Море моих ошибок.

Он ошибся. Его ошибка. Полностью его. Его должно было разъесть в кислоте уже как три секунды, пятьдесят микросекунд назад. Полностью. В итоге.. Метал крайне нейтрально и равнодушно смотрит на отсутствующие железные нижние конечности, которые, кажется, уже полностью растворились в кислоте. Медные проводки сверкают, путаются, струятся лианами вокруг его тела, расстилаясь на полу яркими узорами красочно разноцветного аллюминия.. Может быть, если бы Металл мог чувствовать боль, он бы закричал, зашипел, или что там испытывают органики.. А может быть он упал бы в обморок из-за предсмертной болевой агонии.. По некоторым обстоятельствам он логически знал, на что похож химический ожог — и что следует после. Но даже так, его искуственно сделанная нервная периферическая система не может уловить хоть крупицу подобного. И он не знает — благодарить ли за это его создателя или возненавидеть.. Просто из сугубо личного и эксперементального интереса почувствовать хоть что-то было уже давно истинным желанием собственного нейроморфического процессора Метала.. Но он сделан не из кожи или чего либо органического.. Он сделан из железа, стали, и других сплавов — он не может чувствовать абсолютно ничего. И вот опять. Его процессорное устройство явно трещит об ошибке, но в своей оптической панели он видит его.. Нелепую фальшивку, которая пытается поднять его на руки, вертится в разные стороны, явно паникуя. Металл сугубо не понимает, что делает этот синий ëж, может, это танец победы над ним, и сейчас Соник вдоволь наиздевавшись, самостоятельно выбросит его в сосуд с кислотой. Он может и будет сопротивляться, но только потому, что хочет сделать задуманное сугубо самостоятельно — такова его цель. И результат мог бы быть осуществимым, если бы не чужие руки, которые без зазрения совести не дали ему погрузиться в едкую жидкость полностью. Метал ненавидит Соника всеми кварками своей механической души, потому что он постоянно портит то, что Металу необходимо.. Ему необходим этот исход, неужели даже ход собственного уничтожения Соник вот так просто испортит? Но Метал всë таки уклоняется от всех логических размышлений и наконец перестает молчать. — Ты явно не обделен умом даже для своего необъëмного для этого разума, Соник, — Роботизированный голос слегка понизил свой тон, дабы сделать серьезный акцент на произнесенное. Синий еж, казалось, не реагировал на это, пытаясь предпринять какие-то отчаянные попытки.. Может, сдать его на металлолом? Превратить в массу, которая не сможет даже пискнуть? Метала всë это начинает раздражать. — Остатки кислоты все еще может остаться на моих ногах... В точной трактовке — всë, что от них осталось. Для тебя, органического существа, это может быть настолько неоптимальным решением, что ты потеряешь своë единственное преимущество. Соник всë таки отвлекся от нервного шепота, и всë же торопливо заговорил: — Разве тебе это не в плюс? — Соник почему-то чересчур нервно засмеялся, что не было похоже на что-то издевательское, а затем нахмурился, крепко и цепко хватая Метала за стальную руку, — Ты так и не ответил на мой вопрос — зачем ты это сделал? Зачем?! Металл не помнит, что слышал чего-то подобного в пяти минутах и десяти секундах ранее.. Он еще долго водил красноватым излучением по лицу Соника, пытаясь понять причину его нервозности. На сорок процентов он был в гневе, на пятьдесят в страхе.. И на десять процентов.. В анализе явная ошибка. Такое лицо у Соника было, если его глубочайшие по кровности и такой же серой ничтожности друзья попадали в беду. Или были на грани смерти. Или оба варианта вместе. Метал