Powerless / Бессильна

      Когда дым вокруг них рассеялся, Реджина на мгновение окунулась в атмосферу. Она все еще не привыкла к этому и думала, что никогда не привыкнет.       — Ты в порядке? — Эмма нежно схватила Реджину за локоть. — Извини, я должна была предупредить тебя, что такое может случиться. Мне тоже потребовалось время, чтобы к этому привыкнуть. — Она мягко улыбнулась.       — Всё в порядке, спасибо. — Реджина кивнула и несколько секунд смотрела на Эмму. Странно было, как эта загадочная женщина, казалось, так хорошо её знала. Эмма, казалось, понимала, кто она на самом деле и что ей нужно. И ещё более странными были чувства, которые эта женщина иногда в ней вызывала. Ей хотелось расспросить Эмму побольше, узнать всё о ней и о таинственном времени, откуда она родом, но Реджина чувствовала, что блондинка ей ничего не расскажет. Она глубоко вздохнула и отступила на шаг, немного отдалившись от Эммы. Теперь, когда они остались одни в её комнате, Реджина не знала, что делать. Делать там было особо нечего.       Эмма смотрела, как брюнетка уходит, и ждала, что она сделает дальше. Она не собиралась делать ничего, что могло бы нарушить границы дозволенного Реджиной. Эмма заложила руки за спину и ждала.       Реджина закусила губу и огляделась, отчаянно пытаясь придумать, что делать. Идти в свою комнату было глупой идеей. Здесь, в этом сыром, холодном замке, её комната была лишена всего, что делало её уютной и комфортной.       Эмма с любопытством огляделась. Она впервые увидела комнату брюнетки с тех пор, как переступила порог. В комнате Реджины были только туалетный столик, двуспальная кровать, больше любой, которую Эмма когда-либо видела, зеркало во весь рост, тумбочка, диван, столик с чем-то, похожим на дневник, поднос с чаем и камин. По углам висели цветочные композиции, на одной стене висело несколько зеркал разных размеров форм, и Эмма задумалась, кто это выбрал - Реджина или Кора. В отличие от комнаты Эммы, в комнате Реджины не было окон. Вместо них были большие арки, выходящие в сад и на тренировочный двор рыцарей.       — Боюсь, нам нечего делать, пока мы заперты в моей комнате, — сказала Реджина, глядя на Эмму.       — Ты всегда можешь рассказать мне о себе, — Эмма мягко улыбнулась. — Если захочешь, конечно.       — Обо мне особо нечего сказать, — нахмурилась Реджина. — Я люблю ездить верхом, но мама это терпеть не может. И, боюсь, король мне тоже не разрешит, хотя, кажется, подталкивает к этому свою прелестную Белоснежку. — Реджина тоскливо вздохнула. — Я люблю читать и играть в шахматы с отцом.       — Я люблю шахматы, — улыбнулась Эмма. — Может, сыграем? — Она робко села на диван у камина. — Что ещё ты можешь рассказать мне о себе?       — Мне нравится ухаживать за своей яблоней; мне её подарил отец, когда мне было восемь лет, — Реджина улыбнулась. — Я мало что умею, мама никогда не давала мне учиться чему-то интересному. Она всегда говорила, что это не женское дело. — Реджина поморщилась.       — Я могу тебя кое-чему научить, — пожала плечами Эмма.       — Я бы с удовольствием, — лицо Реджины засияло. — Но мне бы хотелось узнать о тебе больше. Ты наверняка можешь мне что-то рассказать.       В голосе Реджины слышалось такое отчаяние, что у Эммы по телу пробежали мурашки, и ей захотелось раскрыть брюнетке все свои секреты. — Может быть, я смогу рассказать о себе, пока это не повлияет на настоящее или будущее», — задумчиво произнесла Эмма. — Может быть, о том, что было со мной до той ночи, которая изменила мою жизнь и привела меня сюда.       — Мне бы очень хотелось услышать все, чем ты готова поделиться, — с нетерпением сказала Реджина.       — Очень хорошо. — Эмма выпрямилась на диване и вздохнула. — Почему бы тебе не присесть? Это же твоя комната, может, тебе хочется устроиться поудобнее. — Эмма улыбнулась.       — Конечно, ведь ты уже обосновалась в моей комнате, — Реджина радостно закатила глаза.       Она величественно восседала на кровати, посередине матраса. Скрестив ноги, выпрямив спину и положив руки на колени. Тёмные волосы каскадом ниспадали по спине.       Эмма на мгновение замерла, чтобы взглянуть на Реджину перед собой. Такая другая, но в то же время такая похожая на ту Реджину, которую она знала в Сторибруке. Она глубоко вздохнула и начала. — Никто не верит, но я люблю готовить, и у меня это очень хорошо получается. — Эмма гордо улыбнулась. — Мне пришлось учиться заботиться о себе с самых ранних лет, поэтому мне пришлось всему научиться.       — А твои родители? — спросила Реджина, не успев остановиться.       — Это сложно, — слабо улыбнулась Эмма. — К сожалению, это относится к той категории вещей, о которых я не могу тебе рассказать.       — Почему?       — Ты странная малышка, не правда ли? — Эмма склонила голову набок и улыбнулась.       — Извини, — Реджина опустила голову.       Глаза Эммы слегка расширились. Она знала, что эта Реджина сильно отличается от той, которую она знала, видеть эту её покорную сторону было совершенно невыносимо. По телу Эммы пробежала дрожь, и она прикусила губу. Хотя она и предполагала, что у Реджины есть покорная сторона, Эмма никогда не думала, что увидит её. Особенно в такой невинной, неприкрытой форме. — Тебе не нужно извиняться, — сказала она, придя в себя. — Наверное, не стоит тебе этого говорить, но наши жизни переплетены. Моя - твоя. Прошлое и настоящее.       — Значит, мы увидимся, когда ты уйдёшь? — с надеждой спросила Реджина. Её карие глаза заблестели так, что Эмме захотелось подпрыгнуть и обнять её.       — О, да. — рассмеялась Эмма. — Надеюсь, ты не хочешь оторвать мне голову.       — А зачем мне это?       — У меня есть привычка заставлять тебя очень, очень злиться на меня.       — Эмма, — предупредил Дэниэл.       Блондинка вздрогнула и обернулась на его голос. На мгновение она совершенно забыла о нём. Дэниэл не вошёл в комнату вместе с ними, вместо этого он стоял у двери, чтобы наблюдать и предупредить, если кто-то появится. — Я не знала, что ты похож на тех старых сплетников, которые вторгаются жизнь каждого. — фыркнула Эмма.       — Можешь злиться на меня сколько угодно, мне всё равно, — пожал плечами Дэниэл. — Но ты слишком много говоришь. Это может плохо кончиться.       — Я с трудом понимаю, как замолчать.       — Это потому, что когда ты рядом с Реджиной, ты видишь только её, — улыбнулся Дэниэл. Он понимал, что Эмма ещё не поняла или не хотела понять, почему она действительно пошла на эту жертву ради Реджины.       Всю свою жизнь Дэниэл слышал истории о настоящей любви и её жертвах, но никогда не видел и не слышал ничего столь сильного. Настоящая любовь была чем-то вроде легенды в Зачарованном Лесу, не каждому посчастливилось найти её. В большинстве случаев людям везло найти того, кто их любил, как он нашёл Реджину. Затем он понял, как легко Эмма влюбилась в неё – ну, может быть, не в эту Реджину, но определённо в ту Реджину, которую она оставила в том странном месте, в ту Реджину, которой эта милая девушка, с которой он познакомился, станет – потому что Эмма смотрела на неё так же, как когда-то осмелился он сам. С одной лишь любовью и преданностью. С той уверенностью, с той решимостью, что она сделает всё, чтобы Реджина была счастлива. Даже пожертвует собой ради этого. Дэниэл всё ещё не понимал, как это возможно, но почувствовал, как по его щеке скатилась слеза. Если у него ещё есть сердце, он знал, что оно согреется при мысли о том, что кто-то вроде Эммы где-то там, заботится о Реджине. Даже если она не может изменить прошлое.       — Дэн... — Эмма остановилась. Она не могла назвать имя мальчика при Реджине. Она бы подумала, что Эмма над ней смеётся. — Что случилось? Ты в порядке?       — Да. — Дэниэл на мгновение взглянул на неё. — Я оставлю вас наедине. Я постою снаружи. Только не болтайте слишком много, хорошо?       — Что... — Прежде чем Эмма успела что-то сказать, Дэниэл исчез за деревянными дверями.       — Ты в порядке? — Реджина прищурилась, глядя на Эмму. Она однажды видела, как блондинка разговаривает сама с собой, тогда она оцепенела от боли и травмы и не обратила внимания, думая, что ей почудилось. Но теперь Реджина была уверена, что это не было её воображением. — С кем ты разговариваешь? — Она взглянула туда, куда смотрела Эмма, но там никого не было.       — С другом, — рассеянно ответила Эмма.       — Но здесь никого нет, кроме нас.       — Есть, но ты его не видишь. — Эмма слабо улыбнулась. Ей бы хотелось, чтобы Реджина увидела Дэниэла. Может быть, это хоть немного утешило бы её.       — Ты хочешь сказать, что в моей комнате привидение? — Реджина выглядела встревоженной. — Он меня видит..       — Нет, — мягко перебила Эмма, заметив панику в глазах Реджины при мысли о том, что кто-то может отнять у неё что-то ещё. — Он здесь из-за меня, хотя я пока не знаю, почему. Он не станет нарушать твоё личное пространство и уж точно не появится в неподходящее время, — заверила его Эмма.       — Как ты можешь быть уверена?       — Потому что он хороший.       — Откуда ты знаешь?       — Потому что я знала его до того, как он... ну, ты понимаешь, — Эмма неопределённо махнула рукой. Удивительно, как комфортно она себя чувствовала в присутствии Реджины.       — Тебя не пугает, что ты видишь призраков?       — О, я пиздец перепугалась, когда он впервые появился, — рассмеялась Эмма. — Я и не знала, что вижу призраков, пока он не появился. Может, это как-то связано с тем, что я Тёмная. — Она пожала плечами.       Реджина выглядела ужаснувшейся от слов блондинки. Она никогда не видела, чтобы кто-то ни мужчина, женщина - использовал подобные выражения. Так грубо, так низко, так убого - как сказала бы ее мать.       — Что? — Эмма наклонила голову, увидев выражение лица Реджины.       — Иногда ты так говоришь...       — А, ругань? — рассмеялась Эмма. — Умение ругаться - это освобождает. Тебе стоит попробовать.       — Сомневаюсь, что леди или королева - из всех людей - должна говорить такое.       — Убивать людей гораздо хуже, чем ругаться, но когда-нибудь ты это сделаешь.       — Я бы никогда этого не сделала. — Реджина посмотрела на неё с ужасом.       Эмме хотелось биться головой о стену. Она сказала лишнее. Не то чтобы Реджина ей поверила, но, возможно, она обидела брюнетку, а этого Эмме хотелось меньше всего. — Знаешь что? Давай я тебя ругательствам научу. Вот увидишь, я говорю правду о своей раскрепощённости.       — Ты с ума сошла?       — Поверь мне, — улыбнулась Эмма.       — Ты с ума сошла.       — Ты мне доверяешь?       Эмма протянула руку к Реджине и хотела посмеяться над тем, как знакома ей эта сцена. Не хватало только волшебного ковра и балкона, подумала она. Если бы кто-то сказал ей, что она будет жить всеми клише из сказки, Эмма, скорее всего, ударила бы этого человека по лицу, но сейчас... она была ходячей сказкой.       — Да. — ответила Реджина, прерывисто дыша. Что-то в этом моменте было напряжённым, но в хорошем смысле. Отчего-то по телу пробежали мурашки, а в животе заурчало, словно внутри порхали сотни бабочек.       В следующее мгновение их окутал серый дым Эммы, и когда Реджина открыла глаза, они были в лесу. Всё ещё на краю королевства, там, где их никто не найдёт.       — Почему мы в лесу? Если король придёт и не найдёт меня там, или кто-то узнает, что я ушла...       — Никто не узнает, — успокаивающе сказала Эмма. — А если король вернётся, я в мгновение ока доставлю нас туда.       — Ты так и не ответила, почему мы в лесу? Не могла бы ты научить меня ругаться, сидя в безопасности у себя в комнате?       — Слушай, если ты действительно хочешь, мы можем вернуться, — мягко сказала Эмма. — Но когда будешь ругаться, лучше делать это вслух. Лучше даже прокричи эти слова. — Эмма шагнула к ней и взяла Реджину за руку. — Но, мне кажется, тебе надоело сидеть взаперти в этом сыром, холодном замке.       — Ты права. — спокойно сказала Реджина. — Иногда мне кажется, что я схожу с ума, застряв в этом постоянно. Мои единственные спутники Белоснежка и одна-две служанки, которые время от времени заглядывают проведать меня. И то существо, которое поклялось научить меня магии, чтобы я могла отомстить Белоснежке.       — Румпельштильцхен, — пренебрежительно сказала Эмма. — Если бы я могла, я бы остановила это, но тогда я бы изменила слишком многое, а это было бы нехорошо.       — Полагаю, это часть того, о чём ты мне не можешь рассказать, — Реджина подняла бровь.       — Именно так, — Эмма виновато улыбнулась. — Но давай перейдём к делу: ты учишься ругаться.       — О, мама была бы так рада, — сухо сказала Реджина, но в ее голосе слышался освобождающий сарказм, и Эмма широко улыбнулась.       — Давай сделаем так, чтобы мама гордилась тобой, — с иронией сказала Эмма. — Иди сюда, — попросила Эмма, и Реджина с готовностью подчинилась. — Сделай глубокий вдох и скажи вслух: сукин ты сын.       В глазах Эммы мелькнула игривая, опасная искра, от которой по телу Реджины пробежали мурашки. Что-то произошло с Реджиной. Что-то, чему она пока не могла дать точное определение. Она улыбнулась и сделала, как сказала Эмма. — Сукин ты сын, — громко, но не крича, сказала Реджина. Произнести это было странно, но в то же время освобождающе, единственный человек, который приходил ей на ум, был Леопольд. О, как бы ей хотелось сказать ему это. Может быть, когда-нибудь она это сделает.       — Ещё раз, на этот раз громче, — Эмма гордо улыбнулась. В её глазах плясали озорные огоньки.       Было что-то особенное в том, что она могла научить Реджину всем этим вещам. Словно она развращала часть её невинности, но безобидным образом. Эмма покачала головой, представляя себя Джеком, обучающим Роуз плевать с края «Титаника». Оставалось надеяться, что здесь их никто не застукает, как Джека и Роуз в фильме. — Повтори ещё раз, но можешь кричать. Нас никто не услышит, — сказала Эмма, останавливаясь рядом с Реджиной.       