством Жана. Но с другой стороны… Кевин сильный союзник: Джереми наблюдал за ним краем глаза, пока они тренировались на других секциях. Но проблема была не только в Кевине.       — Эндрю с тобой заодно. Не думаю, что Нил захочет заключать союз с кем-то, кто пытался убить его еще до начала Игр, — задумчиво отвечает Джереми и морщится, наблюдая за тем, как инструктор подставляет Мэтту подножку и тот с грохотом падает спиной на пол.       — Я предлагаю союз тебе. Без Эндрю, без Нила. На случай если они оба умрут. Или предадут. Вдобавок, посмотри вон туда, — Кевин едва заметным кивком головы указывает в сторону, где… Где Нил разговаривает с Эндрю, выглядя при этом абсолютно безмятежным.       — Возможно они уже заключили свой союз, — договаривает Кевин, поднимаясь с пола: инструктор закончил с Мэттом и позвал его. Мэтт плюхнулся рядом с Джереми, весь раскрасневшийся и уставший.       — Я тебе говорю, он монстр. Не понимаю, как у коротышки из Двенадцатого вышло так долго продержаться против него, — делится впечатлениями Мэтт, бурно жестикулируя руками. Джереми улыбается, слушая своего союзника, но в мыслях все еще крутится предложение Кевина. Он не верит, что Нил предаст его, но сомнения — страшная штука, особенно, когда речь идет про твою жизнь. Что ж, Джереми доверяет Нилу больше, чем Кевину, несмотря на недомолвки с его стороны, надеясь, что это доверие не будет предано на арене.

~ Жан Моро ~

      Жан наблюдает за своими трибутами на протяжении всего дня. Кажется, им удалось найти союзника в лице Мэтта Бойда, который по непонятным причинам вызывает странное доверие у Жана. После рукопожатия его трибутов с Мэттом, к нему подходит девушка, черты лица которой кажутся ему смутно знакомыми. Все становится на свои места, когда она опирается на перила рядом с его местом на балконе, и с улыбкой произносит:       — Я Дэн Уайлдс, ментор Пятого дистрикта. Кажется, наши трибуты заключили союз.       Жан не очень-то хотел сейчас с кем-то разговаривать, но обижать ментора союзника своих трибутов казалось не правильным. И не благоприятным для его подопечных.       — Похоже на то.       — Это твой первый менторский год, ты как, держишься? — голос Дэн звучит встревоженно, как будто она искренне переживает за него, но Жан не будет с ней делиться своими чувствами.       — Нормально. У моего… моих трибутов все шансы на победу, так что я не сильно переживаю.       — Боевой настрой, — Дэн хлопает Жана по плечу и ярко улыбается, прежде чем уйти, — что ж, удачи тебе и твоим трибутам, Жан Моро!       — Спасибо, — бросает Жан, провожая девушку взглядом. Она успела отойти совсем недалеко от него, когда с громким криком “Дэвид!” бросилась в объятия к ментору Двенадцатого дистрикта. Тот приподнял ее и, покружив в своих объятиях, поставил на пол. Жан в шоке застыл от такого проявления чувств и поспешил отвернуться, ощущая себя так, будто он подсматривает за чем-то очень личным. Он возвращает свое внимание в зал, ища глазами своих трибутов, но когда находит — его пальцы впиваются в металлические перила, становясь еще более бледными. Джереми разговаривает с Кевином. Как это произошло? И где, черт возьми, Нил? Взгляд Жана мечется между трибутами, когда наконец натыкается на белую макушку трибута из Двенадцатого, рядом с которым сидит Нил и что-то делает в секции ловушек.       — Я убью этого идиота собственноручно, — тихо шипит Жан себе под нос, уже представляя, что сделает с Нилом, когда их тренировочное время закончится. Он различает чужие шаги и резко поворачивает голову, надеясь, что никто не слышал, что он только что сказал.       — Не против поговорить? — спрашивает успевший подойти к нему Ваймак, заставляя Жана оцепенеть от неожиданности. Он бросает взгляд на своих подопечных, прежде чем произнести:       — Тоже будешь спрашивать, как я справляюсь?       — Если не хочешь, то не буду. Мы смотрели Жатву в Одиннадцатом. Мне жаль, что они выбрали твоих близких, — произносит Ваймак, тихо вздыхая. — Могу поспорить, что это не было случайностью. Как и в случае с моим сыном.       — Что? — Жан недоуменно замирает, а потом осознание обрушивается на него бешеной волной, чуть ли не сбивая с ног. — Кевин… Он твой сын?       — Да. Я знаю, что произошло год назад и мне действительно жаль, что из-за моей семьи пострадал ты. Если я могу хоть что-то для тебя сделать… — начинает Ваймак, но Жан его перебивает:       — Мне от тебя ничего не надо. В Играх может победить только один, так что мне тоже жаль, что Кевину придется умереть, — раздраженно произносит Жан, на что Ваймак лишь кивает и бросает негромкое:       — Если во время Игр ты передумаешь, то можешь обратиться ко мне. За помощью, поддержкой. За чем угодно.       И Ваймак уходит, оставляя Жана разбитым. Так вот куда бежали Кевин и Кейли. Но как это возможно, что человек из дистрикта сошелся с кем-то из Капитолия? Жан пытается понять, как это произошло. Кейли вряд ли могла оказаться в дистрикте двадцать лет назад, а значит их встреча произошла в Капитолии. Осознание происходит довольно быстро: Ваймак — победитель, он бывает в Капитолии дважды в год с момента своих первых Игр, а значит… Значит, его слова могут оказаться правдой и Кевин действительно может оказаться его сыном. Конечно это ничего не меняет для Жана. Он все еще ненавидит Кевина за то, что ему пришлось пережить. За то, что придется пережить Джереми. Возможно, то, что Нил оказался здесь — тоже вина Кевина. Столько людей пострадало, чтобы этот кретин все равно оказался на арене, все равно подох там. Жан сжимает кулаки, сдерживая очередную волну злости. Но почему-то в этот раз к злости примешивается что-то еще, похожее на грусть и жалость. Но Жан не признает эти чувства. Не сейчас.