Beautiful mistake

Клуб. Музыка гремит, неоновый свет слепит глаза, все двигаются в танце. Тэхен уже сомневался в своем решении приехать сюда. Здесь было шумно, громко и очень много людей. Но Чимин был так настойчив и желание увидеть одного альфу... Чонгук. Этот Альфа так и смог завоевать сердце неприступного Тэхена. Омега часто думал о нем перед сном. О его подкатах в коридорах университета и в столовой. Где только он не ловил омегу. И никогда не отступал. На самом деле, Чон тоже понравился Тэхену. Но скромный первокурсник не спешил довериться старшему альфе, хотя и хотелось согласиться на свидание, ответить улыбкой на флирт, и возможно впустить его глубже в сердце. И возможно, сегодня судьбоносный день? Пробираясь глубже, через не плотную толпу танцующих под громкую музыку людей, Тэхен слегка сморщил нос, отмахиваясь от обилия запахов. Слегка оглядевшись, омега заметил его. Альфа выделялся среди всех. Не из-за одежды, Чонгук был в обычной чёрной майке и рваных джинсах. Но взгляд... этот взгляд, которым он иногда будто прожигал пространство, он был знаком. Тэхен торопливо отвернулся, но чувствовал его, даже если не смотрел в ту сторону. Чонгук тоже его заметил. — Давай выпьем? — Чимин склоняется к уху Тэхена, чтобы перекричать музыку. Его глаза блестят , он в своей стихии, такое место будто родной дом для Чимина. Тэхен кивает. Да, это поможет. Разрядит. Или хотя бы притупит тревожное, почти болезненное ожидание. Они подходят к барной стойке, утопая в звуках и световых всполохах. Чимин называет два названия быстро, не глядя, явно знает что берёт. Тэхен переводит взгляд вглубь зала... и замирает. Чонгук. Опёрся спиной о стену, руки держит в карманах, рядом с ним Джин что-то говорит, но Альфа его не слушает. Он смотрит на Тэхена. Прямо. Беззастенчиво. В упор. У Тэхена щекочет под кожей. Внутри всё сжимается и тянет одновременно. Он быстро отводит взгляд. — Расслабься, — смеётся Чимин, протягивая стакан с янтарной жидкостью. — Ты чего такой напряжённый, будто тебя кто то под прицелом держит. — Может, и так, — бормочет Тэхен, поднося стакан к губам. Алкоголь обжигает горло, непривычно, но почему то приятно. На секунду всё будто рассыпается в лёгкий дым, мысли успокаиваются. Он снова ищет взглядом Чонгука, но не находит его, только Джин всё ещё стоит там, теперь уже с другим кем-то. Альфа исчез. — Ты совсем... Голос Чимина обрывается. Тэхен чувствует знакомый запах ещё до того, как слышит: — Не думал, что увижу тебя здесь. Низкий голос, его Тэхен узнает из тысячи. Он поворачивается... Чонгук совсем рядом. Он пахнет свежестью и чем-то тёплым, пряным. Смотрит так уверенно, вожделенно. Ласково скользит взглядом по лицу Тэ, по губам, по шее. — Я... — Тэхен на секунду теряет нить. — Ты выглядишь чертовски красиво, — говорит Чонгук, легко касаясь его локтя, как будто между делом. И от этого по телу пробегают мурашки. — Спасибо, — омега глотает. — Ты тоже... впечатляешь. — Только впечатляю? — Чонгук приподнимает бровь, чуть склоняет голову, кривя губы в мягкой улыбке, — Странно. Мне казалось, я произвожу куда более сильное впечатление. Тэхен нервно смеётся. Умеет же этот альфа подобрать слова. Его тянет к нему. Хочется коснуться его, провести рукой по его плечам, коснутся лица, зарыться пальцами в черные волосы. Он не замечает, как Чонгук тянет его за запястье. — Пойдём. — Куда? — Потанцуем. Хочешь? Он не спрашивает, приглашает так, что отказаться невозможно. Его голос манит, его пальцы держат крепко, а глаза гипнотизируют. Они оказываются в центре танцпола. Музыка будто меняется, становится медленней. Люди вокруг двигаются, но Тэхен их не видит. Только Чонгука. Альфа кладёт руки ему на талию. Осторожно, мягко, но уверенно. Их тела притягиваются, прижимаются друг к другу. Тэхен не сопротивляется. Позволяет, и сам млеет от этой близости. Он чувствует его дыхание. Они танцуют медленно, неторопливо, растворяются в музыке. Чонгук мягко водит рукой по талии Тэхена, по спине, сильнее прижимает к себе. Тэхен приоткрывает глаза и встречается с альфиими. Чонгук смотрит пристально, глубоко, завораживает. Тэхен не замечает как это произошло, но в следующую секунду чувствует губы Чонгука на своих. Первый поцелуй посреди танцующей толпы, но для них в этот момент никого нет. Губы Чонгука мягкие. Он не торопится, будто смакует, изучает, пробует на вкус. А Тэхен… замирает. Мир, яркий и шумный, будто уходит под воду. Всё становится глухим и вязким. Остаётся только это: прикосновение, горячее дыхание и его сердце, которое рвётся из груди. Он приоткрывает губы, и Чонгук чуть глубже вжимается в него, ловит момент, дразняще скользит языком по его нижней губе. У Тэхена дрожат пальцы. Он вцепляется в футболку Чонгука, чувствуя, как под ней играют мышцы. От этого прикосновения ему становится жарко, как от второго глотка алкоголя, такого же сильного, пьянящего, бесстыдного. Чонгук отстраняется первым, осторожно выпуская губы Тэхена. Их лбы почти касаются. — Поехали отсюда, — говорит он тихо, почти шепотом, — Тут слишком много людей. Тэхен моргает. Его разум, затянутый дымкой, пытается осознать слова. — Куда?.. — голос предательски охрип. — Туда, где будем только мы. Чонгук улыбается чуть заметно. И все сомнения Тэхена вмиг испаряются. В этих чёрных глазах — бездна. Он тонет в ней с замиранием дыхания, и больше не хочет всплывать. Тэхен вздыхает глубоко и не отводя взгляда от альфы, коротко кивает. Чонгук берёт его за руку. Они пробираются сквозь толпу. Музыка не имеет значения. Люди не имеют значения. Они выходят на улицу. Прохладно, тихо. Воздух хлещет по щекам, но это приятно. Он сбивает с него остатки хмеля и усиливает сладкое напряжение. Чонгук открывает дверцу машины, и Тэхен садится. Руки дрожат, он прячет их в карманах. Чонгук обходит автомобиль, устраивается за рулём. Несколько секунд он смотрит вперёд, не заводит двигатель. После поворачивается к нему. — Всё хорошо? – мягко спрашивает он, будто боится спугнуть. — Да, — шепчет Тэхен. — Просто... не верится. — Хочешь, я остановлюсь? Просто отвезу тебя домой? — Нет, — качает головой. — Пожалуйста... не останавливайся. И тогда машина трогается. Они едут по ночному городу, огни скользят по стеклам, отражаются в глазах. Чонгук молчит, не нарушая тишину. Его ладонь вдруг ложится на ладонь Тэхена и сжимается, будто успокаивая. Но это касание лишь усиливает огонь в груди. Тэхен нервно облизывает губы и понимает, что хочет этого не меньше Чонгука. Хочет Чонгука. Спустя полчаса они останавливаются у дома . Светлые окна, тихий подъезд. Тэхен выходит первым. Смотрит на дверь. Чонгук подходит ближе, приобнимает за талию. Снова целует коротко и ведёт в дом. Дверь за ними захлопывается с глухим щелчком. Тэхен не замечает как они уже оказываются на кровати. Под ним мягкая простыня, над ним Чонгук, в комнате полумрак. Альфа легко стягивает штаны Тэхена, кофту он потерял ещё на пути в спальню. – Раздвинь ножки, малыш, – нежно говорит Чонгук положив руки на колени омеги и медленно, но настойчиво помогает ему раздвинуть их. Чонгук с наслаждением втягивает носом запах омеги, который стал насыщеннее. Взгляд падает на розовый анус, что уже обильно течёт. Чонгук облизывается , берет ладонями Тэ за ягодицы и приподнимает, наклоняется и припадает губами к дырочке, тут же слыша писк омеги. Тот снова сводит колени сжимая между ними Чона, но альфа не отстраняется, лижет смазку омеги всю и языком проталкивается в дырочку. – Гук... – Тэхен пытается отстранить альфу, упирается ладонями в макушку парня, но тот сжимает ягодицы, разводя их шире и вовсю орудует языком у него внутри. Круговые движения языка сводят