Суд Приливов

      Тоскливая, томительная ночь окутала Кур-де-Фонтейн, по праву времени затмив собой пространство, полное жизни и энергии. Жители прятались в светлых домах, доедали ужин и отправлялись в царство сна, не смея тревожить час затишья и бестелесную стихию ночи. Люди не зря привыкли опасаться сумерек. Ведь там, где царствует мрак, свет уступает хаосу, не в силах защитить живых.       Тьма глядит на тебя со всех сторон, выжидая. Одиночки особенно беззащитны и под мерцающими огнями уличных фонарей оглядываются по сторонам, ускоряя шаг. Лишь глупцы могут бродить во тьме, позабыв о негласных правилах, что шепчут нам инстинкты предков: «Не гулять ночью одному».       Этим глупцом оказался мужчина, отправившийся домой из бара в поздний час. Шатаясь, он насвистывал мелодию, медленно перебирая ногами. Прохладный ветер трепал волосы, шелестя по потному лицу. Алкогольное забытие подарило ему минуты счастья и беззаботности. Он шел домой, чтобы спрятаться от морозного воздуха, с порога упасть прямо в коридоре и не думать о заботах и рабочих проблемах, пока жена тащит его на плече до ближайшего дивана. Однако его планам не суждено было случиться.       Тень набросилась внезапно. Сердце пронзила жгучая боль. Мужчина, задыхаясь, упал на колени и рухнул лицом вниз. Крик застрял в горле, и он беспомощно всматривался во мглу сквозь пелену в глазах. Некто приблизился бесшумно, но силуэт в затуманенных глазах растворился, и агония закончилась, уступив место безграничной пустоте и свободе.

***

      У судебного дуэлянта Фонтейна — Клоринды — был сегодня выходной. Но по срочному вызову начальства, полученному посыльным у порога ее дома, пришлось отложить планы.       Солнце стояло в зените, когда девушка с собранными в низкий хвост темно-синими волосами, в строгом костюме из белой рубашки с затянутым черным корсетом, колготками под черной юбкой и сиреневыми надплечниками, твердо шагала во Дворец Мермония. Перо высокой сиреневой треуголки на голове задорно прыгало в такт ее уверенным шагам.       Вестибюль Дворца Мермония представлял собой просторный зал с высокими колоннами, потолками, украшенными позолотой, и мраморным полом. Приемная была в этот день особенно оживленной. Мелюзины носились со стопками документов, сотрудники правопорядка разговаривали с посетителями и пытались выпроводить Шарлотту — любопытную молодую журналистку, — уклоняясь от ее вопросов.       Клоринда подошла к администратору — сиреневой мелюзине в синей униформе.       — Доброго вам дня, мадам Клоринда! Месье Нёвиллет просил подождать, — сразу узнав её, сказала мелюзина.       Чуть в стороне Клоринда заметила знакомых, видимо, также ожидавших аудиенции с юдексом.       — Привет, Навия.       Девушка, стоявшая в хмурой задумчивости, обладала роскошными золотистыми волосами с кудрявыми локонами. На ней была очаровательная черная шляпка с золотистым бантом и синей розой, белая рубашка и шорты под длинным черным корсетом со множеством золотистых узоров и деталей в стиле стимпанка. А весь образ дополняли длинные черные перчатки, чулки до колен и чокер с синими камнями.       — Клоринда! Рада встрече! — Навия, улыбнувшись, повернулась к ней всем корпусом. — Мы как раз делились предположениями касательно нового убийства.       Очевидно, всем пришли одинаковые письма с деталями сегодняшнего сбора. Сотрудники были озабочены этой новостью, а вот у Навии привычно блестели глаза от азарта.       Рядом с ней стоял Ризли — высокий мужчина в серых штанах и жилетке поверх черной рубашки с рукавами до локтя и затянутым бордовым галстуком. А на руках были черные кожаные перчатки. Также при долгом изучении можно заметить металлические наручники, закрепленные на ремешках штанов. Его небрежные темные волосы средней длины обрамляли строгое лицо. Челка то и дело спадала с правой стороны на бледно-голубые, словно льдинки, очи. А легкие темные круги дополняли уставшие, злые глаза.       — Приветствую, — сказал Ризли с легким кивком головы и вновь обратился к Навии: — Но я предпочитаю не делиться догадками без доказательной базы и оснований. Хочу сначала убедиться самому.       — О-о, так ты уже подозреваешь кого-то? Расскажи, ну! — Навия вцепилась в локоть мужчины, по-детски дергая его. — В конце концов, мы самые доверенные месье Нёвиллету люди и единственные, кто знает его тайну.       — Тсс, — Клоринда строго посмотрела на девушку, приложив палец к губам, — не произноси такое вслух в людном месте. Мы не имеем права разглашать государственную тайну и даже в шутку упоминать эти знания.       — Да ну вас, какие вы скучные, — заметила девушка, скрестив руки на груди. — Настоящие стражи закона.       Тайна Нёвиллета заключалась в его настоящей сущности. Юдекс Фонтейна на самом деле был Гидро Драконом в теле человека, наделенный бессмертием и силой, большей, чем даже у Гидро Архонта Фонтейна, кем является на данный момент Фурина.       Дверь кабинета юдекса распахнулась, и оттуда вместе с Нёвиллетом вышел мужчина возраста среднего между зрелым и пожилым. Он был одет в золотистый костюм и белую рубашку. Из кармана пиджака свисала золотая цепочка от карманных часов, а на пальце блестел золотой перстень с изумрудным камнем. Пожилой мужчина с ровной спиной изящно держал трость с таким же изумрудом на рукояти и на кончике, соприкасающемся с полом.       Нёвиллет сопроводил старика к команде из двух жандармов в мундирах и гигантской механической меки.       — Спасибо, Нёвиллет. На том и обусловились, — сказал старик, остановившись у стражников. — Не люблю так говорить, но да хранят тебя Архонты.       — Да, месье. Вас тоже.       Когда пожилой мужчина неторопливым шагом удалился в сопровождении стражников и меки, Нёвиллет пригласил в кабинет ожидавшую его троицу.       Они прошли вглубь просторного, светлого кабинета. Юдекс остановился у своего широкого дубового стола, жестом пригласив их сесть на изящные диваны, выполненные в характерных для Фонтейна синих тонах.       Высокий мужчина, точно судья, возвышался даже в обычной комнате, наполняя всё пространство какой-то величественностью. От Дракона водной стихии исходила сильная божественная аура, которую смертные, не зная о его происхождении, описывали как могущественный ореол власти, подавлявший у всякого желание воспротивиться его воле.       У мужчины были длинные серебристые волосы. Редкие локоны были окрашены в ярко-лазурный цвет — такой же, как и декоративные элементы его длинного темного сюртука, напоминавшего судейскую мантию. А его вечно печальные глаза имели свойство переливаться от ярко-голубого до оттенков тихого океана.       — Вы уже слышали новости. Ранним утром недалеко от бара «Пена» был найден труп мужчины. Офицеры Особого патруля уже опрашивают свидетелей и близких пострадавшего.       Стоило упомянуть полицейских, как, постучав, в кабинет вошла командир мушкетёров Особого патруля — Шеврёз, невысокая девушка в красном мундире и с треуголкой на голове. На ее левом глазу была пиратская повязка, а вьющиеся длинные волосы были такого же сиреневого цвета, как и ее правый глаз.       — Месье Нёвиллет, я к вам с докладом. Так как вы просили доложить как можно скорее, я готова поделиться некоторыми выводами.       — Хорошо, говори, — юдекс сел на свой стул, опершись локтями о стол и скрестив пальцы.       Все в помещении повернули головы к Шеврёз, заинтригованные и напряженные одновременно. Кашлянув, девушка продолжила:       — Особый патруль провел исследования места преступления. С разрешения жены пострадавшего тело отдали на вскрытие хирургам. Однако уже на ранних этапах исследования можно сделать предположения. Следов борьбы нет. Мужчина упал замертво практически сразу, без борьбы. Об этом говорит его одежда с круглым отверстием на спине. Жертву не хватали, а убили сразу, подойдя вплотную сзади. Смерть наступила от колотой раны узким предметом круглого сечения. Удар нанесли снизу вверх либо прямо, попав точно в сердце. Вокруг жертвы не было лужи крови — она осталась под телом и на одежде. — Лицо Шеврёз заметно напряглось, терзаемое опасениями. — Месье Нёвиллет, это убийство было совершено с профессиональной точностью. Это не грабители, бандиты или обезумевший маньяк. Убийца хотел убить мгновенно и, возможно, без боли.       — Извольте вопрос, командир, — подал голос Ризли, небрежно подняв руку. — Удар нанесли орудием с узким круглым лезвием. Таким, полагаю, как у стилета или шпаги?       Глаза мужчины на секунду двинулись в сторону дуэлянтши, сидевшей в кресле напротив. Всего на секунду, но вызвали в ней волну возгоравшегося гнева. Клоринда метнула в него взгляд, полный презрения, и зло процедила:       — На что намекаете, герцог Меропида?       — Ни на что. Мы лишь пытаемся исключить варианты и сузить список орудий убийства, верно? — его голос был скучающе-спокойным, однако в ледяных глазах читалось недоверие.       — Кхм… Верно, — ответила Шеврёз. — Но рана неглубокая и слишком тонкая. К тому же, стилет имеет трехгранное или четырехгранное сечение, а лезвие шпаги — треугольное либо ромбовидное. Эти оружия не подходят под описание. Я считаю, что орудием убийства послужило шило. Нам нужно искать убийцу среди сапожников, портных и прочих ремесленников.       — Блестяще, Шеврёз! — воскликнула Навия, восхищенно захлопав в ладоши. — Что еще ожидать от командира Особого патруля!       Клоринда надменно вскинула бровь, и Ризли примирительно скрестил руки на груди, прекратив сверлить ее взглядом.       — Благодарю, Шеврёз, — юдекс удовлетворенно кивнул. — Отличная работа. Продолжайте опрашивать подозреваемых. Навия, я прошу твою организацию посодействовать в расследовании.       — Разумеется, месье! Спина-ди-Росула всегда берется за интригующие расследования. Тем более что это убийство чем-то ведь напоминает прошлые. Верно, командир?       — Да. Как вы, думаю, догадались, полгода назад уже случались подобные загадочные убийства, — продолжила Шеврёз. — Точные, профессиональные удары со спины, ни следов, ни улик. Раньше использовались менее изящные оружия, но с каждым разом профессионализм и осторожность убийцы растут. Почерк и выбор жертв похожи… — задумчиво протянула девушка. — Я опросила жену погибшего, и… она не выглядела особо опечаленной новостью. Лишь поблагодарила за нашу работу и дала полную свободу на вскрытие.       — Может ли она быть подозреваемой? — предположил Ризли.       — Вполне, — воодушевленно высказалась Навия. — В загадочных убийствах часто замешаны сами близкие. Однако в прошлом ведь жертвы серийного убийцы тоже оказывались нехорошими людьми? Члены преступных организаций, педофилы или просто мошенники. Не у всех жертв были доказаны грехи, однако закономерность в выборе цели всё же есть.       — Да... У убийцы весьма занимательный выбор жертв, — протянул Верхновный судья.       — Этакий вершитель правосудия, — заметил Ризли.       — Как по мне, — сказала Клоринда, — уж лучше пусть убивает мерзавцев, чем невинных людей.       — Полностью тебя поддерживаю, — ответила Навия. — Мир станет лучше без злодеев, хотя я не считаю, что убийства могут сделать мир лучше.       — Однако кем бы себя ни возомнил этот маньяк, — начал Ризли, — истинное правосудие может обеспечить только суд. И гуманное отношение к людям, к которому стремились фонтейнцы.       Сказанное повисло в воздухе, заставив каждого погрузиться в раздумия.       Юдекс тяжело вздохнул. Мысли вернули его к тому дню, когда бывшая Богиня Фонтейна — Фокалорс, — стоя на мосту у водопада, оплакивала души грешников. Нёвиллет был единственным свидетелем терзаний Архонта за несколько лет до принятия решения, глобально изменившего страну.       — Смертная казнь представляет собой самое решительное и самое безвозвратное насилие. Она не делает преступление невозможным, она лишь повторяет его, возлагая на суд функцию убийцы. Никакая справедливость не может оправдать того, что человеку не оставляют ни малейшего шанса для искупления или перемены. Смертная казнь отнимает у человека не только жизнь, но и саму возможность быть лучше, чем он был.       