Наследник без имени

Когда Неллэ возвращался после встречи с Кассандрой, к нему подошёл Винсент. — Господин Лирулин, постойте! — он очаровательно улыбнулся. — Мы с моей семьёй хотим пригласить вас на ужин в качестве извинений. Это очень важно для нашего дальнейшего сотрудничества, поэтому отказ не принимается. А ещё, — он посмотрел как будто заигрывающе, — если захотите прогуляться наедине после, я буду вне себя от счастья. Неллэ скрестил руки на груди, окинув Винсента оценивающим взглядом. — Как быстро у вас меняется настроение, — недовольно заметил он, — то целуете меня, то молча уходите… А теперь снова хотите со мной побыть наедине. Что будет, если я не соглашусь? — Вы очень расстроите меня этим. Сказать честно — вы мне нравитесь, и я правда хотел бы дружбы с вами. Соглашайтесь, и вы не пожалеете, — его взгляд стал почти ласковым. — Дружбы? Я думал, между нами проскользнуло нечто особенное, — Неллэ вздохнул и отвёл взгляд, собираясь уходить. — Начинать что-то особенное в любом случае стоит с дружбы, вы так не считаете? Да и стал бы я приглашать вас на ужин с семьёй, не замышляя что-то посерьёзнее? — Винсент усмехнулся и коснулся плеча Неллэ. — Что-то вы слишком быстро передумали, — хмыкнул Неллэ, — куда же делась ваша обида? — Всего лишь решил быть честным с вами, — Винсент вздохнул. — Но если вы не разделяете моих чувств… — Напротив! Я открылся вам, а вы меня отвергли, — грустно ответил он. — Я признаю свою ошибку. Простите меня, господин Лирулин, — его рука легла на щеку Неллэ и погладила её. — И я хотел бы исправиться. Неллэ перехватил руку Винсента и отстранил ее от своего лица. — Хорошо, я дам вам второй шанс, — согласился он, — но я не могу пойти на ужин без телохранителя. Не сочтите за недоверие, но мой отец очень переживает, а потому наказал мне везде находиться под защитой. Винсент едва скрыл недовольство. — Конечно-конечно. Всё что угодно для вашего удобства и безопасности. Тогда позвольте пройтись с вами за ним, а после направимся на ужин. Неллэ хмыкнул себе под нос, но так тихо, чтобы Винсент этого не услышал. Когда они почти дошли до покоев Элендиля, тот сам выбежал им на встречу: Неллэ отметил про себя, что он выглядел очень обеспокоенным. — Элендиль, — Неллэ кивнул ему с лёгкой улыбкой, — господин Винсент пригласил меня на ужин с семьей, а ты пойдешь со мной. Элендиль в мгновение остановился, и следующие несколько секунд боролся со своим нежеланием идти. Но он не мог ни отказать Неллэ, ни предложить ему не пойти на ужин. Иногда его это убивало. — Да, милорд, — сказал он наконец. — Мы идём сейчас или у нас есть минутка обсудить кое-что наедине? — Извините, но у вас нет минутки, — Винсент заметно занервничал. — Все уже заждались нас, это довольно срочно, вы ведь ничего не имеете против, господин Лирулин? Неллэ заметил беспокойство в поведении Винсента, но не нашелся с ответом: отказавшись, он бы окончательно доказал, что между ним и Элендилем что-то есть. — Нет, вовсе нет, — он немного улыбнулся, — ведите, Винсент. — Хорошо, следуйте за мной, — Винсент улыбнулся Неллэ и пошёл впереди, чтобы скрыть, что нервы у него сдавали. Когда Неллэ вошёл в помещение, лицо Гилберта озарила улыбка. Но как только порог переступил Элендиль, его взгляд изменился на недовольный, а улыбка стала более натянутой. — Рад вас видеть, господин Лирулин, — мягко сказал Гилберт, — приношу извинения за мое недавнее поведение и поведение некоторых членов моей семьи. Позвоните мне загладить