Sword Art Online: Возвращение Бессмертного

Владислав Иваненко

(Райдер)

      Я смотрел на Хантера, который держит Синон на мушке, не веря собственным глазам. Его лицо, фанатичная улыбка, безумный блеск — всё это было абсолютной, осязаемой реальностью.       — Хантер, — сказал я. Это имя вырвалось из меня хриплым, низким рычанием.       — Он самый, — сказал Хантер, слегка кивнув головой, не отрывая дула пистолета от Синон.       — Я же убил тебя, — сказал я, чувствуя, как вся моя миссия, вся моя клятва, вся моя боль в SAO обесценилась.       — Не ты один можешь выжить при падении с обрыва, — сказал Хантер, и его улыбка стала ещё шире, ещё безумнее. — А ты думал, я позволю какой-то цифре закончить мою миссию?       Мой палец напрягся на спусковом крючке.       — Миссия? Какая к чёрту миссия? — сказал я.       Хантер рассмеялся.       — Ты думаешь, наша цель — просто убить? Наивный, — Хантер покачал головой. — Наша миссия — спасение. Спасение душ от прогнившего цифрового мира.       — И поэтому ты объединился с Дез Ганом? — сказал я. Я перевёл взгляд с Хантера на Синон, затем снова на Хантера, пытаясь связать два немыслимых зла.       Хантер усмехнулся, его глаза вспыхнули угольями.       — Дез Ган — это всего лишь инструмент. Инструмент, который, как и ты, был сломан этой игрой и использовал боль, чтобы обрести силу. Он — наш проповедник, а мы — исполнители его великой цели. Мы — те, кто доказывает, что смерть в игре — это не конец. Это начало!       Он слегка надавил пистолетом на голову Синон.       — А теперь пистолет на землю, если не хочешь, чтобы твоя подружка умерла, — сказал Хантер.       Я смотрел на дуло, затем на Хантера, затем на Синон. Голова гудела от ярости, но мышцы оставались холодными. Рисковать её жизнью было бы безумием.       Я положил пистолет на пол. Глухой стук FN Five-seveN о бетон эхом разнёсся по пустому помещению.       — Толкай его ко мне, — сказал Хантер.       Я сделал это, ногой толкнув пистолет по полу в его сторону.       — И меч тоже.       Я достал свой фотонный меч из заднего кармана бронежилета и кинул ему в ноги.       Хантер усмехнулся.       — А ты послушный. Так сильно не хочешь, чтобы она умерла? — сказал он, кивнув в сторону Синон.       — Не трогай её, — отчеканил я.       — Рассветные Тени, — сказал Хантер, его голос звучал как удар колокола по моей памяти.       — Что? — выдавил я.       — Рассветные Тени. Так ведь называлась твоя гильдия? Рассветные Тени, — повторил Хантер, наслаждаясь тем, как это имя искажает моё лицо.       — Я помню, как я и мои люди освободили их у тебя на глазах, — сказал Хантер. Его безумная улыбка стала ещё шире, он специально смаковал каждое слово.       — Ах ты тварь! — сказал я, делая шаг вперёд. Ярость, которую я подавлял, вырвалась наружу, толкая меня.       — А-а-а, не так быстро. Забыл? — сказал Хантер, делая небольшой кивок своим пистолетом у головы Синон.       Моё тело замерло. Я стоял на расстоянии, мои руки были пусты, мой враг вооружён и держит заложника.       Синон лежала на полу, но не бездействовала. Её рука нащупала небольшую горку с песком или строительной пылью, оставшейся от разрушенной стены. Она вложила в этот жест всю свою снайперскую точность.       Она бросила песок прямо в лицо Хантера.       Хантер, мгновенно осознав угрозу, успел прикрыть лицо рукой.       Это была моя команда.       Я рванул с места на него. Моё тело было напряжённым, как сжатая пружина. Вся моя скорость была брошена на это действие.       Хантер, застигнутый врасплох, но всё ещё владеющий инстинктами убийцы, целился в голову Синон.       Я не стал тратить время на захват. Мой рывок привёл меня к нему за долю секунды. Я ногой пинаю прямо по пистолету.       Но Хантер, несмотря на удар, удержал пистолет в руках. Он был сильнее, чем выглядел. Он целится в меня.       