каждому, кто остался жив

Сынмин еще утром знал, что школьный день будет ужасным из-за предстоящей контрольной по алгебре, но он и не думал, что в середине урока будет сидеть под партой, слушая, как плачет их классная руководительница, тоже спрятавшаяся под своим столом, и как дрожит от страха его сосед по парте. Сам Ким даже не нервничал. Казалось, что это даже хороший способ пропустить контрольную, к которой он, конечно, даже не готовился.   «Посидим под партами пару минут, как раз до конца урока — тридцать минут осталось», — думал Сынмин, поджав ноги е себе. — Хисын, дай покумарить. — Ты даже в такой ситуации о поде думаешь? — Хисын взглянул на него, как на сумасшедшего, но курилку всё-таки протянул. — Но ты будешь виноват, если спалят. Я её на последние деньги покупал. — Ей вообще по барабану, что мы делаем, — Сынмин кивнул на дорожающую от страха классную, которая с кем-то разговаривала по телефону. — Что вообще происходит? Хисын открыл новости на телефоне. Интернет пока был, хоть и слабый, но и на этом спасибо — что вообще люди не остались без связи. — В мире зафиксирован новый опасный вирус, превращающий людей в агрессивных монстров, — читает парень. — Сегодня в международных новостях появилась тревожная информация о новом вирусе, который быстро распространяется по разным регионам мира и вызывает серьезную обеспокоенность у специалистов и властей.   По предварительным данным, вирус, получивший название "Морлок-23", обладает способностью превращать зараженных людей в агрессивных существ с монструозными чертами. Первые случаи были зафиксированы в небольших городах и сельских районах, однако уже есть сообщения о быстром распространении инфекции.   Эксперты предупреждают, что симптомы заболевания включают сильную агрессию, потерю контроля над поведением и физические изменения — увеличение мышечной массы, изменение цвета кожи и появление острых зубов. В некоторых случаях зараженные полностью теряют человеческий облик и становятся опасными для окружающих.   Медики и службы безопасности работают над разработкой методов борьбы с вирусом, однако ситуация осложняется тем, что никто не знает, как именно происходит заражение. Власти вводят чрезвычайные меры: введение карантинных зон, ограничение передвижения и усиление патрулирования.   Международные организации призывают население соблюдать меры предосторожности: избегать контакта с подозрительными лицами, соблюдать гигиену и следить за симптомами. Пока неизвестно, как долго продлится распространение вируса и есть ли возможность его полного уничтожения.   Это первая подобная угроза за последние десятилетия, и эксперты предупреждают — ситуация требует срочных мер и внимательного наблюдения. Время покажет, удастся ли человечеству справиться с этой новой опасностью. — Пиздец, — только и сказал Сынмин, затягиваясь подом и выдыхая дым в лицо Хисыну, который пытался найти еще какую-нибудь информацию о вирусе. — Надо выбираться отсюда… — Ты нормальный? Это единственное пока безопасное место, здесь нас никто не тронет. Тем более ты даже не знаешь, что происходит на улице. Выйдешь — и на тебя сразу нападет толпа зараженных. — Может, здесь нас не заразят эти твари, но мы точно сдохнем от голода, — сказал Сынмин. — Не думаю, что в школе есть какие-нибудь запасы еды. Даже если мы продержимся тут несколько дней, что будет дальше? — Нас перевезут в карантинный лагерь, — ответил Хисын, отбирая у друга сигарету. — Хватит уже курить! — Да кому мы нужны? — махнул рукой Сынмин. — Сначала займутся большими шишками и их семьями, а через пару недель — о нас забудут. — Прости, но я другого мнения, — отвернулся Хисын. Прошло уже больше часа, как ученики сидели под партами. У Сынмина затекли все мышцы, и он просто развалился на холодном полу, подперев голову рукой и играя в телефон. Хисын, уставший сидеть, прижал колени к груди и вытянул ноги, оперевшись на заднюю парту.   