Тэ с ума. Он не знал что от языка можно получать столько удовольствия. Он готов кончить так быстро. Все эти чувства ему в новинку. Ведь его не то что языком, даже пальцами никто не трогал раньше. Чонгук отстраняется, отпуская Тэ обратно на постель и слышит недовольный скулеж омеги. Все понимает и поэтому тут же вводит два пальца в анус, начиная сразу двигать, чтобы возобновить удовольствие омеги. – Такой вкусный, Тэ,– он наклоняется к нему, с удовольствием следя за выражением лица омеги, что жмурит глаза и беззвучно стонет, приоткрыв рот. Чонгук уже представляет, как будет выбивать громкие стоны из этих губ очень скоро. Член в штанах каменный и болезненно выпирает, что хочется скорее освободиться от штанов и трахнуть уже желанное тело под собой. Он добавляет третий палец и начинает двигать рукой быстрее, за счёт обильной смазки омеги, пальцы легко скользят в узкой дырочке. Омега уже не сдерживая голос, постанывает прикусывая уголок губ. – Я... сейчас... – сквозь стоны-выдохи пытается говорить он, – к-кончу.. Гуки.. – Да малыш, кончай, – горячо шепчет альфа продолжая быстро трахать Тэхена пальцами, наслаждаясь хлюпающими звуками. Тэхен выгибается в спине, поднимая таз над постелью и содрогается всем телом, кончая с громким выдохом. Пальцы исчезают, а Тэхен ещё с минуту приходит в себя, глубоко и шумно дыша. Шарит рукой по простыне и открывает все ещё затуманенные глаза, ища взглядом альфу. Сразу находит его, стоящего над ним с потемневшими глазами. Он жадно следит за лицом Тэхена. – Ахуенно кончаешь, Тэ, – улыбается Чон и гладит щеку омеги, – Будет ещё лучше, когда кончишь от моего члена. Раздается щелчок ремня и недолгая возня. Чонгук быстро освобождается от ненужных сейчас штанов и снова залезает на кровать, сразу устраиваясь между ног Тэ. Он с ухмылкой опускает ладонь на живот омеги, с удовольствием размазывает его сперму по нежной коже. Убирает руку и оставшуюся на ладони сперму растирает по своему члену. Тэхен приходит в себя и приподнимается на локтях, взгляд опускается ниже и глаза его расширяются. Размер Чонгука внушительный и Тэхен даже пугается на секунду, думая уместится ли он в нем. – Нравится? – мягко спрашивает Чонгук, видя испуг в глазах омеги, – Не бойся, я буду нежен. Тэхен сглатывает и поднимает глаза, смотрит в альфии и видит там лёгкое беспокойство. Делает несколько глубоких выдохов и мягко улыбается. – Нравится, – отвечает робко, – Я тебе доверяю. Чонгук не выдерживает этот взгляд самых красивых карих глаз и поддается вперёд, крепко целует розовые губы. Аккуратно опускает Тэ назад и нехотя отстраняется, чтобы устроиться поудобнее. Пульсирующая головка члена упирается в маленькую дырочку, Чонгук берет упругие ягодицы, слегка разводит их в стороны и чуть приподнимает. Тэхен облизывает губы и доверчиво смотрит на Чона. Альфа медленно толкается, член проникает внутрь, благодаря смазке омеги, не слишком тяжело. – Аа-ах, – скулит Тэ. Он чувствует как большой, горячий член болезненно растягивает его стенки. Чонгук вводит только головку и останавливается, наклоняется ближе к Тэхену, гладит волосы омеги медленно. – Все хорошо? – спрашивает, оставляя лёгкий поцелуй на лбу. – Да, – шепчет омега, сжимая простыню пальцами, – продолжай... Чонгук ещё раз целует в лобик, а потом в губы Тэхена и начинает погружаться дальше, ловя стон омеги губами. Он лижет губы, целует, снова лижет и проникает языком в рот, пока членом протискивается глубже, сходя с ума от узости омеги. Его член крепко обхватывают узкие стенки и лишь благодаря обильной смазке проникновение происходит безболезненно. Безболезненно для альфы, а вот Тэхен хмурит брови и сильнее сжимает простыни до побеления костяшек. Член Чонгука такой большой, что будто разрывает его изнутри. Кажется Тэхен чувствует каждую венку на горячей плоти что движется внутри него. Не входя до конца, Чонгук двигается назад, чуть выходя и толкается обратно, в этот раз резче. Тэхен вскрикивает и запрокидывает голову отстраняясь от губ Чонгука, после начинает жадно ловить ртом воздух. – Больно? – обеспокоено спрашивает Чон, замирая, рукой продолжает поглаживать голову Тэ. – П-продолжай, – сбивчиво отвечает Тэхен и пытается вильнуть попой, чувствуя как член проехался глубже, – Чонгук продолжай пожалуйста! Тэхен хочет, чтобы болезненные ощущения скорее прошли, а для этого надо чтобы Чонгук двигался. Позже Тэхену станет легче, он так думает. Чонгук и так держится из последних сил, такой выдержки у него кажется никогда не было. Он приподнимается, берет Тэ за талию и начинает двигаться. Пока медленно, постепенно ускоряясь, еле держится, чтобы не начать вбиваться быстро, а так хочется. Но он не позволит себе грубость. Он максимально постарается, чтобы у Тэхена был приятный первый раз, чтобы он запомнил этот секс, запомнил нежность и страсть Чонгука, а не боль. Сегодня альфа впервые ставит чувства своего партнёра, выше своих желаний. Тэхен начинает стонать все громче в такт скорости толчков. Хлюпающие звуки его почему то успокаивают, он чувствует как плавно и горячо внутри двигается член. Постепенно боль притупляется, уступая место удовольствию. – Да, Гуки, – стонет Тэ и начинает подмахивать навстречу движениям Чона, – Мне хорошо! Чонгук выдыхает с улыбкой, сжимает сильнее бока Тэ и ускоряет толчки. Тэхен все ещё очень узкий и Чонгук боится кончить слишком быстро от того, как сильно Тэ сжимает его внутри. Омега уже начинает кричать в голос, его подкидывает от каждого глубокого толчка, Чонгук тоже стонет не сдерживаясь, вбиваясь все резче и глубже, быстрее. Тэхен кончает первым, протяжно выкрикивая и содрогаясь всем телом. Чонгук останавливает движения, завороженно глядя на омегу, наслаждаясь его выражением лица, не может насытиться видом кончающего омеги. Спустя пару секунд, пока Тэ пытается восстановить дыхание, Чонгук возобновляет движения, неистово трахая не пришедшего ещё в себя омегу. – Чонгук! – кричит Тэ. Чонгук особенно глубоко толкается, замирает и кончает. Он опускается прямо на Тэхена, не выходя из него. Они оба глубоко и шумно дышат. – Гуки, ты меня придавил... – Тэхен пытается немного приподнять Чона, опираясь на его бока, но сил не хватает. – Одну минуту, – устало говорит альфа в шею Тэ, но сразу приподнимается опираясь на руки по бокам от омеги. До конца не вставая, он целует его, захватывая в плен своих губ сладкие губы омеги, прикусывает их и облизывает. Они целуются неторопливо, растягивают момент, наслаждаясь вкусом друг друга, моментом. Когда они остраняются друг от друга, Чонгук наконец поднимается и выскальзывает из Тэ. Тэхен все ещё дышит глубоко, не веря что они действительно это сделали. Что он действительно на это решился, отдался альфе и кончил под ним не раз. И в него кончили. Он приподнимается и садится на постели, становясь снова близко к лицу Чона. – Все хорошо? – спрашивает альфа, бережно погладив большим пальцем щеку Тэ. – Да, я просто хочу помыться, мне наверное уже пора, – неловко отводя глаза отвечает ему. – О, нет нет нет, – Чонгук улыбается, захватывая ладони омеги, когда тот пытается подняться, – Мы же только начали. Глаза Тэхена слегка расширяются от удивления. Только начали? Тэхен не уверен что у него остались силы на ещё раз. Но в глазах напротив он видит неистовое желание и у себя ощущает как начинает тяжелеть внизу живота. Но все же, он не уверен что готов прямо сейчас. Да и домой уже пора. – Я думаю... – Тэхен ты наконец то находишься в моих руках, и даже не мечтай что я тебя так просто отпущу, – прерывает Гук, с нежностью смотря на парня перед собой, – Тебе разве не понравилось? – Понравилось, – уверенно отвечает омега, – Но