" Эхо Грядущего "

— Давай вернем им память, Герми… — произнесла Пэнси, глядя на подругу глазами, полными надежды и мольбы. — Ты действительно думаешь, что это возможно? — спросила она, прищурившись. — Мы не знаем, какие последствия это может иметь.       Слизеринка вздохнула. Она понимала, что риск велик, но в глубине души чувствовала, что это их долг. — Если мы сможем вернуть им память, — продолжала змейка, — они смогут вспомнить, кто они есть, и, возможно, даже помогут нам в борьбе с Белиасом.       Гермиона задумалась. Она знала, что Пэнси права, но в то же время понимала, что это может быть опасно. В их руках была сила, способная изменить судьбы людей, и они должны были быть осторожны. — Хорошо, — наконец сказала она, — но мы должны подготовиться. Нам нужно быть осторожными, ведь никто не знает, как они отреагируют на эти воспоминания. Вспомни, как ты билась в истерике. А я до сих пор не могу полностью прийти в себя и страдаю от кошмаров, неожиданных приступов паники.. поэтому мы должны быть уверены, что сможем контролировать это всё.       Паркинсон кивнула, ее взгляд был прикован к лицу Гермионы. Она понимала, что Грейнджер права, ведь прямо сейчас видеть подругу в таком ужасном состоянии было невыносимо. Гермиона, обычно такая собранная, такая уверенная, сейчас казалась хрупкой, словно фарфоровая статуэтка, готовая рассыпаться от малейшего прикосновения. Ее бледное лицо было изборождено морщинами усталости, а в глазах, обычно сияющих интеллектом и решимостью, теперь плескалась глубокая, всепоглощающая печаль. — Я устала, Паркинсон, — прошептала Гермиона, ее голос был едва слышен, словно шелест осенних листьев. — Не знаю, стоит ли их вообще в это впутывать. Я была против того, чтобы ты им рассказывала, но ты настояла на своем. Я сдалась… Но теперь еще и вернуть воспоминания…       Она не закончила, но Пэнси прекрасно понимала, что она имела в виду. Ведь знание о новых, еще более изощренных методах угнетения – все это давило на Гермиону с неимоверной силой. Она, как никто другой, знала цену этой борьбы, цену потерь. Как в прошлом, так и в будущем. — Милая, — Паркинсон осторожно взяла ее за руку. Кожа подруги была холодной и сухой. — Ты не одна. Мы все здесь. И мы не позволим этому случиться снова. Мы справимся, слышишь? Сейчас не то время, оно еще не настало. Мы будем бороться, — твердо сказала слизеринка. — Ты – Гермиона Грейнджер. Ты – самая умная волшебница, которую я когда-либо знала. Ты – та, кто всегда находила выход, когда другие опускали руки. И сейчас тебе нужно найти этот выход снова. И я помогу тебе в этом, я, Блейз, Тео и Драко. Мы будем рядом.       Гермиона подняла на нее взгляд, в котором мелькнул слабый огонек надежды. И она сдалась, понимая, что если будет одна, то сломается быстрее, чем предполагает. И как бы она ни старалась быть сильной, узы прошлого и будущего давили на ее хрупкие плечи. — Хорошо, — слабо протянула Грейнджер, — сделаем, как ты хочешь. Вернем им память.       Слизеринка ободряюще улыбнулась, сжимая крепче руки подруги. Девушка чуть задумалась, а после, посмотревна гриффиндорку уверенным и решительным взглядом, произнесла: — Мы начнем с малого. Соберем информацию. Мы будем действовать осторожно, но решительно. И мы не дадим страху парализовать нас.       Она видела, как в глазах Гермионы постепенно возвращается прежний блеск. Это была не та яркая искра, что обычно горела в них, но это было начало. Начало пути обратно к себе. — Ты права, — чуть улыбнулась Грейнджер, ее голос стал немного сильнее. — Ты права. Я не могу сдаться. Не сейчас. Я должна закончить то, что начала в то время, должна спасти тех, кого люблю. Должна отомстить, вернуть друзей.       Паркинсон улыбнулась, искренне и тепло. Она понимала, что путь будет долгим и трудным. Но она также знала, что Гермиона, с ее невероятным умом и несгибаемой волей, справится. И они будут рядом, чтобы поддержать ее на каждом шагу.

