Без ума от любви | Lovesick

Он никогда не перестанет ее целовать. Она издает самые восхитительные звуки, которые воспламеняют его, и он отталкивает ее к перегородке. Будто сами по себе, его бедра ритмично вдавливаются в нее, и, Сила, она чувствует себя божественно. Крошечный голосок в его голове твердит, что он заходит слишком далеко, что нужно остановиться, поговорить с ней, но она встречает его поцелуи так жадно, что он решительно заглушает это предупреждение. Затем Бен слышит, как кто-то рядом прочищает горло, и он стонет от досады, но прекращает целовать ее, поворачивая голову в сторону помехи, желая рыкнуть предупреждение оставить их в покое. Конечно же, он видит ухмыляющееся лицо своего отца. Он бросает взгляд на Рей, а та выглядит такой распутной, поэтому он встает перед ней, чтобы скрыть ее состояние от отца. Никто, даже его семья, не имеет права вторгаться в священный круг того, что есть между ними. — Эй, малец. Так вот что тебя так завело. — Он усмехается. — Приятно видеть, что пошел в своего старика. Сознание Бена проясняется, и теперь он понимает, что вел себя по отношению к Рей довольно недостойно. Брал все, что она была готова дать. Она прячется за его телом, явно смущенная, что их застали в разгар страсти, и самобичевание начинается. Как он мог быть таким глупым? Потерять голову таким образом, набрасываться на нее в месте, где их наверняка мог найти отец или Чуи. Это было просто глупо, и Рей заслуживает от него гораздо большего. — Тебе что-то нужно? — спрашивает Бен с фальшиво спокойной интонацией. — Ага, я хочу провести сегодня время с твоей матерью, — говорит Хан с подмигиванием, которое говорит Бену куда больше, чем он хотел бы знать о намерениях отца. Он залезает в карман и достает пригоршню кредитов, вкладывая их в ладонь Бена. — Своди свою девочку куда-нибудь, проведите вместе время. И возвращайтесь попозже. Бен корчит гримасу. — Больше информации, чем нужно, отец. — А вот кто бы говорил, — парирует Хан со смешинками во взгляде. Руки Рей впиваются в Бена, и он смещается, чтобы скрыть ее получше. Какого же она теперь мнения о нем? Все это становится слишком странным, и щеки Бена начинают пылать. Когда его жизнь успела превратиться вот в это? — Ну что, договорились? — спрашивает Хан. — Ага. Я понял. К тому же, идея повести Рей смотреть ночную жизнь очень даже будоражит… Он и сам бывал в таких местах всего несколько раз. Когда Хан направляется к кабине пилотов, его голос долетает снова: — И помните: попозже! Бен делает шаг вперед и оборачивается, готовясь к гневу Рей. Она, наверное, теперь никогда больше не позволит ему прикоснуться к себе после этого. Он уничтожил ее просьбу не спешить, и ему глубоко стыдно за себя. Он просто был так потрясен ее откровениями и глубоким облегчением от того, что она останется с ним. Медленно он встречает ее взгляд и обнаруживает нечто совершенно неожиданное. Ее глаза сияют весельем, а затем она начинает хихикать, прикрывая рот рукой. Бен смотрит на нее, моргая, пытаясь сообразить, что это с ней, а ее хихиканье перерастает в полнозвучный смех. Он посмеивается вместе с ней, но не совсем уверен, над чем они смеются. — О, Бен, — выдает Рей между приступами смеха. — Ты и твой отец, вы просто… это просто замечательно — видеть, какие у вас были отношения. В смысле, есть. Интересно. Значит, в будущем она не знала его отца. Наверное, это неудивительно, учитывая, что его отец часто отсутствует. И в любом случае, Бен, конечно, надеется, что не будет жить с родителями в тридцать лет! Эта мысль снова запускает поток вопросов, и он прогоняет их прочь: он сойдет с ума, если продолжит пытаться распутать будущее. Сейчас. Он хочет сосредоточиться на настоящем. Он должен сосредоточиться на настоящем, иначе точно свихнется. В животе начинает поселяться неловкость, и он потирает затылок. — Так… ты хочешь пойти… со мной? Она подходит ближе и обвивает руками его шею. — С радостью.

***

Первой остановкой должен быть ужин. Теперь, когда Бен знает, через что она прошла на Джакку, кормить ее — новая и очень важная миссия, которую он не может полностью осознать. Он хочет доказать Рей, что она никогда, никогда больше не будет голодать. Он не позволит этому случиться. — Какая еда тебе нравится? Она строит забавную гримасу и говорит: — Еда? Мне нравится всякая. К счастью, Бен знает практически все лучшие рестораны в Республик-Сити, но затем он останавливается в своих стремительных планах. Понравился бы Рей такой ужин? Быть на виду, под оценкой? Почему-то он так не думает, и у него появляется идея. Он берет ее за руку и говорит: — Пошли.