Я не дал ему закончить. Мгновенно отвёл его дуло в сторону и толкнул его всем телом к колонне. Глухой стук бетона, Хантер прижат.       Синон, воспользовавшись моментом, подняла свою винтовку — Hecate II — с пола и целится в Хантера. Снайпер вернулась в игру.       Хантер увидел это. Он с яростным рыком выдернул свою руку из моего хвата и выстрелил в Синон. Это был инстинкт, который спас ему жизнь.       Пуля попала в прицел винтовки Синон. Оптическое стекло разлетелось вдребезги и винтовка выпала из её рук.       Хантер хотел выстрелить ещё раз в Синон, но я был быстрее. Я мгновенно поднял его руку с пистолетом в потолок.       Выстрелы! Громкий, оглушительный треск наполнил помещение, когда пули прошили потолок несколько раз, выбрасывая ошметки пыли и бетона.       Я использовал силу отдачи, чтобы вывернуть его руку. Пистолет выпал.       Теперь мы были лицом к лицу.       Хантер не стал драться в открытую. Он бьёт своей головой по моей голове. Это был грязный, уличный приём.       Я отшатнулся на пару метров, голова гудела от звона. Хантер, используя моё замешательство, резко нагнулся и выхватил пистолет с пола.       Он целится в меня.       Я не дал ему выстрелить. Я ногой выбиваю его пистолет. Удар пришёлся по запястью.       Пистолет со звоном полетел в сторону, падая за кучей лежащих железных труб.       — Твою мать! — прорычал Хантер.       Я не стал ждать. Я делаю перекат к своему пистолету, который сам бросил в начале.       Подобрав пистолет, лёжа на спине, я открыл по нему огонь.       Хантер был быстрее и побежал в сторону, куда упал его пистолет, прыгая за трубы и используя их как укрытия.       Пули врезались в бетон рядом с ним, поднимая клубы пыли. Я не попал.       Я вскочил с пола и бросился к колонне. Мой FN Five-seveN захлёбывался огнём, не давая Хантеру поднять голову. На бегу, миновав место нашей прошлой схватки, я подобрал свой фотонный меч с пола. Холодная рукоять приятно легла в ладонь.       Синон уже спряталась за колоной, той самой, к которой я прижимал Хантера. Она прислонилась к бетону, держа в руках свою винтовку Hecate II. Винтовка была исправна, но с повреждённым прицелом. Это означало, что она не могла вести точный огонь, но могла обеспечить прикрытие.       Я упал за ту же колонну.       — Ты как? — спросил я у Синон, прижавшись к колонне и осматривая периметр. Синон тяжело выдохнула, но быстро взяла себя в руки. Её глаза были сосредоточены.       — Жива, — ответила она, её голос был низким и твёрдым. — Пуля не попала, только прицел... — Она коротко кивнула на разбитую оптику. — Снайперский огонь исключён, но винтовка стреляет. Я могу держать его под давлением.       Она сжала Hecate II.       — Кто это такой? — сказала Синон, её голос был напряжён и полон сосредоточенности, но в нём слышалось требование объяснений.       — Это…. — хотел я сказать, но не успел.       Хантер начал говорить, его голос доносился из-за укрытия, но был усилен фанатичным эхом. Он знал, как ударить сильнее пули.       — Кай… Сэм… Леон… Мейза… так их звали, — сказал Хантер, перечисляя имена. Он выплёвывал их, как яд. — Ты их не знаешь, Асада Шино. Но твой друг знает. Он знает, как я их спасал от той игры!       — Заткнись! — крикнул я, выглянув из укрытия. Я выстрелил несколько раз из FN Five-seveN по его укрытию и вернулся в своё укрытие. Пули врезались в металл, заставив его прижаться.       Используя это мгновение тишины, я перевёл дыхание.       — И наконец... Рика, — сказал Хантер, его голос был едва слышен за скрежетом пуль, но это имя прозвучало громче всех остальных.       — Рика... та, которую ты любил! — сказал Хантер.       — Да, я помню, как она погибла. И ее последние слова. «Райдер... спаси...» — сказал Хантер, имитируя женский голос с издевательской нежностью.       