***

2002 год

— Серьёзно? Грейнджер? — усмехнулась Паркинсон, уже не та сморщенная девчонка, что когда-то с завистью смотрела на Гермиону. Теперь она была красивой, уверенной в себе женщиной, чья усмешка могла растопить лёд или, наоборот, заморозить до костей. Отпив из бокала, она наблюдала за новоиспечённой супружеской парой, стоящей у алтаря. — Ты так удивлена, будто никогда не знала об их отношениях в школе, — издал смешок Теодор, залпом выпив стакан огневиски. — Знала, но всё равно так необычно, что заучка Грейнджер стала женой Малфоя. Мир сошёл с ума...       Пэнси не ожидала этого. Никто из них, пожалуй, не ожидал. После всех лет вражды, после всех битв, после всех неловких взглядов и недомолвок, они стояли здесь, связанные клятвой: Гермиона и Драко. Это казалось сюжетом из какой-то нелепой, слишком уж сказочной истории. — Но всё же, кто бы мог подумать, — пробормотала Пэнси себе под нос, пригубив шампанское снова. Её взгляд скользнул по другим гостям. Среди всех этих людей не было двоих: Гарри Поттера и Рона Уизли. Естественно, эти два придурка ещё в школе отвернулись от неë, когда Грейнджер и Малфой стали парочкой. Вот тебе и друзья навеки. Пэнси усмехнулась снова. Это было бы действительно забавно. — Ты только посмотри на неё, — прошептала Пэнси, обращаясь к Тео, рядом с собой. — Всегда знала, что она не такая, как все. Но чтобы вот так… с Малфоем.       Она вспомнила, как однажды, ещё в Хогвартсе, она видела Гермиону и друга, спорящих где-то в коридоре. Их голоса были полны страсти, но это был гнев, а не любовь. Или ей так казалось? Может быть, они всегда были такими, просто не знали об этом? Но всё же Пэнси не могла понять, что привлекло её к Грейнджер. Может быть, это была её искренность или то, как она всегда была готова помочь другим. Постепенно она начала замечать, что за строгим фасадом скрывается удивительная личность. Гриффиндорка была умной, но также и очень чувствительной. Она могла смеяться до слёз над шутками и поддерживать её в трудные моменты.       Прошло несколько месяцев, и их дружба крепла. Слизеринка стала понимать, что Грейнджер — это не просто заучка, а человек, который стал для неё всем.       И вот, когда Гермиона объявила, что выходит замуж, Пэнси почувствовала, как её сердце наполнилось радостью и гордостью за подругу. Эта чертова заучка, которая когда-то казалась ей такой далекой, теперь была на пороге новой жизни. Узнав, что её мужем станет Малфой, она даже оскорбилась. Этот идиот и она? Ох, пусть он и её друг, но, честно говоря, Грейнджер достойна лучшего. Ну ничего, главное, чтобы были счастливы.

***

      Грейнджер даже не помнила, как вернулась в комнату. В голове был туман, сотканный из боли, страха и отчаяния. Пусть она и держалась во время разговора со слизеринкой, но всё равно было трудно. Но всё же единственное, что отчётливо всплывало в памяти, было лицо Паркинсон — спокойное, решительное, с лёгкой тенью сочувствия в глазах. Она помнила, как её рука, тёплая и сильная, легла на её плечо, как Паркинсон мягко, но настойчиво повела её вперёд, сквозь гул голосов и мелькание лиц. Как она оставила её у портрета и ушла. А дальше мрак, всё на автомате.       Комната была залита приглушенным светом, отбрасывающим длинные тени от массивной мебели. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом старой бумаги, пыли и чего-то неуловимо тревожного. Грейджер чувствовала, как дрожат ее колени, как сердце колотится где-то в горле. Она не знала, что ей делать и как долго боль будет ее мучить, поэтому прилегла на постель, даже не переодевшись, и закрыла глаза.

