АЛЕКСАНДР И ФАННИ

- 1 - чат “Порноfilms” - в чат вошёл ALEX - ABBA: Жесть какая… ШОКОЛАДНЫЙ ЗАЯЦ: А я вот всегда относится к этому придурку с подозрением PARIS: Ага, сейчас все начнут так говорить АНЖЕЛИКА: Ребята мы тут ни в чём не виноваты Хватит крыситься NANA: А кто виноват? Фанни что ли? ДОРА_ПОМИДОРА: Фанни тоже не виноват ЧЕЛЕНТАНО: О, Алекс, привет! ODRI: Алекс как там Фанни ALEX: Всё в норме. Но ему надо время. Прошлое даёт о себе знать. VIOLA: А с чего вообще возникла эта история снова? Я не поняла - в чат зашёл NICOLAS - ВАРИКА ЭКОНОМСКИ: Подонок, тебе что тут надо? СТРЕЛОК: Привет, Николас. Заходи, разговор есть. MAXIMUS: Что припёрся!? : Э ребята дайте человеку слово написать! DIVA: Николас что всё это значит? - из чата вышел NICOLAS - KISS: Свалил?! ФИЛЯ: Дерма кусок! DIVA: А у нас в чате можно ругаться нецензурными словами? WOLF: НИКОЛАС МУДИЛО!!! Не стёрло значит можно SAME FACE: Чё ты не поняла? Николас выслал Алексу видео и фото где он и его дружки насилуют Фанни МАСКА: А разве это не по обоюдному желанию? Фанни нам вот организовывает групповухи MAXIMUS: Детка, когда Фанни организовывает нам групповые сексуальные практики, то определяются все участники и чётко прописываются правила участия и поведения. А тут… АРТИ: То есть, спонтанный групповой секс у нас не приветствуется? SOFT: А что Николас говорит? ЧЕЛЕНТАНО: “Групповые сексуальные практики”! Вот это выражение, я валяюсь! LOVER: Групповой секс во время течки? В невменяемом состоянии? С незнакомыми партнёрами, которых этот придурок неизвестно где нашёл? Ты сейчас серьёзно? KROKODILE Знать не хочу, что там Николас говорит! VALENTIN: Блииин. Они предохранялись? VIOLA: Но так можно любого обвинить. DIVA: Алекс, а вы смотрели видео? это насилие? ALEX: Ребята, давайте я вам как юрист объясню. Николас совершил несколько преступлений, за которые можно получить в Евро Альянсе немалые сроки без права на условно-досрочное освобождение. Да, первое это использование невменяемого состояния партнёра-омеги и “продажа” его или “сдача” ради сексуального насилия третьим лицам. Это запрещено делать и с постоянным партёром, и с супругом, и со случайным партнёром, про детей и речи нет – запрещено! Независимо от подвида, пола, гендерной самоидентификации. ШОКОЛАДНЫЙ ЗАЯЦ: О, Господи! прямо так серьёзно? ALEX: Да, так серьёзно. Второе - без ведома жертвы или даже, например, добровольного участника секса велась видео и фотосъёмка. Это тоже преступление. Запомните: если вы тайком от переизбытка чувств снимаете даже своего постоянного партнёра или супруга голым или во время секса, это преступление. Ну, и третье – отправка мне этих материалов классифицируется как распространение без ведома жертвы интимных снимков. То есть, если даже до этого всё было по обоюдному согласию, - а Фанни согласия ни на что не давал, кроме проведения течки с одним только Николасом, – то эта пересылка видео и фото уже серьёзное преступление. JULL: Ну ступил Николас. На эмоциях тебе выслал. От ревности. ALEX: Это не считается при подаче заявления, но может присяжными и судьёй рассматриваться как смягчающее обстоятельство – в состоянии аффекта или, как вы говорите “на эмоциях”. TIMATI: Вот. Он же тоже альфа. Вы Алекс как альфа могли бы его понять. По сути дела вы увели у него партнёра. DREAMER: Дебил? Фанни с Николасом уже два года как расстались! ALEX: Продолжу. Распространение видео и фото материалов интимного характера – именно этим часто шантажируют жертв сексуальных преступлений, играя на стыде людей. Тогда как рассылка такого материала это уголовно наказуемое преступление. Даже если Фанни не подаёт по двум первым пунктам заявление, то достаточно будет моего заявления – и всё. ДОРА_ПОМИДОРА: Алекс, вы подадите заявление? ALEX: Пока не могу точно сказать DIVA: Фанни наверняка не хочет всего этого ANGRY BIRD: Пусть этот мудак валит от нас и больше не показывается на наших тусовках! ALEX: Да, именно этого я и добивался. Тот, кто совершает подобные преступления небезопасен. Поэтому я и попросил Фанни, - ради безопасности членов сообщества, - рассказать вам об этом и заблокировать Николаса в чате и лично. ODRI: Я тоже его заблокировала PANDA: И я! Хотя сначала написала всё, что думаю по этому поводу! TUNCZYK: Мразь какая он! WOLF: Нет нам тут такие не нужны. ALEX: Спасибо за понимание. Я пойду. VIOLLA: Алекс а с Фанни всё хорошо? ALEX: Более или менее. DIVA: Вы присмотрите там за ним, ладно? KISS: Передавайте Фанни, что мы его все любим и обнимаем-целуем! LOVER: Да мы с ним! ALEX: Обязательно. Всем всего хорошего. Александр закрыл чат. Как он и ожидал: улей, собранный вокруг Фанни, как вокруг королевы пчёл, гудел. Хорошо, что они договорились с Фанни, что тот до вечера не будет заходить в чат и давать какие-то объяснения и комментировать. Сейчас Александр уже заканчивал работу, после чего планировал что заберёт Фанни из его цветочного магазина и они поедут в клинику - появилось "окно" в кабинете ЭКГ и можно было им воспользоваться, чтобы лечащий врач получил результаты последнего обследования как можно скорее. Надо теперь было уговорить Фанни на несколько вещей. Во-первых, не сидеть в чате и не объяснять каждому: почему не рассказал тогда?.. почему не заблокировал и не удалил присутствие Николаса в чате?.. почему всё это всплыло только сейчас?.. Фанни отлично написал всё в своём посте, и те, кто умеет читать, не задавали глупых вопросов, найдя все ответы в тексте Фанни. Но таких было мало. Большинству было некомфортно от правды. Они и требовали – кто что. Доказательства!.. Выслушать вторую сторону!.. Объяснения участия Александра во всём этом деле!.. Даже сочувствие некоторых к Фанни было навязчивым. Но самое главное, что увидел зайдя в чат Александр, что Николас до сих пор не в "чёрном списке", сам не уходит несмотря на серьёзные обвинения, но и не пишет ничего в чате, хотя видно было, как он заходит и выходит. Он явно рассчитывает, что всё сойдёт ему с рук, спуститься на тормозах и что он останется в чате и продолжит общение с подписчиками и Фанни. Но так не должно быть. С этим присутствием Николаса надо разобраться. Во-вторых, надо уговорить Фанни снова написать одно сообщение, по сути дела повторяющее первое, но с благодарностью к тем, кто ему посочувствовал и с пониманием к позиции тех, кто не верит и требует доказательств. И больше можно это не обсуждать. Потому что людям нравится мусолить такие темы, но