Тайна Термессоса

Дождь не утихал. Тяжёлые, свинцовые тучи нависли над горами Тавра, словно навечно вцепившись в скалы, и заливали ущелье, превращая его в гигантский каменный желоб, по которому без устали струились мутные потоки. Размытая тропа превратилась в вязкую жижу из земли и щебня, а воздух густо пропитался запахом сырой хвои и размокшей глины. К тому моменту, когда измученная группа наконец выбралась к подножию, все были промокшие до нитки, обессиленные и погруженные в гнетущее молчание. Впереди, прижимая к груди карту с расплывшимися в синеватые разводы линиями маршрута, шла гид Айше. Следом, понуро опустив головы, брели туристы; чьи-то робкие шутки, произнесённые вполголоса, тонули в монотонном шуме ливня. Замыкал колонну ассистент Армаган - его привычный, испытующий взгляд карих глаз скользил по людям, проверяя, чтобы никто не отстал. Когда впереди, сквозь пелену дождя, показалась парковка и одинокий микроавтобус, он почувствовал облегчение. Под навесом, смахнув мокрые пряди со лба, он привычным движением достал из внутреннего кармана промокший блокнот. Быстро сверившись со списком, он принялся шуточно пересчитывать людей: «Англичане с рыжими бородами - есть, немецкие друзья - есть, та молчаливая пара из Польши - есть, две русские девушки из Казахстана...» Он поднял взгляд, бегло окинув толпу. Потом посмотрел пристальнее, медленно поводя головой. Сердце его замерло, а затем обрушилось в бездну - холодной и тяжёлой глыбой. Девушек нигде не было. Тревога накатила внезапно, словно из-под ног выбили опору. Он снова пробежался взглядом по каждому лицу, мысленно сверяя их с заученным списком. Не хватало двух. Тех самых русских - одной с тёмным блондом, и другой, высокой, с волосами цвета спелой пшеницы. - Nina?.. Margarita?... - позвал он, и его голос, обычно твёрдый и уверенный, прозвучал с непривычной надтреснутостью, почти с мольбой. Туристы переглянулись, кто-то лишь развёл руками. Айше обернулась: - Что такое? - Девушек нет, - коротко ответил он, проверяя список ещё раз. - Русские. Были позади... Подошла Айше и снова пересчитала участников сверяясь со списком - и внутри всё похолодело. Её испуганный взгляд встретился с взглядом Армагана. Немец Александр, на ломаном английском, произнёс: *«They fell behind... on a winding road. Before the rain. We thought they'd catch up.» Холодная тревога заструилась ледяным током по жилам. Армаган вскарабкался на капот микроавтобуса, прикрыв глаза ладонью от назойливого дождя, и вгляделся в тропу, теряющуюся в зелёной мгле склона. Никакого движения. Лишь пар, поднимающийся с мокрых камней, да бесконечный стук капель по листве. - Просто отстали. Наверное, фотографируют, - тихо пробормотала Айше, стараясь убедить себя. Но двадцать лет работы с туристами учили её: если шестое чувство бьёт тревогу - значит, не зря. - Так… стоп. Может, уже вернулись в деревню? Или к стоянке? - Нет, - вмешался водитель, лениво поднимаясь. - Я автобус не покидал, никого не видел. Гид обернулась. Сквозь дождевую пелену виднелся тёмный силуэт гор. Где-то там, в лабиринте старых троп, могли бродить две девушки. Она глубоко вдохнула, стараясь не поддаться панике. - Allah Allah! Спокойно, без паники. Наверное, они просто укрылись от ливня. Сейчас всё проясним. Она достала старенькую Nokia. Сначала позвонила Нине - гудки, потом голосовой автоответчик. Попробовала Риту - то же самое. Пятнадцать минут ожидания тянулись как вечность. Весёлый гомон у автобуса постепенно стих, сменившись гнетущей, звенящей тишиной. Люди начинали понимать - это не просто задержка. Исчезновение в горах - это цепь реальных и пугающих событий. Армаган действовал чётко, как предписывала инструкция. С двумя самыми крепкими парнями - немцем Карлом и одним из англичан - он двинулся назад по тропе. Их крики: