Я никогда не выйду за учителя.

Мой диплом уже одобрили, но легче от этого не стало. Наоборот — тревога подступала всё ближе. Все эти дни я пыталась его выучить: читала, перечитывала, разбирала по абзацам, выписывала ключевые мысли в блокнот, делала что угодно, чтобы информация осталась в голове. Мне казалось, если я хоть на минуту отложу эти листы, всё вылетит из головы. Чонин был рядом почти всё время. Он сидел напротив, пил кофе, слушал мои бесконечные пересказы и иногда останавливал меня, когда я начинала паниковать слишком сильно. Совсем скоро это закончится. Я повторяла это как мантру, хотя внутри не верила до конца. ‎ ‎— Скоро будет пятый час, как ты готовишься к защите диплома, — сказал он, посмотрев на часы и потом на меня. — Даже я его уже выучил. Серьёзно, Ро-Ро. ‎ ‎— Но у меня всё ещё плохо получается, — я сжала край листа так, что пальцы побелели. — Я ничего не помню. Я всё время подглядываю, а если спросят что-нибудь не по тексту… Я просто зависну. ‎ ‎Голос сорвался, и я отвернулась, чтобы он не видел, как у меня дрожат губы. ‎ ‎— Чушь, — спокойно ответил он. — Ты слишком много от себя требуешь. Защита через два дня, а ты уже сейчас себя добиваешь. Тебе нужен отдых. ‎ ‎— Я хочу в торговый центр, но ты не можешь со мной пойти, — начала я. — Я хочу в кино, но ты не можешь. Я хочу просто погулять по улицам, но ты… ‎ ‎— Я понял, — перебил он мягко, подходя ближе. — Виноват. Но это правда скоро закончится, ты же помнишь? ‎ ‎Я медленно кивнула. ‎ ‎— Давай закажем вкусной еды и устроим марафон по дораме? ‎ ‎Я медленно подняла на него взгляд. ‎ ‎— Можно посмотреть ремейк «Счастья». Недавно вышла тайская версия. ‎ ‎— Хочешь лакорн? — уточнил он. ‎ ‎— Да. ‎ ‎— Тогда ты выбирай, а я закажу вкусняшек. Хочешь что-то особенное? ‎ ‎Я кивнула и впервые за день почувствовала, как напряжение чуть отпускает. Не исчезает, но становится терпимым. ‎ ‎Утро защиты диплома было пугающе спокойным. Я проснулась раньше будильника и несколько секунд просто лежала, уставившись в потолок своей квартиры. Тишина давила. Потом в голову пришло осмысление о том, какой сегодня день, и паника накрыла меня снова. ‎ ‎Я встала, сделала себе завтрак, но ела машинально, почти не чувствуя вкуса. Чай остыл, руки не переставали дрожать. Я проверила сумку. Потом проверила ещё раз. Всё было на месте, я ничего не забыла. ‎ ‎Незадолго до выхода мне пришло маленькое сообщение от Чонина. ‎ ‎«Удачи, Ро-Ро. Я всегда с тобой! Люблю тебя», — прочитав его, я отправила парню миленький стикер с сердечком. ‎ ‎К сожалению, мы сегодня не увидимся. Он ещё несколько раз предупредил меня о том, что будет занят. Но я не расстраиваюсь, так как мы всё равно сможем увидеться немного позже. ‎ ‎Перед выходом я ещё долго смотрела на себя в зеркало. Костюм сидел на мне отлично, как будто сшит прям для меня. Я выглядела уверенной — и это давало мне огромный плюс, хотя внутри на самом деле не было так спокойно. ‎ ‎— Ты справишься, — прошептала я своему отражению. ‎ ‎Университет встретил привычным шумом, кучей студентов, которые также торопились расквитаться с учёбой и наконец-то уйти на каникулы. У входа я заметила Ханну. Она сразу махнула мне рукой. ‎ ‎— Ты тоже не спала? — спросила она. ‎ ‎— Почти, — хмыкнула я. — А ты? ‎ ‎— Даже не пыталась. ‎ ‎Мы зашли внутрь вместе. В ожидании сердце билось слишком громко, мысли путались, но когда настала моя очередь, случилось странное. Страх начал отступать. Я говорила — и понимала, что знаю, о чём говорю. Вопросы не пугали, наоборот, будто помогали собрать мысли в порядок. Я видела кивки, слышала спокойные интонации преподавателей. Всё оказалось проще, чем я себе представляла. Когда всё закончилось, я вышла из аудитории, чувствуя лёгкость, к которой не была готова. Как только я вышла из аудитории, то первым делом набрала Чонина. ‎ ‎— Ну? — ответил он сразу. ‎ ‎— Я защитилась, — выдохнула я и рассмеялась одновременно. — Меня похвалили. Я ответила на все вопросы. ‎ ‎— Я же говорил, — в его голосе слышалась улыбка. — Я тобой горжусь. ‎ ‎Я вышла из дверей университета, всё ещё с телефоном в руке — и замерла. Он стоял прямо у входа. С огромным букетом пионов, который выглядел почти нереально. Наши взгляды встретились, и сердце пропустило удар. ‎ ‎— Чонин… — выдохнула я, сбрасывая звонок. ‎ ‎Он заметил меня сразу. Улыбнулся — той самой улыбкой, от которой внутри всегда становилось теплее — и сделал шаг навстречу. ‎ ‎— Я же не мог не приехать, — сказал он тихо. — Ты думала, я пропущу это? ‎ ‎Я не успела ничего ответить. Он уже был рядом. Я почувствовала тепло его рук, когда он осторожно притянул меня к себе. Букет остался лежать на капоте. Я уткнулась лбом ему в плечо и наконец позволила себе расслабиться. Всё напряжение, которое держалось во мне последние дни, медленно растворялось в его объятиях. ‎ ‎— Спасибо, — прошептала я. — За то, что приехал. ‎ ‎Он чуть отстранился, чтобы посмотреть на меня. Его ладонь легла мне на щёку — осторожно, почти невесомо, будто он боялся спугнуть этот момент. Я всё ещё улыбалась, не в силах скрыть радость. ‎ ‎— Поздравляю, — сказал он и наклонился ближе. ‎ ‎Поцелуй получился коротким и тёплым — сначала в щёку, а потом, почти не задумываясь, в губы. Лёгкий, ненавязчивый, но такой настоящий, что сердце снова забилось быстрее. Мне было всё равно, кто нас видит. Уже всё равно. ‎ ‎— Ты справилась, — добавил он, чуть касаясь моих губ. — Я горжусь тобой. ‎ ‎Он повернулся, взял цветы в руки и вручил мне. Пионы пахли свежестью и чем-то вкусным, будто всё плохое действительно осталось позади. ‎ ‎— Поехали? — спросил он, переплетая наши пальцы. ‎ ‎Мы ехали недолго. Город за окном постепенно сменял суету на спокойствие, и я впервые за долгое время поймала себя на том, что просто смотрю, а не прокручиваю в голове тревожные мысли. Чонин держал руль одной рукой, другой — меня за руку, будто это было подтверждение моего существования рядом с ним. ‎ ‎Ресторан, в который привёз меня Чонин, чтобы отметить мою защиту, оказался уютным и светлым. Большие окна, через которые внутрь лился мягкий свет, тёплые оттенки дерева, аккуратные столики с небольшими лампами. Здесь не было громкой музыки или лишнего шума — только негромкие разговоры, звон посуды и ощущение спокойного праздника. Люди сидели парами, кто-то смеялся, кто-то разговаривал вполголоса, и всё это казалось таким… правильным. Чонин открыл передо мной дверь и, чуть наклонившись, пропустил вперёд. Этот жест был простым, но почему-то от него внутри снова что-то ёкнуло. ‎Он выбрал столик у окна. Отодвинул стул, дождался, пока я сяду, и только потом сел сам. ‎ ‎— Меню, пожалуйста, — попросил он официанта. ‎ ‎Мы листали страницы, обсуждая, что взять. Я колебалась между двумя блюдами, а он с лёгкой улыбкой наблюдал за этим. ‎ ‎— Возьми оба, — сказал он. — Сегодня можно всё. ‎ ‎— Даже десерт? — приподняла я бровь. ‎ ‎— Особенно десерт. ‎ ‎Мы разговаривали о мелочах: смеялись над тем, как я паниковала из-за диплома, вспоминали совместные вечера, обсуждали планы на ближайшие дни. Иногда он просто смотрел на меня, и этот взгляд был таким тёплым, что мне хотелось задержаться в нём подольше. Когда мы поели, Чонин вдруг откинулся на спинку стула и огляделся по сторонам. Я сразу почувствовала, что он задумал что-то. ‎ ‎— Можно минутку внимания? — сказал он достаточно громко, чтобы его услышали. ‎ ‎Разговоры вокруг стихли. Я почувствовала, как сердце ускорилось. ‎Он посмотрел прямо на меня, не на людей вокруг. ‎ ‎— Я люблю её, — сказал он спокойно. — Очень. Я люблю ее больше жизни, и я хочу, чтобы все это знали. ‎ ‎В зале раздались тихие аплодисменты, кто-то улыбнулся, кто-то даже одобрительно кивнул. Я сидела, не зная, куда деть взгляд, чувствуя, как щёки заливает тепло. ‎ ‎— И если ей вдруг этого покажется мало, — продолжил он, слегка усмехнувшись, — я могу выйти на улицу и крикнуть об этом так, чтобы весь город услышал. Лишь бы она никогда не сомневалась в том, что я её люблю. ‎ ‎Аплодисменты стали громче. А я смотрела только на него и понимала, что мне и правда ничего больше не нужно. Мы вышли из ресторана уже вечером. Мы пошли в парк неподалёку, медленно, не спеша, никуда не торопились. ‎ ‎— Знаешь, — сказала я, глядя на дорожку перед нами, — теперь всё по-другому. ‎ ‎— В хорошем смысле? — уточнил он. ‎ ‎—В лучшем. Нам больше не нужно прятаться. Это больше никак не повлияет ни на мою учёбу, ни на твою работу. ‎ ‎Он кивнул, сжимая мою руку крепче. ‎ ‎— Нам никто не помешает, обещаю. ‎ ‎Мы остановились под фонарём. Свет падал мягко, делая всё вокруг немного нереальным. ‎ ‎— Мы теперь побываем везде, где только хочешь! Любой магазин, кино, каток и парк! Ничего больше не смеет стать преградой. ‎ ‎Я улыбнулась и, поднявшись на носочки, поцеловала Чонина в щеку. ‎ ‎- Хорошо. ‎ ‎Мы пошли дальше, разговаривая обо всём и ни о чём одновременно. О будущем, о планах, о том, как странно и хорошо всё сложилось. Диплом остался позади. А впереди была жизнь, в которой мы больше ничего не будем скрывать.