Классная руководительница уже не плакала — просто сидела, уставившись в стену, даже не поворачивая головы к детям. — Жрать хочу ужасно, — провыла Йеджи, хватаясь за живот и недовольно морщась. — Когда это все закончится? — Не скоро, — сказала Юна, обнимая подругу за плечи и укладывая ей голову на колени. — Но нас обязательно спасут. Сынмин усмехнулся, слушая разговор одноклассниц. Некоторые действительно верили, что власти заботятся о них. Но на самом деле — никому, кроме своих родителей, они не нужны. У парня не было близких родственников: ни отца, ни матери, ни сестер или братьев. Последние десять лет он жил у тетки, которая забила на него и обеспечивала только жильем и иногда едой. Поэтому парень привык полагаться только на себя. — Слушай, — протянул Хисын, пиная ногой руку друга, — твой план по сваливанию с каждым часом кажется все более заманчивым. — У тебя кишка тонка, без обид. Побежишь за стадом — не знаешь, куда и зачем. — Напомни, почему я с тобой дружу вообще? — спросил Хисын, прищурившись. — Я даю тебе скатывать литературу, курю с тобой в туалете и сваливаю вместе с уроков. — Вопросов нет, — Хисын снова открыл новости в телефоне, но ничего нового так и не появилось. Казалось, что никто даже не планирует улаживать проблему, держат людей в неведении. — Интересно, что с нами будет? — Если будем сидеть сложа руки, то точно сдохнем, — сказал Сынмин. — Нужно валить, пока ситуация не стала хуже. — Блять, Сынмин, ты всегда был таким тупым? — усмехнулся Хисын. — Но я тебе не мамка, чтобы говорить, как тебе поступать. Вали куда хочешь, но без меня. — Кто сказал, что я тебя бы с собой взял? — усмехнулся Ким. — Просто предупредил тебя. — Знаешь, ты... Хисын не успел договорить, как в класс ворвался запыхавшийся охранник. Пару секунд он оглядывал испуганным взглядом детей, только потом подошёл к учительнице, руки которой заметно подрагивали. Ученики переглянулись между собой, разговоры в помещении стихли, все сосредоточились только на охраннике, который что-то шептал женщине на ухо. Сынмин напрягся — ему казалось, что сейчас произойдет что-то ужасное, и в случае опасности нужно быстро выбежать на улицу. Другие одноклассники тоже заметили что-то странное в поведении мужчины, но пока не вмешивались. Охранник отстранился от уха классной и, напоследок кивнув ей, отошел. Женщина встревоженно взглянула на детей, которые чуть-чуть выглянули из-за парт. Сынмин остался сидеть на месте, как и Хисын, который вообще не понимал, что происходит. — Вам нужно остаться в классе ещё на неделю, а то и две, — уверенно начала учительница. — Всё ради вашей безопасности. Потом вас перевезут в специальный лагерь. А пока — оставайтесь здесь и ни в коем случае не выходите на улицу… — Но как нам тут жить? — подала голос Йеджи. — Да, где тут мыться и запасов еды в школе не так много… — подхватила Юна. — Это уже мелочи, — махнула рукой женщина, чуть улыбнувшись девочкам. — Самое главное — выжить. Сынмин прислушался к звукам, доносящимся из коридора. Он сидел ближе к двери и всё прекрасно слышал. Толкнув Хисына в плечо, он наклонился как можно ниже и прошептал: — Когда она уйдёт, выпрыгиваем в окно, хорошо? — Опять ты за старое… — закатил глаза Хисын. — Тебе же только что объяснили, что ради твоей же безопасности нужно оставаться в школе. — Поверь мне хотя