Реджина глубоко вздохнула и закричала, как велела Эмма. — СУКИН ТЫ СЫН!       Эмма сияла от гордости, и её улыбка стала ещё шире, когда она увидела улыбку Реджины. — Идеально! — Эмма хлопнула в ладоши и подошла к брюнетке. — А теперь я научу тебя ещё одному слову, — сказала Эмма низким, хриплым голосом. От близости с Реджиной у неё кружилась голова. — Можно? — спросила она, обнимая Реджину за талию.       — Да, — ответила Реджина, прерывисто дыша. Она чувствовала жар тела блондинки, её аромат, смешанный с ароматами травы, деревьев, цветов и земли, опьяняющий. Она также чувствовала энергию Эммы. Она была гораздо сильнее маминой или даже Румпельштильцхена.       Эмма положила руки на талию Реджины, едва касаясь брюнетки, и ей пришлось закрыть глаза, чтобы успокоиться. Эмма глубоко вздохнула, её обдало ароматом Реджины. Он так отличался от того, к чему она привыкла. Цветочный, но в глубине души немного пряный. Она почувствовала, как Реджина подалась ей навстречу, её тело крепко прижалось к Эмме. — Это моё любимое ругательство, — прошептала Эмма, открывая глаза и чувствуя, как они посерели. — Это слово можно использовать для самых разных целей. — Эмма облизнула губы. — Нужно закрыть глаза и почувствовать, как оно клокочет внутри, а потом сказать: fuck.       Глаза Реджины широко распахнулись от ужаса и волнения. — Я... я не... — Реджина облизнула губы. Она чувствовала, как Эмма дрожит, прижимаясь к ней, и что-то бурлило внутри неё. Что-то новое, пугающее и волнующее одновременно. Она никогда раньше не испытывала ничего подобного. Реджина не была уверена, что Эмма имела в виду именно это, но глубоко вздохнула и закричала: — FUCK!       — Еще, — сказала Эмма, и если бы не знала, то сказала бы, что пьяна. Находясь так близко к Реджине, Эмма теряла контроль над своими силами и чувствами. Была очень веская причина, по которой она решила пожертвовать собой и сразиться с тьмой ради спасения Реджины. Причина, которую Эмма намеревалась игнорировать и притворяться, что её не существует, потому что, возможно, она исчезнет сама собой. Но здесь, с этой Реджиной, которая так охотно проводила с ней время, так жаждала его, с Реджиной, которая жаждала прикосновений, внимания и ласки, было почти невозможно игнорировать.       — FUUUCK!       Эмма сжала талию брюнетки крепче, и та почувствовала, как её закручивает спиралью. Это была ошибка, это было опасно. Она не могла потерять контроль. Не так.       Громкий шум в лесу заставил их отстраниться. Грудь Эммы тяжело вздымалась, руки дрожали, а в глазах пылал гнев.       — Здесь кто-нибудь есть? — прошептала Реджина, в тревоге оглядываясь.       — Нет, это, наверное, просто животное. — сказала Эмма, слегка задыхаясь. — Нам нужно вернуться. — Она с трудом сглотнула.       Реджина растерянно посмотрела на блондинку, но лишь кивнула. Она почувствовала, как по их телам пробежала дрожь, и в животе запорхали бабочки.       Эмма помахала, и в следующее мгновение они снова оказались в комнате Реджины. — Я думаю... — Блондинка медленно вздохнула. — Думаю, мне пора вернуться в свою комнату. У меня немного кружится голова.       — Я попрошу свою служанку принести тебе что-нибудь поесть.       — Нет. — выдохнула Эмма. — Она может что-то заподозрить. Я попрошу Делайлу принести мне еды. — Блондинка облизнула губы. — Увидимся позже. Обещаю. — И прежде чем Реджина успела что-либо сказать, Эмма исчезла в клубах серого дыма. — Не смей ничего говорить. — Эмма повернулась к Дэниэлу, едва появившись в её комнате.       — Эмма       — Оставайся с Реджиной.       Дэниэл вздохнул. Эмма была упряма, как норовистый мул. Он пристально посмотрел на неё, а когда она исчезла в клубах дыма, ушёл. Спорить с Эммой в таком состоянии было бессмысленно.       — Эмма! Ты меня напугала! — Делайла приложила руку к груди. Она была в своей комнате, отдыхая перед тем, как пойти на кухню помочь с ужином. — Ты хорошо себя чувствуешь? — Она прищурилась, глядя на блондинку.       Эмма ничего не сказала, лишь покачала головой и опустилась на пол. Слёзы ручьём текли по её лицу, а глаза бурлили, словно молнии сверкали в них. — Помоги мне, Дел.— Эмма чувствовала, её силы выходят из-под контроля, и теперь Делайла была единственной, кто мог ей помочь. Возможно, однажды, если она останется здесь достаточно долго, Реджина поможет ей взять себя в руки. Но сейчас ей было небезопасно находиться рядом с брюнеткой в таком состоянии.       Делайла подбежала к Эмме и крепко обняла её. — Всё хорошо, Эмма. Я здесь, — прошептала Делайла, помогая блондинке подняться.