Фанни это всё будет травмировать. А этого вот совсем не надо. И надо Николаса из чата удалить. Оправдываться это теперь его дело, если он продолжит общаться с кем-то из сообщества. Но дело это он пусть делает уже не внутри сообщества, а лично. В-третьих, надо перевезти Фанни к себе. И ради комфорта, и ради его безопасности. Александр уже обсудил с менеджером управляющей компании его дома о возможности установки необходимых опор для комфортной жизни Фанни в его съёмной квартире, даже объяснил, что в таком случае дом можно в налоговой декларации представить как инклюзивный для людей с ограничениями опорно-двигательного аппарата и получить приятную скидку на налоги, если такая квартира будет сдаваться семьям или отдельным людям с такими проблемами. Для этого надо будет Фанни "прописать" к Александру в договор, что он сделает легко. Главное, чтобы сам Фанни не начал сопротивляться. Уж слишком омежка держится за свою независимость и автономию. С одной стороны это желание не чувствовать себя грузом на чьей-то шее и обузой понятно, а с другой - Фанни явно не вывезет всю ситуацию с обследованием, подготовкой, операцией и реабилитацией на собственных плечах. И самое главное - Фанни нельзя оставаться сейчас одному и в своей квартире. Но как ни странно, именно в этом вопросе помог Николас. Вечером того же понедельника, по совету Александра, Фанни сделал всё как надо: один раз объяснил подписчикам ситуацию, поблагодарил, какие-либо доказательства предъявлять отказался (это было особенно болезненно для Фанни, он всё шептал: "я так и знал, мне не поверят, всем захочется фото и видео посмотреть!"), после чего заблокировал Николаса в чате, а сам вышел, со всеми попрощавшись на вечер. Александр взял удар на себя: обещал сообществу “Порноfilms”, что Фанни под его наблюдением, что он переживает, но держится молодцом, что Николас в качестве шантажа прислал ему видео и фото того злополучного события, не подумав, что это не доказательство развратности Фанни, а серьезная улика против него и тех двоих альф, что он привёл тогда в дом Фани. Несколько человек в группе ещё раз неделикатно поинтересовались: а сам Александр смотрел те видео и фото с Фанни? И Александр наконец соврал: смотрел. На самом деле Александр открыл чат с Николасом в первую же после случившегося ночь и только глянул на стоп кадры и фото, не открыв файлы, и ему стало понятно про себя: как бы там он уже ни был профессионально готов смотреть всякие ужасы на видео и фото, увидеть своего омегу или кого-то из своих близких на таком, он не в состоянии. Александра охватывает неконтролируемая ярость. Удивительно, как он когда-то не убил незнакомого ему альфу, с которым ему изменяла Ирма?.. с его-то внутренним бешенством альфы… Во вторник Фанни работал как обычно, врачей или осмотра на этот день не было запланировано. Александр ждал его в кафе, как и в прошлую пятницу, правда теперь сев не спиной к окну, а забившись в угол. Потому что посмотреть тоже было что и надо было сделать это без свидетелей. Пришли анализы Фанни. И его, самого Александра анализы тоже. И, так как Александр запросил в первое посещение врача дополнительные анализы на них обоих, то и по этим дополнительным пришли ответы. Александр давно уже научился по работе читать и медицинские документы, но на всякий случай скачал из личных кабинетов Фанни и своего все данные всех анализов, затёр фамилии и отправил для расшифровки в нейронку. Ответы почти все были… ожидаемые. Общее состояние Фанни – работать и работать, так что придётся омежке срочно менять пищевые привычки и есть витамины и микроэлементы горстями. А также в целом образ жизни. Гормональный фон у Фанни был как у слаборазвитого подростка, фертильность низкая. Были инфекции, передающиеся половым путём, но не критичные. При этом, – Александр сразу сравнил, – у самого него ничего не было, вот она сила защищённого секса! И был ещё один парный анализ, направление на него врач дал неохотно: нынче в Евро Альянсе не приветствовалась проверка на истинность альф и омег. Эти анализы Александр глянул и тут же закрыл. Пока он ждал конца рабочего дня Фанни, связался через чат клиники с врачом и получил все рецепты на витамины и лекарственные препараты, а также примерную диету для Фанни и список запрещённых для него продуктов, в котором чётко было прописано: безглютеновые продукты, а также не содержащие сахара. Придётся сегодня же начинать меняться и привыкать ко всему новому. Об антибиотиках, как и об инфекциях Александр решил Фанни не говорить, а сам его пролечить положенные десять дней. Не сообщают же детям о том, что это за лекарство, от чего и как работает? Не надо расстраивать и без того измученного всей этой историей Фанни. По поводу вопроса о гормональной терапии для Фанни, врач ответил Александру, что пока в приоритете поставить его на ноги и научить заново ходить, операция же в любом случае наносит пациентам урон в плане репродуктивной деятельности, так что восстанавливать омежье здоровье придётся уже после неё. Встречал Александр Фанни у магазина уже с пакетиком из аптеки, заранее проверив через интернет, в какой из ближайших есть всё необходимое. Фанни был грустным и рассеянным, даже непонятно, как в таком состоянии он продолжает работать. От предложения посидеть где-то отказался молча, просто помотав головой, но везти его, толкая коляску, Александру не запретил. Когда они подходили в полном молчании к дому Фанни, тот встрепенулся: – У меня хлеб тостовый закончился… Надо зайти купить… – Хлеб!.. Фанни, малыш, нам надо серьёзно будет поговорить о твоём питании. Пришли анализы и тебе придётся отказаться и от хлеба, и от сахара. – О, Господи!.. У меня что, диабет? – Нет, но у тебя… Короче… Давай без хлеба, а? – А можно сегодня последний раз? – Фанни!.. – Ну, пожалуйста!.. Хлеба и зрелищ!.. Хочу сегодня хлеба и зрелищ!.. – Каких ещё зрелищ?.. – Ну, кино посмотрим… Давай в магазин зайдём?.. Александр знал, что если они зайдут в небольшой сетевой магазин на углу дома Фанни, то выйдут оттуда не только с хлебом, но ещё и со сладкой газировкой, упаковками кислых мармеладок, круассанами и плиткой шоколада. Но Фанни впервые за несколько дней шутил, смеялся и хотел развлечений. – Ладно, но в последний раз, – голосом вредного деда проговорил Александр. – Хочешь, я один зайду? Там вечером всегда толпа. Что, нам тостовый хлеб нужен, да? – А Нутеллу можно ещё?.. – Так… Белый тостовый хлеб и