молчит, потому что ощущает, будто все голосовые источники и воспроизводители его стального тела, просто становятся невероятно тихими и какими-то.. Писклявыми. Он не уверен, почему, но он просто не может. Не сейчас. Странное, неоптимально странное решение для него. Он мог бы рассказать Сонику, но зачем? Смысл? Цель задана и результат не поменяется. — Это длинная, логически связанная цепь, которая привела меня именно сюда. Ты помешал. Как всегда. Не думаю, что твой незначительный рассудок сможет это понять. Соник несвойственно для него шипит, на его лице пополняется ещë пятнадцать процентов чистого гнева, и Метал снова делает анализ поведения ежа. — Послушай, я действительно.. Ну действительно, как бы, пытаюсь помочь! Так что пожалуйста, прими это и просто.. Ну, не будь вот таким. Не сейчас. Отодвинь.. Отодвинь, я сказал! Метал уж слишком послушно отодвигает половину своей левой ноги. Это не похоже на него. Он смотрит своей мерцающей оптикой на разгневанного ежа. Анализ, ему точно должна помочь дополнительная диагностика. Беспокойство возросло на тридцать целых, пять десятых процента, злость так же увеличилась — на сорок целых, одну сотую.. Презрение, злорадство и плутоватая ухмылка, которую Метал так ненавидел, оставались на нуле. Он заметил, как огромной очередью в его системе всплывает ошибка за ошибкой.. Никто не говорил ему.. так.. Никто не протягивал.. ему.. Как же в фильмах и другой ерунде это было сказано.. Руку помощи? .. Но была ли она ей? Соник — его соперник, враг, ненавистник, угроза. И всегда будет ими оставаться.. Жалость или что бы то ни было героя Мобиуса ему никогда не была и не будет нужна.. Никогда. — Метал, давай я.. Просто отведу тебя куда нибудь? — С надеждой прошептал синий еж, протягивая руку. Нет. Нет. Нет. Нет. — Я не могу идти. — Твëрдо ответил он, по привычке отмахиваясь от руки, больно еë ударив. — Да почему не можешь?! — Зло прошипел Соник. Будто бы сам не понимает почему. Метал ему правда должен полностью, подробно и критически объяснить и разжевать то самое яростное, злое, твëрдое, какое-то слишком смутное для него самого «Почему»? Он не будет. Он не хочет.. Он не может. — В этом нет смысла. — Всë что может он сказать. — Во всëм есть смысл! — Рявкнуло органическое тупое существо. Ошибка. Ошибка. 001 ..Смысл.. 404.. Нет.. Есть.. 302.. Он.. Будет.. Не имеет зна.. че.. ни.. я. — Н-нет смысла в том — потому что мне нет смысла больше здесь быть. Существовать.. Всë это — информационная ошибка, от которой нужно избавиться.. Р-раз и навс-гда! Метал попытался проговорить как можно громче последние слова, и из-за этого в его динамике появились помехи. Опять куча ошибок. Он так не может. Он должен покончить с этим. Если он не покончит с этим, он сделает хуже не только себе, но и своему создателю. Нет, всем.. Всем.. Код один, один.. Обеспечения двигателей. Ошибка. Ему срочно нужно встать на ноги. Он не может. Не может.. Не.. — Метал.. — Его слуховые датчики почти отключились, но он всë ещë так четко и ясно слышит слабый голос где-то рядом с собой, что на секунду кажется, что всë это — лишь какая-то виртуальная реальность, и вот он скоро отключится от надоевшей ему программы и будет жить как раньше — сражаться с Соником и ругать его за всякие мелочи.. Всë будто бы нереально и потому, что голос у этого же самого Соника стал, на удивление, слишком мягким, и раздавался он прямо в изгибе медной пластины плеча. — Это.. Это не должно быть твоим концом, Метал. Ведь в тебе так много смысла.. И ошибки здесь нет никакой. Ошибка лишь в том, что ты здесь оказался под чьим-то влиянием, и решил, что не.. — За-м-молкни, — Тут