Глава 15: Знакомство с маггловским миром
4 ноября 2025 г., 02:20
Первый день Данте в маггловской школе не был похож ни на что из того, что он испытывал раньше. Шумные коридоры, заполненные учениками, и странные, незнакомые технологии составляли разительный контраст с тихими, старинными залами Хогвартса. Он двигался сквозь толпу с отстранённым видом, в его глазах горел редкий огонёк любопытства, он наблюдал за всем, что его окружало. Ученики, преподаватели, плакаты на стенах, говорящий ящик, который они называли телевизором - ничто не ускользало от его внимания. И все же он держался на расстоянии, но не из застенчивости, а чтобы оставаться критическим наблюдателем окружающей обстановки.
Для магглов он был просто еще одним переводным учеником, тихим и непритязательным. Но мысли Данте были совсем не обычными. Проходя по школе, он не мог не удивляться обыденности всего этого. Магглы построили мир без магии, полагаясь на свою изобретательность и находчивость. Этот мир вызывал у Данте одновременно и восхищение, и недоумение.
Первым уроком в этот день у него была математика в шестом классе. Он сидел в задней части класса и слушал, как учитель объясняет основные алгебраические уравнения. Для Данте этот материал был до смешного прост. Гораздо более сложные понятия он освоил много веков назад. Занятия проходили мучительно медленно, и он почувствовал, что начинает испытывать беспокойство.
К тому времени как учитель перешел к решению задач с дробями, Данте уже начал отключаться. Он подумал о том, чтобы уйти, но решил не делать этого: это был его первый урок, и он мог бы довести его до конца, прежде чем выносить окончательное решение. Когда наконец прозвенел звонок, он первым покинул помещение. Мысль о том, чтобы просидеть еще несколько уроков в таком состоянии, была неприемлемой.
Данте немного подумал и пришел к выводу, что посещать маггловскую школу, как обычные ученики - не лучший выход. Вместо этого он решил исследовать школьную библиотеку. Занятия будут пустой тратой времени, и он сможет лучше использовать его, когда будет учиться в своем собственном темпе.
Библиотека была меньше, чем библиотека Хогвартса, но она была заполнена книгами на темы, с которыми Данте никогда раньше не сталкивался. Он просматривал полки, перебирая пальцами корешки книг по физике, химии, инженерии и математике. Он взял несколько, перелистывая страницы. Маггловский подход к пониманию мира разительно отличался от волшебнического, и Данте обнаружил, что его это привлекает.
Он не ограничивался книгами, предназначенными для его возрастной группы. Вместо этого он собирал учебники по различным практическим темам, таким как математика и физика. Библиотекарь подняла бровь, увидев стопку книг, которые он хотел взять, но Данте лишь вежливо улыбнулся и сказал: «Мне нравится бросать вызов самому себе».
Получив книги, Данте нашел тихий уголок в библиотеке и начал читать. Он открыл первую книгу, его глаза быстро сканировали страницы. Но он не просто читал - он использовал свое мастерство окклюменции, чтобы поглощать информацию с поразительной скоростью. Слова и диаграммы отпечатывались в его сознании, образуя ментальную библиотеку знаний, к которой он мог обращаться по своему желанию. Этот навык он оттачивал веками, и теперь он служил ему верой и правдой.
Когда он углубился в книги, один предмет привлек его внимание больше других: электрические цепи. Концепция использования энергии для питания устройств, создания света, передачи информации - все это само по себе было формой магии. Данте был особенно очарован достижениями магглов в области энергетических полей. Идея генерировать и контролировать электричество, использовать его для создания машин и систем, способных выполнять задачи, которые раньше считались невозможными, была революционной. Он также заметил некое сходство с древними рунами: оба поля были направлены на контроль над силой, превышающей человеческие возможности, но электротехника казалась более сложной и утонченной версией из двух.
Он часами просиживал в библиотеке, в его голове роились идеи. Маглы многого добились без магии, и Данте не мог не задаваться вопросом, чего они смогут достичь, если получат к ней доступ, или же они впадут в стагнацию, как волшебный мир. Но еще больше его интересовало, чему волшебники могут научиться у маглов. Последние несколько столетий мир волшебников пребывал в застое, цепляясь за традиции и игнорируя достижения, происходящие прямо у них под носом. Данте видел в этом потенциал - способ преодолеть разрыв между двумя мирами.
К концу дня Данте впитал больше знаний, чем большинство учеников за несколько месяцев. Он взял в библиотеке еще несколько книг, а его разум искал новый путь. Когда он выходил из школы, его не покидало чувство восторга. Маггловский мир был кладезем идей, и это была всего лишь школа, у маглов был гораздо больший институт более продвинутых знаний. Данте понимал, что он только начинает изучать этот мир.
Данте бросил магловскую школу на следующий день, посчитав ее пустой тратой времени, но в Хогвартс не вернулся. Вместо этого на следующие полтора года он погрузился в маггловский мир, перемещаясь между библиотеками, исследовательскими центрами и даже университетами. Его внимание было узким, но интенсивным: математика и электричество. Эти две области увлекали его больше всего, и он посвятил все свое время их освоению. Библиотеки и учебные заведения маггловского мира стали его домом.