Нёвиллет встал из-за стола, обозначив собрание оконченным.       — Спасибо за работу, Шеврёз. Продолжайте поиски. Навия, я прошу тебя взяться за поиски информации о погибшем мужчине. Если закономерность есть, значит, у него тоже найдутся провинности.       — Разумеется, месье Нёвиллет! — Навия уверенно встала рядом с Шеврёз, собираясь уходить.       — Месье, еще кое-что, — закончив с серьезной темой, Шеврёз расслабилась и продолжила слегка раздраженным тоном: — Частное издательство «Паровая Птица» в очередной раз выпускает газеты с пропагандой повторения пророчества и всякую ересь об искуплении грехов и надвигающейся катастрофе. Подобная агитация наводит панику среди читателей, верящих неофициальным источникам независимых редакций. Прикажете изъять их?       — Не нужно. Сплетни жителей не представляют угрозы. Они вправе верить своим убеждениям.       — Как скажете, — кивнула Шеврёз.       — На этом закончим собрание. Ризли, Клоринда, я прошу вас задержаться.       — Да хранят вас Архонты! — попрощавшись, Шеврёз вместе с Навией вышли из кабинета.       В комнате остались лишь самые близкие и преданные люди юдекса, которым он мог доверить многие секреты.       Герцог Ризли был управляющим первой и единственной тюрьмы — Крепости Меропид. Титул герцога не был передан ему по наследству: этим титулом нарекли Ризли его коллеги и заключенные, которые безмерно его уважали и боялись.       Клоринда — судебная дуэлянтша — смертоносный противник для всякого глупца, что вместо тюрьмы выбирает дуэль, дабы отстоять свою невиновность. За пять лет службы она продержалась и осталась жива на своей должности, что о многом должно говорить преступникам. Поэтому мало кто в принципе вызывается на дуэль, предпочитая попасть в лапы герцога и отсидеть там свой срок в раскаянии. Дуэлянтшу также коллеги называют правой рукой юдекса: множество особых поручений он может доверить только ей.       В то время как Ризли не входит в прямое подчинение Верховному судье и работает скорее автономно, а всё его внимание сосредоточено на Крепости Меропид.       — Есть одно дело, которое беспокоит меня больше загадочного убийства, — начал Нёвиллет, пройдя от своего стола к окну позади. Задумчиво рассматривая оживленную улицу Дворца Мермония и энергичных людей, погруженных в работу, он обернулся, облокотившись на подоконник и продолжил: — Прошлой ночью вместе с убийством было одновременно совершено покушение на семью аристократов. Преступник напал на сына господина Флоренса Моро, с которым я беседовал утром. К счастью, личная охрана семьи подоспела быстро, и нападавшего схватили жандармы.       — Одновременно? — насторожилась Клоринда. — Нёвиллет, почему покушение беспокоит вас больше?       Оставшись наедине, приближенные Гидро Дракона отбрасывали формальности, обращаясь к нему по имени.       — На аристократов могли напасть воры или конкуренты, — высказал мысль Ризли.       — Боюсь предположить, что в этот раз эти два события связаны, — ответил юдекс, — и это дело гораздо серьезнее. Нападавшие — оба профессионалы: подкрадываются бесшумно и охотятся за конкретной целью.       — Значит, парнишку спасло наличие охраны, а пьяному мужчине повезло меньше, — озвучил герцог.       — Верно. Дело серьезное, и я прошу тебя заняться этим, Ризли. Верится мне, в Фонтейне они не единственные.       — Какие вопросы, господин-верховный-юдекс, — герцог развязно развел руки, слегка наклонив голову, и ухмыльнулся. В хищном взгляде охотника блеснули огни. — Я возьму своих людей и прочищу весь город, начиная с Флёв Сандр и заканчивая отдаленными деревнями на востоке.       — Рассчитываю на тебя.       Юдекс легким поклоном выразил благодарность. Его плечи заметно расслабились, но уставшие глаза ни на секунду не покидало беспокойство.       — Нёвиллет, а что прикажете мне делать? — подала голос Клоринда.       — Для тебя у меня тоже есть поручение. Ризли, благодарю тебя. Ты можешь идти.       — Что ж, тогда откланяюсь.       