Нутелла. Всё!.. Больше ничего не проси! А с завтрашнего дня буду тебя приучать пить свежевыжатый сок и компот без сахара! Александр оставил Фанни недалеко от парадной его дома и быстрым шагом дошёл до магазинчика, в котором, как он и сказал, было немало народа, не успевшего закупиться днём и теперь готового чуть переплатить и отстоять очередь за продуктами первой необходимости. Были тут в основном люди пожилые, не привыкшие пользоваться доставкой, и Александр понял, что всё можно было заказать и получить уже находясь дома. Ступил. Когда минут через пятнадцать Александр вышел с пакетом, то первое, что он увидел – Фанни, сидящего в кресле и стоявшего напротив него альфу. И сразу понял: это Николас! Альфа делал шаги к Фанни и что-то ему говорил, а Фанни отступал, отъезжая назад коляской и тоже что-то отвечал. – Эй!.. – громко крикнул Александр, привлекая к себе внимание Николаса и ускоряя шаг. – Отошёл от моего парня! Фанни обернулся на Александра и тот увидел белое, как полотно лицо омежки с провалившимися глазами. Александр не побежал, но со свойственной только альфам скоростью мгновенно оказался перед Николасом, успев на ходу легко бросить Фанни на колени пакет с продуктами. – Что, поговорить нельзя?.. – успел только выговорить Николас, как Александр приставил к его груди два пальца и просто пошёл на него, увеличивая расстояние между противником и омегой за его спиной. – Не о чем тебе говорить с нами, – проговорил тихо, не мигая Александр продолжая отодвигать Николаса. – А с тобой никто и не собирался говорить, – вставил Николас и остановился, отказываясь дальше отступать. – Фанни, езжай домой, – не оборачиваясь проговорил Александр. – Алекс, давай вместе пойдём. Он ничего нам не может сделать, – проговорил достаточно громко Фанни, так как Александр отвёл Николаса метров на пять и теперь надо было почти кричать для всегда тихо говорящего омежки. – Достаточно того, что он заявился сюда и напугал тебя, – ответил Александр, не спуская глаз с Николаса. – Что надо? Ничего? Ну, так и вали. На самом деле, Александр рассчитывать, что альфа подожмёт хвост и уйдёт. Но у Николаса явно сорвало предохранитель. – Руки убрал! – Николас махнул рукой, желая ударить по пальцам Александра, но тот быстро убрал руку и сейчас стоял почти расслабленно перед таким же высоким, как и он альфой, опустив руки и даже не сжимая их в кулаки, рассматривал Николаса. Неожиданно вспомнилось определение одного из классиков русской литературы, читанного Александром по программе в русскоязычной школе в Гамбурге, определение относительно типа такого лица, как у Николаса: плебейское. Не уродливое, не простое, не какое-то мерзкое, а не освещённое ни постоянной мыслительной деятельностью, ни самоанализом, ни эмоциональным интеллектом изнутри. Точно такие же черты лица при высоком образовании и воспитании с самого детства могли быть и у учёного, и у художника. Не хватало именно одухотворённости, чтобы лицо Николаса можно было считать красивым. А так – вполне себе ничего, альфа по всем статьям: высокий, крупный, широкоплечий, накаченный, с коротко стриженными тёмно-русыми прямыми волосами на круглой голове и светлыми глазами, гладковыбритый и сильно пахнущий альфой. Особенно сейчас, в момент конфликта. А вот за собой Александр отметил полное спокойствие, даже какую-то лёгкую внутреннюю весёлость. – Что, ты новый хахаль калечного омеги? – усмехнувшись, сказал Николас. – Не твоего ума дело. – Ты вообще кто такой? – быстро перевёл разговор Николас. – Откуда взялся? Там в чатике у нашего сексолога таких больших людей раньше не наблюдалось. Все как-то попроще. – Либо ты сваливаешь, либо я вызываю полицию, – Александр решил дать шанс уйти этому уроду. – Полицию!.. Напугал!.. И что ты скажешь господам полицейским? – Что ты преследуешь парня-омегу, этого будет достаточно, чтобы тебя как минимум сегодня увезли в участок давать объяснения. – А сам, что?.. прогнать не можешь?.. Ты же вроде альфа. Чё такой робкий тогда? Александр понял, что Николас решил его провоцировать на конфликт и вытащил свой мобильный, зашёл в приложение экстренных вызовов помощи. – Э, ладно, ладно! Я понял, ухожу! – Николас засмеялся, пытаясь спрятать своё уязвлённое самолюбие в смех, а Александр закрыл приложение и положил смартфон обратно в карман пальто. – Ладно, живите, голубки, будьте счастливы. Не пойму только, что на меня надо было набрасываться-то, а?.. Рассказывать о наших делах в чате! Зачем? Я из лучших побуждений хотел твоему хахалю, – прокричал Николас через плечо Александра Фанни, – показать, какой ты мастер в сексе и ненасытный омега. Ну, ты же видел, – снова обратился он к Александру, тише и скалясь, – какой он в течку? Ни хрена не соображает. Хоть ротой его еби!.. Александр уже второй год минимум раз в неделю старался в своём фитнес клубе доходить до тренера по боксу. Когда-то родители определили маленького Алексашку в баскетбольную команду, но после первой игры стало понятно: он – альфа, он воспринимает игру как бой и игроки другой команды разлетались от него, бегущего с мячом, как кегли. Тогда-то Александра и отдали на греблю, где спорт есть, команда есть, соревнование есть, а вот прямого столкновения с противниками нет. И сейчас, следя за собой как за врагом, контролируя каждое своё движение и тела, и сознания, и эмоций, Александр, занимаясь боксом, позволил себе снова учиться вступать в бой напрямую. Поэтому за секунду до содеянного он ещё раз проверил себя: могу сдержаться? – могу!.. И только после этой секунды нанёс Николасу двойной удар в челюсть, как его и учил тренер. А после этого схватил мотанувшегося от второго удара в сторону альфу за грудки, притянул к себе и абсолютно спокойно выговорил: – Пойдёшь в полицию подавать на меня заявление за избиение? Жди встречный иск за преследование омеги. А рядом ляжет ещё заявление о групповом изнасиловании, документировании тобой этого факта и распространения материалов третьим лицам. Как юрист говорю: минимум пятнадцать лет, даже если докажешь, что секс у омеги был по обоюдному согласию со всеми альфами. Но ты не докажешь. А я постараюсь, как профессионал, засадить тебя и твоих дружков надолго. Чтобы ты больше никогда не появлялся на горизонте господина Лилова. Понял? Александр не просто отпустил Николаса с потёкшей из носа кровью, но и оттолкнул от себя, сделал шаг назад, а потом развернулся и пошёл к действительно перепуганному Фанни, не боясь