Nina! Margarita! - эхом катились по ущелью, лишь для того, чтобы бесследно раствориться в сырой, безразличной зелени. Пока они ушли на поиски, Айше дозвонилась в туристическую компанию в Анталье. Девушка на том конце провода поначалу говорила бодро и обнадёживающе: «Айше ханым, не волнуйтесь, наверняка просто отстали…» Но когда гид чётко и спокойно описала обстановку: «район Термессоса, спуск к ущелью, гроза, последний раз их видели перед самым ливнем», - голос на том конце провода резко изменился, стал собранным. Следующий звонок - в Жандармерию. Там слушали внимательно, без лишних слов. Никакой паники, лишь короткое, властное: «Оставайтесь на месте. Высылаем группу». Армаган с парнями вернулись быстро, раньше, чем хотелось. И то, что они шли одни, без девушек, говорило красноречивее любых слов. - Ну как? - спросила Айше, - есть результаты? - Мы нашли только следы, - глухо произнёс Армаган. - Два отпечатка кроссовок в размытой земле. Они ведут к краю склона, где тропа обрывается. А дальше - ничего. - Может, они спустились вниз? - предположил кто-то. - Вниз? Под таким ливнем? - Айше сжала губы. - Они бы не рискнули. - Она снова набрала номер Нины, но в ответ услышала лишь короткие гудки: абонент был недоступен. Холодный комок под ложечкой у Армагана превратился в глыбу льда. Он мысленно представил ту самую тропу, что уходит вглубь ущелья, к руинам старого акведука и нескольким полуразрушенным гробницам, куда давно уже не ступала нога человека. Место живописное, но коварное, особенно в разбушевавшуюся грозу. Сгущающиеся сумерки наступали поспешно, поглощая последние отсветы дня. Дождь отступил, перейдя на робкую, назойливую морось. На поляне, освещённой теперь фарами микроавтобуса, воцарилась неестественная, гнетущая тишина. Даже птицы, казалось, попрятались и замерли. В салоне туристы сидели неподвижно, укутанные в шерстяные пледы; их пальцы судорожно сжимали кружки с дымящимся ягодным чаем, но желанное тепло не могло пробиться сквозь внутренний холод. Их взгляды, полные тревожного вопроса, упирались в стёкла, за которыми темнел безмолвный и недобрый лес. Тишину разрывали обрывочные фразы: «...уже больше часа...» «... совсем молодые ещё...» «...а если они...» «...не слушается, говорит, нет сигнала...» На бледных, застывших лицах читалось одно - всепоглощающее напряжение. У Айше, сидящей на первом сиденьи, мелко и беспомощно дрожали руки, заставляя чай расплёскиваться через край кружки. Она будто не замечала этого, не отрывая глаз от той точки в лесу, где скрылись девочки. Армаган курил, стоя под навесом, одна сигарета за другой; дым, рваный и беспокойный, тут же рвало и уносило шквальным ветром, и это лишь подстёгивало раздражение, заставляя закуривать следующую. - Надо было следить, - бормотал он себе под нос. - Надо было повторять сто раз, чтобы не отходили от группы... Эти русские... вечно лезут, куда не следует. Он нервно отряхнул пепел, не дав ему накопиться, и снова поднёс сигарету к губам. Рука не находила покоя, то теребя прядь волос, то навязчиво проверяя часы. И вдруг внизу, между деревьями, мелькнули огни. На площадку выехал белый пикап с эмблемой AFAD - турецкого управления по чрезвычайным ситуациям. Из кабины вышли двое мужчин в тёмно-синей форме с оранжевыми вставками, на плечах поблёскивали рации, на головах - каски. Один из них - высокий, с европейскими чертами лица, светлыми волосами и спокойным, сосредоточенным взглядом - направился к гидам. На груди его формы была вшита эмблема с именем «A. Norden», а на левом рукаве - флаг Турции. - Добрый вечер. Координатор поисково-спасательных работ Арен Норден, - представился он на чистом турецком. - Сколько времени отсутствуют девушки? - Уже около двух часов, - произнесла подошедшая Айше. - Мы проверили нижний маршрут, их никто не видел.