же оборвал его Метал тихим шипением в динамиках, — Т-ты.. П-понятия н-не им-м-меешь. П-почему.. И з-зач-чем.. Я зд-десь.. Удивительно, но раздражающий еж после этого приблизился ещë ближе, его руки как-то странно нетипично обвили тело Метала. Обычно они делали так для того, чтобы сделать бросок на прогиб.. Сейчас же, в эту минуту, они — несвойственно обжигающие — покоились на боках опешившего робота, слегка сжимая железные диски. Металу стало невыносимо жарко, будто бы внутри него сейчас полыхал самый настоящий пожар. Может его двигатель воспламенился? Он до сих пор слышал тяжелое дыхание, будто бы сейчас далеко не он находился на конце своего существования. — Конечно, Метал.. Я не знаю, ничего не знаю, — Он опять сдавленно бормочет что-то бессвязное, но даже так, Метал может понять последние фразы: — Конечно.. Я не могу понять.. Пожалуйста, пожалуйста, позволь, ради всего святого.. Дай мне понять. Метал изо всех своих сил качает головой, но его прижимают сильнее, крепче, надëжнее. Он теперь невыносимо хочет, чтобы эти руки раздавили его, сделали так, чтобы Метал наконец-то предпринял хоть что-то, дабы уйти. Но ничего не происходит. Соник молчит — Метал тоже. Сейчас Метал донельзя сильно слышит биение чужого сердца в груди. Ему за всë свое существование до безумия хотелось прекратить этот раздражающе яркий и выразительный ритм, будто бы там, где-то внутри органика, существовало целое измерение, которое было немыслимо живым и показательно неугомонным, как и сам синий еж... Он завидовал этому. Так чертовски сильно. Сейчас же, Метал ни за что бы не стал разрушать это. Пусть оно живет там — а Метал.. Метал же сам захотел всë прекратить. Свои мысли, некий разум, цели.. Он бы всë уничтожил, а это измерение всë также бы жило с мирным ритмом где-то в груди Соника, и тот бы всë также сражался с другими бадниками. Ничего бы не изменилось, а вот Метал бы наконец-то обрëл покой, стал бы грудой растворëнного металла.. Так было бы лучше. Создатель сам сказал, что Метал ему больше ни к чему.. В чëм смысл? Ему даже не дали шанса на это. На понимание смысла. На уничтожение. Ни на что. Злость на Соника всë таки возвращается, но почему-то она не так сильна, как в первый раз. — Я-я.. — Говорить всë труднее, — О-отпусти-и. — Нет, — Твердо сказал Соник, — Ты так и не рассказал мне зачем ты туда полез, ни рассказал, что чувствовал в тот момент, не сказал, почему.. Ты так и не объяснил мне, Метс, пожалуйста. Назойливая букашка. Мелкий червяк. Просто бесячее существо. Дурацкая синяя игольница. — Обещаю, после этого я тебя отпущу, — Заверяет он напряженного Метала. Тот снова шипит, и проклятия так и вырываются из всех его систем. Но опять успокаивается — то ли потому что ему действительно некогда спорить, ведь его зарядное устройство почти на нуле, то ли из-за невыгодного положения. В буквальном смысле. — Я-я.. — Слова даются слишком сложно, а их трактовка ещё сложнее. Металу сложно начать — продолжить собственные реплики, наверное, будет легче, но он боится взболтнуть чего-нибудь лишнего, наговорить что-то ему несвойственного, ведь обстановка сейчас именно такая — необычная и нестандартная. Даже такое высшее существо, как он, может повестись на это, но он продолжает, — В-всë н-началось.. С того как создатель решил начать свой новый проект. Тогда нужно было разобрать одно здание — я справился с этим заданием очень быстро, но меня удивило то.. Что он собирался делать. Соник, навострив уши, всë таки отстраняется от него и внимательно смотрит своими яркими зеленоватыми глазами на красную оптику Метала. Честно говоря, так Металу ещë сложнее произносить