i f*ck you

Минхо лежит на диване и качает ногами, смотря телевизор. На экране он сам, объявленный глобальным амбассадором Gucci. Наконец-то. Спустя столько месяцев маринования обещаниями, на экране он видит себя. Продвижение. Он и для Esquire уже снялся, и журнал с ним через две недели выйдет. В общем, он в восторге. Ему вот этого, на самом деле, очень не хватало. Просто банальной работы. Своего личного расписания. Хоть какого-то продвижения вне группы. Наконец-то. Он лежит и слышит шаги где-то сзади. Не дёргается, когда чувствует руки на своём теле и лицо Джисона совсем рядом. — Снова на себя красивого любуешься, — хихикает он и обходит диван, присаживаясь на колени перед Минхо. Теперь они на одном уровне. — Хватит, малыш. — Я просто радуюсь! — Я понимаю, — Джисон мягко забирает пульт из его рук и выключает телевизор. — На твоём видео уже десять миллионов просмотров. Мой парень такой популярный. — Боже, Джисон, понимаешь? Я амбассадор. Глобальный амбассадор! — Ты умница, — он кладёт ладони на щёки Минхо и чмокает в губы. — Мой самый невероятный. Минхо задыхается от похвалы и сводит ноги вместе. Хитрый Джисон знает, куда давить и какими словами сделать приятно. Одними словами. — Как же ты любишь похвалу, я в восторге, — улыбается он и опускает руку на плечо Минхо, сжимая и разжимая. — Мой хороший. — Джисон… — Интересно, как ты держишься на съёмочной площадке? Постоянно же тебя комплиментами и похвалой осыпают. — Это другое, — смущенно шепчет Минхо. — Только от тебя люблю. — Вот как? Минхо кивает и садится, тут же чувствуя вес на своих бёдрах — Джисон встал с пола и сел прямо на него. — У нас сегодня весь день выходной? — спрашивает Ли, обвивая руками шею Джисона. — Ты не планировал куда-то сходить? — Сегодня отдыхаем дома. Я даже придумал нам хорошее занятие. — Вот как? — Минхо дразнится и ухмыляется. А потом чувствует губы на своих. Джисон никогда не напирает, и сегодняшний день не исключение. Он целует медленно и вязко, лениво двигает губами. Язык не использует, а, когда отстраняется, причмокивает. — Пойдём на кровать? Или хочешь тут? — На кровать. — Тогда неси меня, — улыбается Джисон и выкрикивает, когда Минхо, подхватив его бёдра, поднимает. — Предупредил бы! — Прости. Минхо осторожно кладëт его на кровать и нависает сверху. — Ты или я? — Я хочу, чтобы ты лежал и наслаждался, пока я делаю тебе приятно, — Джисон осторожно их переворачивает и сам теперь упирается локтями по обеим сторонам от головы Минхо.– Такой красивый. — А ты такой болтливый, — парирует Минхо, притягивая его к себе за шею. Он сразу углубляет поцелуй, но чувствует сопротивление со стороны Джисона, который «отбивается» языком. — Хочу, чтобы ты лежал и наслаждался, — на секунду отстраняется он и снова приникает к манящим губам хëна. В этот раз Минхо действительно просто лежит, лениво отвечая на поцелуй. — Вот так и надо. — Сегодня будешь специально медлить, да? — О чём ты? — Джисон издевательски улыбается и переходит с поцелуями на шею. Обычно он сразу начинает кусать, оставляя засосы, но в этот раз просто целует по всему периметру кожи, едва заметно касаясь губами. — Ты же знаешь, как я это ненавижу, — Минхо запрокидывает голову, предоставляя ещё больше доступа к шее, но получает в ответ ничего. — Джисон. — Минхо. Пожалуйста, побудь немного хорошим для меня и потерпи. Я сделаю всё, что ты любишь, но не сразу, хорошо? Ли сдается, расслабляясь всем телом, и притягивает Хана к себе, чтобы он продолжил то, что делает. Джисон одобрительно улыбается и снова начинает целовать шею, а потом и ключицы, показывающиеся из-за