Синон, прижатая к колонне, замерла, вся её боевая собранность рухнула.       «Райдер... спаси...»       Эти слова. Её слова. Слова, которые она тихо произнесла в GGO, в момент паралича.       И вот Хантер, её враг, произносит их, приписывая их мёртвой Рике. Это было жуткое, немыслимое совпадение.       Синон посмотрела на меня. Её синие глаза, обычно сосредоточенные и холодные, были расширены — не от страха пули, а от ужаса этого резонанса. В её взгляде смешались немой вопрос и абсолютная преданность.       «Райдер, это я... Это я сказала это! Рика... Я не знала...» — говорил её взгляд. Она увидела, что её собственная боль и боль Рики были идентичны, и что этот Хантер пытается использовать эту связь, чтобы разрушить нас обоих.       Я увидел в её глазах не призыв к спасению, а приказ к действию. Она не хотела, чтобы я позволил этому чудовищу использовать её крик.       Я заставил себя оторвать взгляд от Синон. Её глаза, полные решимости, обжигали. Но я не мог, не имел права рисковать ею дальше. У нас оставалось оружие, но главная битва разворачивалась не здесь.       Я не могу ей рисковать. Хватит. Я должен быть здесь. Но не она.       Я судорожно искал глазами хоть что-то, что помогло бы ей выбраться с этого этажа.       Мой взгляд зацепился за длинный трос — стальной, толстый кабель, свисавший с потолочной балки.       Я убрал пистолет и фотонный меч в ножны и кобуру.       — Райдер, ты что делаешь?! — сказала Синон, увидев, что я складываю оружие.       Я ничего не ответил. Я достал две последние дымовые гранаты из своего бронежилета.       Я бросил две гранаты себе под ноги.       Шипение. Дым мгновенно окутал нас, создавая плотную, непроглядную серую завесу.       — Твою мать! — донёсся с той стороны труб яростный, приглушённый кашель Хантера.       Я быстро подбежал к тросу. Взял его конец, рванул к Синон сквозь дым и обмотал его широким, крепким узлом вокруг её пояса.       — Ты чего творишь?! — воскликнула Синон. Её голос был полон паники, она пыталась освободиться.       Как только я обвязал её пояс, я потянул её к окну, не обращая внимания на её сопротивление.       Подходя к окну, я достал пистолет и выстрелил несколько раз по стеклу. Стекло рассыпалось с сухим дзинь.       Я поставил Синон к самому краю проёма. Ветер со свистом ударил в лицо.       — Райдер! — сказала Синон, цепляясь за меня.       — Кирито, помоги! — сказал я, используя имя, которое было сейчас важнее всего, и толкая её в окно.       Синон полетела вниз с сорокового этажа.       Трос натянулся с металлическим визгом.       Я вцепился в него, упираясь ногами в остатки оконной рамы, чтобы погасить её падение. Мои руки горели от чудовищного трения, а полоса ХП немного проседала. Я почувствовал, как перчатки мгновенно протёрлись до дыр, но я не ослаблял хватку.       Синон благополучно приземлилась на землю, где-то там, далеко внизу.       — Ушла, сука! — взревел Хантер, выскакивая из дыма. Он увидел меня у окна, держащего конец троса.       Я отпустил трос, который ушёл вниз, и развернулся к Хантеру. Мои ладони были красными от износа и дымились.       — Теперь. Только ты и я, Хантер. Без свидетелей, — сказал я, выхватывая свой пистолет и активируя фотонный меч. Из рукояти мгновенно вырвалось лезвие синего цвета.       Хантер не издал ни звука, но его тело напряглось от восторга. Его глаза, фанатично горящие, остекленели, когда он увидел, что я остался один и готов драться.       Он медленно достал из-за спины, с поясного крепления, что-то похожее на рукоять. Рукоять была короткой и массивной.       С коротким вшшш-ак и вспышкой красного света, эта рукоять стала футуристическим боевым топором длиной около 50 см, с двумя широкими, изогнутыми лезвиями.       — Отлично, — прохрипел Хантер, улыбка на его лице стала абсолютно безумной. — Твоя душа принадлежит мне, Райдер.

