Эгоизм

Внутри дома было тихо — слишком тихо после шума дождя и бешеного ритма сердец на улице. Аска быстро сняла насквозь вымокшие кроссовки у входа и, не останавливаясь, пошла дальше, на ходу разматывая шарф, стаскивая с плеч куртку Юнги. Ткань упала на пол почти беззвучно. Тёплый свет гостиной касался пола мягкими овалами. Аска не замедлила шаг. Она прошла прямо к бару. Будто движимая невидимой силой, резким, почти дерганым жестом схватила бутылку. Тот же самый вредный напиток, что создал этот вечер… или… разрушил. Юнги последовал за ней молча. Он аккуратно поставил её обувь рядом со своей у батареи, сложил зонт внутри прихожей так, чтобы вода стекала в поддон. Куртку повесил на спинку стула. Ее мокрые следы на теплом паркете потихоньку испарялись, будто сама боль отчаяния могла растаять в еле мерцающем луче надежды. Он остановился у двери и наблюдал: каждый жест Аски был напряжён до предела, будто она собирала себя по частям, перед тем как сломаться окончательно. — Аска… Голос Юнги прозвучал мягко — почти мольба. Он подошёл ближе медленно и оперся рукой о край стойки рядом с ней. Лёгкая морщинка тревоги проступила на лбу. Его глаза задержались на её пальцах: они дрожали. Не сильно… едва заметно… — Слушай… может… уже достаточно? Юнги попытался осторожно коснуться тыльной стороны её ладони, что сжимала круглую крышечку. Аска вздрогнула еле заметно и отвела руку. — Это последняя… честно… — Выдохнула коротко, не встречаясь взглядом. — Просто мне нужно немного… смелости… Юнги фыркнул тихонько: — Смелости… Эхо повисло между ними с горьковатым послевкусием. Он отступил назад и опустился на высокий стул у стойки напротив неё, скрестил руки на груди так плотно, что плечи чуть поднялись - защитная поза без слов. Юнги наблюдал за тем, как она делает один длинный глоток — холодный блеск жидкости по краю горла. Половина исчезает за секунды. Бутылка еще в руке: часть сигнального маяка перед штурмом чего-то страшного или необходимого… Мгновение колебания. Поставила бутылку. Проблеск решительности в её глазах. Закусила губу, слегка теребя запястье противоположной рукой. Юнги прекрасно знал, что означает этот жест: она готова броситься в омут, даже если потом пожалеет. Каждый раз перед пропастью она делала именно так. Мокрая холодная водолазка неприятно липла к телу, но внутри уже разливался новый пожар. Возмущение, злость, слепой отказ верить словам Юнги… и надежда. Аска двинулась прочь из гостиной, оставляя за собой влажные следы на теплом полу и до боли сжимающееся сердце Юнги. Она шла прямиком к дальнему концу коридора, туда, где находилась комната Тэхёна. Юнги не выдержал и вскочил: — Постой! Шагнул следом быстрее сердцебиения. — Не сейчас! Не среди ночи… когда ты… ты в таком состоянии. Его голос почти оборвался. Стал каким-то легковесным даже для него самого. Он хотел защитить её, как никогда предчувствуя, как сильно она разобьётся, но… Липкий ком ревности и эгоизма внутри будто поглощал изнутри, превращая его в нечто иное. Аска качнула головой: — Нет… Сейчас… Или никогда… На пороге своего выбора замерла — глубоко выдохнула, словно выбрасывая остатки страха. Дрожащие пальцы коснулись ручки. Нажим. Легкий скрип и шаг вперёд. Аска бесшумно вдохнула. Мгновение, и на глазах Юнги дверь в комнату Тэхёна медленно закрылась за её спиной, забирая в кромешную тьму. Юнги сжал кулаки почти до хруста. Тяжёлый вздох. Несколько безвольных шагов, и он прислонился спиной к стене слева от двери. Сердце бешено колотилось, отдавая в виски. Плечи напряглись, будто в них вросли тяжёлые гвозди. Каждый звук за этой дверью теперь был как удар по оголённым нервам. Аска стояла в полной темноте, не в силах сделать шаг. Приоткрыла рот, но слова застряли в горле. Она глубоко дышала, вцепившись рукой во влажную водолазку у себя на груди. Глаза начали потихоньку привыкать, различая очертания предметов. Аромат его комнаты окутывал странным противоречивым чувством. Такой родной, приятный, но… Что-то кольнуло в груди. Неужели Юнги сказал правду? Аска прикусила губу почти до крови, сильнее сдавливая пальцы, будто пытаясь заставить себя очнуться. — Тэхён? — её голос еле слышно дрогнул в безмолвной темноте, но ничего не произошло. Она сделала шаг вперёд. Вдох. — Тэхён… ты спишь? — чуть громче произнесла Аска, испугавшись