свою вину? Неллэ не поверил ни единому слову Гилберта, но сделал вид, что польщён и с вежливой улыбкой опустился в кресло. — Разумеется, господин Гилберт, — ответил он негромко, — я вас слушаю. Этот ужин выглядел так, словно Гилберт пытался максимально оттянуть момент подписания договора и втереться в доверие. Но что-то ещё было не так. Все это время Неллэ что-то не давало покоя, но он не понимал, что именно. — Господин Лирулин, может, всё-таки подпишем этот договор на тех условиях, на которых мы остановились? — Спросил Гилберт, сцепив руки в замок. — Документы всегда легче подписывать в спокойной неформальной обстановке. — Думаю, я все же дождусь наших переговоров, — твердо ответил Неллэ и сделал ещё один глоток вина. После этого он нахмурился и быстро заморгал… Что-то точно было не так. — Вы уверены? — На лице Гилберта больше не было недовольства, которое обычно появлялось на его лице, когда он слышал отказ. — Я… — Неллэ поморщился. В глазах почему-то немного плыло. — Да, я уверен. Элендиль незаметно коснулся Неллэ кончиками пальцев, давая понять, что он рядом. Больше он, к сожалению, ничего не мог сделать. Винсент занервничал ещё больше. Казалось, вот-вот, и его начнёт бить дрожь. — Господин Лирулин, вам нехорошо? Может быть, мне стоит отпустить слуг и позвать врача? — Он встал и подошёл к Неллэ, жестом прося всех выйти из комнаты. Элендиль не шелохнулся, но заметно напрягся, не понимая, к чему готовиться. И тут Неллэ понял. Понял, что было не так. Понял, для чего Гилберт тянул время и почему у него все плыло глазами. Это была ловушка — и от осознания этого простого факта его немного затрясло. — Вы слишком сильно нервничаете для того, кто не замышляет чего-то плохого, — едва слышно прошептал Неллэ, обращаясь только к Винсенту, — это покушение, не так ли? — О чем вы говорите? Я ничего не замышлял, — прошептал Винсент отчаянно. — Дядя, вы понимаете, что происходит с господином Лирулином? Он наклонился к Неллэ, испуганно глядя ему в глаза. Оставалось лишь немного продержаться. Элендиль едва сдерживал себя, чтобы не отбросить Винсента снова. Как ему доказать, что это покушение? Неллэ почувствовал, как у него сильно кружится голова и слабеют ноги. Но даже несмотря на это, он, пускай и с большим трудом, поднялся из-за стола. — Прекрати придуриваться, Винсент, — спокойно сказал Неллэ, — ты прекрасно знаешь, что вы подсыпали мне яд. Он смертельный? — Я не знаю ни о каком яде. Дядя, сестра, вы подсыпали яд? — он посмотрел уже серьёзно. — Что происходит, ответьте мне! Винсент обеими руками поддерживал Неллэ, чтобы тот точно не упал. Элендиль мечтал оторвать ему голову. Он точно отравил Неллэ. Неллэ убрал руки Винсента от себя и зло посмотрел на него. — Прекрати этот цирк, я прекрасно вижу, что ты врешь, — прошипел он. — Если вам плохо, то нам стоит позвать врача, — спокойно сказал Гилберт, — но прошу вас, не думайте, что это наших рук дело. Мы бы никогда не опустились до такого. — Я не вру, поверьте мне, я без понятия, кто это подстроил! — Винсент был в панике. — Давайте я схожу за врачом. Чем скорее я пойду, тем скорее вам помогут. Дядя, проследите за господином Лирулином, я сейчас… — он подбежал к двери. Неллэ собрал все свои силы в кулак и перехватил Винсента за руку, крепко вцепившись в его локоть. — Лжец, — прошипел он, но почувствовал, что не в силах держать его так крепко, чтобы он не мог вырваться, — лжец и будущий убийца. Винсент с лёгкостью оттолкнул Неллэ, и Элендиль