мне правда уже пора домой. Тэхен пытается выпутаться из рук альфы, но тот держит крепко. – Чонгук! – настойчивее просит он, прикладывая больше сил, и наконец освобождает одну руку, – Дай мне выйти. Чонгук не может налюбоваться омегой. Такой милый, красивый, забавный. Так и хочется его схватить в охапку и завалиться на кровать, прижимать к себе хрупкое тело. А впрочем, почему нет? Чонгук поддается вперёд и претворяет в жизнь свои желания, падая на кровать с Тэхеном в объятиях. – Чонгук, отпусти, – возмущается омега, пытаясь вырваться из хватки, бьёт по рукам Чона. Но конечно не серьезно, ему приятны объятия альфы, но можно и поиграться. – Тэ, успокойся или снова тебя трахну, – беззлобно предупреждает Гук. – Мне надо выспаться и готовиться к учебе, – пыхтит Тэхен, не оставляя попытки освободиться. – Уверен ты с этим справишься, – смеётся альфа. Омега кружится, вертится в руках Чона, а тот только забавляется, с ухмылкой перехватывая руки омеги снова и снова. Через минуту, ему надоедает эта игра и он прижимает Тэхена животом вниз, удерживает руки над головой, а сам встаёт сзади. Ему хватает одной руки, чтобы держать обе Тэхена, а второй рукой слегка шлёпает омегу по заднице. А вот этого омега не ожидал и даже на миг застывает, после чего в нем кипит возмущение. – Эй! – он ещё больше начинает извиваться под ним, – Чонгук, только отпусти меня, я тебе член откручу! – Воу, как мы заговорили, – усмехается Гук, нисколько не пугаясь угрозы омеги и резко впивается в шею Тэ, обхватывая кожу губами и тут же засасывая его. – Чонгук! – Тэхен еле сдерживает стон. Он не может освободить руки, не может опрокинуть Чона. Но он соврёт, если скажет что ему не нравится, – Прекрати... Чонгук начинает оставлять на шее омеги засосы один за другим. Ему хочется пометить Тэ, хочется впиться зубами. Оставив засосы на шее, он спускается ниже, целуя лопатки, спину. Рука уже не достает и он отпускает руки омеги, но тот уже не спешит вырываться. Чонгук добирается до попы и целует одну половинку, а после другую. Тэхен покорно лежит, тихо постанывая. Чонгук приподнимается на коленках, наклоняет голову разглядывая свои отметины по спине Тэ, облизывает губы и чуть приподнимает задницу омеги. – Хочу трахнуть тебя сзади, – наклонившись к Тэ, шепчет на ухо омеги, – Приподнимись на локтях. Ну малыш? Тэхен послушно выполняет просьбу и прикусывает губы. От того, что он не видит лицо альфы, но при этом понимает что его задница во всей красе видна ему, Тэхен смущается. – Ты потрясающий , Тэхен, – говорит Чонгук разводя ягодицы в стороны двумя руками и смотрит как красный анус растягивается, из него течет смазка омеги вперемешку со спермой Чона. Альфа чувствует как его член снова твердеет и набухает. В этот раз растягивать не надо, поэтому он подносит член ко входу и резко толкается на половину длины. Тэхен вскрикивает, падая грудью на постель, но снова быстро встаёт на локти. Чонгук тем временем не даёт времени и начинает двигаться. Он с удовольствием смотрит, как его толстый член исчезает в узкой дырочке Тэхена. Чонгук удивляется на секунду, как его большой размер помещается в такого маленького омегу. Каждое движение сопровождается приятным хлюпанием, от обилия смазки. Тэхен так сильно течёт от него и Чон думает, как будет во время течки омеги. Он не может даже представить, насколько это будет потрясающе, но уже уверен что обязательно проведет её с ним. Тэхен стонет не жалея голоса, уже слегка хрипит. Ему кажется, что в этом положении член входит ещё глубже. Его покидают силы и он падает на грудь, руки уже не держат. Чонгук видя как Тэ упал, берет его за живот и грудь и тянет на себя. Его легко удается поднять и прижать к себе спиной, не переставая трахать. Тэхен держится за руки Чона и пытается подмахивать попой, но Чонгук и без него отлично справляется, вбиваясь членом глубоко в него. Омега опускает одну руку ниже и останавливает внизу живота. Он охает громко, чувствуя под ладонью движение. Член Чонгука такой большой и так глубоко что ощущается под ладонью. – Чонгук... Ты так...глубоко.. – обрывисто говорит Тэхен сквозь хриплые стоны. Чонгук еле разбирает его слова, сходя с ума от удовольствия, что получает сейчас, крепко прижимая к себе любимое тело и чувствуя своим членом жар внутри омеги. – Тэхен.. Тэ.. Ким Тэхен, ты ахуенный, – сквозь горячие выдохи, шепчет альфа прямо в ухо. – Чонгук... я... – Тэхену не хватает сил договорить, он сжимает руку внизу живота, ощущая пальцами движения внутри, чувствуя все это. Как будто Чонгук трахает его и снаружи и внутри, как бы бредово это не звучало. Тэхен не выдерживает и снова кончает первым, его сперма слега пачкает живот от брызг, а остальная вязкая жидкость падает на простыни. В этот раз Чонгук не делает паузу, продолжая толкаться и кусает Тэхена за шею, под болезненный крик омеги кончая глубоко внутри него. Он не прокусил кожу до крови, но оставил красный след, тут же облизывая его и держа в руках обмякшее тело. Немного отдышавшись, он опустил омегу на простыни и лег рядом, покинув его тело. Простыни были в их смазке и сперме, по их телу катился пот. – Когда у тебя течка, Тэ? – негромко спросил Чонгук, когда Тэхен уже засыпал. От вопроса омега открыл глаза и посмотрел на Чона. – Тебе зачем? – Хочу чтобы ты провел течку со мной, – спокойно ответил. – Как ты можешь говорить такое сейчас? – щеки омеги вспыхнули алым, а сам он перевернулся на спину и отвернул голову от альфы. Чонгук прыскает, забавляясь с реакции Тэ и приподнимается. Берет Кима за скулу и заставляет посмотреть на себя, чтобы тот не отводил свой взгляд. Видит в глазах напротив смущение и притягивает к себе, целуя мягко. В этот раз не кусает, а лишь нежно обхватывает чужие губы и аккуратно проталкивает язык внутрь, чтобы затянуть чужой в свой рот. Тэхен обхватывает щеки Гука ладонью и с удовольствием отвечает на поцелуй. Чонгук обнимает Тэ за талию и притягивает ближе к себе, а после разрывает поцелуй и размещается между ног омеги. – Что ты делаешь ? – Тэхен теряется, пока альфа берет его ноги и загибает на коленях, разводя их в стороны. – Хочу тебя ещё, – довольно отвечает Гук приставляя уже вставший член в анус омеги. – Нет, Гук, я не могу уже, я устал, – протестует Тэ, стараясь отползти назад или свести колени, но Чонгук настойчив. Он наклоняется, жарко целуя шею Тэ и плавно толкаясь во все ещё узкую дырочку. – Блять Тэ, ты такой узкий, – сдавленно говорит Чонгук, начиная сразу двигаться. – Это ты слишком большой, – отвечает Тэ с тяжёлым выдохом. Он думает, что точно не сможет ходить следующим утром. А Чонгук думает о том, что у него снова наступил пубертат, потому что такую ненасытность он не испытывал уже давно. За эту ночь, Чонгук хотел снова и снова, но Тэхен уже выбился из сил, и после того как Чон предложил позу наездника, омега просто отключился. Чонгук тоже лукавил, он кажется выжал из себя все силы, провалился в сон сразу вслед за Тэхеном. Разбудила их громкая трель будильника. Чонгук подскочил и начал искать источник звука, не находя его рядом. Тэхен хмуро разлепил веки, первые секунды не понимая где он находится и что происходит. Будильник звенел из телефона, лежащего в кармане штанов Чона, на полу. Альфа недовольно опустился на пол и потянулся за штанами, дёргая его на себя и быстро вытаскивая телефон, резко выключил будильник. Злился, что не выключил будильник ещё вчера вечером. И не важно что надо на учебу, можно день пропустить. Подняв взгляд и увидев на своей постели Тэхена, Чонгук подумал, что невозможно думать об учебе, когда перед ним этот омега. – Доброе утро, – хрипло произнес Чон и откинув телефон в