нападения сзади. Николас, как и большинство альф, был горяч, безрассуден, подл, но трусоват, против законов идти не осмелился бы и на второе столкновение не решился бы. Александр это почувствовал. - 2 - Дома у Фанни Александр приготовил им чай. Про ужин и говорить не стоило. Да и были другие планы на вечер у Александра. Поэтому устроившись на диване, он усадил до сих пор испуганного Фанни к себе на колени, дал ему в руки большую кружку с горячим чаем. – Я поговорю, а ты пей и слушай, – начал спокойно Александр. – Через десять дней мы разъедемся на Рождество. И я приеду только седьмого января. А ты, как я знаю, уже второго выйдешь на работу. И все эти дни я буду думать: как ты возвращаешься домой?.. не встречает ли тебя у квартиры этот урод?.. не донимает ли он тебя или кто-то из чата?.. – Что ты предлагаешь? – Фанни с удивлением посмотрел на Александра, действительно не понимая, к чему он ведёт. – Переезжай ко мне, – как можно более просто сказал Александр. – Соберём вещи тебе сейчас. И перевезём. М?.. Моя квартира в хорошо охраняемом районе, с видеокамерами на каждом углу, да и тварь эта не знает, где я живу. Опять же на работу тебе ездить будет легче и быстрей, пятнадцать минут шагом. М?.. – Алекс, спасибо, — Фанни отвёл глаза. – Да, как временная мера – можно. Правда, мне не очень удобно у тебя… Нет, там всё в доме очень правильно устроено и даже въезд хороший у ворот есть… Но в квартире… – В ближайшую субботу придут рабочие со специалистом и будут устанавливать в моей квартире оборудование для людей с проблемами в передвижениях, – как скороговорку проговорил Александр. – Ого!.. Да ты… подготовился!.. Подожди… Что всё это значит?.. – Я предлагаю тебе переехать ко мне. – Навсегда? – Ну… до тех пор, пока мы вместе. - 3 - Через четыре часа, уже в полночь, Александр притащил последнюю коробку из вещей Фанни в свою квартиру. Самого омежку он первым делом завёз и оставил принимать вещи, разгруженные из такси у ворот его дома. Как ни просил Александр Фанни не брать много, тот умудрился собрать два чемодана шмоток, четыре сумки продуктов, – ну, не портиться же всему этому? – и четыре коробки со всякими мелкими вещами с полок. И ещё один ящик с цветами в горшках! Свой ноутбук, нужную аппаратуру и электронику Фанни впихнул в свой трещащий по швам рюкзачок и вёз у себя на коленях. Ещё до часу ночи расталкивали еду по холодильнику и полкам. Александр сразу убирал все стратегические запасы печенья и сладостей повыше, решив, что будет такое выдавать по чуть-чуть на завтрак Фанни, а потом и вовсе переведёт на правильные вкусняшки. Упали оба без сил во втором часу. Александр, пробормотав пожелания спокойной ночи, завёл будильник на без четверти семь. Спать оставалось пять с небольшим часов. Ничего, среда обещала быть днём обыкновенным, без волнений и дополнительных дел. Можно будет заняться спокойно рутиной и на работе, и дома, и может быть вечером уболтать Фани на секс, которого не было у них почти с конца ноября… Но с утра все планы полетели к чёрту. Разбудив, собрав, накормив первой порцией лекарств и витаминов вместе с завтраком и отправив Фанни на работу, Александр сам вышел чуть позже за омежкой и пришёл на службу чуть раньше. И тут помимо тех дел, что он уже рассматривал и тех заданий, что он надавал секретарям, помощникам и стажёрам, на него свалилось новое огромное дело: была раскрыта в одной из Балканских стран “ферма”, где для богатых альф и их омег суррогатные матери-беты вынашивали детей, естественно, не получая за это практически ничего, попросту находясь в репродуктивном рабстве. В деле было несколько имён весьма влиятельных и знаменитых в политических и бизнес кругах альф со всей Европы и Северной Америки. И босс Александра, комиссар, этот господин Вандербильт, специально ради этого пришедший в кои-то веки на работу вовремя, пригласил своего личного помощника господина Ларского в кабинет, чтобы в очень завуалированной форме дать понять: дело надо вести осторожно. Проблема заключалась в том, что рождение ребёнка это всегда подвидовая и половая лотерея: имплантированная в суррогатную мать оплодотворённая яйцеклетка несла генетический материал двух родителей, именно этих богатеньких альф и их омег, а вот на выходе все хотели иметь ребёнка исключительно альфу-мальчика или омегу-девочку. У этих “покупателей” запрещённого в Евро Альянсе коммерческого суррогатного материнства ещё и запросы были в соответствии с традиционными ценностями! А если рождался бета, не важно – мальчик или девочка, или альфа-девочка, или омега-мальчик, то, как видно было из материалов дела, родители не только не хотели забирать своего по всем анализам ДНК ребёнка, но ещё имели наглость требовать у этой подпольной организации, видимо имеющей “фермы” не только в этом регионе, деньги обратно!.. Скандал вышел наружу абсолютно случайно: один из клиентов этих преступников, в конец тупой, но очень богатый альфа из мира экс спортсменов, перекачивавший в шоу-бизнес, сам подал заявление в суд Италии на “фирму”, предоставившую ему “некачественные услуги”, и в своём заявлении корявым почерком на пять страниц описал и этим раскрыл всю схему работы преступной “организации”. Увы, но те международные спасатели, что освобождали несчастных женщин с “фермы”, действовали настолько грубо, что спугнули весь главный персонал – врачи, которые непосредственно вели все дела, успели сбежать ни много ни мало на вертолёте, предварительно устроив пожар в главном офисе “фермы”. Так что никакой документации, никаких файлов, никаких компьютеров с информацией получить не удалось. И вот теперь комиссар Международного уголовного суда, господин Вандербильт объяснял Александру, что многие клиенты этих преступников люди весьма и весьма влиятельные, беременные беты ничего не знают, особенного – чьих детей вынашивают сейчас, и если возможно, то надо сделать упор на оказании помощи и физиологической, и психологической, и социальной, и юридической этим несчастным женщинам, а не на расследовании тех, кто их вынуждал к такой “работе”, что, конечно же, раскрыть сеть этой преступной организации было бы прекрасно, но, увы, зацепок нет, а что самое главное – надо постараться обойти в деле участие “клиентуры” этой организации, то есть – заказчиков, самих этих альф и их омег. То есть, выходило так, что основные виновники преступлений и исполнители должны были уйти безнаказанными. Александр всё это выслушал молча. Он