***

Асада Шино

(Синон)

      Трос? Он привязывает меня! Что он задумал?! Влад! Что ты делаешь?!       Моё тело дёргается в хаотичной попытке освободиться.       Он меня бросает! Он выбрасывает меня из боя! Нет, он не может меня оставить! Я должна быть рядом!       Осколки стекла бьют в лицо. Холодный, резкий порыв ветра со свистом ударяет в уши. Падение. Ужас потери контроля, который я ненавижу больше всего на свете, захлёстывает меня!       Райдер, стой! Ты не можешь остаться один! Я не хочу, чтобы ты умирал!...       И тут я понимаю. Если меня убьёт Хантер или Дез Ган, я умру по-настоящему! Он знает это! Он меня спасает! Он оставляет себя здесь, чтобы я выжила.       Его слова: «Кирито, помоги!»... Он выбрал. Он выбрал свою смерть, а мне дал миссию.       Снайпер...       Я не имею права умереть. Если он рискует всем, чтобы меня выбросить, то только для того, чтобы я завершила главную задачу. Дез Ган. Я твоё прикрытие, Кирито. Я иду. Я должна выжить ради него.

***

Кадзуто Киригая

(Кирито)

      Я сократил дистанцию до нуля с невероятной скоростью. Зелёный фотонный меч стал смертоносным вихрем, направленным прямо в его сердце.       Дез Ган был вынужден отступить на шаг, парируя мой удар своей тонкой рапирой. Его изящная, линейная стойка рухнула. Я давил на него, используя всю мощь и непредсказуемость стиля SAO. Мой зелёный клинок целился в его горло.       Яростная скорость не давала ему времени даже на вдох. Он рычал за маской, его рапира дрожала под напором моего клинка. Я знал: если он продержится так ещё секунду, его тонкое оружие сломается от вибрации и силы.       — Ты... слабый! — прошипел Дез Ган, его голос был глухим, но в нём звучала неистовая злоба. Он держал рапиру двумя руками, упирая её цевьём в грудь.       — Я сильнее твоего больного ритуала! — выдохнул я. Я навалился на меч, пытаясь продавить его защиту. — Ты всего лишь тень Айнкрада! Твоя «истина» — ложь, которая убивает невинных!       Рапира гнулась под давлением фотонного клинка. От места контакта пошло голубовато-зелёное электрическое сияние.       — Невинных? Нет! — взревел Дез Ган. — Есть только элита и слабаки! Ты был избран! Тебе дали силу! И ты отрёкся от него, вернувшись к своим жалким иллюзиям! Я возвращаю террор! Я — легенда, которую ты не смог убить!       Он резко дёрнул рапиру в сторону, выводя её из блокировки, и попытался проткнуть моё плечо. Я увернулся инстинктивно, но лезвие процарапало мою броню.       — Это ты живёшь иллюзией! — сказал я, возвращая удар. — Смерть — это не победа, это твоя трусость, которая прячется за маской! Ты используешь боль людей, чтобы достичь своей ничтожной славы!       — Слава — это реальность! — Дез Ган отступил на шаг, его маска повернулась в сторону Небоскрёба. — Смерть твоих друзей здесь докажет миру, что игры — это место власти! И ты, Чёрный Мечник, будешь смотреть, как твоя ложь рухнет вместе с ними!       — Твоя ложь рухнет сейчас! — прорычал я.       Я убрал зелёный меч, перехватив его в правой руке, и мгновенно направил удар в нижнюю часть его тела — приём, который он не мог парировать рапирой. Дез Ган, несмотря на маску, был вынужден прыгнуть в сторону, чтобы избежать атаки.       В этот момент, когда Дез Ган на секунду оказался в воздухе, его движения и поза показались мне знакомыми. Не из GGO, а из Айнкрада. Я увидел его почерк — небрежную, но эффективную работу ногами перед выносом клинка.       Мой разум, напряжённый до предела, мгновенно провалился в ту тёмную главу. Гильдия... Хохочущий гроб...       Я вспомнил его манеру речи — пафосную, презирающую других. Вспомнил слухи.       Я сделал рывок, чтобы сократить дистанцию, но в следующую секунду моё тело замерло от осознания, которое было хуже пули.       — Я вспомнил, — прошептал я. — Ты...       Дез Ган приземлился, но его маска уже была направлена на меня.       — Ты не просто убийца, ты — Zaza, Красные Глаза! — Я выкрикнул его SAO ник. — Член Хохочущего гроба!       Дез Ган замер. Рапира, которая была готова к атаке, опустилась. Его тело, обычно излучающее угрозу, на секунду стало статуей.       Я ринулся вперёд, чтобы закончить.       Не добежав пару метров, я почувствовал ударную волну и треск выстрела, который не принадлежал ни одному из нас. Мощный, оглушительный грохот.       Пуля прилетела прямо в Дез Гана. Она вошла в него сбоку, в районе груди, и сбила с ног.       Дез Ган отлетел на несколько метров по пыльному бетону, его тело совершило беспомощный кувырок, рапира выскользнула из рук и со звоном упала в стороне.       — Синон! — выдохнул я. Только Hecate II могла дать такой звук и такой эффект. Она жива. Она на позиции.       Дез Ган, приземлившись, попытался подняться на четвереньки. Он закашлялся — глухой, булькающий звук, искажённый маской.       Он медленно поднял голову, которая теперь безвольно висела на шее. Его маска повернулась в мою сторону.       — Ты всё равно опоздал... Чёрный Мечник... — прохрипел Дез Ган. Его голос был слабым и ломаным, но в нём всё ещё звучало насмешливое превосходство. — Хантер... уже... начал... ритуал...       Его голова безвольно упала.       Над ним, в воздухе, вспыхнуло и застыло уведомление: МЁРТ

***

Асада Шино

(Синон)