воротника растянутой футболки. — У нас на днях расписание, поэтому не хочу оставлять следы не шее. Опять весь интернет взорвётся, что же за комар тебя постоянно кусает. — Мой самый любимый комар. Поцелуешь тогда? Джисон улыбается ему и приподнимается, находя чужие мягкие губы. Он хочет немного порадовать Минхо, поэтому углубляет поцелуй, касаясь языка старшего, который удовлетворенно мычит и толкается в ответ в его язык. Приходится отстраниться, когда воздуха уже не хватает. — Какой же ты вкусный. Минхо дует губы, когда теряет ощущение поцелуя, и хочет притянуть его обратно, но Джисон приподнимает подол его футболки, намекая на то, чтобы Минхо её снял. Он кивает и быстро избавляется от ненужной ткани, давая свободу действий. — Из-за того, что ты скачешь на концертах как угорелый, даже не знаю, где можно укусить, чтобы не увидели случайно. Минхо указывает на пресс. — Как скажешь, — но опускается Джисон к груди и, чёрт бы его побрал, снова просто целует. Минхо поцелуи любит, честно, но не тогда, когда ему хочется ощущения чужих зубов и засосов по всему телу. А сегодня хочется особенно сильно. Джисон исправляет ситуацию тем, что берёт сосок в рот и играется с ним языком, специально втягивая и чуть-чуть прикусывая, на что Минхо стонет тихонечко. Хан отстраняется и, внимательно рассматривая своего парня, касается его губ, проталкивая один палец внутрь. Минхо удивленно смотрит, но облизывает палец со всех сторон. Этим же пальцем Джисон потом ведёт вниз по его шее, оставляя влажный след, и касается второго соска, прокручивая и сжимая. — Извращенец, — фыркает Минхо. — Ты любишь, когда влажно. Минхо фыркает снова, но мысленно соглашается. Любит. А ещё они оба знают, что больший извращенец из них именно Минхо, который и пальцы, и язык готов деть куда-угодно, когда дело касается Джисона. — Хватит меня за сиськи щипать, я не корова, молока не дам. Джисон смеётся громко и снова целует Минхо. Понравилась шутка. Наконец он всё-таки опускается к рельефному прессу и сразу прикусывает. Не так, чтобы было больно, но ощутимо и приятно. Минхо выгибает спину навстречу. Над животом Джисон издевается дольше всего, то кусая, то зализывая, и в ответ получает уже звонкие стоны. — Я так хочу раскрасить тебе всю шею, — вздыхает он, сидя между ног Минхо. — Но смогу это сделать, видимо, только когда мы уйдём в отпуск. — А пресс тебя чем не устраивает? — Хочу на шее. Чтобы все видели, что ты только мой. Минхо от этих слов сводит бëдра, сжимая тело Джисона между ними, и тихо стонет. Он сходит с ума, когда его парень говорит такое. — Снимешь футболку? — с надеждой спрашивает он. Смотреть на тело Джисона Минхо любит очень. — Не-а. А вот ты снимешь штаны. — Нечестно, Джисон. — Всё честно. Приятно мы сегодня делаем тебе. — Мне приятно, когда я смотрю на твоё тело, — парирует Минхо. — Вот же засранец. Джисон фыркает и одним движением снимает футболку, оголяя все прелести. У Минхо глаза разбегаются — не знает, куда смотреть. То ли на накаченную и красивую грудь с блядскими татуировками, то ли на бок с такой же блядской тату, то ли на пресс, который по виду плитку шоколада напоминает — такой же рельефный и сладкий. — Так лучше? — Гораздо. — Тогда теперь твоя очередь, — Джисон поддевает пальцами резинку штанов Минхо и одним движением стягивает их. Бельё оставляет. — Блять, как же я люблю твои ноги. — Фут-фетишист, — Минхо говорит с сарказмом, потому что на самом деле чувствует смущение. Сам удивлён, почему. Они с Джисоном встречаются едва ли не с дебюта группы и примерно столько же спят. Они видели друг друга в самых разных состояниях