уже давно привык вести дела так, как считал нужным сам, собирая иногда такую информацию, которой бы хватило ещё на несколько дел. Но он также знал, что дальше двигать дело будет его босс, господин Вандербильт. И если он поставит резолюцию на полностью подготовленное к суду дело о том, что требуется доработка, то это означало одно: дело уходит если не в архив, то в личный сейф этого босса. И Александр за пять лет своей работы в Международном уголовном суде не был уверен в том, что потом из этого сейфа, находящегося всегда в закрытом кабинете, его босс не выносит эти дела или даже часть документации из папок этих дел куда-то. Куда? Да много куда можно отнести такие документы. От осеннего костра у домика в деревне до спецслужб той или иной страны, ищущей компромат на каких-то своих важных граждан. Или даже самим этим влиятельным гражданам можно отнести какие-то документы из таких дел, естественно, за интересные предложения со стороны покупателей. Александр знал уже несколько таких кейсов, которые сам собрал и которые канули как в Лету в недрах сейфа его босса. Поэтому Александр создавал на своём личном компьютере, – на котором обычно все сотрудники их Восточноевропейского отдела видели что он слушает музыку, переписывается во время работы с близкими и многочисленными родственниками или даже смотрит новости, – секретные файлы, документы все дублировал копиями и даже в последнее время стал боссу своему в папки подкладывать замечательные копии вместо оригиналов документов. Всё это было незаконно и полностью нарушало профессиональную этику, строящуюся всегда на полном доверии к начальству. Но Александр был не только юрист в области Прав человека и Международного права. Он ещё был сыном своего отца, журналиста-расследователя, Никиты Ларского, привыкшего добывать сведения для своих расследований и книг в жанре нон-фикшн любыми путями, из которых снятие копий с документов и личное архивирование были наименьшими из запретных. После обеда Александр решил написать Фанни. Простые слова заботы и поддержки, на которые он получил такие же простые ответы. Но Александр интерпретировал эти простые ответы по-своему. Мальчик все эти дни грустил, но старался делать вид, что просто задумался. Александр видел эти старания и отчасти понимал, что происходит сейчас в душе Фанни. А внутри Фанни в броуновском движении, как шары, носились чёрные мысли относительно себя и своей жизни - сталкивались, отскакивали друг от друга и неслись по новой траектории. Фанни себя загонял этим, как сам он выражался. И больше всего Александру было жаль, что всегда разговорчивый как маленькая птичка Фанни, сейчас молчал, не озвучивал ничего, что он думает, чувствует, переживает. Это было не от недоверия к Александру, он это отлично понимал, а от нежелания грузить этим негативом дорогого Фанни человека, то есть – его самого, Александра. Ни к чему эти размышления Фанни привести в итоге не могли бы, во всяком случае, ни к чему хорошему. Надумает ещё себе какой-нибудь бредятины, что он недостоин Александра или что-нибудь в этом роде!.. Надо было Фанни вырвать из этого плена темноты, утягивающей его в какой-то чёрный омут домашнего психоанализа!.. Самое лучшее, знал Александр, это куда-то съездить, поменять окружающую обстановку, горизонт и ландшафт. Не зря же брат Матвей чуть что вдавался в бега, а потом возвращался как ни в чём ни бывало – свеженький, здоровенький, готовый к новым творческим свершениям!.. Да вот тут такое время, что работы невпроворот в конце года, – всякую тягомотину с годовыми отчётами и статистикой Александр отдал своей помощнице, а она распределила часть работы между стажёрами, лезущими из кожи вон ради хорошей характеристики им в диплом, – и в дальнейшем, уже через несколько дней они разъедутся на рождественские каникулы аж на две недели!.. Александр уже всерьёз подумывал, а не написать ли маме и не отмазаться ли от поездки в Лондон ради того, чтобы куда-то свозить и развеять плохое настроение у Фанни?.. Но понимал, что узнай Фанни о его таких планах, он первый его выгонит к семейке на встречу. Для Фанни его мама это святое!.. А у Александра – целая огромная семейка!.. И лучшим подтверждением этой мысли был вечерний разговор в этот же день. Фанни сначала долго возился в гардеробной, раскладывая на выделенных ему полочках и вешалках свои канареечные наряды и обувь. Потом также долго возился в ванной, раскладывая и там на отведённые под его многочисленные средства гигиены нижние полки: баночки, тюбики, флаконы. Потом он переехал в гостиную и там стал возиться с живой цветочной композицией, подаренной им Александру две недели назад: обрезал ножницами сухие листья, фырках водой из спрея, подливал воду в специальные дырочки в кашпо и тихо матерился, если что-то проливал или ронял на пол тёмной паркетной доски. Потом он расставлял по узким, не предназначенным для этого подоконникам, свои цветы и тоже что-то с ними делал. Закончив всю эту возню и наконец-то приехав к столу, где Александр накрыл приготовленный им ужин, Фанни, поковырявшись в овощах и запеченном яйце, сокрушённо несколько раз вздохнул и поднял на Александра своё скуластое светлое личико. – А можно я твоим подарки передам? Александр немного подзавис. Подарки! Он сам не приготовил никому, кроме Фанни подарки! Ай да молодец! – Что?.. да… подарки… – Фанни смотрел на растерявшегося Александра нахмурившись. – Слушай, я оказывается такой болван – не приготовил никому подарки. Хочешь, мы в выходные съездим в какой-нибудь большой магазин или на ярмарку и всем всё выберем? – Ты говорил, что в выходные будет мастер, что придёт устанавливать для меня крепления? – Чёрт!.. У меня совсем внимание поехало. Надо ежедневник на новый год купить и записывать, как раньше делали. – Это идея подарка для тебя от меня? Но я уже поддон-стойку для цветов заказал. Моим цветам тоже где-то жить у тебя нужно. – Нет-нет, это не идея!.. да я просто пошутил!.. я же привык записывать в свой электронный еженедельник всё. Просто слишком много всяких изменений в последнее время. Я даже фиксировать не успеваю. – Это ты со мной так загонялся, – Фанни сказал и почему-то улыбнулся. – Спасибо. – Пожалуйста, – ответно улыбнулся Александр. – Мне только в радость. – Ну, так можно мне передать твоим родным подарки? Ничего особенного, просто семена и саженцы, которые вырастут в любых условиях дома или в клумбе, в землю кинь и поливай. – Классная