Унесенные фанфиком

      Перемена между занятиями была в самом разгаре.       Нино выпытывал у Адриана подробности инцидента в библиотеке, старательно скрываясь от взглядов одноклассников. Но делиться деталями своего позора блондину очень не хотелось. Да, это была победа, в некотором роде, но не то чтобы он сильно ею гордился.       Ощущение ее дрожащих бедер на его лице и звук, разлетевшийся по пустой библиотеке, напомнили о себе. И, кажется, что-то еще в глубине нее сжалось, что он ощутил своим прижатым ртом.       Ладно, он гордился.       Но теперь у него был еще один повод для гордости — пока обычные герои защищают мир материальный, Адриан же отразил психическую атаку со стороны Маринетт, призванную вызвать у него стояк посреди урока.       Да и как отразил! Это был превосходный контрудар, от которого она, похоже, даже…       — …э-эй! Адриа-ан! — перед глазами вдруг замаячило что-то темное со светлой ладошкой. — Проснитесь и пойте, мистер Агрест, проснитесь и пойте…       Парень часто заморгал глазами, вырванный из кинозала своей боевой славы в голове.       — …не хочу, сказать, что вы спите на уроке… — продолжал его друг говорить загадочным низким голосом с нотками шипения, словно человеческая речь ему давалась с трудом. — Никто не заслуживает Маринетт больше вашего…       Резко покрасневший блондин вздрогнул.       — Нино! — шикнул он. — Я не буду тебе рассказывать детали… Это… Личное.       Адриан прижал кулак к груди и театрально посмотрел куда-то вдаль.       Лаеф оглядел этого актера без оскара и прыснул от смеха.       — Кстати, об актерах, — вспомнил о чем-то Нино, когда перестал ржать, чем опять вогнал друга в краску. — Я тут вспомнил городскую байку о том, что в здании нашего телеканала когда-то была потайная киностудия самого мэра Буржуа!       Он покосился на Хлою, что сидела сегодня дальше обычного и в принципе была тише обычного.       — Киностудия мэра? — удивился Адриан. — Я помню, что когда-то в молодости он вроде хотел быть сценаристом мелодрам или чего-то вроде. Получается, он добился своей мечты?       Нино моргнул несколько раз, а затем снова прыснул со смеху.       — Ну ты и голова! — он растормошил блондина за макушку, а затем наклонился уже к самому его уху и прошептал, — Вот именно, что «чего-то вроде». Это порностудия!       Адриан на секунду завис.       — А зачем в порно вообще сюжет? — задал он фундаментальный вопрос. — Он же там нужен, как сюжет в стрелялках — можно отдельно текстовым файлом выложить, и даже без него смысл особо не поменяется. И «да не иссякнет ярость твоя…»       Нино перестал смеяться.       — Ну, вот сегодня и узнаем, когда будем на экскурсии в телеканале, — похлопал он блондина по спине. — Говорят, что эта студия располагалась на 34-м этаже, на котором обычные лифты даже не останавливаются…       — Экскурсия?! — воскликнул тот. — Какая еще экскурсия? Почему так внезапно?       Лаеф окинул своего друга скептическим взглядом.       — Вообще-то, вчера объявили, — пояснил он. — Как раз, когда вы пропадали где-то за пределами класса. Я вижу, у вас это начало входить в привычку.       Адриан посмотрел на свою правую руку и рефлекторно сжал пальцами воздух.       — Почему ты не сказал мне об этом? — он схватил друга за грудки.       В ответ Нино просто пожал плечами.       — Вообще-то, после вашего возвращения это повторили еще раз, — ответил он. — Но ты предпочел весь оставшийся день пускать слюни, перебирая пальцами в воздухе.       Блондин отпустил одежду соседа по парте, упал на свое место и обмяк.       «Только бы Бражник ничего не учудил, пока мы на экскурсии, как это обычно бывает» — возникла в его голове беспокойная мысль.       Он мельком оглянулся на свою одноклассницу, и ее напряженный взгляд, периодически бросаемый в его сторону, только усилил беспокойство.       Алья со скепсисом наблюдала, как ее подруга поглядывала на парня, в которого была влюблена и делала в десять раз больше заметок в блокнот, чем обычно.        ===       — В смысле — «не поедем»? — возмутился кто-то из учеников.       Всей недовольной группой они стояли на школьном дворе, во главе со своим классным руководителем.       Калин Бюстье, в свою очередь, пыталась выяснить у низкого кудрявого мужчины, оказавшегося их школьным водителем, почему согласованная и ожидаемая экскурсия не состоится.       — Мадам, при всем уважении, — начал он, — но если сотрудники технадзора остановят нас для проверки и обнаружат, что у автобуса не работают стеклоочистители — меня ждет большой штраф! И нашего директора, кстати, тоже!       Адриан посмотрел на лицевую часть желтого школьного автобуса, где под лобовым стеклом находились те самые прорезиненные палки раздора.       