***

Просторный рынок раскрывается перед ними, и его накрывают знакомые ароматы всех палаток с едой. Здесь предлагают все виды кухонь, затерянные среди буйства красок торговых палаток. — Бен, здесь пахнет потрясающе! Что это? — Это старый рынок, основанный еще до построения самого Республик-Сити. Это, наверное, единственное место на наземке, где можно не оглядываться за спину. — И откуда джедай знает о таких местах? — дразнит она. Бен закатывает глаза. — Ты разве не знакома с моим отцом? Думаю, я знал, как выбрать самое безопасное место в кантине еще до того, как научился строить полные предложения. Рей смеется, затем продевает руку под его руку и кладет голову ему на плечо, вздыхая. — Я так рада, что ты теперь все знаешь. Я чувствую… Я чувствую себя намного свободнее. То, как она говорит об этом, будто у него не осталось миллиона вопросов, заставляет Бена нахмуриться. Но Рей и правда выглядит так, будто с ее плеч свалился груз, и он понимает, какой огромный шаг они сделали. Ее улыбка такая сияющая, такая полная, что все, чего он хочет, — это делать ее счастливой. — Ты доверяешь мне? — игриво спрашивает он. — Конечно. — Тогда давай тебя накормим.

***

Сначала он ведет ее в старый альдераанский квартал. На Хосниан Прайм много людей из народа его матери, беженцев с уничтоженной планеты. Они устроили здесь свою жизнь, и его мать всегда начинает именно отсюда. Он быстро находит то, что искал, — пастель-бастель. Это пикантная ароматная начинка из птицы, завернутая в слоеное тесто и политая медом. Это неаккуратно, липко и совершенно восхитительно. Он не может дождаться, чтобы увидеть лицо Рей, когда она попробует это лакомство. Купив две, он протягивает одну Рей и с нетерпением наблюдает, как та откусывает первый кусок. Ее зубы вонзаются в пикантную выпечку, глаза закрываются, и она стонет. Она жует, затем глотает, и ее взгляд находит Бена. — Это… о боги, Бен, я не знала, что на свете существует что-то настолько вкусное! С улыбкой гордости он подмигивает и говорит: — Я знаю. Это с Альдераана. Тебе как-нибудь надо попробовать из-под маминой руки! Рей съедает свою порцию и половину его, затем ухмыляется. — Что дальше?

***

Он набивает живот Рей маринованным мясом на шампуре, колотым льдом с сиропом из лиланских ягод, терпким, но сладким супом родом с Кашиика. Она просто сияет, когда он делится, что это любимое блюдо Чуи. Очевидно, в будущем она знала вуки. Ему пришлось несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть, чтобы воздержаться от новых предположений. — Тебе достаточно? — спрашивает он. На ее лице появляется озорная искорка. — Мне никогда не будет достаточно тебя. Затем она целует его глубоко, ее язык тут же требует входа. У него кружится голова от ее открытого проявления желания, от звуков рынка, от того, как Сила искрится в толпе. Может, ее не так уж и смутило, что их застал отец. Затем он слышит, как кто-то кричит: — Снимите себе номер! Бен даже не прекращает целовать ее, просто делает грубый жест в сторону кричащего. Он занят тем, что целует свою девочку. Или она занята тем, что целует его. Он сам-то не совсем уверен.

***

Рей копается среди разных прилавков, разглядывая выставленные товары. Бен продолжает надеяться, что она увидит что-то, чего захочет; его потребность купить ей что-то удивляет его самого. Он просто хочет, чтобы у нее было что-то… что-то материальное, к чему она могла бы прикоснуться, чтобы знать, что она для него все. Он очень надеется, что Рей найдет какое-нибудь украшение, которое ей понравится. Это, может, и старомодно, но мысль о том, что на ней будет его ожерелье или даже кольцо… что ж, одна эта мысль наполняет его гордостью. Ее маленькие руки гладят тонкие шелковые шарфы, и она останавливается на ярко-зеленом с золотыми нитями. — На тебе это будет выглядеть потрясающе, — говорит Бен. — Стоит взять. — О, у меня нет кредитов, — отмахивается она. — Рей… У меня есть. Разве ты до сих пор не поняла, что я о тебе позабочусь? Она делает странное лицо. — Я не… Я даже не знаю, с чего начать, чтобы позволить тебе это. — Попробуй. Пожалуйста. Позволь мне купить это для тебя. Она слегка хмурится. — Я подумаю об этом.