идея: растения, – Александр уже понял, что вот совсем не классная. – Только знаешь, есть небольшие проблемки с транспортировкой растений, тем более в семенах и саженцах. Это запрещено. И если я, например, могу это перевести в своём чемодане с дипломатическим паспортом, то мои родные, получив заветные коробочки и мешочки в качестве подарков, потом, без меня могут иметь некоторые сложности с этим на таможне. – Ты шутишь? А как же “Flowers of Holland” работают по всей Европе и в Эмиратах? – Так у них на это есть лицензия, – Александр видел, что Фанни ему не верит. – Давай мы в пятницу вечером поедем в торговый центр на окраине города, он будет работать до одиннадцати ночи, и купим вместе подарки? От нас двоих? Для моей семейки? И я для твоей мамы тоже что-нибудь куплю в подарок. Ты мне очень поможешь с выбором. На этом и согласились. Только Александр видел, что Фанни и так до этого ездивший по дому грустный и задумчивый, стал ещё более печальным. В четверг Фанни впервые пропустил задания для подписчиков канала “Порноfilms” и тогда Александр заметил, что с понедельника омежка не заходил в свой чат, не публиковал никакие посты, не выкладывал ссылки на секс-шопы и эротическое кино. Фанни закрылся, сказав Александру, что взял паузу, но было видно: он избегает прошлых контактов. - 4 - Если в пятницу Фанни и Александр приехали с коробками, пакетами и рулонами подарочной бумаги за полночь, то утром в субботу их разбудил звонок домофона: прибыла специалист по эргономике пространства для инвалидов-колясочников и два мужика-мастера устанавливать оборудование. Александр открыл им, впустил, а потом спрятался в ванной мыться и чистить зубы. Когда он вылез, то увидел, что два мужика-беты средних лет уже разложили в гостиной специальную подстилочную ткань на полу и начали собирать из титановых палок конструкцию – заказанную Александром помимо всего нужного так называемую “шведскую стенку” только потому, что он видел это сооружение у Фанни дома, но только ни разу не видел чтобы омежка его использовал. Специалистка по эргономике, молодая женщина-бета пошла обследовать “самое опасное место в доме”, – как она выразилась, – а именно: ванную. И тут выкатился из спальни сонный и растрёпанный Фанни. Слава богу, в квартире был незамеченный до этого омежкой туалет с душем в гостевой комнате! Туда и отправил его Александр, а после перенёс в гостевую и ноутбук, чашку чая и всякие нужные Фанни вещи: сиди тут, прячься, отдыхай! Весь день в доме что-то сверлили, что-то собирали, что-то таскали и устанавливали. Периодически рабочие и специалистка пили кофе по приглашению Александра, а он метался между ними и Фанни: омежка вытаскивал из пакетов купленные вчера подарки и красиво упаковывал их в матовую золотую бумагу, украшал красными и зелёными ленточками, бантиками, искусственными еловыми веточками и ягодами. Но при этом имел такой вид, как будто Александр в чём-то провинился и тот наказывает его вежливым и тихим молчанием. К четырём часам дня, когда за окнами уже по-декабрьски стемнело, Александр пригласил Фанни принимать работу – всё было установлено, прикручено и привинчено, даже уже пылесос был вытащен из кладовки, чтобы тут же сделать влажную уборку. – А зачем тебе “шведская стенка”? Утро воскресенья началось с долгого просыпания после тяжёлой рабочей недели, потом валяния в кровати, во время которого Фанни уклонялся от объятий и ласк. Потом Александр встал и подошёл к установленной в углу спальни аккуратной лестницы с перекладинами наверху. – Ну, я просто никогда не видел, чтобы что-то делал на этих палках. – Мне надо висеть. Ну, и руки развивать. В качестве компенсации неработающих ног. – Ага. Александр подхватил с кровати смущенного и ничего ещё не понимающего Фанни в пижамке. Он его часто таскал на руках за всё это время. Преимущественно тремя способами: по свадебному, то есть, как невесту, на двух руках сразу; перекинув на плечо как мешок с картошкой, так что Фанни предоставлялась возможность барабанить по спине Александра, если его что-то не устраивало; и так, как он взял его первый раз на руки в тот злополучный, но ставший таким счастливым для них прошлый Хэллоуин – подсадив на себя, подхватив под бёдра, закинув его ручки себе на плечи, а его ногами обвив свою талию, насколько омежка мог это сделать. И сейчас Александр подхватил Фанни именно так. Омежка подумал, что тот хочет его снова поцеловать и сам начал тянуться к губам. Александр дал ему чмокнуть себя в губы, но у него сейчас была другая цель. Он поднёс Фанни под нависающую над полом верхнюю секцию "шведской стенки”, состоящую из турника в несколько брусьев, а также свисающих, но сейчас забранных в бок колец, трапеции и верёвочной лестницы. – А ну-ка, – сказал Александр, немного оторвав от себя омежку и подсадив повыше. – Цепляйся. Фанни фыркнул, думая, что это шутка. Но потом увидел, что Александр хоть и улыбается, но настроен серьёзно. – Ой, давай не сегодня? Я ещё не проснулся толком. Да и настроения нет. – Фанни. Цепляйся. Фанни вздохнул оторвал руки от бычьей шеи Александра, поднял их вверх и зацепился за среднюю палку турника. – Держишься? Я отпускаю. Фанни успел только расширить глаза, как Александр сбросил с себя его ноги и дал ему повиснуть, подстраховывая только за талию. Если бы Фанни начал падать, то Александр прижал бы его к себе и не дал бы шлепнуться и ещё больше переломаться парню. Но сейчас Фанни висел и даже немного болтал туловищем. По всему было видно, что ему это даётся тяжело: лицо скривилось и сильно покраснело, даже лоб заблестел испариной, а тоненькие ручки вытянулись во всю длину и вздулись вены на запястьях. – Не могу!.. держи!.. – завопил задыхающийся Фанни. – Ещё три секунды, – спокойно ответил Александр. – Три, два, один. Держу!.. Фанни рухнул ему в руки, задыхаясь, постанывая, только что не плакал. Омега продержался каких-то десять секунд. Итак, Александру предстояло заняться физической подготовкой и развитием парня. Конечно же, после полной заключительной консультации у лечащего врача, которая назначена была перед самым отъездом Александра в Лондон – на 23 декабря. - 5 - Всё оставшиеся дни до отъезда, возвращаясь с работы или после врачей, Александр набирал для Фанни ванную, помогал ему туда погружаться, включал пульсирующие струйки джакузи и… оставлял омегу одного. Фанни уклонялся от контактов, разговоров, ласк, близости. Сегодня они снова вернулись от врача – последнее