и касались во всех местах. Сейчас же Минхо смущается, пока Джисон шире разводит его бёдра, сжимая их в руках. — Хочу тебя вылизать, — без стыда признаётся он. — Джисо-он, — Минхо мычит тихо, но кивает. — Я чистился. И не ел. — Всегда готов для меня. — Меньше слов, больше дела. Джисон смеётся и опускается вниз так, что его голова находится ровно между ног старшего. Он не приступает сразу к самому вкусному, а пока просто оставляет укусы на внутренней стороне бёдер — как любит Минхо, который хныкает сверху. — Не дразнись, — просит он, получая ещё более сильный укус. — Джисон. — У нас наконец-то появилось время на полноценный секс, понимаешь? Я хочу растянуть каждую прелюдию. — Невозможный, — всё-таки сдаётся Минхо. Он пытается выдержать эту сладкую пытку и хнычет от каждого поцелуя и укуса. Джисон так любит его доводить. Просто невыносимо. Всё ещё целуя, он поднимает руку к члену и сжимает, делая движения вверх-вниз. Минхо выгибает спину и гортанно стонет. — Возьми в рот, Джисон, возьми в рот, — с придыханием умоляет он. — Пожалуйста. — Хочешь? — Прошу. Джисон кивает и двигается выше, мягко целуя головку. Он медленно пропускает её в рот, сразу обводя по кругу. На языке чувствуется солёный предэякулят, который смешивается со слюной. Дальше головки он не берёт, вылизывая её так, будто это сладкий леденец. — Господи, блять, Джисон, — Минхо стонет и опускает руку на его макушку. — Трахнешь меня в горло? — Блять, да. Да. Минхо крепче сжимает пряди волос, на пробу проталкивая член глубже. Джисон принимает без сопротивлений. Ещё и смотрит так похабно, снизу вверх. Невыносимый. Удивительно, как он успевает убивать одним взглядом, вылизывать каждую венку и дышать. Минхо не выдерживает и толкается до конца, чувствуя нос Джисона на гладком лобке. Он стонет, разжимает пальцы и выгибает спину. Проходит ещё дальше, хотя дальше уже некуда. У Джисона глаза слезятся, но он не отстраняется, продолжая крутить языком. Минхо стонет, мечется по кровати и едва не кончает. — Дьявол, — хнычет он, когда Джисон всё же отстраняется. Он, может, и держал его, но на самом деле контроля никакого не имел. — Я тоже тебя люблю, малыш. Порядок? — Дай мне кончить. Или отдышаться. — Выдержишь несколько раз? — Надеюсь. Джисон посмеивается и опускает руку на его член, сжимая и двигаясь. Минхо и так на пределе, поэтому от касаний явно знающего, что делать, Джисона кончает через пару минут. А этот чёрт не останавливается. Засовывает грязные пальцы в рот и вылизывает. — Я тебя ненавижу. — Дальше — лучше. Успеешь ещё меня возненавидеть. Он даёт Минхо немного времени, чтобы перевести дыхание, — не молодые и без перерыва уже никак, — и мягко целует в губы, не наседая. Просто чмокает, облизывает и улыбается. Минхо через пару минут уже дышит размеренно и позволяет перевернуть себя на живот. Сам приподнимается, выпячивая задницу, и смотрит через плечо. — Приятного аппетита? Джисон смеётся, тихо благодаря. Кладёт ладони на мягкие половинки и разводит в стороны, открывая вид на розовую дырочку. Красиво. Сжимается так нуждающе и просится. Хан плюёт, размазывая слюну пальцем, и входит даже не на фалангу. Дразнит. — Мне та-а-ак лень доставать смазку, — намекает он. — Ты просто хочешь меня обслюнявить. — Хочу. Можно? — И не спрашивай. Джисон не спрашивает и опускается вниз, касаясь губами красного ободка. Целует. Держится так ещё пару секунд, а потом снова сплёвывает, языком заталкивая слюну внутрь. Минхо тихо стонет на это и расслабляется, давая легко войти. Минхо каким-то образом всегда расслабленный и податливый, что, во-первых, очень