В этот период Данте использовал свою магию с единственной целью: обойти ограничения, наложенные маглами на учреждения, и жить среди них незамеченным. Владение магией позволяло ему получать доступ к информации без особых усилий. Он даже проникал в некоторые университеты и жил в них, и никто не догадывался, что рядом с ним скрывается ребенок. Он оставался незамеченным, тенью перемещаясь по миру маглов.
На протяжении всего этого времени Данте не возвращался в поместье Малфоев, если только Люциус не связывался с ним с помощью магических средств. Он приходил, чтобы успокоить Нарциссу и показать ей, что с ним все в порядке, пока она не потеряла рассудок, но не задерживался, уходя так же быстро, как и приходил. С каждым днём её разочарование и беспокойство росли. Она не могла понять, как её умный сын мог бросить всё и в одиночку бродить по миру, смешиваясь с маглами. «Что это за ребенок, который оставляет свой семейный очаг, чтобы жить среди маглов в одиночестве?» - закричала она на Люциуса однажды вечером, ее голос дрожал от гнева. «Как он вообще выживает там без нашей помощи? Если бы он использовал магию, министерство бы его заметило».
Данте - чрезвычайно сильный волшебник, и жить в одиночестве для него не составляет труда, Люциус это знал, но не знал, как ему удается избегать обнаружения министерством, ведь использование магии среди маглов могло бы насторожить министерство как возможное нарушение устава секретности.
В конце концов единственное, что он может сделать - это попытаться успокоить ее, хотя он знал, что его слова мало чем помогут ей. «Наш сын уникален», - осторожно сказал он. «Он, несомненно, самый выдающийся волшебник, которого когда-либо видел магический мир. Мы должны верить, что он знает, что делает».
Это только еще больше разозлило Нарциссу. Для нее Данте был ребенком, растрачивающим свой потенциал и будущее на глупые, бессмысленные занятия. «Выдающийся? Он просто выбрасывает свою жизнь на ветер!» - проворчала она, повышая голос. «Он должен быть в Хогвартсе, осваивать магию, а не тратить время на маггловскую ерунду! Где он вообще спит? Что он ест? Он что, живет как уличные крысы?»
Однако Люциуса беспокоил не только гнев Нарциссы. Он знал правду о Данте: это был не обычный ребенок, а древний темный волшебник, обладающий знаниями и силой, далеко выходящими за пределы их понимания. Если бы не это знание, Люциус мог бы разделить разочарование Нарциссы. Но он не мог избавиться от убеждения, что, чем бы ни занимался Данте, это должно быть нечто необыкновенное. И все же неуверенность грызла его. Что может быть настолько важным, что Данте так надолго изолирует себя от уютного дома и волшебного мира?
Когда Данте наконец вернулся в поместье Малфоев. Его приезд был встречен бурей эмоций. Нарцисса, которая так долго кипела от гнева и беспокойства, выплеснула свое раздражение, как только он переступил порог. «Где ты был?» - потребовала она, ее голос был резким и обвиняющим. «Ты хоть представляешь, как я волновалась? Как ты мог вот так просто исчезнуть? Да еще и среди маглов!»
Данте молча стоял, давая ей выговориться. Он знал, что сопротивление или споры только усугубят ее гнев, поэтому просто принимал его с неизменным выражением лица. Люциус тем временем попытался вмешаться, его голос был успокаивающим, но твердым. «Нарцисса, пожалуйста, успокойся. Он уже дома, и с ним все в порядке. Давай не будем усложнять ситуацию».
Но попытка Люциуса выступить посредником была продиктована не только желанием сохранить мир. В глубине души он боялся, что может произойти, если Данте потеряет терпение. Он не знал, как далеко может простираться терпение его сына, и не имел ни малейшего желания выяснять это. Одна мысль о том, что Данте может разгневаться, заставляла Люциуса действовать осторожно.
В конце концов, тирада Нарциссы стала стихать, хотя гнев ее все еще кипел. Данте, увидев открывшуюся возможность, простодушно извинился. «Прости, мама, я не хотел заставлять тебя волноваться», - сказал он вежливым, но лишенным искренности тоном. «Мои исследования привели меня к увлекательным возможностям. Если вы не возражаете, мне нужно кое-что проверить». С этими словами он повернулся и направился в свою мастерскую, оставив Нарциссу в ярости.
Ее гнев снова закипел, на этот раз направленный на Люциуса. «Что ты за отец? Как ты можешь просто стоять и защищать его? Как ты можешь позволить ему вот так просто уйти?» - требовала она, ее голос дрожал. «Он же и твой сын! Сделай что-нибудь! Мы не можем позволить ему так разрушить свое будущее! Пожалуйста, Люциус».
Люциус чувствовал себя совершенно беспомощным. Он знал, что ничего не может сделать, чтобы контролировать Данте, да и не хотел этого. Но объяснить это Нарциссе было невозможно. Все, что он мог сделать - это попытаться успокоить ее, молча надеясь, что то, над чем работал Данте, не будет стоить того хаоса, который он устроил.
