«Теперь вы — моя семья? (Моя семья не совсем обычная, но я всё равно люблю их.)»

"Итак, Питер. Как ты оказался здесь? Где тебя нашёл Брюс и почему ты согласился быть в этой семье, или тебе не дали выбора?" Питер моргнул от шока, услышав эти слова Красного Колпака. Неужели Брюс так часто брал к себе детей, что когда в семье появлялся кто-то новый, все сразу думали на него? И что значит — не дали выбора? Неужели кто-то здесь изначально оказался без согласия жить в этом доме? Кого-то просто взяли и приписали к семье Уэйн? Это было очень интересно... потому что пока он находился здесь, он не видел, чтобы кто-то вёл себя так, будто его просто похитили или не дали выбора. Может, они уже прошли этот этап, и он этого не застал? У него даже появилась мысль спросить об этом Дика — может, тот расскажет историю об этом всём. Но сейчас его явно никто силой здесь не держал. Ведь ему просто некуда было идти, да и смысла бежать не было — после того, что он видел по записям камер и знал, на что эта семья способна, лучше уж быть здесь и всё. Питер качнул головой на слова мужчины и улыбнулся. "Меня сюда привёл не Брюс. И я здесь по собственной воле. Меня привёл Дик — его даже можно назвать моим отц... кхм! Точнее, опекуном. Так что да, я здесь по своей воле и под опекой Дика." "ДИКА!?" "Да..." Джейсон моргнул и почувствовал себя настолько шокированным, как давно уже не был. Сначала он думал, что у него появился новый брат, и что на этот раз он выполнит своё обещание перед Брюсом — заберёт нового ребёнка из этой ненормальной семьи. Но нет! Этот мальчик говорит, что он здесь по своей воле, и что его сюда привёл Дик, который взял над ним опеку. Это что такое!? Ему кто-нибудь даст объяснение? Ведь сколько раз они смеялись над тем, как Брюс приводил в дом нового ребёнка, и говорили, что сами никогда такого делать не будут. А тут на тебе — вместо брата у Джейсона племянник. И при этом никто ничего ему не сказал и не написал об этом всём... хотя он видел, что Брюс ему звонил, но в тот момент он был сильно занят. Но это было пару дней назад... неужели мальчик и недели здесь не пробыл? Джейсон выдохнул и спросил у Питера, сколько тот уже здесь. И услышал, что около недели. Вот оно что... Значит, Брюс звонил, чтобы сообщить о новом члене семьи или чтобы он приехал и познакомился с ним. Но это не мешало Джейсону решить, что потом он поговорит с Диком об этом. Что за чёрт он творит. Он подошёл и сел рядом с мальчиком, который, к его удивлению, вёл себя спокойно и не боялся его. Это было интересно и немного напрягало. Но он решил пока начать с простых вопросов, а потом, может, перейти к более тяжёлым, чтобы не напугать парня. Так начался их разговор. Сначала были вопросы вроде: сколько тебе лет, что тебе нравится, какие у тебя увлечения и всякая мелочь. И честно, он был шокирован, что Питеру было семнадцать — выглядел он максимум на пятнадцать. Но видно, у него просто детское лицо, ведь по телу можно было сказать, что оно подростковое. А нравилось парню многое: химия и биология, техника и даже разные книги. Питер явно был из тех детей, которые пробуют всё, что им интересно, — и это было довольно мило. Ведь зная Дика, он точно будет баловать парня и давать ему всё, чем тот увлечётся. Его хобби была фотография. Джейсон понял, что они могут хорошо подружиться с Тимом, ведь тот тоже любил фотографировать, пусть и обычные вещи, а не только когда следил за людьми. И ещё он заметил, что Питер был похож на Дика — в мимике, в резких движениях во время разговора или в шутках с чёрным юмором. Чем больше он смотрел и слушал мальчика, тем сильнее казалось, что он смотрит в прошлое — на подростка Дика Грейсона, только с каштановыми волосами и карими глазами. Не мог Дик просто так взять себе ребёнка. Просто не мог... А этот парень был слишком на него похож. Неужели это всё как с Дамианом?.. "Кстати, как тебя зовут? Мы уже столько разговариваем, а ты так и не сказал мне своё имя." Джейсон в этот момент вынырнул из своих мыслей и теорий, услышав вопрос Питера. Неужели он забыл сказать, как его зовут? Да ещё и шлем не снял вместе с маской. Чёрт. Это было не очень вежливо перед племянником. Поэтому, снимая шлем, он сказал своё имя. "Меня зовут Джейсон Тодд. Второй сын Брюса и твой дядя." Когда он снял шлем, он увидел, как мальчик застыл, и по его телу пробежала дрожь. Джейсон подумал, что это из-за изменения его голоса, ведь без шлема он звучал иначе. А может, Питеру уже рассказали, что он был мёртв. Джейсон решил, что дело во втором. Поэтому, не обращая особого внимания на реакцию, он снял и маску с лица и ощутил счастье от того, что больше ничего не мешает. Он пару раз моргнул, привыкая к свету без маски. Когда зрение нормализовалось, он заметил, что теперь Питер был сильно шокирован, его лицо стало заметно бледнее, а дыхание участилось. Джейсон