облегчает растяжку, а во-вторых, просто доставляет больше удовольствия. Джисон испытывает это удовольствие сейчас, когда чувствует, как легко растягиваются стенки вокруг его языка. Он двигает им внутри, наслаждаясь ещё и стонами старшего. В нём прекрасно всё. К языку добавляется палец, и теперь Джисон действительно начинает его растягивать. Осторожно, будто в первый раз. Даже если на самом деле он примерно тысяча первый. Через пару минут в Минхо уже спокойно двигаются два пальца и язык, а сам он не перестаёт хныкать, сжимая простыни в кулак. — Давай уже, — просит он. Джисон чмокает последний раз и отстраняется, наблюдая, как мышцы сжимаются вокруг пустоты. Он переворачивает Минхо на спину и задумчиво смотрит. — Так? Или лучше на животе? Или лучше ты на мне? — Так. Я хочу тебя видеть. И целовать. — Есть, сэр. Мягко улыбаясь, Джисон капает немного смазки на свой член и растирает, чтобы точно легко войти и не причинить Минхо дискомфорт. Он, помогая себе рукой, касается головкой ещё влажного входа и толкается внутрь. Минхо в этот момент задерживает дыхание, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Сколько бы они не занимались сексом, первый толчок всегда ощущается странно. Это другой человек, и ты чувствуешь его в себе. Минхо чувствует всё. Каждую венку и изгиб на чужом члене. Когда Джисон понимает, что старший расслаблен, начинает входить дальше. До середины и, через несколько секунд, до конца. Минхо стонет и закрывает глаза. Он чувствует Джисона глубоко внутри себя и хочет скулить от этого. Каждый раз. — Какое у тебя сегодня настроение? — заботливо спрашивает Джисон и опускается к нему, чмокая в сжатые губы. — Погрубее? Понежнее? — Хочу тебя глубоко. Очень глубоко. — Тогда поднимешь ножку? — А? Джисон аккуратно подхватывает его под правым бедром и поднимает его ногу на своё плечо, тем самым входя глубже. Минхо давится стоном и сильно прикусывает губу. — Так? — Д-да, Джисон. Да. — Я так мечтаю почувствовать себя вот тут, — он кладёт тёплую ладонь на низ живота Минхо и улыбается. — Не переоценивай себя, малыш, — со смешинкой отвечает Минхо. — Был бы ты побольше, точно почувствовал бы. — Знаю. Но ты только представь, — Джисон выходит на половину, а потом снова толкается. — Если бы каждый раз, когда я тебя трахаю, ты видел бугорок на своём животе. Только представь, как глубоко бы ты меня чувствовал. Минхо закрывает глаза и стонет, потому что да, он представляет. — Ты вынуждаешь меня купить дилдак такого размера, — сбивчиво говорит он. — Тогда мне надо выбить из тебя все эти мысли, — с ухмылкой шепчет Джисон, а следом резко толкается. — Тебе не хватает меня? — А что, если нет? — Тогда сейчас будет слишком много. Он опускает ногу Минхо со своего плеча и прижимается к нему. Одну руку опускает на колом стоящий член, а пальцами второй играет с соском. Потом ещё и целует. Теперь Минхо правда чувствует его везде. Губы на своих ощущаются особенно ярко, потому что Джисон целует по-блядски. Как любит. Влажно. Рот открывает широко, вылизывает. Пальцы на члене он сжимает точно под головкой, из-за чего Минхо вздрагивает и скулит. — Стой-стой, Джисон. Пожалуйста. Джисон не останавливается, потому что стоп-слово они обговаривали миллион раз, и если бы Минхо действительно хотел, сказал бы. Минхо не хочет. Он мечется по кровати и хнычет. — Кончишь ещё раз, котёнок? — с ухмылкой отрывается Джисон. — Давай, мой хороший. Минхо стонет последний раз и выгибает спину, изливаясь себе на живот. Второй раз. — Ты меня убить хочешь? — без сил шепчет он. — Если я умру во время нашего секса, пожалуйста, когда будешь