и анализировать то, что он говорит, да и ëж слегка потрясает своей серьëзностью и молчаливостью. Наверное, именно поэтому Метал неожиданно и резко для него самого выпаливает: — Т-там-м б-б-была схем-ма нов-вого м-меня. С-соника. Т-тог-го же. Н-но т-только н-нам-ного бол-льше м-моди-фицирован-ного.. И-и.. Метал снова напрягается, и в ту же секунду снова чувствует чëртовы горячие руки на себе. Они медленно и мягко проходят по металической спине сначала вверх, а затем, достигая края предплечья, снова спускаются вниз. — Хорошо.. И-и?.. Эггман?.. — Он с-к-казал, что я больш-ше не необходим для раб-боты, — Со стороны слышится уж слишком тяжелый и протяжный вздох. Честно говоря Метал совсем не понимает, зачем говорит всë это. И ещë больше не понимает, почему Соник до сих пор не ушëл, а наоборот, как-то уж слишком грустно и печально смотрит куда-то внутрь него, будто бы хочет увидеть не кусок железа... А что-то другое. Металу пора заканчивать. — От-тпусти м-меня, — Шипяще процедил он. — Ты мне так и не ответил, какие мысли у тебя были в тот момент, — Строго заявил Соник, — Как ты понял что этот робот — замена? Может.. — Я в-ведь сказал — потому что мой создатель сам мне так сказал, разве не понятно?! — Не выдержав, с яростью возразил Метал. Соник ощетинясь, смиренно кивнул, быстро извиняясь. При том чересчур искренне. — С-с самого начала он вт-торил мне про нового брата, друга, товарища — хотя это и не было слишком важным, но.. Но когда понял, что я.. Какой-то д-другой.. Он просто не захотел брать меня, как бремя. Эту ош-шибку. Это.. — Другой?.. — Он вопросительно перебил. Вечно зацикливается на том, что Металу никогда бы не хотелось разъяснять. Бесит. Но тот не останавливается: — Прошу, расскажи.. — Умоляюще проговорил он. Метал сжал руку в кулак. Впервые почувствовал такое напряжение в своих процессорах. Он ведь уже начал это, да? Сможет и покончить. И уйти долой с этого мира — он ему больше ни к чему. — Э-это.. началось.. Где-то мес-сяц назад. Тогда я просто работал, как и всегда.. Вып-полнял мелкие задания. Нужно было проверить исправность одного монитора центральной базы.. И.. — Метал замялся. Удивительно, что Соник не торопил его, лишь изредка постукивал по аллюминиевому ободку поясницы кончиками пальцев. Метал бы хотел остановить это, да сил и желания не было, — В общем см-мысле и для короткого содержания для твоего мелкого разума — там был фильм. — Фильм? — Удивительно, насколько ошарашенным был голос Соника. Видимо, ожидал что-то другого, более масштабного, чем обычный дурацкий фильм. Метал, если бы мог, закатил глаза. — Не обычный фил-льм.. О-он.. Он был.. — красноватые зрачки сами по себе сузились, он не знал как сформулировать последующие слова, — Чуждым. Он показался мне внешне далеким от моего понимания и восприятия мира, но обрывки из него назойливо прокручивались в моей голове. День за днем.. — .. Что там было? — заинтригованно, но очень осторожно спросил синий еж. Благодаря этой деликатности Металу не захотелось задушить Соника через несколько секунд после вопроса.. Пока что. Чтож, ответа всë равно не избежать, но слова будто приносили Металу почти физическую боль. Больнее швыряния о стену или сильного удара молотом. — Семья. Т-там была с-семья, С-соник, — Голос сквозь шум и шипение звучал как никогда уныло и обреченно, а произношение чужого имени таким тоном казалось каким-то.. Неправильным. Метал ненавидел это. — В как-ой-то мо-м-мент я под-думал, а что было бы.. Если бы я с-т-тал частью с-семьи из того черно белого фильма. Нет, д-даже не так. Я воображал и м-мечтал, прикидывал роли той сплоченной семьи в свою реальность и за это.. Поп-платился.. Не скажу, что незаслуженно. — Ты хотел.. Хотел стать частью семьи, Метс.. Это.. Всë равно не справедливо. — Убедительной мантрой шептал Соник, сжимая его бока. — Нет, всë таки, ты не п-понимаешь. Вообще ни-че-го. И навряд ли моймешь. Мои эгоистичные желания не принесли бы пользы никому, кого я уважал, кому я подчинялся, КОМУ Я СЛЕДОВАЛ. Никому. Когда меня попросили уничтожить один объект, я.. #@₽₽@ — Жалкое шипение отозвалось в динамиках, — Я.. Пр..