сторону, быстро вернулся в теплую постель, нырнул под одеяло, прижался к омеге и обнял крепко. – Чонгук... – голос у Тэ был ещё более севший и хриплый. Ночные стоны давали о себе знать. Омега поморщился почувствовав как кожу неприятно стягивает от засохшей спермы. – Чонгук, мне надо в душ, – настойчивее сказал он, пытаясь освободиться от руки альфы, который так крепко обнимал его. Чонгук нехотя убрал руку и Тэхён только выбрался из постели, ощущая, как мышцы тянет после ночи, а кожу неприятно стягивает. Он попытался потянуться, но резкое движение вызвало новый всплеск ломоты в пояснице, и он скривился. Внезапно сильные руки подхватили его, и он едва успел вскрикнуть, когда оказался в воздухе. — Что ты делаешь? — он уставился на Чонгука, но не вырывался. — Несу тебя на руках, — с ленивой ухмылкой ответил альфа, придерживая его так легко, будто Тэхён ничего не весил. Омега недовольно фыркнул, но всё же обвил руками шею Чона, прижимаясь к его тёплому телу. Ломота в теле делала каждое движение болезненно медленным, и, если честно, перспектива идти самому не казалась такой уж привлекательной. А здесь — так тепло, надёжно, даже приятно. Путь до ванной показался быстрым. Чонгук шагал уверенно, а Тэхён не отрывал взгляда от окружающей обстановки, только сейчас осознавая, в каком месте он оказался. Вчера он почти не заметил деталей, слишком устал, чтобы рассматривать что-то кроме постели. Но теперь… Спальня была огромной. Высокие потолки, несколько дверей, ведущих в другие комнаты, широкие окна, скрытые плотными шторами. Всё здесь дышало богатством, но не вычурным, а стильным, сдержанным. А когда они вошли в ванную, он на мгновение затаил дыхание. Просторное помещение было оформлено в тёмных тонах, но вместо мрачности оно излучало роскошь. Гладкий чёрный мрамор, зеркала с тонкими подсветками, на одной стороне большая ванна, встроенная в пол, а напротив — душевая кабина с прозрачными стенками. На полу мягкие коврики, приятно контрастирующие с холодными поверхностями. Всё продумано до мелочей. — Ты живёшь, как в отеле, — пробормотал Тэхён, не скрывая восхищения. Чонгук только усмехнулся и плавно опустил его внутрь просторной душевой. Сам зашёл следом, закрывая штору. Омега опёрся на стенку, ожидая, что альфа поможет ему включить воду. Но Чонгук не торопился — сначала несколько долгих секунд разглядывал его. Как будто изучал. Затем он плавно потянулся к крану, включил душ, и тёплая вода хлынула сверху, пропитывая их тела. Горячие капли стекали по коже, смывая остатки ночи. Чонгук мягко провёл рукой по плечу омеги, ощущая, как он напрягается, привыкая к теплу воды. — Какой ты красивый, — выдохнул альфа, почти шёпотом, не отрывая взгляда. Тэхён не ответил. Только прикрыл глаза, позволяя воде унести с собой усталость. Чонгук вспенил в ладонях гель и начал с наслаждением водить по телу омеги, проходясь по животу, талии и бедрам. Тэхен покорно стоял, прикрывая глаза, позволяя альфе исследовать свое тело. Чонгук при свете ещё раз разглядывал красивое тело, которое было во всю в его власти минувшей ночью. При мыслях о случившемся, он почувствовал как возбуждение снова накатывает, а член твердеет. Секс в душе показался ему отличной идеей, поэтому рука юркнула между ног омеги, а сам он подался вперёд, быстро целуя парня. Тэхен не успел опомниться, как уже был захвачен губами Чонгука, а в анус уже проникли пальцы. – Чонгук! – возмущенно пискнул, когда альфа слегка отстранился,– какой же ты извращенец. – Секс по утрам полезный, знаешь?– улыбнулся Чонгук и вытащив пальцы из омеги, подхватил его за бедра и поднял на руки, прижимая спиной к стенке душевой. Тэхен поддался, обвил ногами талию альфы, а руками шею. Не медля Чонгук проник в него без труда и сразу начал трахать. Тэхена подкидывало при каждом толчке, а сверху продолжала литься вода, скатываясь по двум разгоряченным телам. Глубокие стоны обоих заполнили кабину. После душа и утреннего секса, они оказались на кухне. Тэхен уставший, но довольный сидел за столом, укутавшись в белый махровый халат и следил за спиной Чонгука, пока тот орудовал за плитой, готовя им завтрак. Чонгук стоял у плиты, наугад перебирая остатки в холодильнике. Рис со вчерашнего вечера, немного кимчи, пара ломтиков спама, яйцо и зелёный лук — вполне сносный завтрак выходного дня. Он быстро нарезал всё, обжарил на кунжутном масле, добавил каплю гочуджана и перемешал — кухня наполнилась пряным запахом. Позади зашуршал халат — Тэхён, босиком, всё ещё с чуть влажными волосами, неся с собой тепло постели. Подошёл и, не дожидаясь приглашения, склонился над плечом Чонгука. — Дай кусочек, — почти прошептал он, зацепляя ложкой рис прямо со сковороды. — Горячо же, — отозвался Чонгук, но не отстранился. Тэхён, конечно, обжёгся, тихо выругался, но тут же снова потянулся за вторым кусочком. — У тебя всё горячее, — пробормотал он с лукавой полуулыбкой, и сел за стол, будто ничего не было. Чонгук покачал головой, не удержав улыбку, и поставил перед ним тарелку — дымящийся кимчи-боккымпаб, сверху яйцо с хрустящими краями и жидким желтком. К маленькой чашке зелёного чая он добавил клубничный йогурт и ложку мёда, зная, что Тэхён сладкоежка. — Я тебя балую, — сказал он. — Конечно. И не останавливайся, — ответил Тэхён, уже наматывая рис на ложку. Чонгук не спешил приступать к трапезе — с теплотой и лёгкой усмешкой он наблюдал за Тэхёном, который, не смущаясь, уплетал завтрак в обе щёки. В этот момент Чонгук вдруг понял: он хочет видеть эту картину каждое утро. Не хотелось отпускать омегу. Не хотелось прощаться даже на один день. Чёрт, он и подумать не мог, что однажды станет настолько зависимым от другого человека. — Чонгук, — протянул Тэхён, наконец заметив внимательный взгляд, — ты меня напрягаешь. Не говори, что мы сейчас займёмся сексом на этом столе. Чонгук прыснул в кулак, с трудом сдерживая смех, глядя в эти знакомые карие глаза, полные возмущения и ожидания. — Не сегодня, — усмехнулся он. — Но обязательно. В этот день они оба благополучно пропустили учёбу, а после завтрака Тэхён вдруг захотел домой. Чонгук не хотел его отпускать, но всё же предложил довезти. Прощаться было тяжело, но он уговорил омегу согласиться на свидание в выходной. Втайне надеялся, что это будет не последнее. И оказался прав. Каждое их свидание заканчивалось в постели Чонгука. А каждое утро — уговорами остаться и отказами. Тэхён неизменно настаивал на возвращении домой, несмотря на все попытки альфы его удержать. Но вот уже два дня Чонгук не мог до него дозвониться. На учёбе Тэхёна не было, а дверь его квартиры оставалась запертой. Альфа начал по-настоящему волноваться — ведь у них всё было хорошо. Последний раз, когда он отвозил его домой, Тэхён улыбался. Они долго целовались у порога, и омега нехотя выпустил его руку. Когда Чонгук всерьёз подумывал обратиться в полицию, кто-то постучал в дверь. Он подскочил, метнулся к входу — и, с облегчением и удивлением, обнаружил на пороге Тэхёна. — Тэхён, чёрт возьми, ты куда пропал? — сразу же воскликнул он, прижимая омегу к себе. — С тобой всё в порядке? Где ты был? Но Тэхён резко оттолкнул его. В глазах стояла злость, смешанная с подступающими слезами. Чонгук почувствовал, как сердце уходит в пятки. Паника, вина, ярость — всё перемешалось. — Тэхён, что случилось? — настойчиво повторил он, нахмурившись, готовый разорвать любого, кто обидел «его омегу». — Ты случился, Чонгук! — со злостью выпалил Тэхён. — Я беременный. Чонгука будто оглушило. Слова звенели в ушах, пока он стоял, как вкопанный. Он перевёл взгляд на Тэхёна, потом — почти машинально — на его живот, словно пытаясь сложить услышанное с