First Burn

      Попадая в Небытие, всё, что ты видишь — алую жидкость под ногами. Чем она является? Кто знает. Может быть это просто цвет и на самом деле это вода. Может быть это кровь. Каждый решает сам.       В Небытии стоит тишина. Она позволяет успокоиться. Принять произошедшее.       Для Уильяма Афтона в Небытии никогда не было тишины. Он слышал детский шёпот. Тех детей, что он убил.       Впрочем, для Уильяма Афтона Небытия не существовало. Для него это место всегда было его персональным Адом. Адом Уильяма Афтона. В Аду Уильяма Афтона не текла обычная алая жидкость, это была кровь. Конечно же, убитых им детей.       Сегодня шёпот звучал громче, чем обычно из-за чего он слышал, что среди голосов не хватает одного.              Обладательница этого голоса была рядом. Смотрела на него с привычной злобой и ненавистью. Сейчас дух Уильяма Афтона был слаб. Ему нужно было время, чтобы силы наполнили его вновь. Это радовало её. — Долго собралась стоять здесь? — наконец, интересуется Уильям Афтон. Его голос звучит хрипло. Когда он говорит, из его рта текут капли крови, оставаясь на его подбородке. Он стоит на коленях в кровавой жидкости, она достигает его живота. Руки за спиной, он не может ими пошевелить, невидимые цепи мешают это сделать.       Кэссиди молчит. Её взгляд скользит по измученному телу мужчины. Она никогда не видела его дух таким слабым. Он больше не излучает величие. Напоминает жалкого червяка. — Да ладно тебе, — усмехается Уильям, не получив её ответа. — Знаю же, что ты не проглотила язык. Говорить умеешь. Так скажи мне… Долго собралась стоять здесь? Нет более важных дел? — А когда они у меня были, эти важные дела, после того, как ты убил меня? — язвительно интересуется Кэссиди. — Чего так переживаешь, как долго я собираюсь тут быть? Не рад гостям? — Не тогда, когда гостья редкостная сучка.       Кэссиди ничего не отвечает. Она приближается к нему. Пока Уильям Афтон стоит на коленях, их разница в росте отсутствует. Кэссиди хватает его за голову, пальцы скользят к его рту. Один её черный хвостик щекочет ему щеку. — Ещё немного и тебе конец, Уильям Афтон, — ненавистно шепчет она. — Какие громкие слова, — она убирает пальцы, когда он говорит. Хочет вернуть их к его рту, но Уильям Афтон смеётся и делает вид, что хочет укусить её за пальцы. Когда вы оба призраки — это возможно, хоть и боли не чувствуешь. — Как скажешь, Мстительный Дух.       Кэссиди смотрит на него с отвращением и плюёт ему в лицо. В ответ Уильям лишь смеётся. Громко и весело. Ему плевать на слюну на лице. Это весело. Весело видеть, как единственное, что может сделать твоя бывшая жертва, желающая его погибели, может лишь плюнуть ему в лицо, думая, что его это унизит. Она больше ничего не говорит. — Обиделась?! — потешается Уильям.       Он не возражает, когда Кэссиди начинает дышать тяжелее, а затем ударяет коленом ему в живот. Боли действительно нет, но он всё равно сгибается пополам. Однако, улыбка не пропадает с его лица. — Ублюдок… — шепчет она. Для десятилетнего ребенка громкое слово, но сейчас всё равно. — Когда-нибудь ты всё же сдохнешь.       Когда-нибудь. Какое громкое слово. Уильяма Афтона оно вновь заставляет засмеяться, но в этот раз Кэссиди не обращает на него внимание, разворачивается, делая несколько шагов, а затем медленно исчезает.       Уильям успокаивается и выпрямляется. Всё ещё не может пошевелить руками, но это можно вытерпеть. Сейчас его просто сдерживают, но пройдёт немного времени и он вновь будет свободен.       Он не дёргается, когда сзади формируется длинная чёрная фигура с кроличьими ушами. Сущность поправляет свой рост, чтобы, наклонившись, говорить Уильяму в ухо. — Ты ведь не сдашься? — спрашивает Сущность. — Когда это я сдавался? — недовольно шепчет Уильям. — Правильно, Уильям. Никогда нельзя сдаваться. Ты всё ещё гений. Тот мальчишка оказался не прост, но это не значит, что нужно опускать руки. — Этот мальчишка меня не волнует. Найду лучше. — Верно, Уильям. Обязательно найдешь. Гений никогда не умрет.       И Уильям Афтон в это верит.       Полиция Харрикейна не нашла в разрушенном пожаром здании аттракциона ужасов ни намёка на аниматронный костюм. Огонь потрепал его оболочку, но её всегда можно сменить.       Он восстановится. Станет сильнее, чем до этого.       И Уильям Афтон вернётся.       Он всегда возвращается.