поймал его, чтобы тот не упал, и посадил на стул обратно. — Разрешите мне разобраться с ним, милорд, — прошептал он Неллэ. А Винсент выбежал за дверь. Неллэ зажмурился, стараясь прийти в себя, но ему казалось, как с каждой новой секундой его сознание куда-то ускользает, и оно ему не поддается, не поддается, не поддается… — Хорошо, — едва слышно ответил он. — Он убежал, и я не пойду за ним без вас. Как вы себя чувствуете? Я могу чем-то помочь? — Элендиль наконец мог позаботиться о Неллэ. Неужели действительно яд? Если Неллэ умрет, Элендиль вырежет весь род этих мерзавцев прежде, чем они успеют спрятаться. Да их и это, в общем-то не спасёт. Он зло сверкнул глазами, взглянув на Гилберта и снова посмотрел на Неллэ. — Я… Пытаюсь… — Неллэ с трудом выговаривал слова, но все равно не мог оставить вопросы Элендиля без ответов. — Плохо… Они меня отравили. Он почувствовал, как веки тяжелеют, но не позволил себе закрыть глаза. — Я вас люблю, — прошептал Неллэ. — Вы могли помочь господину Лирулину, когда мы предлагали решить все мирно, — отчеканил Гилберт, — но теперь слишком поздно. К сожалению, мальчик оказался не таким умным и дальновидным, как его отец. Слишком поздно? У Элендиля внутри все замерло, но он не позволил этому чувству хоть как-то повлиять на него. Элендиль едва слышно прошептал Неллэ: — И я вас люблю. Будьте уверены, они за это поплатятся. Затем он повернулся к Гилберту. — Либо вы говорите, как ему помочь, либо пожалеете о том, что родились, — интонация его голоса звучала довольно угрожающе, в особенности, от эльфа с телосложением Элендиля. — Поверьте, я могу заставить вас пожалеть. Перед глазами плыло, но Неллэ все равно смог заметить, как несколько темных фигур почти бесшумно проникают в помещение и подкрадываются к Элендилю со спины. Неллэ с трудом поднялся с кресла и, собравшись с последними силами, оттолкнул Элендиля. — Они вас отвлекают, — едва слышно сказал он, — осторожно… От яда я не умру. Он для того, чтобы облегчить задачу наемникам. — Они тоже могут заставить вас пожалеть, — насмешливо ответил Гилберт и закинул ногу на ногу, скучающе подперев лицо руками, — а нам очень повезло, что мы остались живы после нападения на поместье. Элендиль сжал кулаки и встал между Неллэ и вошедшими, лицом к последним. Он так и знал, что стоило ожидать подобного. Элендиль был действительно зол, в первую очередь на себя, что не смог предупредить Неллэ. — Вам сейчас очень повезёт, если вдруг они окажутся сильнее меня, — на его лице появилась самодовольная улыбка, но внутри он сильно волновался, — но это вряд ли. Элендиль ждал, пока кто-нибудь нападёт на него, потому что не привык действовать первым, но был полностью сосредоточен и готов отразить любой удар. Вошедшие в помещение мужчины выглядели совершенно беспристрастно: похоже, эта работа уже давно стала для них обыденностью. Один из наемников нахмурился и тихо прошептал что-то второму, а затем они резко напали сразу вдвоем. Тот, что повыше, замахнулся в лицо Элендиля, в то время как второй прицелился в солнечное сплетение. Элендиль отразил удар второго, выворачивая его руку и отшвыривая мужчину к стене. Он целился так, чтобы тот ударился головой посильнее, но не был уверен насчёт его умения падать. Первого же он повалил на землю, со всей силы ударяя мужчину лицом о пол. Такие удары он умел отражать ещё лет с восемнадцати, когда, по эльфийским меркам, был ребенком. Пока Элендиль пытался повалить наемника повыше на пол, второй, быстро