Бесовская комедия

      Хенджин пришел к обители Минхо вечером — тогда, когда вход в Брэндс-Хэтч еще закрыт. Она располагалась на окраине, что показалось символичным и даже немного забавным. Дом Минхо был таким же отдаленным и закрытым, как и он сам. Вокруг было очень тихо. Ни единой души поблизости. В голову закралась мысль, что что-то не так. Может, он все напутал?       Хенджин постучал — безуспешно. В ответ послышалось только молчание. Бес попытался войти. Блокирующая печать его не пускала. Печать Минхо. Значит, он пришел в правильное место. Вариантов, кроме как сидеть и ждать, не оставалось. Хенджина это не устраивало. Хотелось ринуться на поиски беса и высказать ему все. Но увенчалась ли бы эта авантюра успехом? Ответ однозначный. Эйнтри слишком велик, чтобы так просто найти кого-то. Да и вряд ли Минхо будет рад подобному рвению.       Время близилось к моменту, когда вход в мир людей открывается. Пора было идти, но беса все не было видно. Хенджин еще раз обошел обитель. Это ни к чему не привело.       Никому не нравится долго ждать.       Минхо появился спустя несколько часов, шагая чересчур странной походкой, словно с каждым его движением рос шанс упасть. Он шел со стороны, где кроме старого замка не было абсолютно ничего. Это ввело в ступор. Действительно, за остатками постройки простиралось поле, а дальше — непроходимый, бескрайний лес, к которому строго запрещалось приближаться, словно он хранил какие-то великие тайны, и их знание грозило невероятно тяжкими последствиями.       — Ты был там? — Хенджин указал пальцем за спину Минхо, когда он приблизился. — На развалинах Айренси? Серьезно? Что ты там забыл? Ты из-за этого такой… — он остановился, подбирая слово, — измученный?       Уставший бес не был готов ответить на непрекращающийся поток вопросов. Он просто мотнул головой, не сказав ни слова, и проник в свою обитель. Хенджин последовал за ним. Как только он проскользнул внутрь, печать появилась снова. Чуть не остался снаружи.       Минхо опустился на кресло, взяв со стола колбочку с непонятным веществом розового цвета. Бес откупорил ее, выпил содержимое и наконец заговорил.       — Что ты тут забыл? — спросил он, как только пришел в себя и его лицо приняло свое привычное выражение.       — Мы договаривались, — напомнил Хенджин.       — Разве уже… пора?       Тик-так.       Хенджин внимательно посмотрел на него. Он был искренне уверен, что Минхо шутит или, по крайней мере, притворяется. Его там точно не подменили? Провел целый день невесть где, а теперь делает вид, что ничего не понимает. Боже.       — Все в порядке вообще? — скрывать смешанное с недовольством волнение с каждой секундой получалось хуже. — Ты правда был в замке?       — Был. Но…       — Говорят же не ходить на развалины. Они напитаны ослабляющей силой или что-то вроде того. Ты поэтому такой странный. Точно…       — Остановись сейчас же, — Минхо заткнул беса, одним движением руки отобрав голос. — Все из-за того, — он резко встал с кресла и подошел к Хенджину, — что кто-то не дал мне закончить дела в Брэндс-Хэтче. Знаешь, сколько дней я без подпитки? Мне срочно нужно восстановить силы, — он посмотрел в упор, а потом отошел к зеркалу, чтобы взглянуть на свое отражение и заодно на встревоженное лицо Хёнджина (уж очень оно ему нравилось). — Поэтому я так выгляжу. Поэтому так себя веду. Ясно?       Минхо взмахнул рукой, возвращая возможность говорить.       — Необязательно было так делать, — надулся Хенджин. — Я послушал бы. Мог просто попросить. Да и… Разве я виноват, если ты сам согласился вернуться! Даже без уговоров.       — Ага, а потом выслушивать твое нытье. Нет уж, спасибо, откажусь.       — Хорошо… хорошо… Так чего мы ждем? Пока ты окончательно ослабнешь, чтобы я тебя на руках до границы тащил?       — Этого еще не хватало.       Минхо взял со стола колбочку, похожую на ту, которую опустошил незадолго до. На ней были вырезаны три буквы: «ввз». Хенджин догадался, что это временное восстанавливающее зелье. Сам он их не любил, потому что такие штуки могли влиять на внешний вид, а бес не готов был жертвовать своей неотразимой красотой, даже если на пару часов.       — И часто ты ими пользуешься?       — Кем? А… — он посмотрел на флакон, который держал в руках. — Пошли уже, — Минхо двинулся вперёд. Вопрос Хенджина остался проигнорированным.       — Хотя стой, — он обернулся, почти столкнувшись со стоящим прямо за спиной бесом.       — Определись наконец, что мне делать.       Минхо одарил Хенджина невпечатленным взглядом, за секунду переместился к шкафчику, открыл его щелчком пальцев, немного покопался и достал еще одну маленькую колбочку.       На ней была наклеена этикетка с какими-то неизвестными Хенджину символами.       — Серьезно? А это еще что значит?       — Так тебе и скажи.       На этот раз Минхо не стал торопить словами. Он просто вышел. Это подействовало даже лучше. Хенджин спешно последовал за ним, спрятав загадочный флакон.       Перспектива остаться запертым в чужой обители на неопределенный срок не прельщала даже Хенджина, совершающего иногда настолько взбалмошные поступки, что сложно было предугадать его следующее действие. Минхо не удивился бы, если б узнал, что он исключительно ради интереса провел какое-то масштабное исследование, отстроил себе отдельное помещение для медитаций или завел дракона — он хмыкнул бы на это и закатил глаза в своей привычной манере, спросив «а чего еще вы от него ждали?» Но порой навыки Хенджина удивляли даже самых невозмутимых бесов. Он легко вводил новшества в свою жизнь и не боялся экспериментировать. Он считал, что нет смысла беречь минуты, когда их в запасе — при благоприятном раскладе — больше сотни миллионов. Он не волновался о том, что тоже может кануть в небытие, как те же простые смертные, над которыми постоянно шутил. За одно его можно было похвалить точно — правил он, вопреки своему взрывному характеру, не нарушал. Минхо за это уважал Хенджина, но никак не мог увидеть смысла в таком беспечном подходе к жизни. Шанс покинуть этот мир есть всегда, пусть он и не столь велик.       — …мне не нравится, — повышенный голос вырвал Минхо из раздумий.       — Не нравится что? — переспросил он.       — Не нравится, что ты меня не слушаешь.       — А ты говорил что-то важное? Хенджин вздохнул. Невыносимо.       — Вообще-то да.       — Повтори?       — Почему я должен… — он не закончил, но и без того было ясно, что имел в виду.       Минхо мысленно пожалел о том, что не слушал. Но признаваться в этом не хотелось. И все-таки виноватым оставался он.       — Не должен. Я прошу тебя.       Хенджин от услышанного на секунду впал в ступор. Минхо и вежливость, еще и по отношению к нему, — это что-то из разряда невозможного. Ощущать превосходство было приятно. Но это ненадолго. Минхо не позволит сохранять власть над собой дольше четырех секунд. Хенджин даже решил посчитать.       — Ну? — Раз.       — Тело. — Два. — Я не помню, где ее тело. — Три.       — Ты не помнишь, где убил, я правильно понимаю? — Четыре.       Вот и все.       — Да, я сказал именно то, что хотел. Здесь нет каких-то скрытых намеков. И повторю последний раз: я не убивал ее.       — Без разницы, как ты это называешь, — пожал плечами Минхо. — Факт остается фактом.       — И что нам делать?       — Ты у меня спрашиваешь? Тебе напомнить, кто тут жизнями разбрасывается?       — Это было один раз, — вслух. — «Ради тебя же», — про себя.       — Ладно, не время препираться.       У Хенджина даже дыхание перехватило от возмущения.        — А тебе, может, напомнить, кто здесь препирался?       — Ты?       — Ладно… Мы оба.       — Ведешь себя как ребенок. Причем человеческий.       — Ты не лучше.       — Я хуже. — Минхо пошатнулся. Хенджин машинально вздрогнул и потянулся его ловить, но тот удержался. — Мы закончили?       — Закончили… Тебе не понадобится помощь?       — Помощь в чем?       — Согласен. Глупо.       Минхо покачал головой и, сконцентрировав остатки своей силы, подлетел на месте.       — Нет времени, — повторил он и скрылся из виду.

