Scent of Soul

      POV Хван Хёнджин       Ритм должен был быть моей пищей. Отточенные движения на репетиции, мощные удары битов, синхронность с остальными участниками группы — всё это обычно заряжало меня энергией, делало живым. Но сейчас всё было иначе. Музыка доносилась до меня как сквозь толстое стекло — приглушённой, далёкой. Моё тело выполняло привычные действия, мышцы помнили каждое движение, но разум был отделен от него, паря где-то в собственном, навязчивом измерении.       — Хёнджин-а! Ты опять не в той позиции! — голос Чана, прозвучал резко, прерывая трек. — Ты идешь на опережение. Что с тобой? Ты как зомби.       Я замер, тяжело дыша. Пот струйками скатывался по вискам. Я смотрел на отражения в зеркальной стене репетиционного зала — восемь усталых лиц были обращены ко мне.       — Да ничего, просто устал, — буркнул я, отводя взгляд.       — Устал? — подключился Джисон, подходя ближе и снимая наушники. — Ты «устал» уже третью неделю подряд. Ты на репетициях как призрак, на съёмках отвечаешь невпопад. Ты даже ужин вчера проигнорировал. Это не просто усталость.       Они окружили меня, не агрессивно, а с беспокойством, которое было гораздо хуже. Их взгляды, полные искренней заботы, давили на меня сильнее любого гнева. Я был не просто коллегой, мембером в группе — я был частью их семьи. И я лгал им. Опускался в эту кроличью нору одержимости в одиночку.       — С ним всё в порядке, ребята, — вмешался менеджер, пытаясь разрядить обстановку. — Просто нагрузка. Хёнджин, соберись!       Но я не мог просто «собраться». Потому что это было не внутри меня — это было снаружи. Это было со мной впервые в жизни. Был призрак, состоящий из одного лишь запаха, который преследовал меня днём и ночью.       Несколько дней спустя нам предстояло дать короткое интервью в той самой редакции «Vogue Edge Korea» — теперь уже всей группой. Мысль о том, чтобы снова оказаться в том месте, где я с такой гордостью назвал свой парфюм «секретом», одновременно манила и пугала. Это было словно возвращение на место преступления.       Когда мы вошли в светлый, просторный лобби редакции, меня охватило странное чувство. Воздух здесь был другим сейчас. Под слоем дорогого кофе, свежей типографской краски и парфюмов сотрудников я уловил что-то едва заметное. Как эхо. Знакомое. Я закрыл глаза на секунду, пытаясь поймать его, но оно ускользало, как сон, который невозможно вспомнить после пробуждения.       Интервью проходило в открытой зоне отдыха. Пока мы шли туда по длинному коридору, мимо рабочих кабинетов с полупрозрачными стеклянными стенами, я вдруг замер на месте. Сердце провалилось в пустоту, а потом выстрелило бешеным, гулким стуком в уши.       Я услышал голос.       Тихий, немного нервный, но такой знакомый. Тот самый, что прошептал мне «спасибо» на фансайне. Он кружился в голове все эти недели.       И… я вдруг почувствовал его. Тот самый аромат. Нежный, тёплый, с той самой неуловимой дымкой ладана. Он был здесь, в этом воздухе. Не призрачный, не воображаемый, а настоящий. Яркий и отчетливый.       — Хёнджин?              — Эй, ты идешь?       Кто-то из участников тронул меня за локоть. Я стоял, как вкопанный в пол, мой взгляд метался по сторонам, выискивая источник голоса. Это был один из кабинетов. Дверь была приоткрыта. Я видел спину женщины — это была Минджи, главный редактор. Но больше я никого не смог разглядеть.       — Извините, я… мне нужно в уборную, — выдохнул я, голос прозвучал хрипло и неестественно.       Я даже не посмотрел на реакцию ребят, развернулся и почти побежал в противоположном направлении.       Я не смог бы зайти туда, в тот кабинет. Не мог. Что я скажу? «Извините, я ищу девушку, чей запах сводит меня с ума»?       Я ворвался в туалетную комнату, щёлкнул замком в одной из кабинок и прислонился лбом к прохладной двери, пытаясь перевести дыхание.       Тело не слушалось. Адреналин, выброшенный от внезапной встречи с призраком, который оказался реальным, смешался с чем-то другим. Чем-то тёмным, животным и всепоглощающим. Волна жара прокатилась по мне. Она возможно была здесь. Прямо здесь, в нескольких метрах от меня. Её голос, её запах… Они наполнили меня, проникли под кожу, заставили кровь бешено пульсировать в висках… И в паху.       Это было больше, чем просто воспоминание. Это была физическая потребность. Острая, мучительная, сжимающая низ живота тугой пружиной. Напряжение, копившееся неделями безумных поисков, бессилия и тоски, нашло свой выход в этом примитивном, телесном отклике. Мой член болезненно напрягся, упираясь в ткань брюк. Руки дрожали.       Я с трудом расстегнул ширинку. Прикосновение собственной ладони к горячей, напряженной коже заставило меня сдержанно простонать. Когда я закрыл глаза, передо мной не было ничего, кроме неё. Это был не размытый образ, а ощущения. Её запястье в моей руке. Её широко открытые глаза. Шёпот: «Я сделала это для вас». А теперь — её голос, звучащий так близко. Её аромат, пьянящий и реальный.       Это было быстро, неистово и немного постыдно. Я прислонился к стене кабинки, моё дыхание было прерывистым и тяжёлым. Я быстро двигал рукой, то чуть расслабляя ладонь, то нажимая чуть сильнее. Волна удовольствия накатила, смывая на мгновение всю одержимость, всё напряжение, всю боль безуспешных поисков.       Я почувствовал головокружительную слабость в коленях. Но почти сразу же за наслаждением пришла пустота. Глубокая, ледяная пустота стыда и осознания. Я стоял здесь, в туалете модного журнала, только что мастурбируя из-за запаха незнакомки. Звезда, кумир миллионов, был сломлен и доведен до животного состояния девушкой-призраком. Это тоже было впервые со мной.       Я застегнул брюки, чувствуя тошнотворную слабость. Умывая лицо ледяной водой, я старался не смотреть на себя в зеркало. В отражении был бледный, но с румяными щеками, испуганный человек с чуть тёмными кругами под глазами. Это отражение было мне незнакомо. Это правда был я?       Когда я вернулся к группе, интервью уже подходило к концу, оставалось сделать групповое фото. Хорошо, что фотограф всё равно будет делать ретуш.       — Всё в порядке? — тихо спросил меня Чан, его взгляд был полон беспокойства. — Ты выглядишь странно… бледный, но с красными щеками. Заболел?       — Да… нет… Просто… внезапно плохо себя почувствовал, — соврал я, пытаясь улыбнуться. — Голова закружилась. Всё уже прошло.              Я прошёл оставшуюся часть интервью на автопилоте. Разум был пуст. Физическое напряжение ушло, но его место заняла эмоциональная грусть. Я не просто хотел её найти. Я нуждался в ней? Это было нездорово, опасно и выходило за все рамки. Но это было сильнее меня.       Я снова посмотрел в сторону того кабинета, где послышался её голос, когда мы уходили. Дверь была уже закрыта. Призрак исчез. Но я знал — теперь я напал на след. Она была связана с этим местом. С Чой Минджи. С «Vogue Edge Korea». Но как?       Я достал телефон и снова открыл свой анонимный аккаунт. Я нашёл страницу журнала и начал лихорадочно пролистывать все последние публикации, все теги, все упоминания. Возможно она где-то упоминается? Я должен был найти её. Теперь не только ради романтической фантазии, а ради спасения собственного разума.