реальностью. Всё всплыло разом: их первый раз, забытая защита, его спешка, его счастье. Сердце сжало так сильно, что дыхание сбилось. Вина кольнула остро, как нож. Он сглотнул, пытаясь прийти в себя. С Тэхёном всё в порядке. Он просто… беременный. И, без сомнений, от Чонгука. На лице появилась слабая улыбка — больше для него самого, чем для Тэхёна. Шаг вперёд — и тут же резкий удар по рукам. — Чего ты улыбаешься, придурок! Ты вообще меня слышишь?! — почти закричал Тэхён, и Чонгук вздрогнул. Казалось, до истерики — один шаг. — Слышу, — наконец выдохнул он, стараясь говорить ровно. — И я рад. Медленно приближаясь, он перехватил его руки, осторожно прижал к себе. Сердце всё ещё грохотало в груди, но в этот раз он обнял его нежнее, чем когда-либо. — Тэхён, — тихо сказал он, — выходи за меня. — Рехнулся?! Отпусти! — попытался вырваться Тэхён, но его сопротивление слабело с каждой секундой. — Что ты наделал, Чонгук?.. Голос стал тише, будто обречённый. Чонгук прижал его крепче, поцеловал в висок. — Я люблю тебя, — шепнул он, глядя в заплаканные глаза. — И я правда рад. Я серьёзно: выходи за меня. — Ты не понимаешь… — всхлипнул Тэхён. — Месяца не прошло, как мы вместе. Ты не мог влюбиться так быстро. А семья… это не игрушка. — Я влюблён в тебя дольше, Тэхёни, — мягко возразил Чонгук, пальцами стирая слёзы с его щёк. — И к семье я готов. — А я — нет! — выкрикнул Тэхён, вскинув на него взгляд. — Я только поступил, не закончил учёбу! Какой из меня папа?! — Прости, — Чонгук прижал его голову к себе, целуя волосы. — Я всё понимаю. Это должно было быть иначе. Но я хочу, чтобы ты знал: я рядом. Я не уйду. И докажу тебе, что ты можешь на меня положиться. После признания Тэхён всё же остался у Чонгука на ночь. Не потому что простил или согласился на семью — просто устал. Физически и морально. Он лежал на кровати, отвернувшись к стене. После первого раза, они всегда предохранялись. Но кто же знал, что тот раз станет - тем самым. Неделю назад, Тэхен понял что у него должна была наступить течка, но почему то она задерживалась, чего раньше никогда не было. Подождал несколько дней, после чего начал серьезно волноваться, а пару дней назад решил сделать тест. Он не верил что такое могло случиться. Чувствовал себя глупцом. Теперь Тэхен беременен, а он только на первом курсе и у него большие планы на будущее. Чонгук сидел рядом, не касаясь, только изредка бросал взгляды, будто проверяя — всё ли в порядке. Утро выдалось хмурым. Тэхён молчал, пил чай и раз за разом теребил край рукава. Чонгук всё-таки решился заговорить: — Может, съездим в больницу? Провериться. Убедиться, что всё хорошо? Омега кивнул. Но позже передумал и попросил отвезти его домой. – Я справлюсь, – коротко бросил он, выходя из машины, – Мне нужно подумать. Следующие дни стали настоящим испытанием. Тэхён не отвечал на звонки. Ни друзьям, ни Чонгуку. Только однажды, спустя почти неделю, альфа получил от него сообщение: "Я сказал родителям. Они требуют, чтобы я прервал беременность." Чонгук сидел с телефоном в руках, сжав челюсть до боли. Он не мог позволить им заставить Тэхёна пройти через это. Но и вломиться к ним в дом — не выход. Этим он может только испортить отношения с Тэхеном и с его родителями. " Тэхён, пожалуйста. Не давай им решать за тебя. Если ты не хочешь ребёнка — я приму это. Но если ты хочешь — я буду рядом. Всегда." Ответа не было. Только на следующий день на пороге снова появился Тэхён. Бледный, с красными глазами и дрожащими руками. В руке — сумка. — Я… не знаю, чего хочу, — тихо сказал он. — Но я не могу быть там. Можно… я побуду у тебя? И Чонгук ничего не сказал. Только обнял его. Мягко, спокойно. Как тогда, в коридоре. --- В квартире было тихо. Тэхён сидел на полу, обняв колени, в чужой футболке, которая пахла Чонгуком. Он не плакал. Просто смотрел в одну точку, и всё внутри было будто ватным. Чонгук вышел с кухни с двумя кружками — какао и чаем — и присел рядом, вытянув ноги вперёд. — Выбери: какао или чай. Второе — для слабаков, — сказал он, подмигнув. — И учти: в какао я положил маршмеллоу в форме медвежат. Это практически взятка. Тэхён бросил на него быстрый взгляд, но ничего не сказал. Взял какао. Сделал глоток. И, к удивлению, не выплюнул — даже чуть скривился в знакомой, почти уютной гримасе. — Он пинается? — вдруг спросил Чонгук. — Или ещё рано? Тэхён нахмурился: — Что? — Ну, мало ли. Может, уже. И если да, то надеюсь, он сразу с плакатом: "Привет, я сын Чонгука, и я тоже люблю шоколадные хлопья по ночам". Тэхён фыркнул. Еле слышно, но всё-таки. — Ты идиот. — Ну… Я стараюсь быть забавным идиотом. Особенно для тех, кто… — Чонгук почесал затылок. — Кто мне нравится. И не только как папа моего будущего ребёнка. Тэхён отвернулся, но уголок его губ чуть дрогнул. — Ты вообще понимаешь, что за ад начнётся? Учёба, живот, гормоны… Я тебя выкину в окно за неправильную интонацию. — Тогда заранее прошу уголком вверх. Хочу видеть закат в последний раз. — Чонгук протянул руку и легонько дотронулся до Тэхёна. — Мы справимся. Мы — это я и ты. Вместе. Даже если иногда ты будешь кидаться вещами, а я — ныть, что на практику не успеваю. Главное — ты не один. — Я не знаю, готов ли. И… я боюсь, что всё испорчу. — Тогда давай испортим это вместе. — Чонгук снова улыбнулся. — А пока… оставайся. Будем портить по утрам завтрак, по вечерам нервы... а ночью кровать. Пауза. — Ладно, — тихо сказал Тэхён. — Я останусь. Чонгук не ответил. Просто обнял его одной рукой, притянул ближе, оставляя поцелуй в волосах. Тэхен ободрился. Ведь беременность не конец света, чего он нюни распустил. И нет, прерывать беременность не хотел, боялся, но чувствовал что оставить его будет правильно. И если изначально Чонгук казался несерьёзным – разгульным бабником, который умеет только тратить деньги родителей на развлечения, то сейчас он показывал себя с абсолютно другой стороны. Он был заботлив, серьёзен. Он понял это не прямо сейчас конечно, Тэхен замечал это ещё раньше, когда они начали встречаться. Но сейчас он убеждался в этом больше. Чонгук, как оказалось, уже работал в компании отца параллельно учёбе. Его будущее было практически предрешено, и он с гордостью и теплотой отзывался о родителях, был уверен в себе и любил своё дело. Он ходил на вечеринки после напряжённых дней — чтобы немного прийти в себя, развеяться. Это не было его постоянным образом жизни, просто Тэхён сам редко куда-то выбирался, и потому ему казалось, будто Чонгук не вылезает с вечеринок. И вот теперь Тэхён всё чаще ловил себя на мысли, что, возможно, они смогут создать семью. В Чонгуке он был уверен куда больше, чем в себе самом, но пообещал себе постараться. Первым делом — начать снова ходить на учёбу. Он надеялся, что живот не сильно вырастет, пока не закончится хотя бы первый курс. А дальше… дальше что-нибудь придумают. --- На следующее утро Чонгук отвёз Тэхена на учёбу, а сам поехал не на работу — а к отцу, поговорить. Он уверенно говорил Тэхену, что они справятся, что всё будет хорошо, что он готов. Но на деле и сам был растерян. Он знал, что не бросит, что возьмёт на себя ответственность — но не знал, как сделать всё правильно. — Здравствуй, отец, — Чонгук сел напротив, когда Чон Сокджин вернулся с совещания. — Я хотел поговорить. — Конечно, Чонгук. Что-то случилось? — Сокджин сразу заметил его волнение и внимательно посмотрел на сына. — Отец, я... — Чонгук сглотнул, но, взяв себя в руки, уверенно встретил его взгляд. — У меня есть любимый. И я стану отцом. Он сам не до конца понял, как выговорил это вслух. Теперь сидел, не отрывая взгляда от отца, ожидая реакции. Сокджин пару раз кивнул, переваривая