Когда двери за герцогом захлопнулись, Нёвиллет достал из тумбочки своего стола черную шкатулку, обрамленную золотыми краями. Подойдя к дуэлянтше, открыл крышку и протянул девушке.       Девушка, растерявшись, уставилась на украшение. Внутри лежал золотой кулон круглой формы с черным основанием. На нем был выгравирован герб с изображением весов, моря и античной буквой «Л».       — Месье?       — Возьми, я даю его тебе.       Клоринда осторожно взяла кулон, продолжая его разглядывать.       — Я хочу, чтобы ты съездила в Гидрологический институт Снежной в Фонтейне. Как ты, наверное, слышала, три месяца назад ученые из Снежной все разом покинули Фонтейн, забрав все исследования с собой. Сейчас он почти заброшен, но там еще работает небольшая группа. С этим кулоном тебя пропустят.       — Что мне нужно найти?       — Сомневаюсь, что там осталось что-то действительно ценное, — устало вздохнув, проговорил юдекс. — Изучи всё, что там найдешь, и доложи мне.       Клоринда испытала разочарование. Навии, Шеврёз и Ризли поручили расследования убийств преступной организации, а ей — всего лишь изучить научную библиотеку. Она задумалась, чем вызвала недоверие к своей компетентности, и догадка неприятно кольнула в груди. Дуэлянтша ждала, объяснит ли Нёвиллет свои мотивы и детали поручения, однако он взял со стола тонкий журнал с названием «Научные учреждения Фонтейна» и вручил его Клоринде.       — Всё, что известно об этом институте, сказано здесь. Ты успеешь ознакомиться по дороге на аквабусе. Там также указано его расположение.       — Поняла.       Клоринда, попрощавшись, вышла из кабинета. К чувствам досады после беседы с Нёвиллетом и зависти к коллегам присоединилась накатившая сонливость, одолевавшая ее с тех самых пор, как посыльный разбудил ее звонком в дверь. А после утомительного собрания Клоринде предстояла еще работа. Массируя виски, девушка вышла за порог Дворца Мермонии.       У входа, к удивлению девушки, скрестив руки и оперевшись о колонну, ее выжидал Ризли. Его недобрые глаза, обращенные к ней, не сулили приятной беседы.       — Выглядишь уставшей. Всю ночь не спала? — поинтересовался мужчина, претенциозно выгнув бровь.       — Да, — дуэлянтша встала напротив в защитную позу, скопировав скрещенные руки собеседника, — мне мешал очень назойливый, раздражающий шум.       Надзиратель тюрьмы невесело ухмыльнулся.       — И как ты снимаешь раздражение в теле? Насколько всем известно, лязг клинка хорошо снимает стресс судебного дуэлянта.       Пальцы покалывало от гнева, и они то и дело сжимались в кулаки. Губы девушки скривились, а между нахмуренными бровями залегла складка.       — Не ходи вокруг да около, а говори прямо. Или у тебя так много времени на отлынивание от важного поручения Нёвиллета?       — Не переживай, я ищу преступника. — Мужчина оттолкнулся от колонны и, медленно двинувшись к ней, угрожающе навис. — И очень скоро найду.       Напряженное тело девушки била дрожь, в ожидании обострились реакция и слух. Пальцы пытались унять дрожь от злости и страха, вызванную выбросом адреналина. Так реагировал инстинкт на опасность.       Но герцог повернулся и удалился прочь, не прощаясь, бросив напоследок:       — Надеюсь, мадам, ваш сон отныне будет крепким.       — Не называй меня так, — процедила сквозь зубы дуэлянтша.       Последнее особенно выбесило ее, и она на полной скорости двинулась прочь от дворца, чуть не налетев на мелюзин. У них были сдержанные рабочие отношения, перераставшие иногда то в уважение, то, наоборот, в раздражение. Но Клоринда знала, что Ризли никогда по-настоящему не доверял ей — с самого дня знакомства в театре Эпиклез.       Ветер немного успокоил нервы, охладив эмоции. Сбавив шаг, девушка направилась на станцию водного метро.       Подозрения и внимание надзирателя к ее персоне вызывали беспокойство. И даже страх, переходящий в оборонительную злость. Не то чтобы дуэлянтша не думала о последствиях, когда жестоко обрывала жизнь беззаботно прогуливавшегося мужчины, вонзая ему шило в сердце.       Просто Ризли теперь будет ей мешать. И это удручало.