Новый аватар сансары

      – В этом плане, я прекрасно понимаю своего младшего брата, – Радж опустился на диван рядом с Деви, подавшись немного назад. – Я прервал твой завтрак? Уже второй раз за последние два дня.       Усмехнувшись, Деви грациозно взяла тарталетку с подноса и поднесла к губам мужчины. Как послушный ребенок, Радж открыл рот, принимая угощение, и с блаженством закатил глаза.       – Почему в храмах готовят вкуснее, чем в домах дюжины? – Деви расхохоталась, заваливаясь на бок, а затем, держась за живот, добавила:       – Даже не знаю, может это потому, что в храме теперь живу я?       Радж артистично задумался, а затем кивнул, соглашаясь.        – Ты права, где бы ты ни находилась, еда будет вкусной, вода – слаще любого меда, а атмосфера – манящей, словно дурман от сладкого вина. – Он взял ее ладонь и поцеловал тыльную сторону пальцев, после чего его взгляд заскользил по ее телу, словно голодный зверь, впервые увидевший добычу.       – Смущаешь, как всегда… – Улыбнувшись, Деви прильнула к его плечу. – Чем займемся сегодня?       – Сегодня, малышка, я всецело в твоем распоряжении, – прошептал Радж, прижимая её ближе к себе и осыпая поцелуями лоб, щеки и губы.       - Вот как, – спокойно отстранилась Деви, оставив Раджа в недоумении. Она плавно опустилась перед ним на колени. – Тогда позволь поднять тебе настроение, мой милый Дубей. Радж застыл в ожидании и удивлении, его руки судорожно сжали ткань сари. Деви медленно расстегнула его брюки и слегка их приспустила, обнажая набухшую мужскую гордость. Мужчина сглотнул, не сводя глаз с ее лица и нежных рук, скользящих по его члену. Тихий выдох сорвался с его губ, когда ее пальцы коснулись его плоти. Улыбнувшись, она провела горячим языком по головке, оставляя влажный след на ее основании. Радж откинулся на спинку дивана, издав тоскливый стон.       – Деви… – Ее губы сомкнулись вокруг его члена, нежно лаская, словно самый ценный трофей. Радж чувствовал, как пламя похоти охватывает его изнутри. Она водила языком вверх и вниз, оставляя дорожки слюны на его коже. Его яички затрепетали в ее ладонях. Задыхаясь от наслаждения, Радж запустил пальцы в ее волосы, сжимая их в руках, когда его тело содрогнулось от оргазма. Он изверг поток семени глубоко в ее горло, наслаждаясь каждой секундой этого божественного акта.       – Малышка… – Тяжело дыша, Радж смотрел на Деви, которая отстранилась и облизнула губы. Он подхватил ее на руки и усадил к себе на колени, прижавшись лицом к ее груди. Она нежно гладила его по волосам, убаюкивая и успокаивая его разгоряченное тело. В этот момент они были единым целым, связанные узами страсти и желания.       Раджу принесли из особняка увесистую стопку документов. Деви, расположившись у него на коленях, словно ласковая кошка, нежно касалась его тела кончиками пальцев. Мужчина дышал тяжело, как загнанный зверь, но взгляд его, прикованный к бумагам, оставался острым и сосредоточенным. Деви, издав протяжный вздох, устремила свой взор на пестрящие цифрами и печатями листы.       – Радж, – тихо промолвила она, дождавшись его мимолетного взгляда. – Мой брат… он хорошо справляется со своими обязанностями?       Задумавшись, глава семьи Дубеев погрузился в воспоминания, пытаясь воссоздать в памяти образ Кайроса. Лишь спустя мгновение он обернулся к девушке.       – Более чем, малышка. Твой брат – надежда и гордость семьи Шарма. Благодаря его дальновидности открылись новые шахты, а его искусные переговоры с Англией и Францией принесли нам неисчислимые богатства. Он – словно солнце, освещающее нашу дюжину.       Кивнув в знак согласия, Деви вновь уставилась на документы, мысли ее метались между гордостью за брата и терпким предвкушением грядущего. В голове всплывали образы кровавого ритуала, пропитанные животным страхом и неутолимым желанием. Заметив ее отстраненность, Радж отложил бумаги и, нежно подхватив ее на руки, понес к алому ложу, подобному застывшей крови. Уложив ее на мягкую ткань, он одарил ее легким поцелуем в лоб, а затем, не удержавшись, прильнул к ее губам. Деви, словно пробудившись от сна, ответила на его страстный порыв, обвивая его шею руками и прижимаясь к нему всем телом.       – Я смотрю, кто-то не намерен дожидаться ночи ритуала, – прошептала она, звонко рассмеявшись ему в губы. Радж, вальяжно прикусив ее нижнюю губу, провел языком по месту укуса, слизывая выступившую капельку крови. В мгновение ока атмосфера переменилась, и Деви, ловким движением перевернув его, оседлала его бедра. Радж томно выдохнул, его руки, словно зачарованные, скользили по ее телу, спускаясь к округлым, сочным бедрам. Сжимая их в руках, Деви выдохнула, выгибая спину от нахлынувшего возбуждения. Дрожащей рукой она оголила грудь, явив взору Раджа манящую, налившуюся плоть. Он прижался губами к ее соскам, сначала нежно покусывая, а затем с хищным вожделением начал их посасывать.       Жаркая волна желания захлестнула Деви с головой, словно огненный прилив, грозящий поглотить ее целиком. Она чувствовала, как под его ласками внутри разгорается костер, пламя которого готово вырваться наружу, опаляя все вокруг своим неутолимым жаром. Ее движения становились все более резкими и порывистыми, она словно дикая кошка, попавшая в сети страсти, отчаянно стремящаяся к освобождению.       Радж, опьяненный ее близостью, жадно ловил каждый ее вздох, каждый стон, словно глоток живительной влаги в безжалостной пустыне. Он ощущал, как его собственное тело плавится под ее напором, превращаясь в податливую глину в руках искусного скульптора. Его сознание мутнело, растворяясь в океане чувственных наслаждений, где не было места ни заботам, ни тревогам, лишь первобытный инстинкт, властвующий над разумом.       Дубей вошел в нее, и стон наслаждения сорвался с ее губ. Они двигались в унисон, словно одно целое, забыв обо всем на свете. Их страсть была подобна бушующему пламени, которое готово было поглотить их обоих. В этот миг не существовало ни богатства, ни власти, ни грядущего ритуала. Была лишь только необузданная страсть, которая связывала их в единое целое.       Кульминация наступила внезапно, словно взрыв вулкана. Деви судорожно выдохнула, ее тело содрогалось в экстазе. Радж, не в силах сдержаться, еле как успев вытащить свою плоть, извергнул на ее живот свое семя. Обессиленные, они рухнули на ложе, задыхаясь от нахлынувших чувств.       Они лежали, переплетясь руками и ногами, словно не желая расставаться ни на мгновение. Время замерло для них, оставив лишь ощущение блаженства и единства. В этот момент мир за пределами их спальни перестал существовать. Все заботы и тревоги остались позади, уступая место лишь безудержной радости от близости друг с другом.       Радж смотрел на Девию, спящую в полумраке храма. Ее лицо, обычно смуглое и живое, сейчас было бледным, как у статуи. Даже намека не осталось на ту страсть и нежность, что он помнил. Слова Риты-Шивы эхом отдавались в его голове: "Силы иссякают после ритуала, Радж. Мы должны сдерживать ее мощь, иначе она просто взорвется."       Тихий шепот сорвался с его губ, растворяясь в гулкой тишине храма: "       - Как же мне делить тебя со всеми, моя милая Девия…- Он нежно поцеловал ее в лоб, заботливо укрыл тонкой тканью и, взяв со стола свитки, снова углубился в чтение. Буквы расплывались перед глазами, мысли то и дело возвращались к спящей девушке.       В памяти всплыло воспоминание, словно призрак из прошлого. Год назад, ранним утром, ему принесли письмо, перевязанное шелковой лентой цвета глубокого индиго. Радж, отмахнувшись от слуг, словно от назойливых мух, жадно сорвал печать. Едва вскрыв конверт, он вдохнул аромат – терпкий сандал, смешанный с легким запахом свежемолотых кофейных зерен. Улыбка сама собой тронула его губы. Он знал, кто ему пишет.       Развернув письмо, Радж откинулся на спинку кресла и с наслаждением стал читать знакомый почерк:

Мой милый Радж,

Совсем недавно я узнала, что ты стал главой семьи Дубеев, и поэтому сразу же решила написать тебе это письмо со своими самыми теплыми поздравлениями.

