chapter 2. “В предвкушении Хэллоуина.”
15 сентября 2025 г., 00:54
***
«В предвкушении
Хэллоуина.»
***
Недели шли после того странного инцидента в тайной комнате Белладонны. Айзек вел себя так, будто ничего не было, да и сама Деметра в какой - то степени тоже позабыла об этом. Уж не до этого ей было, когда время близилось к любимому празднику — день мертвых. Всего через 1 неделю… День, когда из потустороннего мира приходят иногда нежданные, а иногда любимые люди. Трупы, гробы, кладбища - для Деметры как бальзам на душу, будто мертвые понимали больше, чем какая либо живая душа.***
Очередной день в академии, наконец пятница. Впереди 2 дня отчужденности и покоя от надоедливых однокурсников, лишних взглядов, которые никогда не хотелось ощущать. Утро началось с обычного — собрание учебников в сумку, короткие разговоры с Мортишей, которые чаще всего были начаты со стороны Мортиши. Поход на завтрак, хотя, откуда интерес брать на это событие? Мортиша вновь уселась к Гомесу, а значит вот- вот подсядет Айзек. Да, компания конечно… не совсем идеальна. Ну, выбор был небольшой, все равно это ее единственные друзья. Взяв лишь не сладкий черный чай, с плавающим лимоном в чашке, она только открыла совершенно старую, странно выглядящую книгу, с хоть каким-то интересом читая ее. И, конечно, в этот же момент подсел Айзек. Гомес и Мортиша поприветствовали его, но Деметра кинула только краткий взгляд. Давая понять, что сейчас ей неинтересна даже Мортиша. Перелистывая книгу от одной страницы к другой, она вдруг все же была потревожена громким голосом директора. Раздражает. Она хотела было уйти, но Мортиша умоляюще посмотрела на нее, да и у директора видимо было что - то важное, что он настоятельно попросил всех остаться. — Может, в кое - то веки что то интересное будет спустя почти 2 месяца учебы? — говорит Мортиша, будто это не у нее каждый вечер как первый и последний. То в лесу вместе с Гомесом, то у башен, то у кладбища, все время от нее же только и слышен смех. Директор слегка откашлялся, прежде чем начать речь, когда в зале поймали тишину и все студенты были на месте. Директор немного поправил форму, после чего наконец заговорил. — Что ж, дорогие ученики! Сегодня я вам сообщу новость, что будет будоражить вас до самого Хэллоуина и даже после, а точнее, ежегодная традиция Невермора — Осенний Бал! Приглашаю вас 31 октября, в 7 часов вечера на восхитительный Бал, а также Маскарад и возможность показать свои костюмы на Хэллоуи! Будут танцы, до ужаса потрясающая атмосфера. Все должны прийти, поэтому советую вам найти партнера! Ну, а если вы предпочтете прийти в одиночестве - мы тоже вам рады, ведь мы рады всем! — наконец высказал директор, будто говорил все это на одном дыхании. Когда директор закончит речь и покинул зал, то сразу поднялся гул из голосов учеников. Все были сразу в предвкушении бала, сразу стали думать о партнере, наряде. Конечно, Мортиша уже знала что наденет, Гомес мгновенно без вопросов сказал о том, чтобы пойти вместе. Только не она. Деметра лишь покачала головой, продолжив чтиво, но ее отвлекла Мортиша. — Ну-у, кажется у кого-то нет выбора. С кем пойдешь? — почему то прилюдно спросила Мортиша, вполне зная о ее неизменном отношении к подобным мероприятиям. Идти с кем - то на бал? Танцевать с кем - то? Да лучше быть убитой старостью, чем пойти туда. Но в чем - то Мортиша была права, выбора не было. — Прийду одна. Не сказано же, что нельзя прийти одной. — возразила она, даже не взглянув. Но взгляд Айзека чувствовался , как его взгляд отвлекся от разговора с Гомесом, чтобы взглянуть на нее, когда она как обычно погружена в книги, даже с корешком каждой книги, что была у нее в руках получала от нее лучше отношение, улыбок, чем к кому либо другому. «Это у нее такая любовь к неживому?» — все время думал Айзек, но не мог с этим ничего сделать. Когда Айзек услышал ответ, что нисколько не особенный с ее уст «Прийду одна», он прикусил губу, еле заметно, вдруг Мортиша возразила: — Слушай, Дэма, уверена - кто - то точно тебя позовет! — успокаивающе твердила Мортиша, но никто не просил. Она была готова прийти одна, увидеть всех с парой, а сама бы пряталась в тени, как делала всегда, разговаривая только с неживыми.***
Когда дело шло к вечеру, солнце уже село за горизонт, сменившись любимым временем суток - вечер, она присела у фонтана, все же задумавшись о осеннем бале… Прибыть в очередной раз на подобное мероприятие в одиночестве звучало как проклятие, но только если в хорошем смысле. Опустив кончики пальцев в воду, что была уже холодной из-за не первых дат октября на календаре. Взглянув в небо, стало видна луна. Почти полная, но все еще месяц. Вокруг звезды, одна ярче другой, сверкают, будто подмигивают живым. Взгляд пал на башню Лаго… Еле видно было бледно-фиолетовый свет за большими часами, располагающиеся на башне. Конечно, значит Айзек опять что то мастерил. Иногда искры сверкали ярче нужного, в определенном ритме. Работа в этой башне кипит от одного вечера к другому, когда луна просыпается вместе со своими подругами-звездами, словно обсуждая сплетни всех живых, а Айзек слушает их самые молчаливые песни и разговоры, мастеря каждый день все гениальнее и гениальнее изобретения, некоторые из них посвящены были ей. Множество маленьких механических предметов он изобрел для нее. Когда-то это бывали паучки, когда-то бабочки, когда-то розочки, когда-то птички. Только вспомнив о его маленьких подарках иногда под своей дверью в комнату, иногда подкинутые ей в сумку, иногда оставленные на ее парте, из-за крыш академии показался ворон. Выглядел меньше обычных Воронов, летел иначе. Словно механический, выпиленный гениальными руками. Так оно и было. Тот ворон, о котором он рассказал в вечер самого первого дня, когда нашел ее в тайной комнате Белладонны. В его клюве была записка, на пергаменте, что весь пропах железом и маслом, а в механических когтях что-то такое же механическое, как и само изобретение. С невероятной нежностью, будто сам Айзек, ворон выпустил из когтей механический цветок розы, а раскрыв клюв, кусочек бумаги выпал на балюстраду фонтана, где уже лежала Роза. Ворон мгновенно скрылся, улетев на башню Лаго, откуда вероятнее всего прилетел. Она взяла в свою бледные руки пергамент, действительно почувствовав запах железа и масла. Перевернув, она увидела лишь одно слово:«Танцы.»