***

2000 год

      В тихом уголке Хогвартса, где свет мягко пробивался сквозь витражные окна, располагалась библиотека. В этот вечер, когда за окном начинал падать снег, в библиотеке царила особая атмосфера уюта и спокойствия.       Гермиона, погружённая в изучение новых заклинаний, сидела за одним из столов, окружённая стопками книг. Она была так увлечена, что не заметила, как в библиотеку вошёл Драко Малфой. Его белокурые волосы светились в тусклом свете, а глаза, как всегда, искрились недовольством. Но сегодня в его взгляде было что-то иное — любопытство.       Драко подошел к столу Гермионы и, не дождавшись приглашения, сел напротив. Она подняла голову и, увидев его, слегка удивилась. — Что тебе нужно, Малфой? — спросила она, стараясь скрыть смущение. — Просто хотел узнать, чем ты так увлечена, — ответил он, скрестив руки на груди. — Неужели ты читаешь что-то, что не связано с учебой?       Гермиона усмехнулась, но в глубине души ей было приятно его внимание. Она закрыла книгу и посмотрела на него. — Это лишь старые книги заклинаний, что уцелели со времен войны, — ответила она, но в голосе уже не было прежней строгости. Драко наклонился ближе, его лицо стало серьёзным. — Знаешь, я всегда думал, что ты слишком умная для этого места. Но, возможно, ты просто не видела, что есть и другие вещи, кроме учёбы.       Гермиона почувствовала, как сердце забилось быстрее. Она не ожидала от него таких слов. В их отношениях всегда было много напряжения, но сейчас что-то изменилось. — И что же ты предлагаешь? — спросила она, пытаясь сохранить спокойствие. — Может, просто поговорим? — предложил Драко, его голос стал мягче. — Я знаю, что у нас были разногласия, но, возможно, пришло время оставить их позади.       Гермиона, удивлённая его предложением, задумалась. Она всегда считала Драко врагом, но в его глазах сейчас не было злобы, только искренность. — О чём ты хочешь поговорить? — спросила она, стараясь не выдать своего волнения. — О нас, — ответил он, и его голос звучал уверенно. — О том, как мы всегда были на разных сторонах. Я не хочу, чтобы это продолжалось.       Гермиона почувствовала, как в груди закипает смесь эмоций — недоумение, страх и, возможно, даже надежда. — Ты серьёзно? — спросила она, не веря своим ушам. — Да, — кивнул Драко. — Я знаю, что у нас разные взгляды на жизнь, но я не могу игнорировать то, что чувствую.       Она не могла отвести от него взгляда. В его словах была искренность, которую она никогда не ожидала увидеть. — И что же ты чувствуешь? — спросила она, не в силах сдержать любопытство. — Я чувствую, что хочу узнать тебя лучше, — произнес он, и его голос стал еще мягче. — Я хочу понять, почему ты такая, какая ты есть.       Гермиона замерла. Она не могла поверить, что Драко Малфой, тот самый Драко, который всегда был ей противен, сейчас говорит такие вещи. — Ты действительно хочешь этого? — спросила она, стараясь не выдать своего волнения. — Да, — ответил он, и в его глазах зажглось что-то новое. — Я хочу, чтобы мы начали с чистого листа.       Она почувствовала, как внутри нее что-то щелкнуло. Возможно, это был шанс на что-то новое, на что-то, что она никогда не могла себе представить. — Хорошо, — сказала она, и в ее голосе прозвучала решимость. — Давай попробуем.       Драко улыбнулся, и в этот момент между ними возникло что-то особенное. Они начали говорить, и слова, которые раньше разделяли их, теперь стали мостом, соединяющим два мира. Гермиона и Драко обсуждали не только учебу, но и свои мечты, страхи и надежды. Каждый новый разговор открывал перед ними новые горизонты, и они оба удивлялись, насколько много общего у них оказалось. — Знаешь, — начал Драко, — я всегда думал, что ты просто зануда, которая живет только учебой. Но теперь я вижу, что ты гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд.       Гермиона улыбнулась, чувствуя, как напряжение между ними постепенно уходит. — А я думала, что ты просто высокомерный хорёк, который не знает, что такое дружба, — ответила она, подмигнув. — Но, похоже, я ошибалась.       Драко засмеялся, и этот звук был для Гермионы как музыка. Они продолжали обмениваться шутками и историями из своей жизни, и вскоре библиотека наполнилась их смехом, который казался совершенно неуместным в этом тихом и спокойном месте. — Ты знаешь, — протянул тот, — я никогда не думал, что смогу так легко говорить с тобой. Это как будто мы наконец-то сняли маски. — Да, — согласилась девушка. — Я тоже чувствую это. Может быть, нам стоит чаще встречаться?       Драко посмотрел на неё с искренним интересом. — Я бы с радостью. Может, даже в каком-нибудь другом месте, где нет книг и строгих правил?       Гермиона задумалась. Она никогда не думала о том, чтобы проводить время с Драко вне стен Хогвартса, но сейчас это казалось ей заманчивым. Тем более после войны он изменился, стал совсем другим. — Хорошо, — сказала она, — давай попробуем. Но только если ты обещаешь не вести себя как полный идиот. — Обещаю, — ответил он с улыбкой. — Я постараюсь быть лучшим Драко, каким только могу быть. В этот момент Гермиона поняла, что между ними действительно что-то изменилось. Она больше не видела в нём врага, а лишь человека, который, как и она, искал понимания и связи.

***

      Резко раскрыв глаза, Грейджер вздохнула. В комнате царила тишина, но в её голове всё ещё звучали отголоски воспоминаний. Когда же это кончится, и она сможет спокойно поспать? Мысли о нём не давали ей покоя, как назойливые мухи, жужжащие вокруг. Она вспомнила тот снежный вечер, когда он впервые подошёл к ней. Как они разговаривали, впервые так спокойно и без язвительности. Искренние улыбки и смех.       Но теперь, когда она лежала в своей постели, воспоминания о нём сжимали её грудь, как невидимые тиски. Она не могла понять, почему его образ не покидает её, почему его смех всё ещё звучит в её ушах, как нежная мелодия, которую невозможно забыть.       Грейджер встала с постели и подошла к окну. Она вспомнила, как они вместе прогуливались, как он держал её за руку. Эти моменты были полны счастья, но теперь они приносили лишь боль. Она глубоко вздохнула и попыталась прогнать мысли о нём. Но чем больше она старалась, тем сильнее они возвращались. Гермиона понимала, что не может просто забыть его. Он стал частью её жизни, частью её сердца. И пусть это ещё не произошло, но воспоминания обо всём разожгли все эти чувства и эмоции. Что ж, она не может больше мучить себя, пора и правда вернуть воспоминания остальным, особенно ему. И будь что будет.