Как ты? Все ли у тебя в порядке? Надеюсь, эта высокая должность даст тебе еще больше сил, и ты возвысишь свою семью.

Милый Радж, скоро, совсем скоро мы с тобой увидимся, и я обниму тебя крепко-крепко. А пока я передаю тебе свои объятия мысленно, через это письмо.

Твоя малышка, Дивия.

      Поцеловав исписанный лист, Радж прикрыл глаза, вспоминая маленькие, теплые ладошки Дивии. Как же она изменилась? После стольких лет под крылом Риты-Шивы, стала ли она еще более нежной, или же превратилась в дикую тигрицу, готовую бороться за место под солнцем среди других избранных?       Радж помнил тот день, как сейчас. После прочтения письма, он вскочил, словно ужаленный, и принялся отдавать распоряжения слугам, готовясь к приезду Дивии, не смотря что ее приезд был заплонирован еще не скоро. Он хотел встретить ее достойно, показать, что он стал тем, кем она мечтала видеть его – сильным, влиятельным, способным защитить ее от любых невзгод. Наивный. Он тогда еще не понимал, в какую игру ему предстоит играть, и какую цену придется заплатить за право быть рядом с ней.       Сейчас, глядя на ее спящее лицо, Радж чувствовал лишь усталость и бессилие. Свитки, которые он изучал, содержали в себе древние знания, необходимые для поддержания баланса сил в храме. Но ни один из них не давал ответа на вопрос, как защитить Дивию от самой себя, от ее божественной сущности, которая, казалось, пожирала ее изнутри. Он знал, что Рита-Шива прав. Если не обуздать ее мощь, Дивия погибнет. Но как это сделать? Он, простой смертный, который только и может молится Темной Матери, должен противостоять силе, превосходящей все, что он когда-либо знал.       Поняв, что девушка проспит еще очень долго, мужчина закончил все текущие дела. Отправив документы в особняк через своего помощника, он прилег рядом с Деви на алой ткани, прижимаясь грудью к ее спине. Та что-то промычала во сне, повернулась к нему лицом и уткнулась носом в его сильную, мужественную грудь. Приобняв девушку за плечи, Радж стал медленно гладить ее тело, вдыхая ее неповторимый аромат – смесь сандала, кофе и чего-то неуловимо женственного, словно она вот-вот исчезнет, растворившись в воздухе. Он чувствовал себя абсолютно спокойным и умиротворенным в её объятиях, как никогда прежде.              Рано утром он открыл глаза и обнаружил, что лежит один. Резко вскочив, он огляделся. Солнце, пробивающееся сквозь храмовые занавески из тяжелого шелка, ослепило мужчину, вынудив его немного зажмуриться. Он начал искать девушку по комнате, чувствуя необъяснимую тревогу.       – Радж? - резкий голос заставил его резко обернуться. В дверном проеме стояла Деви, а за ней тихонько скользила юная девадаси, помогающая ей. Мокрые, темные волосы обвивали ее нежные и тонкие плечи, капли воды сверкали на коже, подчеркивая её хрупкость и красоту. Похоже, она принимала ванную, а маленькая жрица храма ей в этом помогала. – Что-то случилось? Ты какой-то испуганный.       Замерев, Радж уставился на девушку. "Я? Испуганный?", впервые мысли поставили его в тупик. Ведь он всегда считал себя непоколебимым, лишенным страха перед чем угодно. А сейчас… Его сердце бешено колотилось, а в груди поселилась странная пустота. Выдохнув, он начал медленно вставать и направляться к Деви. Та отпустив жрицу с благодарной улыбкой, закрыла дверь и оказалась в крепких мужских объятиях.       – Да, испугался, – признался он, прижимая ее к себе так сильно, что та едва могла дышать. – Открыл глаза, а тебя рядом нет.       – Милый Радж, я в порядке, – прошептала она, уткнувшись лицом ему в плечо. – Тем более, что может случиться со мной, когда храм охраняет дюжина стражников, а ты всегда рядом? - Вдохнув запах ее чистого тела после водных процедур - свежий, легкий аромат благовоний смешивался со сладким запахом кожи – Радж взял ее на руки и бережно усадил на диван. Взяв полотенце из протянутых ею рук, он стал вытирать ее волосы, осторожно проводя пальцами по их влажной длине. Каждый жест был наполнен нежностью и заботой.       Потянувшись к Деви, он страстно поцеловал её опухшие губы, которые так и манили раствориться в его поцелуях. Вкус меда и жасмина смешался с солёным привкусом кожи, вызывая волну желания. Улыбнувшись сквозь поцелуй, девушка прижала его ближе к себе, что мужчина стал слегка нависать над ней, крепко держась за спинку дивана, дабы не упасть от внезапного напора чувств.       – Прошу прощения? – Повернув голову к звуку глубокого голоса, Радж что-то пробурчал и отстранился, уставившись на ухмыляющегося высокого Дорана. Его черные глаза сверкали вызовом, а уголки губ были подняты в насмешливой улыбке. – Кажется, я помешал вам.       Усмехнувшись, Радж понял, что тот издевается над ним, наслаждаясь его замешательством. Последний раз коснувшись губами Дивии, словно собирал последний глоток нектара, он начал спешно одеваться, стараясь скрыть раздражение. Деви поднялась, грациозно скользя по комнате, и стала помогать ему. Доран стоял у дверного косяка, наблюдая за этой картиной с пучиной ревности, тлеющей в глубине его темных глаз. Он чувствовал себя аутсайдером, чужим в этом интимном моменте.       – Помешал, Доран. Но ты не переживай, сегодня она твоя, а в следующий раз снова будет моей, – усмехнувшись, Деви внезапно дала ему нехилый подзатыльник, от которого Радж ойкнул и рассмеялся, прежде чем снова поцеловать ее в щеку. Затем, быстро закончив переодеваться, он направился к выходу из храма. Доран вальяжно вошел в ритуальный зал, его шаги были тихими, но излучали скрытую мощь, и устремился к телу Деви, будто магнит тянул его к ней. Та улыбнулась, предчувствуя что-то особенное, и первая кинулась в его объятия.       – И так, милая Деви, я согласился на этот ритуал, но до сих пор невыносимо видеть, как мужчины тебя трогают и целуют, – проговорил Доран, обнимая девушку за плечи и усаживая ее к себе на колени. Его голос был низким и бархатным, наполненным властностью. - Мне кажется, мы скоро подеремся.       – Я бы на это посмотрела и потом послушала, что говорят люди, – усмехнувшись, Деви провела пальцем по шее мужчины, вызывая у него едва заметный тремор. Тот закусил губу, сдерживая желание прижать ее к себе сильнее, чувствуя, как бедра девушки стали теснить его. – Доран.       Тот вопросительно посмотрел на лицо девушки, пытаясь разглядеть сквозь плотную ткань, закрывавшую глаза. Он жаждал увидеть в них отражение своей любви, свою преданность.       – Покажешь? – спросила девушка, её голос звучал мягко, но требовательно. Она сжала ткань сари и, слегка закусив губу, начала медленно осматривать лицо Дорана, будто изучала древний артефакт. Тот немного подумав, выдохнул и чуть отстранился, словно принимая важное решение, прежде чем начать снимать свое любимое фиолетовое сари. Перед девушкой предстала внушительно сильная фигура, покрытая шрамами разных размеров - безмолвными свидетелями прошлых битв и сражений. – Будь прокляты эти асуры, которые посягнули на твое тело, – произнесла она, в ее голосе слышалась ярость и боль.       Поглаживая крепкое тело Дорана, проводя руками по грубым шрамам, она ощущала каждую неровность под пальцами, каждый след раны, как напоминание о его храбрости и жертвах. Доран резко задышал, чувствуя, как возбуждение начинает нарастать внутри него, как волна, захлестывающая разум. Его штаны стали теснить, напоминая о притяжении, которое объединяло их двоих. Он знал, что эта ночь будет особенной, ночью, наполненной страстью, верностью и обещанием взаимности.