***
Дорога к общежитию была спокойной. Темные коридоры, только приглушенный теплый свет от свечей, а также некоторые Хэллоуинские украшения были уже обвешаны по всей школе. Коридоры общежитий почти пустые. Ведя отсчет до встречи с Мортишей от первой комнаты, она наконец достигла комнаты 13B. Открыв дверь, можно было увидеть уходящего Гомеса, улыбающегося во все (немного не ровные) зубы. — О, сестренка, что - то ты загулялась, — сказал брат, уже подходя к двери, заходящую с балкона Мортишу в комнату, что выглядит немного покрасневшей. — О, Деметра, ты пришла! — те двоя, чьи голоса приносят хотя бы красно-бархатные краски в эту жизнь. — Ну, Amore mio (Любимая — итальянский), добрых тебе снов! — сказал Гомес, посылай в сторону Мортиши воздушный поцелуй, уходя из комнаты. Повисает мимолетная тишина, Мортиша с улыбкой на лице подходит ближе. — Выглядишь хмуро, но в руках механическое изобретение.. — говорит Мортиша, что сразу вызывает у Деметры раздражение, будто боится признать, что забрала розу от того гения. — Это только из-за жалости, — резко оправдалась Деметра, выкручиваясь из ситуации. Любовь не должна ее победить. — Ладно, я поняла тебя, но не думаю что верю, — сказала Мортиша, зная, что это может вызвать у нее реакцию. — но ладно, что ты собираешься надеть на бал? — говорит она, начиная улыбаться сильнее, подходя к шкафу на своей части комнаты, доставая ее элегантное алое платье, не сильно пышное, с прекрасным корсетом и бантами на талии, некоторые оттенки черного присутствуют на платье, добавляя действительно праздничную атмосферу жуткого праздника. — Красиво.— кратко, но понятно дала знать Деметра, представляя примерно подругу в этом наряде. — а ты? Что наденешь? — сказала Мортиша, подходя ближе к ее части комнаты. Деметра немного закатила глаза, все же достав из шкафа платье. Платье выполнено в викторианском стиле и имеет загадочный вид. Оно черного цвета, что подчеркивает его готическую эстетику. Корсет узкий с декоративными шнуровками, которые подчеркивают талию и создают эффектный силуэт. Рукава длинные, с объемными рюшами, что добавляет образу, как ни странно, романтичности. Юбка почти до пяток, слегка пышная, с немного многослойной структурой. На юбке видны тонкие узоры, напоминающие растительные мотивы. Воротник высокий, с кружевной отделкой и декоративным элегантным элементом в центре, что усиливает готический стиль. — Простое, — сказала серьезное Мортиша, скользя по взглядом по платью. — но не безликое. Как надгробный камень, окутанный лунным светом. Мортиша подходит ближе, проводя рукой по кружевному рукаву. — Ты войдешь как тень, но все равно все тебя увидят, хочешь ты того или нет. — Перестань. — только и могла сказать Деметра, боясь представить себя в центре внимания. — И он тоже увидит. — коротко, уже тише сказала она. — он? — переспросила Деметра, сжав платье на вешалке, костяшки пальцев побелели слегка от накипающего раздражения. — Мм-хм, — говорит Мортиша, одаривая ее самой понимающей улыбкой, будто она видит больше чем должна. — тот парень, что наблюдает в башен. Который чинит и мастерит бесконечные изобретения, но иногда сбивается с толку, вспоминая сестру своего товарища. — Мортиша, не забывай.. — хотела возразить Деметра, но подруга успела ее перебить, перекидывая на плечо свое алое платье, словно уже готовясь к танцу. — Просто помни, что на Хэллуин мертвецы ходят, все снимают маски и наконец-то чувства получают разрешение убивать.***
𓅓