бы раз. Парень промолчал, демонстративно скрестив руки на груди. В этот момент учительница закончила беседу и тихо удалилась. Настолько тихо, что никто, кроме Сынмина, не заметил, как она ушла. — Ребят, сейчас нужно быстро — через окно и на улицу! — резко сказал он. Одноклассники посмотрели на парня с удивлением и настороженностью. По их глазам было ясно, что они не собираются слушаться: — Раз… — начал Сынмин, закинув рюкзак на плечо, — Два… — и поднял руку, — Три! В ту же секунду дверь в класс рухнула, парты повалились на пол, и вместе с ними — растерянные ученики. Сынмин быстро схватил Хисына за руку, подбежал к окну и открыл его на распашку. Этаж был второй — можно было спокойно прыгнуть вниз, главное — сгруппироваться или приземлиться на мягкое, например, на газон. — Если хотите жить — прыгайте! — крикнул он, наблюдая, как заражённые монстры нападают на учеников, но помочь им уже было поздно. Первые к окну ринулись Йеджи и Юна. Тяжело дыша, девушки вместе встали на подоконник, хватаясь за раму. В их глазах мелькал страх, и потому они долго не решались прыгать. Сынмин с тревогой наблюдал за обстановкой. Заражённые нападали на учеников, кто-то пытался отгородиться партами и стульями — хоть как-то выиграть время. Но задерживаться было опасно. Если есть шанс — нужно спасти как можно больше. — Давайте быстрее! — крикнул Ким девочкам, которые всё ещё не решались прыгнуть. — Подожди! — ответила Йеджи, глядя вниз. — Времени нет, — уже подгонял Хисын, — Если не прыгнете — я вас столкну. — Идиот! А если я ногу сломаю? — зло спросила Юна. — Ты меня на руках понесёшь? — Ещё чего! — фыркнул Хисын. — Тебя лучше оставить тут. — Высота не такая большая — всего второй этаж, и приземлиться можно на траву. Если правильно сгруппироваться, даже растяжение не страшно, — добавил Сынмин, переводя взгляд то на Йеджи, то на Юну. Эти слова подействовали. Девушки наконец решились. Йеджи первой выпрыгнула из окна, за ней — Юна. Обе упали на мягкую траву и ничего себе не повредили. — Ты следующий! — кивнул Сынмин Хисыну. — А как же ты? — спросил друг. — Я за тобой. Давай, шевелись, или мне придётся тебя уговаривать, как бабу. Хисын уже собирался прыгать, когда Сынмин тоже встал на подоконник и выпрыгнул, приземлившись на траву. Правда, немного повредил правую лодыжку. — Дерьмо… — пробормотал он. Пара одноклассников тоже выбрались наружу. Всё шло хорошо, пока монстры не заметили их побега и не начали выпрыгивать из окна. — Сынмин, быстрее бежим! — протянул Хисын, помогая другу встать и позволяя опереться на плечо. — Забей, беги сам! — ответил парень. — Может, я и не такой идеальный друг, но в такой ситуации не оставлю тебя, — серьёзно сказал Хисын, и они вместе побежали. Оборачиваясь назад, Сынмин видел, как монстры выпрыгивают из окна и нападают на одноклассников. Помочь уже было поздно. Он не понимал, что происходит, — всё казалось каким-то сном или кошмаром. Главное — убежать в укромное место и придумать план. Парни бежали вдоль леса, боясь заходить глубже, потому что не были уверены, что там безопасно. В той ситуации они чувствовали себя настолько беспомощными, без оружия и навыков выживания, что хотелось плакать от безысходности. — Лучше бы нам в школе объясняли, как вести себя во время апокалипсиса, — заметил Хисын. — Да, всё равно ведь не бросишь курить, а выживать во время вируса придётся. Я даже не умею разводить костёр, — добавил он. — Не ты один... Хисын с Сынмином уже довольно далеко отошли от школы и всё-таки решились зайти вглубь леса. Там было тихо — и это одновременно настораживало и успокаивало. Ким уже не бежал и мог идти