звонить в скорую, одень меня. — Дурак, — фыркает Джисон и осторожно выходит из него. — Давай не будем умирать. — Не заставляй меня умирать. — Ты же несерьёзно просил остановиться, да? — на секунду хмурится он. — Нет, сладкий, расслабься. И если даже умру во время секса, то умру счастливым. — Да хватит о смерти говорить! — Шучу я. Минхо приподнимается и теперь сам нависает над Джисоном. — Хочу тебе тоже сделать приятно. Можно? — Конечно. Он опускается ниже и проводит языком по прессу, обводя каждый кубик. Руки так и тянутся провести по чернильной надписи на боку, но Минхо себя одергивает. Он обводил эти буквы уже миллион раз. Сегодня у него другой план. — Ничего идеальнее твоего члена не видел, — говорит он, когда языком доходит до гладкого лобка. — Каждый день видишь в зеркале своё лицо. Ничего идеальнее его не видел. — Тебе невозможно делать комплименты — всегда переворачиваешь их в мою сторону. — Просто я без ума от тебя. Минхо фыркает и берёт член в маленькую ладошку, сразу направляя головку к губам. Он целует, а потом толкается языком в уретру, из-за чего Джисона передёргивает. — Ты же хотел, чтобы я просто лежал и наслаждался, да? — Минхо берёт его руку и кладёт себе на макушку. — Делай что хочешь, а я буду лежать и наслаждаться. — Какой же ты… — Джисон восхищённо вздыхает, сжимая его волосы в кулак. Он осторожно на пробу толкается первый раз и замирает. У Минхо во рту только половина, а глаза уже слезятся. Очаровательный. — Порядок? Он мычит и обводит языком член, играясь с выделяющимися венами. Джисон от этого тихо стонет, толкаясь дальше, когда Минхо расслабляет горло. — Мне очень приятно, котёнок, но я не хочу над твоим горлом издеваться, — говорит он, оттягивая его обратно к головке. — Давай, я знаю, что ты можешь сделать мне хорошо и так. Минхо от этого приторного «котёнок» каждый раз хочется скулить и ластиться, поэтому он не спорит. Причмокивает губами вокруг головки и посасывает, параллельно играясь языком. — Вот так, да, — мычит Джисон и откидывает голову назад. — Так хорошо. Эти слова звучат как дополнительная мотивация работать усерднее. Минхо обхватывает основание члена, помогая себе рукой, а большим пальцем массирует сжатые яйца. — Блять, Минхо. — Что такое? — на секунду отстраняется он с ухмылкой на губах. — Не нравится? Или, может, слишком нравится? — Сейчас кончу. — Кончай, малыш. Мой рот полностью в твоём распоряжении. Минхо сладко улыбается ему и снова опускается губами на головку, играясь с уретрой. Через несколько секунд он чувствует, как Джисон весь сжимается, а после с громким стоном кончает ему в рот. Старший облизывается, как кот, и проглатывает всё до капли. — Иди ко мне, — слабо просит Джисон и притягивает его к себе в объятия. — Я тебя так люблю, Минхо. Это пиздец. — Я тебя тоже, мелкий. Пойдём, помыться надо. — Мне так лень, хëн. — Удивляюсь каждый раз, — Минхо подхватывает его под коленями и поясницей и поднимает. — Во время секса весь такой уверенный и крутой, а после — нежная зефирка. — Просто во время секса я хочу, чтобы ты мог положиться на меня и просто получал удовольствие, а уже после я расслабляюсь и ложусь на тебя, — Джисон улыбается и устраивается поудобнее на его руках. — Я бы сказал, что ты не обязан всё контролировать в сексе, но ты это и так знаешь. — Знаю. Мне просто нравится. Минхо заходит в ванную и отпускает его. Джисон сразу разворачивается и, кладя ладони на его щеки, нежно целует. — Второго раунда не будет, я немного устал. Но целоваться хочу очень. — Целуй. Только давай в душ залезем. — Потрешь мне спинку? — Всё что угодно, малыш.