услышанное, затем встал, обошёл стол, придвинул стул и сел рядом. — И когда свадьба? — спросил он, наклоняясь чуть ближе, отчего Чонгук нахмурился в замешательстве. — Что? — Ну, а что? Любимый есть, ребёнка ждёте. Значит, свадьба. Конечно, всё должно было быть немного наоборот, но что поделать — мой сын дурак. — Отец! — А что? Или ты не собираешься жениться на любимом омеге? — парировал Сокджин, сдерживая улыбку, – Или твой любимый и папа твоего будущего ребенка разные люди? – округлив глаза выдал он. — Конечно нет, отец! – возмущённо воскликнул он, но сразу же успокоился, и продолжил тише, — Тэхен беременен, я его очень люблю. И не потому что он носит нашего будущего ребенка. Я давно в него влюблен! — Тогда в чем проблема? — улыбнулся Сокджин. Он был удивительно спокоен и Чонгук даже растерялся от такого. Конечно альфа доверял отцу на все сто процентов, но ожидал, что он хотя бы будет в шоке, отругает немного. — Я просто не ожидал такого разговора, — пробормотал Чонгук, но на душе уже стало легче. Отец не злился, не был в шоке. Он просто принял это — спокойно, по-семейному. — Ты совсем не удивлен? Не шокирован? — Я знал что с твоим поведением, ты однажды придёшь именно с таким признанием, – беззлобно ответил мужчина. — Я всегда был осторожен! – возмутился Чонгук, но сразу же успокоился, виновато опустив взгляд, — Я хочу жениться. Я его люблю. Очень. Но… не знаю, как правильно. Хотя я готов взять на себя всё. — Молодец, что готов, — кивнул Сокджин. — Не волнуйся. Поженитесь, и мы поможем вам первое время. Да и потом тоже поможем, чего уж там. — Но родители Тэхена… они против ребёнка. И сам Тэхен не уверен. Я хочу убедить их, что всё будет хорошо. Хочу, чтобы он поверил. — А , тот самый Тэхен? — Сокджин мягко улыбнулся. — Все таки добился его. А он тебя любит? Вопрос выбил Чонгука из колеи. Он понял, что Тэхен ещё ни разу не говорил этого. Но ведь он пришёл к нему. Значит — любит. — Любит, — ответил он уверенно. — Вот и отлично. Остальное уладим, — Сокджин хлопнул себя по коленям и встал. — Только убедись сам. Поговори с Тэхеном. Он точно хочет связать жизнь с таким дураком? — Отец! — возмутился Чонгук, но уже с улыбкой. — Я поговорю. — А с его родителями… да, надо встретиться. Поговорить, убедить их, что ты хорошая партия. Даже если это не так. — Эй, хватит, — рассмеялся Чонгук, тоже поднимаясь. — Я отличная партия. Я же твой сын. Спасибо, отец. Он чувствовал, как тяжесть уходит с плеч. Он всё ещё был растерян, но теперь знал: он не один. Этот разговор дал ему силы. — Ты прав, — сказал он уже у двери. — Я поговорю с Тэхеном. Постараюсь убедить его, что всё будет хорошо. — Убедишь, — отозвался Сокджин. — Только не торопись. Всё поэтапно. Свадьба — это серьёзно. А любовь… она скажет своё. Даже если не словами. Чонгук кивнул. Лёгкость поселилась в груди, но за ней — чувство большой ответственности. Теперь он точно знал, с чего начать. --- Когда Чонгук вернулся домой, уже было поздно, но его сердце было на удивление спокойным. Разговор с отцом многое изменил — дал уверенность, силы. И теперь он был готов к следующему шагу. Тэхен сидел за его рабочим столом, склонившись над тетрадями, что-то писал, но выглядел не особо сосредоточенным. Его плечи были немного опущены, а движения — медленными. Не сломленный, но погружённый в свои мысли. Чонгук подошёл, молча. Присел рядом и на минуту просто смотрел на него. Потом протянул руку и аккуратно коснулся его плеча, мягко, как будто спрашивая разрешения. Тэхен обернулся — его взгляд был немного уставшим, но тёплым. — Привет, — тихо сказал Чонгук, — можно украсть у тебя немного внимания? Тэхен слабо улыбнулся и отложил ручку. — У тебя всегда получается. Чонгук усмехнулся, обнял его, не спеша, осторожно, прижимая к себе. — Мы справимся, Тэхён. Правда. Я говорил с отцом. Он... Он поддержал нас. И я хочу, чтобы ты тоже знал — ты не один. Я с тобой, полностью. Тэхен вздохнул, его лоб мягко уткнулся в плечо альфы. — Мне страшно, — признался он. — Не потому что я не хочу… Просто всё так быстро. — Я знаю, — прошептал Чонгук, поглаживая его по спине. — Поэтому не будем торопиться. Всё шаг за шагом. Но я хочу идти с тобой. И чтобы ты знал — я хочу, чтобы ты познакомился с моими родителями. И я бы хотел познакомиться с твоими. Когда ты будешь готов. Тэхен чуть отстранился, посмотрел ему в глаза. Взгляд был внимательным, но уже не таким тревожным. — Ты и правда так хочешь этого? — Я хочу нас, — мягко ответил Чонгук. — А всё остальное — просто то, что поможет нам быть ближе. Они молча смотрели друг на друга несколько секунд. И в этой тишине будто что-то щёлкнуло — что-то в самом воздухе. Тэхен медленно потянулся вперёд, и Чонгук навстречу — их губы встретились в нежном, неспешном поцелуе. Он был лёгким, но в нём чувствовалась жажда близости, понимание и обещание чего-то большего. Чонгук провёл пальцами по щеке Тэхена, а другой рукой всё ещё держал его за талию, мягко притягивая ближе. Их дыхание смешивалось, и, казалось, всё ненужное исчезло. Чонгук подхватил лёгкое тело на руки и повел их в сторону спальни. – Я учусь Чонгук, – не смело возразил Тэхен, обвивая руками шею альфы, чтобы держаться крепче, хотя его и так держали надёжно. – Надо отдохнуть, расслабиться. Совсем себя не жалеешь, а ведь малыш тоже устал, – улыбнулся Чонгук заходя в спальню и подойдя к большой кровати, мягко опустил на него омегу. – Малыш совсем крохотный, Чонгук, – негромко рассмеялся Тэхен, позволяя альфе нежно стягивать с себя одежду. Чонгук подхватил лёгкий смех и начал покрывать шею Тэхена поцелуями, плавно опускаясь ниже. – А ты раздеться не хочешь? – спросил Тэхен. Его дыхание вмиг стало учащенное, а руки зарылись в волосы альфы. Чонгук усмехнулся, не поднимая головы, и прошептал, уткнувшись носом в линию ключицы: — Хочу. Но сначала хочу почувствовать тебя, такой, какой ты есть. Теплый. Настоящий. Мой. Он прижался губами к груди Тэхена, оставляя лёгкие, почти невесомые поцелуи. Его ладони медленно скользили по бокам, изучая, обнимая, будто стараясь запомнить каждую линию. Тэхен тихо выдохнул, его тело расслаблялось, поддаваясь ласке. Он чувствовал, как изнутри уходит тревога, уступая место чему-то более глубокому — нежности, принадлежности. — Ты знаешь, — начал омега, чуть дрогнувшим голосом, — раньше мне казалось, что близость — это про страсть. А сейчас... это будто про безопасность. Чонгук поднял голову, глядя на него с мягкой улыбкой: — Потому что ты дома, Тэхён. Со мной. Они снова поцеловались — на этот раз глубже, с чуть большей жаждой. Но всё так же бережно, будто стараясь не разрушить ту хрупкую связь, что возникала между ними с каждым движением. Чонгук отстранился, чтобы стянуть футболку, штаны и поспешно вернулся к омеге, продолжая покрывать его тело поцелуями, а руки скользнули вниз, начиная медленно растягивать омегу. Чонгук не стал возиться долго, вернулся к губам Тэхена, накрывая их в нежном поцелуе и медленно вошёл. Сладкий стон утонул в поцелуе. Чонгук двигался медленно, продолжая нежно целовать омегу, то в губы, то в шею, ни на секунду не оставляя без касаний. Настолько нежного секса у них ещё не было. Тэхен наслаждался каждой секундой, постанывая и обнимая альфу за плечи. – Чонгук... – выдохнул он, – Пожалуйста, быстрее. Чонгук готов был выполнить любую просьбу омеги, ускорился. Шлепки и тяжёлые вздохи со стонами заполнили комнату. ---- Чонгук открыл дверь машины, а Тэхен сидел сжимая в руке красивый букет и не спешил выходить, глубоко дыша. – Тэхен, – мягко позвал Чонгук протягивая руку к омеге, – Все пройдет отлично, не волнуйся. Отец все знает, папа тоже. Они очень ждут