собственного голоса. Лёгкий шорох, и чёрное одеяло зашевелилось на кровати. Сонный вздох и зевок без стеснения. — М-м-м? — Хриплый низкий голос заставил сердце Аски дрогнуть. — Уже утро? Она не могла даже двинуться с места или ответить, молча наблюдая за пробуждением. Они знакомы уже несколько лет. Несколько лет живут в одном доме, но она еще никогда не вторгалась к нему вот так, среди ночи. Одна рука медленно показалась из-под одеяла. Целенаправленно потянулась к ночнику. Щёлк! Тусклый свет — не яркий, но достаточный для того, чтобы всё стало реальным. Аска инстинктивно сощурилась. Воздух дрогнул. Секунда… вторая… Тишина повисла слишком плотной тканью. Перед ней Тэхён; спускает ноги с кровати, растрёпанные чёрные локоны падают на лоб. Он потирает глаза, зевает без стеснения. Сидит перед окном — спиной к ней. Как же она любила… видеть его таким… домашним. Ещё один шаг Аски вперёд. Ни звука. Только тяжёлое дыхание и трепет перед вопросом, которое может всё разрушить. Нет… Юнги точно ошибся. С каждым мгновением воздух становился всё плотнее. Юнги застыл у стены коридора — буквально прилип к ней спиной. Каждое движение внутри комнаты он ловил на слух: шорох простыни… вздох… голос… Почему именно он? Чёрт… — Тэхён… — снова едва позвала Аска, — прости, что разбудила… Её неловкость была слишком очевидна и весьма необычна. Даже алкоголь не помогал справиться. Услышав её голос позади, он слегка обернулся через плечо. — Аска? — хриплый сонный голос заставил её вздрогнуть, он попытался улыбнуться. — Кто-то опять обижает нашу крошку? — Он зевнул, прикрывая рот тыльной стороной руки. Она смущённо замотала головой. Тэхён хмыкнул и, прищурившись, пытался разглядеть её в полумраке комнаты. — А что тогда? — Он почти спал. — Я… я хочу кое-что спросить… Молчание между фразами затянулось на полсекунды дольше обычного — как будто она боролась сама с собой перед последним рубежом сердца. — Ах… ну… — он снова приоткрыл глаза и похлопал ладонью по кровати рядом с собой, — присядь… и спрашивай. Несмотря на всю невероятную тяжесть в теле и сонливость, он изо всех сил пытался угодить миленькой младшей. Снова зевок. Несколько быстрых шагов, и она уже перед ним. Не решаясь сесть, сжала губы так сильно, что побелели уголки рта, снова и снова стараясь контролировать свои чувства. Тэхён поднял голову, несколько удивлённо разглядывая лицо Аски. — Опять… лишнего выпила? — Он хмыкнул, явно привыкший к её странным забавным выходкам. — Юнги лишнего ляпнул? Аска покраснела, сжимая руки в кулаки за спиной, чтобы он не видел. — Тэхён… — начала она неловко, — …ответь мне честно на один вопрос… хорошо? Он улыбнулся. Кажется, угадал. Сейчас будет очередная нелепость от крошки Аски. Тэхён кивнул, пытаясь изображать серьёзность с полузакрытыми глазами. Она на мгновение поджала губы. Последний шанс. Либо получит надежду, либо… Она резко замотала головой, будто выбрасывая негативные мысли из головы. — Тэхён… тебе… нравятся… — Аска сглотнула почти через боль, — парни? Несколько секунд тишины, показавшихся вечностью. Лишь предательски громкий стук сердца, тяжелое дыхание и непреодолимый страх, что усиливался с каждым вдохом. Тэхён чуть нахмурился, пристально глядя на Аску, всё ещё сонный, пытаясь понять суть вопроса. — Ну… да. — Ответ прозвучал еле слышно, с некоторой печалью в голосе. Аска резко втянула воздух и замерла. Внутри что-то оборвалось. Последняя надежда рухнула вместе со всем миром, отдавая спазмом прямо в центр грудной клетки, делая дыхание невозможным. Тэхён едва заметил странный блеск в глазах Аски и только хотел что-то сказать, как она рванулась к двери. Тэхён вскочил следом, совершенно не понимая, что только что произошло. — Аска, стой!.. Подожди! Но дверь уже хлопнула, срабатывая лучше любого будильника. — Аска! — Юнги, все это время ожидавший около комнаты, успел лишь окликнуть, но она пронеслась мимо него словно молния. Он отчётливо видел блеск слёз на её щеках. Сердце пропустило удар. Как же погано было внутри. В следующую секунду в коридоре возник и Тэхён. Босиком… в футболке и шортах. Растерянный, он встретился взглядом с Юнги. — Что, чёрт возьми, произошло? Юнги сжал зубы. Желваки слегка шевельнулись от злости на самого себя. Он сделал вдох и хмыкнул, пожимая плечами. — Ну… по ходу, она просто узнала правду…