      Трос ушёл вниз, оставив Синон на земле. Она больно приземлилась, но шок от осознания, что она жива и что Райдер остался там, чтобы спасти её, мгновенно выжег из неё остатки паники.       «Кирито, помоги...» — Его приказ был теперь её единственной реальностью.       Я вскочила на ноги. Hecate II всё ещё была в моих руках, хотя прицел был разбит. Это не имело значения. Снайпер вернулся в игру.       Я рванула с места, не обращая внимания на дрожащие мышцы. Мне нужно было укрытие и обзор. Я бежала, как призрак, используя каждую тень и обломок стены. Вскоре я выбралась на полуразрушенную улицу, с которой открывался вид на Центральную Площадь Руин.       Я увидела их. Кирито и Дез Ган. Они были в ожесточенном клинче, зелёный фотонный меч против тонкой рапиры. Их фигуры были яркими силуэтами в багровом свете.       Я мгновенно упала на землю за разбитой бетонной плитой. Тяжелая Hecate II легла на плечо. Прицел был бесполезен, но я знала винтовку. Я закрыла один глаз, глядя поверх разбитой оптики, и использовала ствол как прицельное приспособление.       Я увидела, как Кирито отступает, а потом слышала, как он кричит:       — Ты не просто убийца, ты — Zaza, Красные Глаза!       Дез Ган замер. Это был мой шанс.       Сейчас.              Я не стала ждать, пока Кирито закончит свою атаку. Мне нужно было положить конец этой угрозе. Немедленно.       Я подгадала момент, когда Дез Ган немного выпрямился, и резко нажала на спусковой крючок.       БУМ!       Оглушительный грохот Hecate II разорвал тишину Центральной Площади. Пуля калибра .50, словно снаряд, ворвалась в тело Дез Гана.       Дез Ган отлетел на несколько метров по пыльному бетону.       Над ним, в воздухе, вспыхнуло и застыло уведомление: МЁРТВ       Я мгновенно перезарядилась, не отрывая глаз от площади. Я не могла расслабиться. Это был только один из них.       «Райдер...» — Эта мысль пронзила меня. Его бой был далеко и был смертельно опасным.       Кирито повернулся и посмотрел в мою сторону, его лицо было полно шока и облегчения.       Я вскочила. Мне нужно было добраться до него, чтобы дать ему полный доклад о втором убийце и его мотивах.       — Кирито! — крикнула я, рванув к нему через площадь. — Их двое!       Кирито резко поднял голову. Его глаза, только что сосредоточенные на побежденном Zaza, переключились на меня.       — Знаю. Где Райдер?! — сказал Кирито, его зеленый меч опустился. Он смотрел на меня, его глаза были полны тревоги.       Я остановилась перед ним, тяжело дыша. Я опустила Hecate II на землю и прислонила её к колену.       — Он выбросил меня из окна сорокового этажа, чтобы спасти! — выдохнула я, указывая рукой на Небоскрёб. Мои синие глаза сузились до ледяных щелей. — Его сообщник — Хантер! Он один из Освободителей.       — Значит, Дез Ган не врал, — сказал Кирито.       Я нахмурилась. — Мы должны подняться! Срочно! Он там один. Мы должны помочь...       Вдруг я и Кирито услышали звук разбивающегося стекла. Это был не одиночный выстрел, а грохот, словно кто-то пробил целое окно.       Мы резко повернули голову на источник звука.       На высоте, между двумя зданиями, был закрытый переход — широкий, освещённый коридор, соединяющий Недостроенный Небоскрёб с соседним зданием.       И прямо в этот переход, пробив собой толстое стекло, падал Райдер.       Его тело безвольно летело, прежде чем врезаться в остатки перехода на 35-м этаже. От удара пошла волна грохота и сыпались осколки.       — Райдер! — выкрикнула я. Страх, который я только что победила, вернулся, но теперь уже за него.       Я почувствовала, как животный ужас сковал меня, когда его тело пробило стекло. Я только что избавилась от страха, а он вернулся, ударив меня по лицу видом его беспомощного падения.       Мы увидели, как Райдер поднялся на ноги внутри полуразрушенного перехода. Он шатнулся, опираясь на искорёженный оконный профиль. Его фотонный меч был в руке.       Он не разбился... Он встал!       В следующее мгновение, сверху, из проёма в потолке, который только что создал Райдер, прыгнул Хантер. Он летел вниз, держа два футуристических топора — они сверкнули красным светом, когда он замахнулся ими над головой для рубящего удара.       У меня перехватило дыхание, когда красные, как кровь, топоры понеслись на Райдера.       Райдер, несмотря на шок от падения, отреагировал инстинктивно.       Он увернулся перекатом. Топоры Хантера вспороли воздух там, где секунду назад была его голова, и с грохотом врезались в металлическую обшивку пола. От удара вырвался сноп искр, и переход сотрясся.       Кирито сжал рукоять зелёного меча, готовый рвануть с места.       Я потеряла дар речи на секунду. Всё, что я видела, — это угроза.       — Два топора! — прошипела я, хватая свою Hecate II. Снайперские инстинкты вернулись, но расстояние и хаотичное укрытие в переходе делали выстрел почти невозможным. — Я не могу стрелять! Он перекрывает его!       — Бежим! — взревел Кирито, рванув к ближайшему входу в здание. — Сюда!       Он не ждал ответа. Кирито рванул к ближайшему входу, его зелёный клинок исчез за тёмным дверным проёмом.       Я сжала винтовку и, несмотря на усталость, последовала за ним, ища способ подняться на уровень перехода.       — Держись, Райдер! — прошептала я.       Мы уже рядом.