встречи с тобой. Ты им понравишься. – Тебе легко говорить, ты же их сын. Они тебя любят. А я.. – А ты самый прекрасный омега в мире и моя любовь, Тэхен. Тэхен скромно улыбнулся, стараясь скрыть это от альфы, и вздохнув, вложил руку на протянутую ладонь и вышел из машины, в другой руке держа букет прижатый к груди. Тэхен увидел огромный особняк ещё при въезде во двор, но сейчас он предстал перед ним во всей красе. Тэхен едва заметно вздрогнул, когда огромная деревянная дверь особняка мягко закрылась за ними, отсекая шум улицы. Внутри было просторно и светло — высокие потолки, изящные люстры, деревянная отделка стен, картины, которые, судя по всему, были не просто декором, а семейными реликвиями. Всё выглядело роскошно, но не холодно — в доме было тепло, пахло выпечкой и чем-то травяным, словно кто-то только что заварил свежий чай. Он живёт вот в этом…? — поразился Тэхен, осматриваясь. Внутри него всё сжалось: квартира Чонгука вдруг показалась ему почти скромной в сравнении. Он ведь… никогда не говорил, насколько богат его род… Но раздумывать было некогда — из глубины дома уже раздавались шаги. – Наконец-то! Вы пришли, я голодный как солдат! – воскликнул Сокджин, распахивая объятия и с размаху притягивая сына к себе, будто не видел того сто лет. Затем он тут же переключился на Тэхена: – Тэхен, какой ты красивый! И как ты вообще мог выбрать этого оболтуса? – Отец, – сдержанно заметил Чонгук, с приподнятой бровью. – Я не с тобой разговариваю, – легко отмахнулся Сокджин, с заговорщицкой улыбкой протягивая руку Тэхену. – Я Сокджин. А это – мой прелестный супруг Намгю. И не вздумай называть его господином, он у нас скромный. Намгю шагнул вперёд, действительно высокий, стройный омега, с мягкими чертами и глубокими карими глазами. Его чёлка была чуть взъерошена, как будто он только что оторвался от книги или газеты. Ямочка на щеке добавляла обаяния его доброй, почти профессорской улыбке. – Здравствуйте, – проговорил Тэхен и передал букет, слегка наклонив голову. Сердце у него всё ещё стучало где-то в горле. – Спасибо, Тэхени, – произнёс Намгю с какой-то особенной теплотой в голосе. Он взял букет с такой заботой, словно это была драгоценность, – Пойдёмте, пожалуйста, за стол. Ужин уже готов. Чонгук бережно положил руку на спину омеги, направляя его вперёд, и шепнул на ухо: – Всё прекрасно. Ты великолепен. Тэхен невольно улыбнулся. --- За столом царила неожиданно тёплая, почти домашняя атмосфера. Еда была невероятной — Тэхен сразу отметил, что большая часть блюд явно готовилась с любовью. – Чонгук в детстве вечно таскал печенье до ужина, – рассказывал Сокджин, закатывая глаза. – Мы уже перестали его прятать. Он находил даже самое надёжное укрытие. – Это ты прятал его в духовке, пока она была тёплой, – парировал Чонгук, откинувшись на спинку стула. – Я чуть не спалил себе брови. – И то верно. Хотя ты и без бровей был бы милым, правда, Тэхен? – лукаво спросил Сокджин, глядя на омегу. Тэхен чуть покраснел, но кивнул, улыбаясь. Намгю смеялся негромко, но искренне, и иногда, когда Тэхен всё ещё немного терялся, он успокаивал его лёгким взглядом, словно говоря: Ты в безопасности. Мы рады тебе. Разговоры текли легко — о фильмах, о работе, о любимых блюдах. К концу ужина Тэхен уже не чувствовал напряжения. Он смеялся вместе с другими, иногда вставляя свои комментарии, всё чаще ощущая себя частью чего-то большого и уютного. --- Когда вечер подошёл к концу и пара поднялась с места, Чонгук уже собирался поблагодарить родителей и попрощаться, как Сокджин вдруг сказал: – Останьтесь на ночь. У нас есть свободные комнаты, и завтрак будет просто божественным, обещаю. Намгю согласно кивнул, мягко добавив: – Не спешите, вы же только приехали. Нам будет приятно провести с вами немного больше времени. Тэхен слегка растерялся. Он посмотрел на Чонгука, как будто и правда хотел сказать «да», но его неуверенность и лёгкая скованность выдали его с головой. – Спасибо… это очень мило, – начал он, – но, наверное… – Всё в порядке, – перебил Чонгук с лёгкой улыбкой, успокаивающе касаясь его локтя. – В другой раз. Они попрощались, тепло обняв родителей, и вышли к машине. Уже на улице, когда вечерний воздух коснулся кожи, Тэхен чуть расслабился. – Чонгук, спасибо. У тебя замечательные родители, и я бы хотел остаться… просто... – Всё в порядке, Тэхен, – мягко сказал Чонгук, открывая перед ним дверь. – Я понимаю. Ты только познакомился с ними. Да и… здесь мы вряд ли смогли бы заниматься любовью. В принципе, ничего слышно не было бы, но всё же… – Дурак! – рассмеялся Тэхен, толкнув его в плечо. Чонгук лишь ухмыльнулся: – Теперь твоя очередь. – Что? – Познакомить меня с твоими родителями. Тэхен замер, глядя на него несколько секунд, потом молча сел в машину. Чонгук обошёл и устроился за рулём. Прежде чем завести двигатель, он посмотрел на омегу, мягко взял его за ладонь. – Я… – Тэхен замялся, – Не думаю, что встреча с моими родителями будет такой же радужной. – Я знаю, – серьёзно кивнул Чонгук и сжал его пальцы, – Я понимаю. Но не волнуйся обо мне, я постараюсь понравиться им. Тэхен немного прикусил губу, опустил взгляд, а потом посмотрел на альфу и тихо улыбнулся уголками губ. – Хорошо, – кивнул он. – Я поговорю с ними. – Всё будет хорошо, Тэхен, – мягко сказал Чонгук, поднёс его руку к губам и поцеловал тыльную сторону ладони. Затем завёл машину, и они двинулись в ночь — в сторону будущего, пусть и чуть тревожного, но уже общего. --- Неделя. Тэхен решался целую неделю и до последнего не хотел звонить родителям. Но Чонгук каждый раз успокаивал и говорил что им это надо. И днём ранее, Тэхен решился на нелегкий разговор с папой. Когда они подъехали, Тэхен вздохнул и посмотрел на дом, в котором вырос. Тёплый свет из окон, знакомый запах дерева у входа, обрамлённый кустами жасмина... всё выглядело так же, но казалось, будто сжимает изнутри. – Готов? – тихо спросил Чонгук, держась немного позади, с букетом в руках. – Нет, – честно признался Тэхен, – но пошли. Они подошли к двери. Её почти сразу открыл папа Чахен. На его лице – ни тени улыбки. Он скользнул взглядом по Чонгуку, на миг задержавшись на букете. – Проходите, – коротко сказал он, отступая вглубь. В доме пахло выпечкой и чем-то коричным. Всё было по-прежнему – мягкий плед на диване, фотографии в коридоре, пара пушистых тапочек у входа. Но в воздухе повисла тяжёлая тишина. В гостиной сидел отец, Ким Сынги, с плотно сжатыми губами. Он даже не встал, когда они вошли. Лишь нахмурился и глухо произнёс: – Значит, это он. Тэхен чуть сжался, но Чонгук шагнул вперёд и сдержанно поклонился. – Добрый вечер. Меня зовут Чонгук. Рад знакомству, – он протянул букет. Папа Чахен взял его, но на благодарность не сподобился. Лишь молча поставил в вазу. Все сели. Несколько секунд – гнетущая тишина. – Тэхен, – начал отец, – ты говорил, что учишься. И вот теперь... ты бросаешь всё? – Я не бросаю, – быстро ответил омега. – Мы с Чонгуком обсуждали – я возьму академический отпуск. – А дальше что? – вмешался папа. – Ты возвращаешься учиться, а с ребёнком кто? Или ты, Чонгук, думаешь оставить его без отца? – Конечно, нет, – спокойно, но твёрдо ответил альфа. – Мы наймём няню. Я готов покрыть все расходы. Тэхен сможет продолжить учёбу. Он будет заниматься тем, чем хочет. – Почему вы так уверены в этом, Чонгук? – голос отца стал резче. – Вы встречаетесь меньше месяца. Где гарантия, что вы не исчезнете завтра? Тэхен открыл рот, чтобы возразить, но Чонгук заговорил первым: – Я люблю Тэхена. И не собираюсь уходить. Я рядом. И буду рядом столько, сколько ему нужно. – На словах мы все сильны, – бросил папа Чахен. – Тогда