***

Все меняет медный наруч. Рей смотрит на него долгие минуты, ее рука даже дрожит, когда она касается яркого металла. Сначала Бен думает, что он предназначен для запястья, но она прикладывает его к бицепсу, и он понимает, что это будет идеальной заменой тканевой повязке, которую она всегда носит. — Пожалуйста, Рей. Позволь мне. — Он действительно красивый. — На тебе он будет выглядеть чудесно. Ты знаешь, кто мы друг для друга. Неужели будет так плохо, если одна половина души купит что-то для своей другой половины? — резонно замечает он. Ее губы складываются в забавную маленькую улыбку. — Ты играешь нечестно, Соло. — Нет. Не когда дело касается тебя, — серьезно говорит он. Она на долгий момент покусывает губу, но затем кивает, и Бен изо всех сил старается не закричать от триумфа. Он платит за наруч и начинает расстегивать ее нынешнюю повязку, но Рей отстраняется. — Что такое? — Я… там шрам. А, вот почему она всегда носит эту повязку. — Мне все равно. Нервно она отодвигает ткань, и он видит страннейшую отметину. Она почти похожа на две сцепленные руки, и Бен гадает, была ли она нанесена намеренно. Его кровь закипает при мысли о другом мужчине, но затем он закрепляет свой подарок поверх шрама. Это не важно. Теперь она его. — Вот, — говорит он с удовлетворением. Даже если на ее коже отметина другого, теперь она скрыта им. — В самый раз. Она смотрит на себя в зеркало и улыбается загадочной улыбкой. — Он идеален. Спасибо. Затем она снова целует его, и все действительно идеально.

***

Воздух в клубе, который он выбрал, пульсирует от глубокого баса музыки. Он никогда раньше по-настоящему не пробовал, но он хочет танцевать. Танцевать с Рей. Не те формальные танцы, которым он учился для мероприятий матери, а дикие, первобытные танцы, за которыми он пару раз наблюдал, когда Тай таскал его с собой во время их визитов домой. Бен, возможно, использовал один джедайский трючок с разумом, чтобы добыть им кабинку с видом на танцпол. Он чувствовал себя немного виноватым из-за этого, но затем представил неодобрительное лицо Люка, и ему внезапно стало намного лучше. Рей практически сидит у него на коленях, потягивая свой напиток. Это уже ее второй «Круиз по Облачному городу», и Бен гадает, знает ли она, что там алкоголь. Они и правда пьются легко. — Бен, это потрясающе, — восторгается Рей. На танцполе переплетаются представители всех видов, каких он только может представить, и они танцуют, словно единое существо. Есть пары, сцепленные так тесно, что Бену кажется, будто не стоит смотреть, и люди, танцующие в одиночку, отдавшиеся музыке. И группки друзей, просто прыгающие и смеющиеся. Но все они переполнены какой-то первозданной радостью, и он хочет присоединиться к ним. С Рей. — Хочешь потанцевать? — спрашивает он, когда Рей допивает свой напиток. Ее глаза немного стеклянные, щеки очень привлекательного розового цвета. — Я никогда раньше не танцевала, — говорит она громко, чтобы перекричать шум. — Я тоже! Пошли! — Бен хватает ее за руку и тянет за собой, пока Рей заразительно смеется. Боги, как он ее любит. Они пробираются сквозь толпу, и он берет ее руки, просто позволяя своему телу раскачиваться в такт. Он понятия не имеет, что делает, но в этом и есть красота. Что-то в этой музыке просто заставляет его двигаться. Тело Рей, кажется, само знает, как следовать ритму, и она кружится, вращая бедрами довольно непристойным образом. Но это правильно, это кажется абсолютно правильным для жары толпы, пульсации музыки. Его взгляд прикован к тому, как движутся ее бедра, так легко представить, как он двигается вместе с ней, двигается в ней, и он начинает твердеть. Но ему не стыдно именно в этом месте, именно в эту секунду. Конечно, его похоть настигает его. Руки Рей скользят вверх по ее телу очень вызывающим образом, пока она удерживает его взгляд. Затем она загибает палец, жестом подзывая его к себе. Бену два раза повторять не надо, он кладет руки на эти заманчивые бедра. Рей раздвигает ноги, и его бедро оказывается между ее бедер. О боги, он чувствует ее жар. Он чувствует себя пьяным. Он чувствует себя под кайфом. Ее руки обвиваются вокруг его шеи, Бен сгибает колени, приподнимая ее по своему бедру, пока не оказывается прямо там. О боги, они танцуют по чистому инстинкту, и он чувствует себя потерянным и обретенным, полностью под ее чарами. Она двигается в такт, двигается против него, и он пульсирует желанием. К ней. Рей так соблазнительно улыбается ему. Затем она наклоняется вперед, и ее дыхание касается его уха, заставляя Бена содрогнуться: — Пойдем домой.