***

      На следующий день Эмма убедилась, что Реджина осталась одна, и подошла к брюнетке. Она знала, Реджина, должно быть, чувствует себя растерянной и в каком-то смысле отвергнутой. И ей этого совсем не хотелось.       — Доброе утро, Реджина, — тихо сказала Эмма.       Она предпочитала держаться от брюнетки на расстоянии, чтобы её силы снова не вышли из-под контроля. Тьма любила Реджину и хотела, чтобы Эмма её развратила, и она знала, что если она этого не сделает, Румпель это сделает. Но Эмма этого не сделает. Какой бы сильной ни была тьма, которую хотела Реджина. Она знала, что Реджина неизбежно будет поглощена тьмой, что это сблизит их, но если бы Эмма могла, она бы не стала этому способствовать. Она приняла тьму, чтобы спасти Реджину. Она не хотела, чтобы она легко толкнула её на путь тьмы. Эмма покачала головой, чтобы прогнать эти мысли, и улыбнулась Реджине. — Я хотела бы извиниться за вчерашнее. За то, как резко я прервала нашу прогулку и вернула нас обратно.       — Ты не должна мне ничего объяснять, — сказала Реджина, не сводя глаз с Эммы.       — Может, и нет, но я не думаю, что я вела себя правильно. Правда в том, что по какой-то причине мои силы начали выходить из-под контроля, и я не могла рисковать причинить тебе вред.       Прежде чем Реджина успела ответить, их прервал стук в дверь, а в следующее мгновение Эмма исчезла. Реджина вздохнула и пригласила горничную войти.

***

      Несколько недель спустя.       С тех пор, как Леопольд и Снежка вернулись во дворец, спустя два дня после событий в лесу, у Эммы не было возможности побыть с Реджиной, так как Снежка все время хотела быть с брюнеткой.       Обучение рыцарскому делу занимало большую часть времени Эммы, и хотя она не любила большинство из своих соратников, было по крайней мере два или три юноши, которых она не могла презирать, и Эмма иногда позволяла себе разговаривать с ними.       В замке Леопольда был обширный двор и ров, кишащий рыбой. Каменный мост перекинут через ров и ведёт к переулкам двора. Перед замком раскинулись дома и лавки, и люди проходили мимо, не обращая особого внимания на рыцарей, стоявших в очереди на тренировку по другую сторону моста.       Эмма постоянно оглядывалась по сторонам, впитывая всё, что попадалось ей на глаза при дневном свете. Ей нужно было знать дворец как свои пять пальцев, как и привычки его обитателей. Она знала, что большинство рыцарей спали по ночам после долгих тренировок, занимавших большую часть дня. В зависимости от их способностей, им поручали определённые задания, и при необходимости они работали в помещении, а не на поле боя.       В конце дня рыцари вернулись в свои комнаты, чтобы принять душ и дождаться ужина. Эмма только вышла из душа, как услышала лёгкий стук в дверь. — Одну минуточку, пожалуйста. — Она взмахнула рукой перед собой, и в следующее мгновение уже была сухой и одетой. Она собрала волосы в небрежный пучок и открыла дверь.       — Добрый день, мисс Колтер. — Джоанна улыбнулась блондинке, а Эмма робко сказала «добрый день» женщине перед ней. Эмма знала, что Джоанна — горничная Снежки, иногда присматривала за Реджиной и была кем-то вроде гувернантки, но, кроме этого, она мало узнала. — Король требует вашего присутствия на ужине сегодня вечером.       — Простите? — Эмма подняла голову и посмотрела на женщину широко раскрытыми глазами. — Он что-то узнал? Он её раскрыл? — мысли заполонили голову Эммы.       — Король просил меня сообщить вам, — Джоанна снова улыбнулась. — Через несколько дней ему придётся уехать по каким-то официальным королевским делам. Похоже, он хочет сначала поговорить с вами. Вы, должно быть, произвели на него впечатление, мисс Колтер.       — О. — Сердце Эммы забилось чаще. Леопольд через несколько дней покидал королевство, а это означает, что она сможет проводить больше времени с Реджиной. К тому же, раз король вдали от Реджины, ей не придётся терпеть его ночные визиты, чтобы исполнить свой супружеский долг. Эмма почувствовала прилив желчи при этой мысли, выдавила из себя улыбку, глядя на женщину перед собой. — Для меня это было бы честью, Джоанна, но не думаю, что другие рыцари примут это хорошо. Меня здесь не любят; может быть, лучше встретиться с королём после ужина, в его библиотеке или где-нибудь ещё?       — Король знает об этом, он понимал, на какой риск шел, когда привёл тебя к другим рыцарям, но выразил свою просьбу совершенно ясно, — мне твёрдо заявила Джоанна. — Мне не положено обсуждать это с тобой. Одевайся подобающим образом и будь в столовой к семи вечера, не опаздывай.       Эмма закрыла дверь и упала на матрас. У неё оставалось чуть больше получаса, чтобы собраться; перспектива встречи с Реджиной вызывала у неё желание бежать в столовую.       — Ты знаешь, что наденешь на ужин? — голос Дэниэла отвлек Эмму от размышлений, и хотя в его тоне слышалось некоторое беспокойство, в нём слышалось и веселье.       — Я как раз об этом думала, когда ты меня прервал, призрак, — ответила Эмма, притворяясь раздраженной.       — Не думаю, что это официальный ужин или что-то серьёзное. — Дэниэл проигнорировал её ответ и подошёл к окну. — Может, тебе стоит надеть что-то вроде того, что было на тебе в день встречи с Арго. Но на этот раз пусть оно будет светлым.       — Возможно, ты прав, — вздохнула Эмма.       В назначенное Джоанной время Эмма стояла в дверях большого обеденного зала. Её руки сжимались и разжимались по бокам, и она глубоко вздохнула, пытаясь контролировать свою магию. Эмма начала думать, что, возможно, браслет, который они иногда носили в Сторибруке, будет необходим, если она быстро не научится контролировать свои силы. Это был единственный способ не подвергнуть опасности Реджину, Делайлу или себя. Несмотря на то, что Джоанна сказала ей об ужине, Эмма всё ещё была настороже. Она огляделась, впитывая всё вокруг. С момента прибытия в королевство у неё не было возможности прогуляться по замку и увидеть дворец так, как ей хотелось.       Она пока не знала, как долго сможет там оставаться, но этого будет достаточно, чтобы помочь Реджине справиться с королём. Она понимала, что не сможет помешать ей стать Злой Королевой, но была бы не прочь помочь Реджине избавиться от этого мерзкого человека.       — Добрый вечер, мисс Колтер, — голос Джоанны отвлек блондинку от размышлений, она нервно улыбнулась женщине. — Их Величества ждут вас. Пожалуйста, следуйте за мной.       Эмма кивнула и направилась к большому дубовому столу в центре комнаты. Её руки то сжимались, то разжимались. Сердце бешено заколотилось в груди, когда она увидела Реджину, сидящую рядом с королём. Снежка стояла по другую сторону стола, лицом к брюнетке.       — Ваши Величества. — Джоанна остановилась рядом с Леопольдом и слегка поклонилась. Эмма сделала то же самое.       — Спасибо, Джоанна. — Леопольд встал, чтобы поприветствовать Эмму, пока служанка направилась на кухню. — Спасибо, что присоединилась к нам, мисс Колтер. Присаживайся, пожалуйста. — Леопольд указал на стул рядом со Снежкой, и Эмма не знала, благодарна она или расстроена. — Я знаю, что ты здесь недавно, и знаю также, что некоторые из моих рыцарей осложняли тебе жизнь, потому что ты женщина, но я лично следил за твоими успехами и должен сказать, что очень доволен твоими способностями и тем, как ты справляешься. Секрет спокойствия знать, когда и как реагировать на провокации, и, похоже, ты им обладаешь.       — Благодарю вас, Ваше Величество. — Эмма почувствовала, как её щёки невольно зарделись. В её жизни редко случалось, чтобы комплименты были столь искренними, и хотя Леопольд был человеком, которого Эмма презирала всем сердцем, она не могла сдержать чувство, разливавшееся по её груди. — Я тренировалась с детства. Я росла без родителей, поэтому мне рано пришлось научиться защищать себя.       — Где твои родители? — перебила её Маленькая Белоснежка, и Эмма мгновение замерла, не зная, что ответить.       — Они... они бросили меня, когда я была ещё младенцем. Они не могли меня оставить, поэтому бросили в надежде, что у меня будет больше шансов. — Это не было ни полной ложью, ни полной правдой, но это было лучшее, что Эмма могла предложить в тот момент.       — Мне жаль, — Сноу взяла Эмму за руку и сжала её. — Не представляю, как тебе тяжело, но я рада, что ты сейчас здесь.       — Я тоже. — Эмма натянуто улыбнулась девочке рядом с собой, и на мгновение её взгляд встретился с взглядом Реджины, сидевшей напротив, и брюнетка застенчиво улыбнулась ей. Эмма заставила себя отвести взгляд, прежде чем это могло навлечь на них беду.       — Мисс Колтер, кажется, Джоанна рассказала тебе, почему я пригласил тебя на ужин. —Леопольд поёрзал на стуле, глядя блондинке в глаза.       — Немного, да.       — Итак, как ты знаешь, через несколько дней мне придётся покинуть королевство по служебному делу, и мне нужен кто-то, кому я могу доверить заботу о моей дочери и жене. — Леопольд оперся кулаками на край стола и слегка наклонился к Эмме. — После инцидента с последним солдатом я немного волновался, но, увидев тебя, понял, что ты идеально подходишь для этой работы. Мне просто нужно было убедиться в твоих способностях, прежде чем принять окончательное решение.       Эмма почувствовала, как у неё сжался живот от слов Леопольда. Что случилось? Неужели солдат что-то задумал против Реджины? Или это была Снежка? Или даже сам Леопольд? Она заставила себя вернуться происходящему, чтобы вслушаться в слова мужчины. Эмма сглотнула и продолжила смотреть на Леопольда, ожидая продолжения.       — С сегодняшнего дня ты будешь личным охранником моей жены. — Леопольд улыбнулся Эмме, и у неё закружилась голова.       Она чувствовала, как магия бурлит в её жилах, гремит, моля о высвобождении. Это было всё, чего она хотела, когда вступила в королевскую гвардию, но теперь, когда это действительно происходило, она задавалась вопросом, что будет происходить дальше. Что ей делать, как вести себя с Реджиной, Снежкой или Леопольдом. Будет ли у неё какая-то власть над другими рыцарями? Должна ли она быть с Реджиной совершенно официальной, или ей будет позволено что-то менее официальное? Должна ли она сопровождать её повсюду? Можно ли ей проводить время с Реджиной в замке или только когда им нужно будет уходить?       Эмма была настолько погружена в свои мысли и в начинающейся панической атаке, что не заметила, как Леопольд заговорил с ней. Только когда Белоснежка положила ей руку на плечо и нежно сжала, спрашивая, всё ли с ней в порядке. Её взгляд впервые встретился со взглядом Снежки, и Эмма невольно улыбнулась, увидев беспокойство в этих знакомых глазах, но таких непохожих на глаза той, что однажды станет её матерью.       — Простите, не хотела вас беспокоить. Просто задумалась. — Эмма снова улыбнулась ей, а затем на мгновение встретилась взглядом с Реджиной, сердце её переполнилось от едва сдерживаемой радости от беспокойства, увиденного в её глазах. Она улыбнулась брюнетке и мягко кивнула, прежде чем повернуться к королю. — Простите, Ваше Величество. Я не ожидала такого высокого статуса, для меня будет честью защищать королеву.       — Хорошо, мисс Колтер. — Леопольд удовлетворённо улыбнулся. — Понимаю, это может быть немного ошеломляюще, учитывая, что ты здесь совсем недавно и до сих пор считала невозможным вступить в королевскую гвардию.       — Это так, сделаю всё, что в моих силах, и даже больше, чтобы защитить королеву. — Эмма улыбнулась, и её взгляд на мгновение встретился с взглядом Реджины.       Леопольд улыбнулся, а затем посмотрел на Джоанну, которая стояла в дверях кухни, ожидая сигнала подаче ужина.       Слуги вошли, неся подносы, тележки, полные еды и начали расставлять все большом столе перед ними.       Эмма молча смотрела, как перед ней поставили тарелки с едой: жареная курица с золотистой корочкой, толстые стейки и свинина с такой хрустящей корочкой, что она ломалась, как сухая зубочистка, когда она её откусывала. Толстые ломти хлеба с золотистой корочкой, приправленные орегано, и многое другое, что Эмма не могла решить, что съесть в первую очередь. Еды на столе хватило бы на две семьи, подумала Эмма.       Женщины обслужили Леопольда, Снежку, Реджину и, наконец, Эмму, а затем вернулись на кухню.       