самостоятельно, хоть и лодыжка всё ещё ныла, и при каждом неловком движении хотелось кричать от боли. Атмосфера казалась странной: всё вокруг было каким-то нереальным, словно лес — полностью рукотворный. Кто таился среди крон деревьев и насколько там было опасно — никто не знал. В голове у Сынмина витали множество мыслей и чувств. Головная боль перемешивалась с гудящей болью в лодыжке. Хотелось верить, что всё происходящее — всего лишь сон, глупый кошмар. Пусть даже он проснётся, пойдёт в школу, напишет ту чертову контрольную — только бы этих монстров не было. Безмятежная жизнь резко превратилась в игру на выживание. Тут не было правил и подсказок, а никто не мог предсказать, чем всё закончится. Парни вышли на маленькую поляну — единственное место, освещённое солнцем. Это придавало ощущение безопасности. Хисын первым сел на отрубленную древесину. Сынмин долго сомневался, но всё-таки, с ватными ногами, присел рядом с другом. — Всё это напоминает какую-то компьютерную игру, — заметил Хисын, глядя в небо на мирно проплывающие облака. — Не помню, как она называется... — The Walking Dead? — подсказал Сынмин. — Да, ходячие мертвецы. Сынмин усмехнулся: — Помню, как играл в неё и думал, что всё это — полная выдумка, и в жизни такого не будет. — А тридцать минут назад ты убегал от агрессивных монстров, — сказал Хисын, уголок его губ нервно дрогнул. — Значит, в жизни ничего невозможного. — Это очень странное чувство. До сих пор не верю, что всё происходит на самом деле. Кажется, что это всего лишь сон. Хотелось бы проснуться, пойти в школу, написать контрольную — и чтобы этих монстров не было. — И чтобы проснуться и выбраться из этого кошмара, — грустно добавил Хисын, опустив голову. — Вирус так быстро охватил человечество, что я в шоке, что ещё жив. — Умер бы, если бы тогда не послушался меня, — тихо сказал Сынмин. — Как ты вообще узнал, что монстры ворвутся к нам в класс? — нахмурился Хисын. — Легко и просто, — усмехнулся Сынмин. — Это было логично. Мы — школьники-сопляки, никому не было выгодно нас спасать, обеспечивать едой и безопасностью. Жизненный отбор — так это называется. В такой ситуации нужно надеяться только на себя и никому не доверять. — Но ты мне можешь доверять? — Если бы я хотел избавиться от тебя, я бы тебя не спас. Иначе ты бы сейчас был одним из тех монстров, — парень посмотрел на друга. — Но доверять мне или нет — это уже твоё решение. Хисын кивнул, но ничего не ответил. Время приближалось к вечеру, стало холоднее и ветренее — или так казалось Сынмину. Он сильнее укутался в серую кофту. В лесу становилось всё мрачнее, и казалось, что место уже не кажется безопасным. Нужно было срочно найти другое укрытие — желательно с едой и оружием. — Какой у нас план? — спросил Сынмин. — План? — Всегда нужен какой-то распорядок. Просто сидеть сложа руки — не вариант, если мы хотим выжить. — Я думал, ты знаешь, что делать и как дальше жить… — быстро моргнул Хисын. Ким вздохнул и закатил глаза: — Ладно. Сейчас нам нужно найти дом или что-то вроде убежища. Крышу над головой. Если повезёт и наткнёмся на магазин — это будет настоящий джекпот, потому что там точно есть еда. А это значит — шанс выжить хотя бы немного дольше. Но есть одно «но»: мы не можем быть уверены, что в найденном месте нет монстров. И оружия у нас тоже нет — ни ножа, ни палки, ничего, чтобы отбиться. Всё, что у нас есть — это наши руки и немного удачи. В общем, ситуация не из лёгких. Каждое новое место — риск, и каждый шаг — игра на выживание. Надеюсь, нам повезёт больше, чем обычно. — Надеяться на удачу — не самая хорошая идея. — А ничего не делать — еще хуже  — Может, переночуем здесь? — предложил Хисын, глядя на яркое солнце. — А утром пойдём искать твой магазин. — Ага, чтобы ты утром превратился в агрессивную тварь? — Не драматизируй. — Ты вообще не понимаешь, что происходит и в какое дерьмо мы влипли? — взорвался Сынмин, вставая и указывая рукой вокруг. — Мы не в игре. Это реальность, и сейчас наша жизнь висит на волоске. Каждое действие — очень важно, если мы хотим выжить. — Сынмин, я понимаю. Но хватит играть роль главного. Ничего не случится, если мы переночуем в лесу. Тут безопасно — за всё время не было слышно и видно этих тварей... — Ладно, — резко перебил его Сынмин , понимая, что выходит из себя. Обычно его ярость превращается в безразличие. Сейчас было то же самое. Просто — всё равно  — Ты так просто соглашаешься? — Потому что ты меня заебал, — выпалил Сынмин, присаживаясь и закрывая лицо руками. — Я не знаю, как быть. — Всё будет хорошо! — сказал Хисын. — Переночуем здесь, разведём костёр, а завтра с новыми силами пойдём искать этот магазин. — Ахеренный план... До вечера оставалось всего пару часов, и парни решили не терять время зря. Хисын остался на поляне — просторном участке среди густых сосен и елей, покрытом мягким мхом — чтобы развести костёр и подготовить место для ночлега. Огонь мерцал в лёгком ветерке, щёлкая сухими ветками, а вокруг витал тонкий аромат хвои и смолы. Тем временем Сынмин ушёл вглубь леса искать хоть какую-то еду — живот громко напоминал о себе после долгого голодного дня. Но, как и следовало ожидать, лес не баловал съедобными дарами: на земле валялись лишь пара упавших шишек, несколько грибов самых разных форм и цветов, а также незнакомые красные и синие ягоды, блестящие в последних лучах солнца. Всё это вызывало больше сомнений, чем аппетита — казалось скорее опасным, чем полезным. Но даже такой скудный сбор был лучше, чем остаться вовсе без пищи. Собрав пару веток с ягодами, грибы и шишки, Сынмин аккуратно сложил всё в школьный рюкзак, заранее выложив из него учебники — сейчас книги казались лишним грузом. Недалеко от поляны журчала небольшая речка, вода в которой была холодной и прозрачной, словно стекло. Сынмин набрал в жестяную банку из-под энергетика свежей воды — банка, валявшаяся в рюкзаке Хисына, блестела серебристым металлом под последними лучами солнца. Тем временем Хисын разводил костёр. Его руками легко поддавались сухой мох и ветки, а простая зажигалка была настоящим спасением — кто бы мог подумать, что школьное курение на задворках когда-нибудь пригодится в лесу! Вокруг огня он разложил разбросанные страницы из школьных учебников — бумага тихо потрескивала и шипела, добавляя пламени яркости и тепла. Несколько сломанных веток вспыхнули, даря уютное тепло — наступала пора ночлега. — Нашёл жратву? — спросил Ли, увидев силуэт друга в кронах деревьев.  — Нашёл, но сомневаюсь, что это вообще можно есть. — Показывай. Ким вытащил из рюкзака всё собранное в лесу. — Грибы можно пожарить, — тут же сказал Хисын, рассматривая один из них со всех сторон, — шишки — как приправа, ягоды — на десерт, а запить всё это водой с энергетиком. — А ты уверен, что мы не отравимся? — Максимум — расстроим желудок и будет тошнить, — успокоил Ли с улыбкой. — Я биологию сдавал — немного разбираюсь в грибах и ягодах. То, что ты принёс, похоже, не ядовитое. Но воду лучше вскипятить — лишним не будет. — А шишки? — Шишки мы есть не будем, — с усмешкой ответил Хисын. — Их поджарим, чтобы комары и мухи ночью нас не съели. — С тобой только в поход и ходить, — сказал Сынмин, протягивая другу пару веток. Хисын собрал несколько крепких, сухих