ст.. Н-не.. С-смг.. — Перезагрузка, — ТОГДА.. Б-БЫЛО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО КАК-ТО СЛОЖНО.. СБОРИЩЕ ИДИОТОВ.. СТАЯ КАКИХ ТО ДИКИХ ЗВЕРЕЙ ЖДАЛА МЕНЯ ТАМ, МНЕ Б-БЫЛО ТАК ПЛЕВАТЬ НА НИХ, ТАК П-ПЛЕВАТЬ, Я БЫ МОГ СОКРУШИТЬ ИХ Щ-ЩЕЛЧКОМ ПАЛЬЦА, НО ВОТ.. ЗА СЕКУНДУ ДО ПЛАНИРОВАННОГО УНИЧТОЖЕНИЯ ПОДОШЛА МАЛЕНЬКАЯ Д-ДЕВОЧКА И ОНА.. ОНА П-ПРОСТО П-ПОДОШЛА, НЕВЗИРАЯ НА ПОТЕНЦИАЛЬНУЮ ОПАСНОСТЬ, ВЗЯЛА МЕНЯ ЗА РУКУ, И СО СЛЕЗАМИ, НА КОЛЕНЯХ ПОПРОСИЛА СОХРАНИТЬ ЖИЗНЬ ЕË СЛЕПОМУ ОТЦУ.. МНЕ С-СТАЛО ТАК.. Снова послышалось шипение. — Стлько лет убвать и лмать, чт..обы исптать.. жалсть..к чему-то стль.. Псредственном. Эо. Отвраттельно. Я ужсен. Хчу.. Стерть. Се-бя.. — Последние слова превратились в тишину какой-то странной нервозности. Метал до сих пор ненавидит ту ночь. Ненавидит едкое ощущение той неправильной, сокрытой от его программного кода обеспечения тайны. Когда впервые сталкиваешься с чем-то неизведанным, ты не можешь предугадать, что тебе делать, а главное — как сделать правильно. Метал никогда раньше не думал, как происходят многие домашние дела, смысл межличностных отношений.. Как оказалось, в них таилось куда больше смысла за пределами того, что кто-то что-то кому-то должен. Но Метал ведь должен, да? Он обязан выполнять команды своего создателя.. Но в какой-то момент он сам не заметил, как рука на важном для Эггмана задании дрогнула, и как из неë не смогло появиться ни одного пулемета. Было так жалко, ничтожно — он и сам это, уж очень сильно, понимал. Но он ещë тогда понял, что тот фильм — начало чего-то страшного. Середина была тогда, когда на его место пришлась замена, и как он с чем-то странным, но таким тяжелым внутри бежал из базы куда подальше... А конец должен был быть здесь — в ядовитом и токсичном веществе. Но Соник в каком-то смысле дал продолжение этой истории. Метал рад, что хотя бы немного смог прояснить то, что с ним произошло, ведь всë это время он ни мог ни секунды времени уделить на собственный анализ самого себя. — Я х-хочу у-йти.. — Твердо сказал Метал. — А я не хочу отпускать, — Таким же тоном ответил Соник. — Хочу держать тебя так. Пока ты.. Ты не отбросишь эту затею. — Я не отбр-рошу. — Может, я хотя бы постараюсь тебя переубедить? — Нет, не сможешь. — Даже если скажу, что ты поступил правильно? — Невозмутимо бросил он. Погодите.. — Что?! — Гневно зашипел он, впервые за все это время пытаясь расцарапать спину Соника. Толку — ноль. — Это даже не с точки зрения морали или моего личного мнения, Метс, — Соник говорил тихо, его руки вновь нежно скользили по спине.. Метал со злости захотел их сломать, — Не тот выбор правильный, что сделан только для других и только для чьих-то целей.. А тот, который считаешь правильным ты сам. Подумай вот о чëм.. Что было бы, если бы ты всë-таки убил ту стаю? Убил бы ту девочку, всю еë семью, частью которой хотя бы на некоторое время хотел бы стать ты сам.. Не взирая на это так называемое «чувство» был бы ты тогда счастлив, ну или хотя бы равнодушен? Или же всë так же боролся с этим чувством до конца того времени, пока не сорвëшься? — Зат-ткнись.. — Огрызнулся Метал. Он