нахмурился, видя его состояние, и спросил, что случилось. В ответ увидел, как тот улыбнулся и сказал, что всё нормально, но ему срочно нужно пойти в свою комнату. Когда мальчик встал, он чуть не упал — его тело просто не слушалось, словно стало ватным и лишилось сил. Джейсон успел поймать Питера, и это ещё больше его встревожило. Парень не мог просто так оказаться в таком состоянии. Питер, который дышал всё тяжелее, понимал, что ему нужно уйти от Джейсона. Быстро. Очень быстро уйти отсюда... Поэтому, собрав все силы, он оттолкнул Джейсона и побежал наверх, как только смог. Последнее, что он услышал, были крики Джейсона, который звал его по имени и просил остановиться. Он даже ничего не сказал Альфреду, который, возможно, шёл его проведать, когда тот должен был быть в пещере. Не остановился, даже когда чуть не сбил Дюка с ног, и услышал, как тот тоже зовёт его по имени. Ему нужно было бежать. Срочно... .·:·.☽✧ ✦ ✧☾.·:·. Он дышал часто, очень часто, и это было плохо, ведь он не мог остановиться. Он не мог сейчас успокоить себя — это делало его состояние только хуже. Он даже не заметил, как сжимал руки до крови, несмотря на бинты. Но на этот раз боль не помогла прийти в себя. Сейчас он не знал, что вообще могло бы помочь... ведь все его мысли были о прошлом. О прошлом и моменте, который он так хотел забыть. Или хотя бы изменить так, чтобы на том месте оказался он. Чтобы не пришлось снова плакать над телом дяди Бена, которое остывало, и снова чувствовать запах крови, которая продолжала тогда течь из тела. Этот отвратительный запах заполнял его нос. Его одежда и руки были в крови... в крови Бена. Он снова слышал, как тот через боль говорил ему, что всё будет спокойно, что всё будет хорошо, чтобы он слушался тётю Мэй, чтобы жил ради себя. И самое главное: "С большой силой приходит большая ответственность." Эти слова были с ним всю жизнь. Эта фраза будет с ним всегда, где бы он ни был и кем бы ни стал. Эта фраза будет с ним навеки... если бы он только тогда мог что-то сделать. Хоть что-то... "Питер! Питер, ты слышишь меня?" Сквозь туман в голове он услышал довольно знакомый голос... Это был не голос Джейсона. Не Бена. И не Дика. Когда голос продолжал звать его и взял его за руки, он почувствовал, что они очень тёплые — словно на них светило солнце. Солнце... и этот голос... Ах. Это был Дюк. Неужели его всё же нашли? И это был Дюк... Чёрт. Он видит его таким жалким. Питер не хотел, чтобы кто-то видел его таким. Не в этой семье. Ему хватило позора того, что все его слабые состояния видел Дик. А теперь ещё и Дюк... Боже, какой же он жалкий... Он слышал, как Дюк просил что-то делать, и он делал это. Он даже не понимал, что именно, но делал. И вскоре он открыл глаза. Не сразу, но после нескольких попыток. И увидел Дюка, который облегчённо выдохнул от счастья, что Питер пришёл в себя и его дыхание нормализовалось. Тот что-то говорил, но так тихо, что Питер не расслышал, даже со своим улучшенным слухом. Когда тишина между ними стала длиннее, а разум Питера прояснился, Дюк осторожно спросил, что произошло. В ответ он услышал: "Он должен быть мёртв." Из-за этого Дюк застыл и спросил: кто должен быть мёртв? Но мальчик молчал, пока не сказал, что в его вселенной Джейсон был его дядей Беном. Который мёртв. Снова повисла тишина. Но на этот раз Дюк осторожно обнял Питера. И казалось, в мальчике что-то сломалось — он расплакался у него на плече. Он начал рассказывать, что бывают дни, когда в день смерти Бена всё вспоминается снова и снова. То, что он ничего не смог сделать. То, как они поссорились перед этим и он так и не успел извиниться перед ним — потому что тот был мёртв. Он говорил, как до сих пор помнит запах крови и её ощущение на руках. Как много лет эта кровь оставалась на каждой куртке Бена, которую тот всегда носил, а потом носил сам Питер. Как его иногда съедала совесть, и он плакал, обнимая эту вещь, запах которой с каждым годом всё слабел. Запах Бена, который он так любил, который всегда его успокаивал. Он говорил, как считал себя недостойным носить имя Бена. Недостойным быть Питером, недостойным быть даже Паркером. Недостойным всего и всех. Ведь каждый раз, когда он кого-то любит, все умирают. Или их жизнь становится хуже. И всё из-за него... Истерика Питера наполнила сад, где они были. А Дюк лишь обнимал его и позволял высказаться — всё то, что он так долго держал в себе. Иногда он говорил слова поддержки, из-за которых Питер плакал ещё сильнее. Но даже сквозь рыдания и сорванный голос можно было услышать: "Спасибо..." Но Дюк прекрасно понимал, что они были не одни. Он знал, что где-то рядом был Джейсон, который слышал Питера. И из-за этого у того случилась истерика. Может, даже где-то был Альфред, но этого Дюк уже не знал. Сейчас главное было дать Питеру высказаться. Всё, что он так долго держал в себе...