веток приблизительно одинаковой толщины и длины. Он воткнул две из них параллельно друг другу по краям костра, опирая их на более короткие сучья, создавая небольшие опоры над огнём. Над этим каркасом он аккуратно положил другие ветки, чтобы получилась простая перекладина для размещения посуды и еды. На импровизированный мангал Хисын поставил банку из-под энергетика с водой. Огонь под ней мерно шипел, вода начинала пузыриться. Рядом он выложил грибы — жар от костра согревал их, и они начали источать аромат, наполняя лес тёплыми грибными нотками. — Ахуеть, — произнёс Сынмин, наблюдая, как Хисын ловко справляется с приготовлением грибов. — У меня от этого запаха даже живот заурчал. — И слюни, видимо, потекли. Но надо подождать, пока грибы не поджарятся до корочки. — Я так хочу есть, что, кажется, скоро тебя начну подъедать, — усмехнулся парень, переводя взгляд на огонь. — Тебя, пока ты еду искал, никто случайно не заразил? — немного отошёл от Кима Хисын. — О чём ты? Сегодня даже не завтракал, максимум — жвачку на первом уроке жевал. — Вообще своё здоровье не бережёшь, — серьёзно сказал Хисын, качая головой. — Не ешь ничего и постоянно куришь на голодный желудок. — Как будто ты сам не делаешь, — Сынмин вдруг вспомнил, — Кстати, дай покурить. Хисын заржал, хватаясь за живот. От смеха у него на уголках губ появились слёзы. — Придурок, заткнись! Ты своим ржачем сейчас всех зверей вокруг соберёшь, — Ким пытался закрыть другу рот руками. Когда тот чуть успокоился, спросил: — Тебя с чего так разъебало? — Я под где-то по дороге потерял, — снова смеялся Хисын, но не так громко. — Ты нормальный?! Как, по-твоему, я выживу без него? — Бросишь наконец курить, паровоз. Сынмин спрятал голову в руки. Паника внутри него начала разрастаться. Ким курил ещё со средней школы и не представлял ни дня без пода. Знал, что у него сильная зависимость, пытался бросить, но срывался — не проходило и двух дней. — Сынмин, не волнуйся так, — утешительно сказал Хисын, — Ты весь день даже о поде не вспоминал. Значит, скоро совсем забудешь. Ты же сам говорил, что сейчас не та ситуация, чтобы думать о таких мелочах. Хисын был прав, полностью, но Ким не мог просто так принять этот факт. Отказываться от того, что было частью тебя и твоей жизни — невыносимо трудно и больно, но иногда необходимо. — Чтобы ты меньше думал об этом, давай поедим. Всё уже готово, — Хисын насадил на палку поджаренный гриб и протянул Сынмину. Запах стоял замечательный, смешанный с ароматом хвои и леса. Ким сразу накинулся на гриб, совершенно забыв, что тот может быть ядовитым. Но голод был настолько силён, что сдерживаться было невозможно. Во рту ощущалась лёгкая землистая нотка. Мягкая, слегка упругая текстура гриба обволакивала язык, а тепло жарения придавало тонкий дымный оттенок с лёгкой карамельной сладостью и послевкусием шишек. — Вкусно? — спросил Хисын, наблюдая за ним. — Я ничего вкуснее в жизни не ел! Почему ты не говорил, что готовишь, как шеф-повар? Грех от друга такое скрывать. — Не преувеличивай. Ты просто очень голодный, поэтому любая еда кажется вкусной, — смущённо ответил Хисын. Откусив последний кусочек, Ким вдруг напрягся, взглянув в темнеющий лес. Где-то в глубине из-за деревьев донёсся странный звук — далеко не дикие птицы и даже не лесные звери.  Хисын тоже услышал это и настороженно нахмурился. — Ты это... тоже слышишь? — спросил он шёпотом. — Слышу, что? — тоже напрягся Хисын Сынмин еще раз прислушался, но больше ничего такого не услышал — Да ничего. Показалось, наверное  Ветер усилился, и огонь чуть потух, будто напоминая: ночь полна неожиданностей.