corgito ergo sum

Естественно, про Чую было неизвестно ровным счётом ничего. Единственная лазейка, которая у него осталась - это Ацуши. Его мать была следователем. Поймав ничего неподозревающего Ацуши в углу школьного коридора, Дазай начал свои расспросы. Пока он начнет с просьбы, но ни за что не потерпит отказа. Он готов на любые меры, даже в отношении и своего друга. -Ацуши, ты мне нужен. Можно с тобой обсудить один вопрос? - начал тот и завел того в туалет неподалеку. -У тебя же мать в полиции работает, не так ли? Так вот, не мог бы ты помочь мне кое с чем? Я тебя отблагодарю, обещаю. -Извини, Осаму, но я не могу. Это ее работа, а я не хочу вмешиваться. Это же что-то неправильное, да? - неуверенно проговорил Накаджима. -Нет, послушай, мне это очень нужно, понимаешь. Это для моего друга. Ты же мне друг, Ацуши? Друзья должны помогать друг другу, - он начал приближаться к нему, постепенно впечатывая одноклассника в раковину. -Или ты хочешь мне возразить? Ацуши запнулся, испугавшись. Его и так бледное лицо побелело ещё на два тона, а руки затряслись, вспотев. Он не мог отказать Осаму, но и матери врать не хотелось. -Понимаешь, Осаму, я не могу ей врать, - прошептал тот, как вдруг Осаму схватил его за горло рубашки, ещё больше впечатывая над раковиной. -Ты уверен? Знаешь, я могу и отомстить. -Дазай, понима- Бах.

***

Осаму не был из тех, кто применял физическую силу, но сейчас это было жизненно необходимо. Ацуши расширил глаза и начал судорожно тереть пораженное место. Накаджима отнюдь не ожидал таких действий от своего "товарища" и невероятно испугался. Его голос задрожал, и он сдался. Завидя поражение в глазах друга, Дазай мигом его отпустил, отстраняясь. -Хорошо, что нам нужно делать?

***

Конечно, Ацуши прекрасно знал расписание матери. Время работы, час когда она уходит на обед, закрывая дверь на ключ, окно ее офиса, которое выходит на переулок здания. Он здесь пробыл с детства, поэтому это здание было ему знакомо также, как и его собственный дом. -Я не могу поверить, что мы это делаем. - сказал тот, на то получил возмущенный возглаз Дазая "да затнись ты уже, тряпка" и они продолжили аккуратно подбираться к зданию. Ацуши пальцем указал ему окно, в котором был кабинет матери. Мда, второй этаж. Незадача. Однако взламывать комнаты для Дазая было не впервой, ибо он пол детства провел на заброшках, которые были не всегда открыты. А детскому уму хотелось разведать все, как бы опасно это не было. Они полезли на дерево. Перед уходом, мать всегда ставила окно на проветривание, а значит выбивать ничего не придется. К счастью, дерево стояло чуть ли не впритык к зданию, соответственно, зацепившись за широкий ствол, можно было спокойно поддеть оконную ручку изнутри и пролезть внутрь. Главное было не упасть, ибо пропасть хоть и была не большая, но все же присутствовала. План был надёжен, как швейцарские часы. А риск был еще более вероятнее, чем успех. -Я полезу первым, ты за мной, - скомандовал Осаму и начал аккуратно карабкаться. Отломав палку, он проворно просунул ее в открытую оконную раму, желая зацепится за ручку. Сделав глубой вдох он надавил - послышался щелчок - открыто. Следующим квестом было пролезть через это маленькое окошко, не наделав шуму. Приготовившись, он вытянул свои длинные ноги, а затем прополз далее. Все, он здесь. Ацуши оказался менее аккуратным, чем Дазай, поэтому тому пришлось его даже поддерживать лишь бы тот не свалился, не сломав бы себе чего нибудь. Наконец, когда юноши оказались оба в кабинете, они начали рытся по всем ящикам в поисках тех самых секретных документов, которые Дазай когда-то приметил у отца. Действовать нужно было быстро и аккуратно, иначе план разобьётся в пух и прах. -Бинго! - победно прошептал Дазай, найдя те заветные документы. -Что, нашел? -Ага. Надо скорее сфоткать и валить отсюда. А то твоя мать вернётся минут через десять. Достав телефон, он начал быстро фиксировать все, что попадется под руку. Фотографии с места происшествия, характер убийств, психологический портрет преступленика - времени было чрезвычайно мало, чтобы обдумывать нужен ли ему той или иной документ. На все про все им оставалось десять минут, не успеют - пиши пропало. От напряжения и притока адреналина затряслись руки. Они оба застыли, когда услышали шаги, приближающиеся к двери. -Дазай, быстрее! Она идёт! - забеспокоился Ацуши и начал истерически мельтешить по комнате. Осаму и сам прекрасно понимал, что хоть он и был мастером блефа, но в этой ситуации непременно облажается. Действительно, какую отмазку можно придумать, когда они буквально ворвались в запрещённое место?Шёл в комнату, попал в другую? Уверенно положив все документы на место, он, словно гепард, побежал к окну, моментально спрыгивая и хватая за собой Ацуши. Достигнув земли, парни выдохнули, сами не заметив, как в груди накопилось напряжение. -Мда, это было стрёмно, - ответил Осаму, победно ухмыляясь. -Спасибо, друг. Ты меня спас, - добавил тот, выставив ладонь на манеру "дай пять". -А, здесь кто-то есть? Я же закрыла дверь. Странно. Оставалось только изучить документы.