дайте мне шанс доказать, что это не просто слова, – спокойно, без вызова ответил Чонгук. Сынги посмотрел на него пристально. Тэхен заметил, как сжались его пальцы на подлокотнике, но он ничего не сказал. Несколько минут в комнате было слышно только тикание настенных часов. – Ты хоть понимаешь, в какой ад он может попасть? – тихо сказал отец. – Омега, первокурсник, ребёнок, альфа, которого мы даже не знаем... – Понимаю, – Чонгук посмотрел прямо в глаза. – Именно поэтому я должен быть рядом. Тэхен, напряжённый до этого, вдруг выпрямился. – Отец, папа... – он посмотрел на родителей поочерёдно. – Я знаю, что вы злитесь. И я понимаю. Но это моя жизнь. Я выбрал Чонгука. И я не жалею. Он делает меня счастливым. Отец не ответил. Папа Чахен сжал губы и отвернулся к окну. Время тянулось. Но что-то в воздухе словно изменилось. Не прощение, не принятие… но первая трещина в ледяной стене. Когда Тэхен с Чонгуком уже собирались уходить, папа спросил негромко: – Ты не останешься дома? Омега покачал головой. – В другой раз. Скоро зайду. Они вышли. На пороге Чонгук ещё раз поклонился. Отец не ответил, но папа Чахен кивнул, едва заметно. На улице Тэхен выдохнул, словно только сейчас начал дышать. – Ты молодец, – сказал он, глядя на Чонгука. – Нет, это ты молодец. Я просто держал твою руку. *** Тэхен уже меньше переживал за родителей, ведь видел в их глазах понимание и проблески принятия. Но всё же хотел убедиться, что всё окончательно встало на свои места. Поэтому на следующий день он поехал домой, уверив Чонгука, который не хотел отпускать его одного, что справится. Когда он приехал, папа крепко обнял его с порога, а отец стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди. Но в глазах была та самая теплая мягкость, по которой Тэхен сильно соскучился. — Мы тебя любим, — первым заговорил папа. — Всегда поддержим тебя. Но, сынок, ты ещё сам ребёнок. Учёбу только начал. Родить и воспитать ребёнка нелегко… — Мы боимся, что тебе будет тяжело. Что ты бросишь учёбу из-за этого. Чонгук может быть богат, но он тоже молод, — продолжил отец, глядя настойчиво. — Чувства сейчас сильны, но что будет дальше? Мы лишь хотим, чтобы ты не разрушил свою жизнь. Тэхен слушал, не перебивая. Каждое слово ложилось на сердце тяжёлым камнем, но он сжал пальцы в кулаки и глубоко вдохнул. Он любил Чонгука. Он уже любил то маленькое чудо, что зародилось внутри него. И хотел верить — в них обоих, в их будущее. — Я понимаю… всё понимаю, — тихо начал он, кивая. — Но я уже не маленький. Я знаю, какая это ответственность, и за последнее время всё обдумал не один раз. Если ошибусь — это будет моя ошибка. Но я постараюсь, чтобы это не было ошибкой. Если нам будет тяжело, я попрошу у вас совета. Если не справимся — родители Чонгука помогут. Вы правы, мы молоды, и нам не раз понадобится ваша мудрость. Но я верю, что вместе у нас получится. Под конец голос Тэхена стал увереннее, а взгляд твёрже. Родители переглянулись. Папа одобрительно улыбнулся и, протянув руку, сжал его ладонь: — Мы с тобой. Отец тоже улыбнулся уголками губ, поднялся и, наконец, шагнул вперёд, обняв сына крепко и тепло. --- Зеркало отражало юношу в белом костюме. Ткань едва скрывала округлившийся живот. Последние месяцы пролетели незаметно: учёба, подготовка к свадьбе, заботы. И вот — сегодня Тэхен и Чонгук встанут под алтарь. Он провёл ладонью по животу, чувствуя лёгкое волнение. Всё казалось нереальным. Да, он несколько раз успел принять ситуацию, но всё равно не мог до конца поверить, что это его жизнь. Разве так я представлял свою свадьбу? — мелькнула мысль. В детстве он мечтал о принце, о белом дворце. Принца он, правда, нашёл — и у того было самое родное лицо на свете, любимая улыбка, любимые глаза. Но вот сам он стоял здесь, в белом, вроде счастливый, но с заметным животом. "Да он залетел, вот и выходит замуж!" — всплыли в голове чужие слова. Больно то, что они были правдой. Если бы не ребёнок… поженились бы они? Насколько всё было бы иначе? — Самый красивый жених в мире! — раздался за спиной весёлый голос. Чимин обнял его за плечи, прижался и улыбнулся в отражении. — Когда Чонгук тебя увидит, он в обморок грохнется прямо у алтаря! — Сплюнь, — усмехнулся Тэхен, пряча грусть за улыбкой. — Он мне нужен живым. — Ты готов? Выход через пятнадцать минут, — подмигнул Чимин. Если кто-то и не осуждал его за всё это время — так это Чимин. Он радовался за них искренне, помогал на каждом шагу и почти полностью взял на себя заботы по подготовке свадьбы. --- Чонгук стоял у алтаря и нервно сжимал и разжимал руки. — Ты слишком напряжён, — шепнул Хосок, двоюродный брат и друг детства. — Не могу иначе, — выдохнул Чонгук. Он волновался сильнее, чем в день, когда делал предложение. Тогда они уже знали, что их ждёт. И всё равно он хотел подарить Тэхену этот момент. Поэтому, когда все стороны наконец пришли к согласию, когда родители обеих сторон познакомились и даже поладили, Чонгук решил сделать то, что хотел с самого начала — красиво предложить Тэхену выйти за него замуж. Он устроил свидание-сюрприз: обычный день превратился в необыкновенный полёт на воздушном шаре. Тэхен был заворожён видом: волосы трепал ветер, губы растягивались в искренней улыбке, глаза блестели от восторга. — Чонгук, иди сюда! — крикнул он, не оборачиваясь. — Тут такой вид! Чонгук, улыбаясь, опустился на одно колено и достал маленькую коробочку с кольцом. — Тэхен, любовь моя, — позвал он тихо, но в голосе звучала такая нежность, что Тэхен обернулся мгновенно. Его глаза расширились, а рот приоткрылся от неожиданности. — Что... ты делаешь? — едва слышно прошептал он, взгляд метнулся с кольца на лицо Чонгука. — Тэ… Ким Тэхен, — голос Чонгука дрогнул, но глаза горели уверенностью. — Ты станешь моим мужем? Ветер унёс первые слова ответа, но Чонгук видел всё по глазам — там плескалась любовь, счастье и капля слёз. Тэхен кивнул, прикрыв рот ладонью, а потом бросился ему на шею. Где-то рядом инструктор деликатно отвернулся, давая им их маленький мир на высоте. Но на его лице всё равно играла тёплая улыбка — слишком уж искренним был этот момент, чтобы оставаться равнодушным. Громкая музыка, возвещающая выход жениха, вырвала Чонгука из мыслей. Он резко выпрямился — и тут же забыл, как дышать. В конце дорожки стоял Тэхён. Белый костюм сидел на нём идеально, как будто создан специально для этого дня, для него. В руках — нежный букет, который казался продолжением его образа. Глаза светились, неотрывно устремлённые вперёд, и встречали взгляд Чонгука — горячий, полный любви и трепета. Несмотря на то что шаги Тэхёна были быстрыми, Чонгук не смог устоять. Ему показалось, что расстояние между ними слишком велико, слишком мучительно. Плевать на традиции и этикет — он сделал шаг, потом ещё, пока не пошёл навстречу. Будто изголодавшиеся друг по другу, они встретились посреди дорожки. Мир на мгновение исчез. Чонгук осторожно взял его за руки, пальцы сжались так крепко, словно он боялся снова отпустить. — Ты что творишь, Чонгук? — беззлобно спросил Тэ, но улыбка дрогнула в уголках губ. — Как всегда, иду к своему счастью, — прошептал альфа, нежно поглаживая его пальцы. — Спасибо, что выбрал меня. — Ты мне не оставил выбора, — хмыкнул Тэ, но взгляд стал мягче. Чонгук встал рядом, взял его под локоть, и они двинулись к алтарю вместе. — Я не виноват, — тихо сказал он, склонившись ближе, — ты украл моё сердце, как только я тебя увидел. — Поэтому решил забрать моё? — ответил Тэхён, не переставая улыбаться. И правда — рядом с Чонгуком все переживания исчезли. С ним Тэхён был уверен в своём завтра, своём сегодня — и во всей жизни, что ждала их впереди.