посещение в рамках обследования. Лечащий врач Фанни объяснил им, что и как будет со здоровьем Фанни на данный момент и рассказал о перспективном плане подготовительных к операции процедур. Решили, что начнут всё с десятого января, когда и Александр уже вернётся из Лондона, сделают необходимые снимки для 3D модели протезов левого колена и ещё нескольких суставов и костей, а потом начнутся массажи, ЛФК, бассейн и даже капельницы, так как сосуды Фанни оставляли желать лучшего после пяти лет в сидячем положении. Парни сегодня были оба уставшие от всей этой возни и эмоционального напряжения. В последние дни у Александра была не только работа и походы с Фанни по врачам, но он ещё успел подать два пакета документов на гражданство для Фанни и его мамы, Галины. Конечно, все рождественские каникулы документы пролежат на столе у инспектора мёртвым грузом, но формально было право поинтересоваться результатом уже через два месяца, как раз к дню рождения омежки. Поэтому Александр хотя и был уставший, но довольный: год закрывался по всем делам полностью. Всё было хорошо, кроме... у них давно не было с Фанни секса. Завтра они разъедутся на рождественские каникулы, на целых две недели. И если вспомнить, что последний раз они были близки в первых числах декабря, то значит, что секс у них будет отсутствовать чуть ли не полтора месяца. Александр мог легко пережить такое воздержание. Но, во-первых, не хотелось этого воздержания при наличии партнёра, а во-вторых, не хотелось отпускать Фанни на каникулы с какими-то грустными мыслями и переживаниями. Поэтому привезя уже накормленного в небольшом ресторане ужином Фанни домой, Александр решил что сегодня вечером омега останется без купания и начал действовать. Вытащив Фанни из его кресла-каталки, Александр точно также, как у них было в первый раз, перенёс парня, подхватив его под бёдра и закинув ноги себе на талию на кухню, где у Александра в мебельном гарнитуре была и небольшая барная стойка с четырьмя высокими стульями. Вот на один из них, быстро развернув его одной рукой, пока второй удерживал омегу на себе, он и посадил Фанни. Целуя по всему лицу, стащил с него пухлую куртку, шарф, всё это спустив на пол рядом. Стал забираться руками под свитшот и надетый на него свитер, растирать голую ребристую спину по всей длине одной рукой, а другой придерживать Фанни за затылок. И вот тогда Александр ощутил, что Фанни не только не поддерживает инициативу, не начинает в ответ целовать Александра и помогать ему раздеваться, как всегда до этого, но стал аккуратно оказывать сопротивление: упёрся худенькой ладошкой в грудь Александра и весь напрягся, пытаясь отстраниться. Александр попытался настоять на своём, не отпускать Фанни, но тот окончательно вышел из поцелуя и, уперевшись в лоб Александра своим лбом, вздыхал и сглатывал. Александр едва переводил дыхание от возбуждения. Жар охватил всё его тело, он понимал, что уже пошёл пятнами и чувствовал не только вставший и упёршийся в тугую ширинку черных джинсов свой член, но и ползущую вдоль позвоночника жаркую каплю пота. – Алекс... Пожалуйста... – тихо и печально проговорил Фанни, не поднимая глаз. Это была просьба, означающая: пожалуйста – нет. Александр, по своим неписанным правилам, должен был отступить и уступить. Нет значит нет. Он мог, но он не хотел. – Фанни... Пожалуйста!.. – Александр вложил в тон этого слова и мольбу, и упрёк, и свой стыд. Взял руку Фанни, которой он до сих пор упирался в грудь Александра, и спустил её вниз, приложил кисть ладошкой к своему проступающему сквозь одежду стоящему члену. И Фанни наконец посмотрел в глаза Александру. Испуганным, настороженным, понимающим взглядом осмотрел всё его лицо и принял решение: уступить… Александр отметил это про себя. Как хорошее для него качество партнёра, готового уступить ради помощи ему, даже переступить через свои желания или нежелания, и как плохое качество, могущее заманить Фанни в ловушку чужих манипуляций. Отметил, но пошёл дальше. Уже через минуту они оказались в спальне, потому что Александр принял решение заняться сексом в удобной для Фанни обстановке, хотя самому ему хотелось разнообразия в локациях для этого дела. Но пусть будет сегодня так. Быстро раздев Фанни, Александр обнаружил на нём длинные гольфы, одни из тех, что он купил для омежки ещё после их первого раза. Фанни был мерзляк и оценил вещь с практической точки зрения. Во всё время, пока Александр ласкал, растягивал, и целовал Фанни, тот лежал спокойно на спине. Даже слишком спокойно. Не был, как до этого всегда, включённым, возбуждённым, игривым и болтливым. Александру это не понравилось. Поэтому спустившись по впалому бледному животу Фанни поцелуями, он, на секунду замерев, решился. Никогда ещё Александр не делал минет парню и пока в их сексуальных практиках они не дошли до оральных ласк друг другу. И Александр вполне ясно осознавал, что у него нет опыта в этом деле и он не знает, как его собственный организм отреагирует на такое. Поэтому потеревшись сначала носом о гладко выбритый пах омежки и вдохнув своеобразный аромат парня, Александр на пробу лизнул головку его небольшого члена, ощутил солоноватый вкус у себя во рту, взял член Фанни в левую руку, почти полностью скрыв его в ладони, и обхватил пока только губами ярко розовую гладкую и блестящую головку. Первое, что он почувствовал, это очень приятную скользкость у себя во рту. Губы Александра стали как-то сами играть с не менее нежной, чем их собственная слизистая оболочка, головкой. Очень скоро Александр присоединил к этим ласкам и язык, потом стал двумя пальцами левой руки, сделав из них колечко, стал водить по члену Фанни, а потом указательный и средний палец правой руки ввёл в нежную, уже потёкшую дырочку омеги. Фанни порадовал слух Александра стоном и наконец-то зашевелился, извиваясь на простыне. Александр начал двигаться быстрей, чередовал несколько ярких и активных действий и внутри, и на члене Фанни с медленными и нежными. Но в какой-то момент не выдержал, охваченный необычными ощущениями и радостью, выпустил член изо рта и тихо засмеялся. Фанни как по команде перестал двигаться и стонать. – Ты чего там?.. ты что?.. смеёшься?.. – немного недовольно спросил Фанни, приподняв голову и смотря на находящегося между его ног Александра. Александр поднял глаза, прижал член Фанни к своей щеке. – Я не смеюсь, я радуюсь, – улыбнувшись, тихо доложил он омежке. – Мне нравится! И