Затем он поднял голову на безоблачное синее небо, открывающее солнцу возможность прожарки мозгов парижан на постоянной основе.       — Неужели автобус из-за этого будет хуже ехать? — спросил кто-то из группы.       К нему присоединилось еще несколько недовольных саркастичных комментариев касательно надвигающегося проливного дождя при совершенно чистом небе.       Водитель устало потер переносицу.       — Согласно постановлениям и требованиям ПДД, — начал он монотонно отвечать, словно зачитывая, — эксплуатация транспортного средства запрещена при наличии неисправности стеклоочистителя. Поверьте, если инспектор захочет проверить работу моих дворников — дождь ему будет совершенно не нужен. За сим — я откланиваюсь.       Чуть приподняв свою фуражку, он вежливо кивнул и удалился.       Бюстье вздохнула и оглядела своих учеников. Срывать запланированную экскурсию ей точно не хотелось, тем более, что Надья Шамак по ее просьбе выбила им свободный кусочек времени для посещения.       Но одна бюрократия вдруг столкнулась с другой бюрократией, отчего женщина лишь закрыла глаза и сделала глубокий вдох, медленно выдохнув.       — Не волнуйтесь, ребята, — она надела свою самую доброжелательную улыбку и повернулась лицом к ученикам. — Мы доберемся до студии своим ходом. Общественный транспорт еще никто не отменял.       Раздался коллективный вздох, наполненный ужасом. Кто-то даже заплакал.       Она развернулась, сделала завлекающий жест рукой и ученики, повинуясь стадному инстинкту, последовали за ней.       Адриан с Нино шли сбоку от группы и блондин то и дело выискивал глазами в толпе две короткие черные косички, отливающие в полуденном солнце глубоким синим цветом. К моменту предполагаемой поездки Маринетт уже успела привести свой внешний вид в порядок.       — Бро, да что у тебя в голове творится? — взмолился Лаеф, когда ему надоело чувствовать себя живым щитом. — Позови ее на свидание, что ли уже…       Агрест-младший смерил своего друга взглядом, достойным лишь простейших и эукариотов, на что Нино лишь обреченно вздохнул.       — Теперь понимаю, что все это время чувствовала Алья… — он натянул кепку пониже на глаза и уткнулся в телефон.              На остановке было не так уж много людей, и когда подошел нужный маршрут, никто из остальных ожидавших не выразил желания лезть в железную коробку вместе с двумя десятками подростков. Себе дороже.       Алья подталкивала интенсивно вращающую головой подругу в сторону открывшихся дверей общественного транспорта.       Увидев в толпе позади, наконец, своего компаньона по гляделкам, они пересеклись взглядами и Маринетт жестом показала ему «Я за тобой слежу, развратник!».       По крайней мере, так ему показалось.       Адриан подозрительно сощурился в ответ, не отводя взгляда, пока не запнулся об кого-то из одноклассников, пока сам заходил в душный салон автобуса.       Обернувшийся на источник раздражения Иван, распознав белобрысого парня, сменил грозную гримасу на дружескую улыбку.       — А, Адриан! — он положил ему руку на плечо. — Я-то думал, это какой-нибудь воришка, ну типа… Ээ, знаешь, когда они с тобой случайно сталкиваются, а потом ты не можешь досчитаться одной почки.       — Кажется, это немного другая область криминала, — выразил сомнение блондин, не переставая заглядывать по ту сторону массивной фигуры одноклассника.       Старенький автобус тем временем, напрягая чуть живую гидравлику, с трудом закрыл двери и начинал неуверенное движение.       Иван же, бросив через свое плечо взгляд вглубь салона, где уже толпилась куча других учеников, заметил возле Альи объект пристального внимания своего одноклассника — девушку с двумя косичками.       В его голове сложился незамысловатый паззл и он положил обе руки на плечи одноклассника.       — Вот оно что, — понимающе ухмыльнулся он. — Погоди, сейчас помогу.       — Ч-что…       Адриан почувствовал, как здоровенные пальцы сжали его плечи, словно тиски, а земля ушла из-под ног.       Мир вокруг закружился и через мгновение под его кедами вновь возникла площадка автобусного салона.       К сожалению, большая часть сидячих мест в автобусе уже была занята, а сидящие на них горожане усиленно делали вид, что спят, мечтательно изучают парижский пейзаж за окном или просто мертвы. Поэтому некоторые ученики моментально распределились по нескольким свободным креслам, тогда как остальные заняли просторную площадку для стоячих пассажиров.       Адриан развернулся и уткнулся носом в красную клетчатую рубаху.       — Ара? — Алья взглянула через плечо и увидела потирающего свой многострадальный нос блондина.       Автобус начал притормаживать перед следующей остановкой и его тормозная система, что находилась в не очень идеальном состоянии, сопроводила снижение скорости несколькими резкими толчками.       — Полегче! Не картошку везешь! — кто-то из пассажиров недовольно прокомментировал состояние общественного транспорта Парижа, видимо, не успев схватиться за поручень.       Со стороны водителя раздалось что-то приглушенное, и, скорее всего, матерное.       Рыженькая вздохнула, готовясь уже сделать шаг в сторону и открыть взору своих подопечных параноиков их же самих, как вдруг взгляд ее упал на остановочный павильон.       В глазах репортерши, минуя стекла очков, отразился весь ужас, описанный в книгах Говарда Лавкрафта.       Толпа загоревших людей с характерными чертами лиц и одеяниями, вызывающими ассоциации с трущобами и фильмами про танцы и разрубание пуль шашкой, вдруг жадно устремили свои взгляды в сторону их автобуса.       — О нет! — спохватилась она, пока створки дверей разъезжались в стороны, впуская в салон сначала разъедающий слизистую запах карри и прочих специй, а затем уже его носителей.       Бросив быстрый взгляд на уже прижимающуюся к ней лицом лучшую подругу и прикинув расположение блондина позади, Алья Сезар приняла решение совершить рокировку. Тем более, что позади Маринетт на нее жалобно смотрели щенячьи глаза из-под козырька красной кепки.       Едва Маринетт восстановила равновесие и открыла глаза, она уже собралась было высказать репортерше за такие внезапные карусели, как ворвавшийся в салон оползень из индусов не позволил ей этого сделать. Граждане дружественной страны своим хаотичным наполнением укомплектовали всех остальных пассажиров внутри так плотно друг к другу, что она уперлась лицом в грудь своей лучшей подруги, сдавленно вскрикнув.       Алья так торопилась поменяться с ней местами, чтобы оказаться рядом с Нино во время давки, что, видимо, не посмотрела, кто находится позади нее самой.       И сейчас, без возможности дотянуться до поручня, Маринетт оставалось лишь надеяться, что давление толпы удержит ее от падения.       — Ма… Маринетт? — вдруг прозвучал прямо возле ее уха удивленный голос, такой знакомый, бархатный и томный…       На счет последних эпитетов она, конечно, ошибалась, но давайте не будем мешать ей приукрашивать действительность.       Однако, это не помешало ее коже покрыться мурашками, когда на своей шее она почувствовала его дыхание и до нее дошел запах его шампуня. Сразу после этого воздух в автобусе был полностью замещен ароматом восточных специй.       Позади нее сейчас находился Адриан Агрест, прижатый к ее телу столь плотно, что она ощущала своей спиной каждую складку его рубашки.       Наверняка он, просчитав всю ситуацию раньше, чем она произошла, подкрался к ней, лавируя между другими пассажирами, чтобы застать врасплох. Опять.       Нет, в этот раз она не проиграет! Он будет пытаться давить своим шармом, своим обаянием... Но он буквально сам рассказал в фанфике, как его нужно отшивать, доставляя ему максимум фрустрации.       Адриан же чувствовал себя, словно в тисках — позади него был Иван, что своей комплекцией напоминал скорее каменную глыбу, а спереди к нему была прижата сама Маринетт.       Наверняка она, предвидев такую давку, моментально проскочила поближе к нему, чтобы в очередной раз заставить страдать его либидо, как делала Ледибаг в ее фанфике.       Но нет. Он не позволит себе проиграть. Он должен соответствовать, чтобы пройти ее экзамен. Показать ей, что он не просто Кот, которым она его считает.       Он должен игнорировать ее попытки соблазнить его.       Игнорировать перебивающие духоту и карри запахи ее геля для душа и шампуня, смешанные с естественным запахом ее волос и кожи, от которой чувствовал исходящее тепло.       Игнорировать это тепло, которое он начал чувствовать всем своим телом, ведь его одежда в месте их плотного контакта уже нагрелась.       Игнорировать жар, что он стал ощущать там, где ее… штаны были прижаты к его паху, как бы сложно это ни было…       — Ушастый, — вдруг повернула она голову, — в меня упирается твой шест или ты просто рад этой экскурсии?       Она поддалась своей внутренней героине, чтобы дать ситуации подходящий надменный комментарий, поставить зазнавшегося «Кота» на место.       Но сразу же вспомнила, что позади нее не Кот, а Адриан.       И у него не может быть с собой шеста.       Адриан не увидел, как она слегка побледнела, что сделало ее румянец лишь более отчетливым.       Мозг парня сам продолжил ее слова: «И что ты собираешься с ним делать?»       Его эго оказалось задето и руки, будучи расположенными по швам, проскользнули вперед и вцепились в бока ее штанов.       Либо это было чисто рефлекторное движение, потому что скорость автобуса внезапно изменилась и тело само решило найти точку опоры, чтобы не упасть.       Вот только ее слова про «шест» дошли до него слишком поздно.       Автобус уже начал скачкообразное торможение.