***

Арен сделал последнюю пометку в блокноте, мягко щёлкнул колпачком ручки и убрал его во внутренний карман. Его движения были такими же размеренными и точными, как его слова. Затем он поднял глаза на поглощённый тьмой горный склон, и его взгляд, казалось, не скользнул по поверхности, а мягко проник в самую гущу ночи, изучая её без суеты. - Здесь такое случается, - произнёс он, и его голос был ровным и тёплым, как костер в стужу. - Люди сходят с тропы, теряют направление, а потом начинается паника. Но ничего, - он обвёл взглядом собравшихся, и в его глазах читалась не наигранная бравада, а глубокая, обоснованная уверенность. - Мы их найдём. Он говорил не спеша, вкладывая в каждое слово весомость многолетнего опыта. И эта непоколебимая уверенность была настолько заразительной, что даже у Армагана на мгновение сжатая в комок тревога чуть ослабла, уступив место хрупкой, но надежде. Арен и его напарник провели быстрый, но тщательный опрос группы, выуживая последние крупицы информации. После этого было принято решение немедленно эвакуировать туристов. Под чётким руководством спасателей, всех погрузили в микроавтобус и другой подъехавший транспорт. Арен лично проконтролировал процесс, сверившись со списком, и убедился, что каждый человек был на месте. Он отдавал короткие, ясные распоряжения, его спокойствие действовало на растерянных и напуганных людей как бальзам. И тут же его внимание переключилось на Айше. - Айше ханым, к группе, - его голос, не повышаясь, приобрёл стальную прямоту, не оставлявшую места для возражений. - Проследите, чтобы всех довезли до порога, успокойте, разберите по номерам. Доклад - как только будете на месте. Айше, вся собранная, с тлеющей тревогой в глазах, лишь коротко кивнула, уже поворачиваясь к автобусу. Она не спорила, не задавала лишних вопросов - её пальцы сами потянулись к планшету с готовым списком, чтобы провести последнюю перекличку. Быстрым, отработанным движением она скользнула вдоль рядов, сверяя лица с отметками в списке. Её взгляд скользнул по бледным, испуганным лицам, задержался на парне с гипсом - он сидел у прохода, безучастно глядя в окно. - Все на месте? - её голос, привыкший командовать, сейчас звучал чуть глуше, но так же чётко. Получив кивок от водителя, она отступила на шаг, давая сигнал к отправке. Её энергия, прежде подавленная беспомощностью, теперь требовала выхода. Обернувшись к Арену, она коротко бросила: - Вызывайте, если что. Я на связи. И, развернувшись, побежала к своей машине - надо было успеть сопроводить колонну, быть на связи, делать хоть что-то, кроме этого томительного ожидания.

***

Едва автобусы скрылись за поворотом, поисковая группа уже поднималась по тропе. Они двигались быстро, но осторожно - каждый шаг по мокрым камням отзывался глухим стуком. С ними шли двое лесников, знавших эти места как свои пять пальцев. В небе, с противным жужжанием, замер дрон, его камеры сканировали местность в инфракрасном диапазоне. Арен резким движением развернул карту на капоте джипа, прижал края ладонями, не давая ветру её свернуть. - Могли поскользнуться, - его палец резко ткнул в крутой участок склона, оставив на промокшей бумаге влажный отпечаток. - Упасть здесь. Укрыться от грозы в пещере... - палец скользнул вдоль скального массива, выискивая возможные укрытия. - Или... - он замолкает на секунду, и в этой паузе повисает вся тяжесть ситуации, - просто не найти обратной дороги. Он говорил ровно, без эмоций, но каждый его жест, каждый взгляд на карту был отточенным движением, словно он мысленно уже проходил каждый метр этого маршрута, вглядываясь в каждый камень, каждый опасный поворот. Группы разделились: одна с собаками пошла по основной тропе, другая, во главе с Ареном, Армаганом и лесниками, - по старой, той самой, что вела в глубь ущелья. Жёлтые лучи фонарей ползли по скалам, выхватывая из тьмы переплетения корней, скользкие валуны и тёмные провалы древних руин. - Следов нет, - доложил один из спасателей, осматривая размытую почву. - Даже если что-то и было, то дождь всё уничтожил. Арен направил луч фонаря на крутой склон у самого обрыва, где, по словам Армагана, терялись следы. Он аккуратно спустился вниз, цепляясь за влажные выступы, и взгляд его упал на неестественную вмятину в слое мха. Значит, кто-то всё же поскользнулся… - промелькнуло у него в голове. Он огляделся. Кругом стояла сплошная тьма сотканная из теней леса и густой листвы. Территория была огромной, а определённого направления не было видно. Поиски осложнялись вновь начавшимся дождём и сгущавшимся мраком. Он снова окрикнул их имена, но в ответ - лишь шёпот мокрых листьев. Он уже собирался подняться обратно, как вдруг луч фонаря выхватил из тьмы странный блик на ветке. Он осторожно подошёл. Это был фотоаппарат. Арен снял его, бережно проведя пальцами по холодному, мокрому корпусу. - Нашёл фотоаппарат. Сообщите вниз, - его голос прозвучал в рации жёстко и собранно. Армаган, услышав это, сдавленно выдохнул: «Это их фотоаппарат!» - Nina! Margarita! - их голоса снова понеслись над ущельем, но теперь в них звучала безысходная надежда услышать ответ. Тем временем в Анталье, в офисе туркомпании, телефоны не умолкали. Уже звонило посольство. И никто из них - ни жандармы, сканирующие склоны тепловизорами, ни Армаган, сжимающий в потной руке фонарь, ни родные девушек, застывшие у телефонов за тысячу километров, - не мог даже вообразить, что Нина и Маргарита не лежат с переломанными ногами на дне промозглого оврага. Они не знали, что те, хоть и в заточении, но находятся в полной безопасности. Не слышали они и отчаянных криков, снаружи. Потому что массивная дверь, та самая, что веками хранившая покой усопших, теперь безупречно оберегала тайну живых, поглощая не только звук, но и саму надежду на спасение.