***

      Жертва, к счастью беса, нашлась быстро. Минхо коснулся ее и без труда проник в тело. Перед ним открылась галерея из воспоминаний. Плохие и хорошие, они мешались между собой, сплетаясь в единый клубок — жизненную энергию. Минхо потянул за одну нить, впитывая ее в себя. Бес начал чувствовать, как силы восстанавливаются, а самочувствие улучшается.       Гнев. Разочарование. Отчаяние.        Вкусно.       Он принялся копаться в разуме, выбирая самые горькие события, извлекая из них все пережитые страдания и беспокойства. Жаль, грехов не наблюдалось. Ни одной черной нити. Кажется, душа была молодой и незрелой — что-то около тридцати. Совершить какое-нибудь преступление она еще не успела. Или даже не планировала.       Впитав в себя еще две нити, Минхо понял, что этого достаточно. Или она просто потеряет сознание. Бес закрыл глаза, в воздухе прописал стирающую воспоминание о проникновении в разум руну. Все шло как надо. Он уже хотел покинуть тело, но неожиданно почувствовал резкий толчок.       Паника? С чего бы вдруг?       Минхо вырвался из тела, приложив максимум усилий. Первым, кого он увидел, был мужчина. Конечно. Именно он заставил девушку так встревожиться. Выглядел тот подозрительно. Минхо давно выучил чуждую бесам тенденцию — в Брэндс-Хэтче девушки заведомо опасаются мужчин.       — Пошли со мной, — он звучал агрессивно. Девушка замерла. — Ты меня не слышишь? — Мужчина схватил ее за руку. — Почему ты ушла?       Нельзя было в это вмешиваться. Людские дела никак не должны касаться бесов. Минхо издалека продолжал наблюдать за происходящим, не решаясь нарушить правило. Все могло закончиться довольно печально, но он внезапно почувствовал надвигающуюся откуда-то энергию — человеческую, однако куда более мощную, чем ту, которая исходила от взбешенного мужчины.       — Что происходит? — грозно проговорил обладатель сильной энергии. — У вас какие-то проблемы? — спросил он, обращаясь уже непосредственно к агрессору.       Наблюдать за разворачивающейся драмой теперь было весело, потому что Минхо заранее знал исход.       — Нет-нет, — тут же спасовал тот. — Мы уже уходим. — Он потянул девушку за руку, но никто не собирался так просто сдаваться.       — Вот вы и убирайтесь. А она, пожалуй, останется здесь.       Девушка закивала, не в силах вымолвить хоть слово. Мужчина предпринял еще несколько попыток, но не выдержал напора и отпустил руку, грязно выругавшись. Они перебросились парой бесцеремонных фраз, и тот наконец ушел.       Когда он отдалился на приличное расстояние, оставшиеся обернулись друг на друга.       — Спасибо.       — Я только рад. — Он улыбнулся, смягчившись. — Берегите себя.       Минхо решил, что на этом кино для него закончилось, и задался вопросом, где теперь искать Хенджина.       Но долго гадать не пришлось. Он подкрался со спины.       — Чего здесь завис? — Минхо вздрогнул.       — Ты бы видел, что сейчас было.       — Что?       — Домогательство.       — Это ты так расцениваешь то, что я сделал по отношению к тебе?       — Ты…       — Я понял. Жизнь преподносит тебе сюрпризы, чтобы ты проще ко всему относился, но ты все равно не можешь успокоиться.       — Я ничего не сделал. Все решилось само собой.       — Почему ты вообще заостряешь на этом внимание? Ты какой-то неправильный бес. Тебя не должно все это волновать.       — Пусть по-твоему. Мне просто было жаль.       — Девушку, в которую ты до этого вселился?       — Это всегда твой единственный аргумент.       — Потому что это правда. Ты буквально используешь людей в своих корыстных целях и — ого — они все еще не подстраиваются под твои нужды и заморочки. У них свои проблемы, у тебя — свои.       — А это здесь при чем?       — При том, что не нужно вообще о них беспокоиться. Может, это знак, что не надо воскрешать твою эту Аюми?       — Да конечно. Вот не надо приплетать сюда это. Если не хочешь ничего делать — так и скажи.       Рука Хенджина опустилась на плечо Минхо слишком мягко. Он не стал больше ничего говорить — просто смотрел. Смотрел так вкрадчиво и обезоруживающе, что у Минхо пропал дар речи. Он не понимал, что делает Хенджин, но, что бы он ни делал, — это работало.       — Не только у тебя есть всякие интересные штучки в шкафчике, ясно? — усмехнулся он, прерывая зрительный контакт.       Минхо в очередной раз почувствовал прилив сил. Все тело сначала свело судорогой, а потом резко отпустило. Стало легче. Даже мысли, казалось, перестроились, и теперь встали в почти ровный ряд, а не хаотично блуждали по безграничному пространству разума. Бес бы ни за что не поверил, что подобный эффект — последствия проделок Хенджина, так что свел все к тому, что человеческая энергия наконец оказала на него должное влияние. Как бы ни хотелось просто оставить все и посидеть в одиночестве, было необходимо вместе решать новоприобретенную проблему.       — Каков шанс быстро найти тело? — деловым тоном спросил Минхо, стараясь направить силы в нужное русло и, по совместительству, не подавать виду, что что-то почувствовал, когда Хенджин проворачивал свою манипуляцию. Тот в ответ только скорчил задумчивое лицо и пожал плечами. — Понятно.       «Как обычно».