Большая часть ужина прошла в молчании, прерываемом лишь несколькими вопросами маленькой Снежки, адресованными Эмме. Она старалась отвечать на все вопросы девочки как можно точнее, зная, что слишком расплывчатые ответы или отсутствие ответов могут вызвать подозрения у короля. На мгновение Эмма позволила себе представить, каково было бы вырасти здесь, но когда её взгляд встретился с взглядом Леопольда, ярость снова вспыхнула в её груди, и она отогнала эту мысль. Когда принесли десерт, Эмма почувствовала, как у неё навернулись слюнки: сладкое безе, похожее на горы, яичный заварной крем, пирожные и пироги.       После ужина Леопольд приказал Реджине и Снежке оставить их наедине с Эммой, чтобы они могли обсудить меры безопасности королевы. Когда они вышли из большого зала, Леопольд встал и жестом пригласил Эмму следовать за ним.       Они прошли по нескольким коридорам, и блондинка воспользовалась возможностью рассмотреть каждую деталь. Через несколько минут ходьбы по длинным коридорам они остановились перед толстой деревянной дверью, которую Леопольд с трудом распахнул и вошёл. Эмма огляделась и поняла, что это какой-то кабинет. Вдоль одной стены шла большая книжная полка, на некоторых из которых стояли книги. На большом столе в центре находилось что-то вроде глобуса, а на столе лежала открытая карта. В некоторых местах на карте были расставлены предметы, напомнившие Эмме маленьких металлических солдатиков. В других местах были корабли, лошади; Эмма узнала в ней стратегическую военную карту или что-то подобное.       — Я не знаю, насколько много ты знаешь, — начал Леопольд, стоя спиной к Эмме.       Он стоял у книжной полки, держа в руке богато украшенный графин, и наполнял два бокала. — Но есть королевства, которые хотят захватить мои земли. — Он повернулся к ней и предложил один из бокалов. — Мне посчастливилось занять один из лучших участков Зачарованного леса, земля здесь плодородна и всегда пользуется большим спросом. Всё, что мы здесь выращиваем, растёт легко, озёра полны разнообразной рыбы... Всё здесь процветает. — Он сел в одно из кресел и жестом пригласил Эмму сесть рядом с собой. — На моих землях также много рудников с волшебной пылью, а также золотом, медью и драгоценными камнями, и, как ты можешь себе представить, это привлекает внимание самых разных людей.       — Я не была посвящена в эту информацию, Ваше Величество, — Эмма нерешительно отпила напиток своего стакана.       Информация, которую давал ей Леопольд, промелькнула в её голове, и возникло ещё больше вопросов. Он упомянул волшебную пыльцу, значит ли это, что ему безразлична магия и её применение? Могла ли Эмма использовать свою магию в его присутствии? Безопасно ли это для неё? В её голове роилось множество вопросов, и она хотела узнать ответы на все из них, но вместо этого сказала. — Я родилась и выросла в другом королевстве, далеко отсюда, и, будучи одна с детства, у меня не было времени на подобные истории.       — Что ж, — Леопольд сделал большой глоток и на мгновение взглянул на Эмму. — Это нужно изменить. Мне нужно, чтобы ты, как личный охранник моей жены, осознавала риски, с которыми мы можем столкнуться.       — Я разберусь, Ваше Величество, — Эмма слегка кивнула.       — Мне придётся отправиться в путешествие, которое продлится как минимум две недели, — Леопольд глубоко вздохнул. — Завтра найди Кейла Фордай. Он расскажет тебе всё, что нужно знать о моих землях и любых потенциальных угрозах.       — Да, Ваше Величество. — Эмма на мгновение встретилась взглядом с дедом, а затем отпила ещё глоток. — Могу ли я говорить откровенно, Ваше Величество?       — Конечно.       — Как известно Вашему Величеству, меня не особо жалуют рыцари, и поэтому сложно определить, кому здесь можно доверять. — Эмма глубоко вздохнула и продолжила. — Ваше Величество, не могли бы вы назвать мне имена тех, кому я могу доверять, если мне понадобится помощь?       Эмма и Леопольд проговорили много часов до поздней ночи, и он рассказал ей всё, что ей нужно было знать о рыцарях, чтобы она могла защитить не только королеву, но и своё королевство во время его отсутствия. В конце концов он рассказал ей о фракциях, которые время от времени пытались проникнуть на земли Белого королевства, о союзных и враждебных королевствах.