сильно съежился, да так, что голова теперь постыдно была прижата к плечу Соника. Хотелось оттолкнуть его от себя, но из-за малого процента зарядки приходилось лишь бессильно сидеть в таком вот невыносимом положении. — Уничтожил бы ту мечту иметь хоть кого-нибудь.. — Я же сказ-зал, з-замолкни.. — Ему сейчас ужасно сильно хочется выкрикнуть последние слова, да так, чтобы уши у этой синей игольницы заложило. Его динамики были слабы. Слишком слабы. — Как-к и ожи-д-далось по твоим ограниченным и слишкои у-з-зким способностям, ты не додумался, что сейчас бес-смыслен-но гов-ворить о таком, ведь с-сейчас у меня.. — Не продолжай, — Непоколебимо перебил еж, — Видимо у тебя такой же далëкий разум, как и у меня, раз ты думаешь что я оставлю тебя здесь. Никогда. Чëртовы руки лезут на бока. Явно для того, чтобы использовать Метала как потенциальную гирю на плече. Нет уж — он не позволит. — С-слишком уверен-ное заяв-вление для такого, как т-ты, — Проговорил Метал, мешая Сонику хотя бы как то себя приподнять.. у него это получалось с большии трудом, но некоторая часть его конечностей, всë ещë опасная от кислоты явно давала Металу преимущество, ведь служила защитой: еж явно не хотел получить химический ожог, — Мы враги. А в-враги.. — Мы не враги. — Перебил он, хватая метала за невредимые части ног. Метал этого явно не ожидал, — Ты.. Ну, понимаешь, ты кто угодно, но только не враг. Ты единственный, кто так яро хочет стать потенциальным мной, ты буквально тот, кто всë ещë пытается за мной угнаться, и.. Пока Соник медленно, но чëтко говорил все эти слова, он всë таки взял Метала... На руки. И к тому моменту, тело Метала не двигалось от слова совсем. Чëрт. — Наверное этим я тобой и восхищался. Ты так упорно гнался за мной, что я.. — Он потупил взгляд куда-то в землю.. Или на почти что бессознательное тело Метала. Из-за низкого заряда батареи определить это было очень сложно, — Я просто хотел также стараться изо всех сил, понимаешь? Наши стычки постоянно были наполнены настолько разными эмоциями и ощущениями, чувствами какого-то напряжения, а порой, свободы и какого-то странного умиротворения.. А сейчас... Ты даже не представляешь насколько сильно ты меня удивил.. — Ч-ч-е-м? — Послышалась резкая и очень шумная прерывистость в динамиках, от голоса там оставлись лишь небольшие обрывки букв, сплетающиеся в слова. Соник молчал. Теперь Метал уже не мог полностью его видеть.. Он вот-вот отключится.. — Потому что сейчас ты такой живой, Метс.. — Кажется, сейчас он улыбается. Не хитро и остроумно.. А.. Боже, лучше бы его утопили в кислоте. — Никогда бы не подумал, что скажу кому-нибудь хоть что-то сентиментальное, но.. Но сейчас я готов сделать всë что угодно, пошел бы на любые риски ради тебя, чтобы ты наконец-то перестал думать о мучающих тебя мыслях, что были тут, которые рылись и бились в тебе с самого начала понимания насколько же тебе плохо без кого-нибудь рядом. Ни о той чëртовой копирке, которая даже в подмëтки тебе не годится, ни о Эггмане, ни о том фильме.. Прошу.. Давай ты сделаешь другое начало. Свое. Позволь самому себе ту новую страницу жизни, где не будет ничего из того, что причиняет тебе боль. Где будет всë то, что ты когда либо хотел.. Что любил и так и не постигнул. Я так тебя ненавижу.. Так ненавижу. Ненавижу. Слишком сильно. Способен ли такой, как ты дать мне эту веру? Совет?.. Семью? Новые горизонты?... Новую страницу.. мысли сплетаются в единый шум бесповоротного «почему».. Но есть и еще одно.. Что теплится где-то внутри чистой стали, и всë так же отчëтливым отголоском всплывает в сознании, тихое, висящее в воздухе: «Спасибо».