Унесенные фанфиком

      — Ты бы видел, как она ее метелила! — Нино восторженно рассказывал подробности сегодняшнего боя своему другу, который апатично сидел за партой и смотрел в пустоту. — В Ледибаг будто сам Кратос вселился! Хлоя… То есть, Тоймастер буквально на пиксели рассыпалась с каждым ударом! И все это время на голове злодейки был… — он перешел на шепот, — презерватив.       Из-зха глупого стечения обстоятельств, Адриан пропустил все самое интересное. Но это было не главной его проблемой.       Он накосячил.       Не явился на бой, вынудив свою напарницу справляться в одиночку.       Упал в обморок перед ней при виде презерватива, который, как оказалось, был использован как огромная водяная бомбочка, мгновенно «потушив» злодейку, нейтрализовав ее основное оружие в виде жезла с кристаллом, торчащим из макушки.       Он не нашел Маринетт.       Нет, она, конечно же, объявилась в коллеже, как только с очередной тщетной атакой Бражника было покончено.       Но что с ней случилось, пока Ледибаг не применила свою Чудесную силу, не знает никто.       Перед началом урока Адриан опросил несколько своих одноклассников, не видели ли они Маринетт.       Но никто не дал ему ответа, только многозначительные взгляды в глаза и еле сдерживаемую ухмылку в спину.       С момента, как она утащила его со школьного двора в медицинский кабинет, ее больше никто не видел, хотя Ледибаг сказала, что…       Сцена с падающим потолком в школьном коридоре прочно засела в его памяти.       Нет, так продолжаться не может.       Адриан уронил голову на парту и накрыл ее руками.       Нино, в этот момент шепотом пересказывающий оправдания Хлои, когда с нее спала акуматизация, резко остановился.       — Бро? Ты чего? — потряс он друга за плечо. — Да не переживай ты так, в Ледиблоге потом глянешь на свою… пассию.       Адриан медленно повернул голову, не отрывая ее от парты, и пристально посмотрел на друга. Выглядело довольно зловеще.       По спине Лейфа пробежали легкие мурашки.       — Понял, понял, — показал он ладони наружу. — Не буду поднимать эту тему сегодня.       Занятие еще не началось, поэтому в классе мадам Бюстье стоял привычный гомон.       Под звук распахнувшейся двери в аудиторию ввалилось еще несколько учеников.       Безучастно проводив их взглядом, Адриан, наконец, увидел ту, из-за которой в его голове сегодня творится какой-то артхаус.       Тихо и робко, словно мышка, позади группы учеников, прячась где-то между Иваном и Миленой, в класс пробралась Маринетт.       Адриан резко поднял голову, будто сурикат, заметивший приближение хищника.       Девушка на долю секунды заметила его пристальный взгляд, покраснела и спряталась за спиной внушительного одноклассника еще глубже, пока не пробралась так до своего ряда, постаравшись слиться силуэтом со своей рыжеволосой соседкой по парте.       Нино вновь присмотрелся к выражению лица своего братана.       А смотреть там было на что. Словно моряк, неделями дрейфующий в море, пока все его запасы провизии и воды подошли к концу, наконец замечает на горизонте заветный клочок земли, в реальность которого он уже давно перестал верить.       — Земля вызывает Адриана, — помахал Нино ладонью перед лицом парня. — Вот, кстати, об этом я и хочу поговорить, монсеньер перебежчик. Что это, черт возьми, было сегодня утром?       Адриан на мгновение вернулся во вселенную.       — А? Что? — непонимающе замямлил он, пропустив большую часть слов мимо ушей. — Перебе… Т-ты о… чем?       Нино протяжно вздохнул.       — Знаешь, сколько месяцев мы наблюдали, как она вьется вокруг тебя, а ты ее рассматривал не больше, чем граффити со стены на заднем дворе школы? — диджей пошел ва-банк. — А тут с утра тебя будто… подменили. Ну, или заменили в твоей прошивке слово «Ледибаг» на «Маринетт», как сказал бы Макс.       Два этих слова подряд ожидаемо вызвали у белобрысого приступ сцен из фанфика. Тех самых сцен, где лицо одной сменяется лицом другой.       Он моментально вогнался в краску и снова сократил расстояние между своим лицом и поверхностью парты.       — Я… Я не… — слова выходили с трудом, потому что он совершенно не понимал, как это объяснить. — Все… сложно.       Нино хотел было сказать что-то ободряющее и, в его понимании, мудрое, теперь уже на глубинном уровне понимая, что всегда чувствует Алья, как в класс вошла мадам Бюстье.       А это значит, что пришло время переключиться на урок истории, а не выяснение взаимоотношений за двух заикающихся друг перед другом невротиков.       Как будто одной из них им было мало. Теперь их двое. Шик.       Но Адриан не собирался сдаваться.       У него были размышления поважнее.       В его голове играл тихий, но быстрый пианинный перебор.       «Кто-то заменил прошивку» — припомнил он последнюю фразу своего товарища.       Как ни странно, но эта фраза идеально описывала то, что он вчера прочитал. И процесс перепрошивки был… нет, не трудным.       Это было невероятно эмоционально.       Это было чрезвычайно стыдно.       Это было невыносимо хорошо.       Кто мог создать что-то настолько эмоционально вовлекающее? Не прям супер-профессиональную литературу, свои косяки там тоже были, об которые он регулярно спотыкался, потому что прочитал до этого множество других работ и в целом книг, поэтому ему было с чем сравнить.       Звуки пианино в его подсознании словно сопровождали его размышления, обрастая понемногу другими инструментами и мелодиями, будто вечером он придет домой, спрячет в пачке чипсов крохотный телевизор и начнет записывать имена преступников на крохотный кусочек бумаги.       Но автор писал так, словно это было лично для него. Для Адриана Агреста, который упорно не замечал девочку, которая сохнет по нему, как только что сказал Нино, «несколько месяцев».       Адриан скосил взгляд в сторону, пытаясь поймать периферийным зрением образ девушки с косичками на одном из рядов позади.       «Может, моя первая идея с селф-инсертом была правдой?» — подумал он. — «Но зачем Маринетт будет писать такое столь… откровенно? С такими подробностями и деталями, что…»       Набор сцен вновь промелькнул в его памяти, пока в штанах становилось все теснее.       Нужно было резко сменить мысль.       Ученики поочередно отзывались на перекличку. С недавних пор это стало стандартом, потому что некоторые использовали внезапные нападения злодеев, как причину слинять домой без зазрения совести.       «Фанфикеры часто пишут самовставки, подставляя себя под маски различных героев» — его поток рассуждений продолжался. — «И Кот Нуар с Ледибаг — не исключение»       Мадам Бюстье, тем временем, записывала на доске тему сегодняшнего занятия.       «Но почти всегда это лишь один из героев…»       Не то, чтобы он знал Маринетт слишком плохо. Он знал ее достаточно, чтобы понимать, что на такой… эксцентричный пейринг она бы не решилась. С другой стороны, он даже не знал, что она может писать фанфики.       «Все еще есть шанс, что она — не автор» — с некоторым прискорбием решил он. Ощущение этой прискорбности вызвало у него странные ощущения.       Если бы Адриан внимательно читал те книги, что периодически советует ему отец (вернее, кладет на стол и ждет, что сын прочитает это до конца недели), то он смог бы задать себе очень важный вопрос: «Что я знаю и почему я думаю, что знаю?».       От погружения в бездну его вырвал звук уведомления на его телефоне.       Одновременно с этим он услышал синхронное жужжание еще нескольких телефонов где-то позади, ведь сидел он в первом ряду.       Он встревоженно посмотрел на учительницу, но та не придала значения его включенному звуку.       Осторожно достав телефон из кармана, Адриан глянул на экран, ожидая рассылку от местного МЧС или что-то вроде.       И его мир рухнул.       Он мгновенно ощутил затылком несколько пристальных взглядов, буквально поднимающих волосы на его загривке дыбом.       В тексте уведомления с сайта «Темная Обитель Фанфикшена» было написано:       «Автор IAmNotRose выложил новый фанфик «Моя девушка — героиня фанфика 2»       Предисловие от автора: нАдЕюСь вАм пАнРаИцЦа! 1».