Первый опавший лист

Неделя пролетела незаметно, хотя для Сони каждый день был насыщен. После того как её выбрали старостой, классный руководитель решила назначить ей помощника, и им стал Довидас. Сначала Соня удивилась, но потом поняла, что это даже удобно: Довидас был активный, разговорчивый, и ему легко удавалось находить общий язык почти со всеми. Они много общались: на переменах обсуждали поручения от учителей, распределяли задания между одноклассниками, решали, кто принесёт материалы для стенгазеты, а кто будет отвечать за дежурство. Иногда их разговоры переходили на более лёгкие темы фильмы, игры, какие-то истории из лета. Довидас любил шутить, и Соня не могла не улыбаться, хотя иногда его шутки казались простыми и даже детскими. В какой-то момент он вдруг сказал: «Знаешь, я хочу подружиться с Арсением. Он смешной и прикольный, не такой, как все. Мне кажется, мы могли бы нормально общаться». Соня тогда лишь кивнула и подумала, что это действительно неплохо. Внутри у неё мелькнула мысль, что Арсений и правда был особенным: спокойный, но с какой-то внутренней искрой, которая выделяла его среди остальных. Но чем больше проходило времени, тем больше она замечала перемены. Арсений будто стал отдаляться. Раньше он часто был рядом, мог подойти, заговорить, просто пошутить. А теперь он словно уходил в другую компанию. Всё чаще Соня видела, как он смеётся вместе с Ариной, Кирой и Снежаной. Они сидели вместе, обменивались шутками, обсуждали что-то увлечённо. Каждый раз, когда Соня проходила мимо или пыталась подойти, Арсений будто не замечал её. Он не был грубым или холодным, просто делал вид, что занят разговором. Иногда она пыталась заговорить с ним сама, но получала короткие ответы, и он тут же возвращался к своей компании. Соне становилось не по себе. Она пыталась убедить себя, что это ерунда: может, он просто хорошо ладит с другими, может, ему нравится смеяться с Ариной или обсуждать что-то с Кирой. Но где-то глубоко внутри жгло чувство, что он словно специально отодвинул её на второй план. Она вспоминала, как в первый день они разговаривали у двери, как он предложил создать группу класса, как его улыбка тогда показалась ей немного неловкой, но настоящей. Вспоминала их первые переписки и то, как легко было делиться мыслями. Всё это теперь казалось далёким. Когда Соня смотрела, как Арсений шутит вместе с Ариной, в груди появлялась неприятная тяжесть. Она не понимала, почему это её тревожит. Казалось бы, у неё самой полно дел, да и с Довидасом всё было не так плохо: он помогал, поддерживал, был рядом, когда нужно. Но почему-то именно отсутствие внимания от Арсения ощущалось так остро. Однажды, во время перемены, Соня заметила, как он вместе с Снежаной и Кирой что-то обсуждает и громко смеётся. Она прошла мимо и сделала вид, что её это не волнует, но внутри всё сжалось. В голове звучала мысль: Почему он больше не смотрит на меня так, как раньше? Эта неделя стала для неё странной и тяжёлой. Вроде всё шло хорошо: она справлялась со своими обязанностями старосты, получала уважение от учителей, находила общий язык с одноклассниками. Но каждый вечер, возвращаясь домой, Соня ловила себя на том, что думает не о поручениях, не о Довидасе и даже не о школе. Она думала о том, почему Арсений отдалился и почему это так сильно её задевает.