не разрывая зрительного контакта, Александр снова взял головку в свой рот и стал уже губами двигаться по члену, не погружая его пока глубоко в себя. Не было цели довести сейчас Фанни до оргазма. Поэтому поласкав, растянув окончательно и насладившись вернувшимися стонами и движениями Фанни, Александр приподнялся, окончательно разделся, сняв уже растёгнутые и приспущенные джинсы сразу с трусами и носками, быстро натянул на свой член приготовленный заранее презерватив, сел между лежащих пластом раскинутых ног парня, подхватил его под колени, потом правую ногу передал в уже поднятую для перехвата руку Фанни, приставил к раскрытому и влажному входу свой немаленьких размеров, сильно отличающийся от омежьего член, и одним толчком вошёл в парня пока только на четверть. Ещё, и ещё, и ещё несколько движений – и вот уже Александр целиком своим членом внутри Фанни. Дал время ему привыкнуть и начал плавно и нежно двигаться. И только тогда, когда Александр поймал нужную им волну, он взглянул на лицо Фанни и даже остановился. Омега смотрел в потолок и был безучастным к происходящему, даже отстранённый какой-то лежал и явно просто давал себя трахать. Это не очень понравилось Александру. Он положил ноги Фанни, всё также в длинных светлых гольфах, себе на плечи, а сам навис над ним, встав в планку. – Ты решил не присоединяться сегодня к нашему сексу, да?.. – поцеловав в холодный кончик носа, тихо и с улыбкой спросил Александр, но было в этом вопросе что-то ещё, какой-то отголосок обиженного тона. Фанни немного нахмуренно рассмотрел лицо Александра, не гладя его, как это было раньше, а продолжая держать свои руки лежащими на простынях. – Алекс… А ты можешь трахнуть меня жёстко?.. Так. Понятно. Фанни решил себя наказывать за что-то, а для этого дела использовать своего партнёра. Мило, нечего сказать. Александр недовольно засопел, снова сел между ног Фанни, держа его за бёдра, аккуратно вышел из него полностью. Подождал несколько секунд. А потом, резко закусив нижнюю свою губу, вошёл в него одним махом. Фанни коротко вскрикнул и это никак не могло напоминать возглас удовольствия – ему было больно. Но Александр снова вышел из него, и снова резко, быстро, на всю длину ворвался внутрь омеги. Фанни снова закричал и сильно зажмурился, оскалился, сморщился всем лицом. И так Александр повторил ещё два раза. После чего, не выходя из Фанни, нагнулся над ним, внимательно рассмотрел лицо всего сжавшегося Фанни. – Думаю, достаточно, – утвердительно сказал Александр, тоном человека, единственного взрослого в этой комнате. Фанни приоткрыл глаза и тут у него на виски полились слёзки. Вот этого Александр уже вынести не мог. – Так, я выйду и мы сегодня на этом и закончим, – предупредил он и стал аккуратно выходить из горячего нутра Фанни, которому только что сделал несколько раз больно. – Алекс!.. нет, пожалуйста!.. – почти прокричал, испугавшись чего-то Фанни и обхватил плечи и шею Александра своими худенькими ручками. И на этот раз было в этом “пожалуйста” столько мольбы не бросать его, столько страха одиночества и даже отчаяния, что Александр не стал делать так, как хотел. Он остался в планке над Фанни, с его ногами вдоль своей груди, и снова продолжил медленно и успокаивающе двигаться внутри омежки. И скоро Фанни включился, стал стонать, тихонечко сопеть, извиваться. То есть, устраивать Александру так любимый им перформанс. – Малыш, помоги себе, кончи мне на живот! – предложил Александр уже ускоряясь, выходя на финишную прямую. И Фанни тут же просунул между их животами свою правую руку и начал активно двигать пальцами по своему члену. Они застонали оба и кончили одновременно, чего раньше не делали – Александр всегда галантно пропускал партнёра вперёд. Сейчас он переводил дыхание, чувствовал, как начинает выпадать из скользкого и влажного нутра Фанни его член, и был готов подхватить его, чтобы ловко избавиться от использованного презерватива. Как тут Фанни снова обхватил Александра за плечи. – Ляг на меня, пожалуйста! Всем телом ляг! – Хм... Ты знаешь, сколько я вешу? Я же раздавлю тебя! – со смешком выпалил Александр. Но что-то такое было в лице и тоне Фанни, что он решил выполнить просьбу: всё-таки выйдя из него и быстро сняв, завязав и выбросив в стоящую в углу корзину для мусора презерватив, он снова вернулся к лежащему неподвижно Фанни, немного спустился и осторожно лёг головой ему на грудь, а всем своим мускулистым, накаченным торсом на живот, оставаясь между ног омежки. Немного подождал, сомневаясь, а потом расслабился и лёг на парня всем весом своего тела. Александр лежал на вдавленного в упругий матрас Фанни, слушал постепенно переходящее на обычный режим удары сердца и чувствовал не только как они слипаются животами, но чувствовал и жар тела партнёра, и лёгкие судорожные вздрагивания под ним Фанни, и почувствовал наконец, как тот вздохнул, насколько это было возможно под такой массой, и окончательно расслабился. Не понятно было, как это работает. Возможно, как прессо-терапия, но Фанни даже стал задрёмывать под Александром. – Нам бы в душ, – осторожно, максимально тихо промычал в грудь Фанни Александр. Фанни ещё раз вздохнул, зевнул и рассмеялся. – Ты всё испортил! – беззлобно, громко и весело сообщил Фанни партнёру. Хорошее настроение и игривость возвращались к омежке. Через час, уже намывшись и даже попив чаю перед сном, они уснули, предварительно оба одевшись в широкие, с длинными рукавами домашние футболки Александра, на что Фанни сообщил, что Алекс как все альфы, любит чтобы партнёр дома расхаживал в его одежде, а Александр согласился с этим. – Знаешь, о чём я мечтаю? – спросил у уже засыпающего Фанни Александр. – Чтобы ты во время секса закинул как-нибудь свои ножки мне на поясницу и обвил ими меня. – Связал бы мне ноги гольфиком, вот и получилось бы так, – сонно ответил Фанни. Нет, вот связывать Фанни буквально Александр точно не планировал, не имел такой привычки и не любил такие игры. Наступал последний день Адвента, Сочельник. Александр уже успел положить свой подарок в центр рождественского большого венка на столе на кухне – ёлку решили не покупать и Фанни притащил как-то с работы вот этот огромный, традиционный, яркий и ароматный елово-ягодный венок, соорудив его сам. Утром они обменяются подарками, разъедутся на каникулы и не будут видеться целых две недели. Увы, но пока семейные праздники они вынуждены провести врозь, каждый со своей семьёй.