***

До конца учебного дня оставалось два урока. Естественно, Дазай туда даже не сунулся. Проблем итак хватает, а терпеть эти возмущенные трепни Куникиды-сенсея не хотелось двойне. Так что, он направился домой. Неплохой идеей было изучить все найденные документы. Собственно, это и было то, чем занялся Осаму. Переступив порог дома ему моментально захотелось где-нибудь уединиться. Да, он мог спрятаться в своей комнате, но он прекрасно понимал, что прибывший Рюноске его там точно поймает, поэтому, как ни странно, выбор пал на заветный кабинет отца. Ему там понравилось. К сожалению, от его прежних махинаций дверная ручка сломалась. Черт. И что он ему скажет? Ладно, в данный момент он предпочитает не думать о плохом. В кабинете пахло бумагами и старыми книгами. Было душно, поэтому он открыл окно, впустив лёгкий ветерок по всему помещению, и запрыгнул на кресло поблизости. Старое кресло крякнуло под его весом, прогнулось. Видимо, Мори не очень предпочитал его. Он принялся листать галерею. Ужасающие подробности тех преступлений. Изучив все статьи он нашел в них... сходство? Ритуал. Осаму задержал дыхание. Стало мерзко. Больше всего на свете его ужасали непременно ритуальные убийства. Они пугали своей жестокостью и, как по его мнению, вселенской глупостью и безрассудством. Лес, больница. Странный разброс. Но ничего дельного. Почему он вообще подозревает отца в подобном? Он никогда не совершал ничего плохого против него. Они только ругались да и только. Почему Дадзай так уверен, что это не обычная командировка? Отец подолгу задерживался на работе. Вдруг в коридоре послышался стук ботинок. Рюноске вернулся.

***

Холодно. Глаза открываются, но не могут ничего распознать. Кромешная тьма. Рукой он нащупал выпуклость, которая при нажатии озарила всю комнату лёгким светом. Осмотревшись он на минуту подумал, что лучше бы свет и не включал. На холодных бетонных стенах, окрашенных синей, сползающей и откалывающейся краской, были заметны багровые полосы. Да и не только на стенах. Пол был также "украшен" ими. Вокруг стояли уже потухшие свечи. Воск, некогда стекавший под теплом фитиля, застыл. Но ужасало не это. Всю эту картину дополняли кости, собранные в углу. Чтоб не мешали. -Блять, - шикнул он. - Где я нахуй? Недоумение и даже злость резко заменилась животным страхом. Он понимал, что его скорее всего убьют. Дожили, называется. Надо бежать. А куда? Он без понятия где находится. Он не знает ничего, а голова адски болит, будто бы его чем-то накачали. В помещении темно, однако заметно, что дверь не заперта. Значит, человек планирует вернуться. Рискнуть? Ему страшно. Он медленно встал чтобы осмотреть помещение. Голова закружилась, а ноги подкосились. Складывалось ощущение будто бы ты ходишь по теннисным мячикам, а ноги твои ватные. По мимо тех ужасающих картин были ещё скальпель, осколки стекла (почему они вообще тут?), на стенах были вычерчены символы от которых мерзко пахло. Рассмотрев каждый из них, он опознал руны. Он был без понятия какое у них значение. (Вставить описание) В помещении присутствовал сладковатый запах от которого тошнило. Он знал - либо он, либо его. Он не хотел умереть. Значит, все, что он когда-либо сделал, все, ради чего он жил будет разрушено из-за сумасшедшего человека? Нет, он не даст этому случится. Готов ли он убить? Он никогда не думал о том, что способен на такое. Он всегда был пацифистом, он всегда был против насилия, убийство для него было чуждо. Но в момент когда он прекрасно осознает, что его жизнь под угрозой, он чувствует как его прежние моральные принципы рушатся, как карточный домик. Дверь подвала была открыта - фортуна. Чуя хватает скальпель и бежит из места. Вокруг никого. По дороге он вступает в лужу крови, ботинок напроч пропитывается красной вязкой жидкостью. Он сморщивается. Ему становится плохо. Перед ним предстает коридор. Он без понятия, что ему делать. У него даже плана действий нет. Зачем он вообще сюда вышел? Чуя сильнее сжимает скальпель и идёт куда глаза глядят. Ему нужно найти выход во чтобы то не стоило. Вокруг никого. Темно, но он продолжает идти вперёд. Вдруг он примечает что-то отдаленно напоминающее дверь. Стальная и серая. Он уж было ухватился за ручку, намереваясь открыть, когда он слышит шорох. Он здесь не один