вскочив, бросился к Неллэ и взял его в захват, крепко зажимая его рот сильной рукой. Неллэ дёрнулся, но, совсем ослабший от яда, не смог сопротивляться. Элендиль сделал вид, что наклоняется к лежащему мужчине, а сам вынул из обуви Неллэ кинжал и встал вместе с этим мужчиной в руках, прислонив оружие к его горлу. Он отошёл, вставая спиной к стене. — Отпусти его, — обратился он к наёмнику. — Пока я не прирезал твоего напарника. Мужчина, державший Неллэ в захвате, немного посмеялся. — На здоровье, — равнодушно ответил он, — работа есть работа. Не всем везёт. Элендиль резко перерезал кинжалом шею наемника и отшвырнул в сторону, подходя ко второму с окровавленным оружием. Он понимал, что Неллэ ничего сейчас не сможет сделать, поэтому даже не подумал просить его о чем-то. Нужно было как-то освободить Неллэ без того, чтобы наёмник причинил ему вред. — Хорошо. Что мне сделать, чтобы ты его отпустил? — спокойно спросил он, краем глаза следя за отброшенным в сторону мужчиной. — Ничего, — так же спокойно ответил мужчина, — просто не мешайся. Я выполню свою работу и уйду. И тут он с невозмутимым лицом перерезал Неллэ горло и отпустил его. Тот схватился за шею и упал на землю, чувствуя, как задыхается. Он знал, что не может так просто умереть даже от такого серьезного ранения, но если он потеряет слишком много крови, то, вкупе с ядом, который его ослабил, он действительно мог погибнуть. Взгляд Элендиля потемнел от злости, и ему стоило больших трудов не броситься к Неллэ прямо сейчас, но… Элендиль схватил наёмника, который отпустил Неллэ, и со всей силы ударил его головой об стол, а после вонзил кинжал в районе сердца, пока тот не успел прийти в себя. Кажется, сердце пропустило удар в момент, когда Элендиль взглянул в закрывающиеся сами собой глаза. Он достал оружие, чтобы мужчина в случае, если Элендиль не попал в сердце, просто истёк кровью, и бросился на второго. В его крови кипела ярость, и это было заметно по тому, как он наносил удары. Элендиль не знал, что будет с ним от его атак: тот, похоже, был вампиром, а не человеком, раз оправился от раны в шее, но следил за тем наемником, что точно был эльфом, чтобы тот не поднялся. Кажется, он даже потерял сознание. Неллэ попытался отползти от мужчины, но, не выдержав, снова рухнул на пол, не в силах пошевелиться. Он стал ещё бледнее, чем обычно и его глаза медленно закрывались. — Милорд, держитесь, прошу, вы обязаны выжить! — Крикнул Элендиль, стараясь блокировать удары, прилетающие от наемника. Его пару раз задело ножом, но он не думал о собственной боли, волнуясь лишь за Неллэ и о том, как бы убить того мужчину, с которым он прямо сейчас сражался. И тут — клинок вошёл глубоко в запястье правой руки, кажется, перерезав артерию. Кровь потекла ручьем. Вампир довольно улыбнулся, словив взгляд Элендиля. Голова закружилась, кинжал выпал из руки с громким звуком. Элендиль бросил взгляд на стол. Схватил левой рукой недопитый бокал Неллэ и выплеснул на шею противнику, чтобы попало точно в рану. Если на Неллэ сработало быстро, здесь будет еще быстрее. И правда: вампир выругался и пошатнулся. Его взгляд панически забегал, и он рванул в сторону выхода, но поскользнулся на луже чьей-то крови и упал, не в силах подняться. Неллэ с трудом поднял голову и посмотрел в сторону, где раньше сидела семья Вальсеренов, обнаружив, что их там больше нет. Он слышал голос Элендиля через какую-то пелену, словно он раздается откуда-то сверху, в то время как сам Неллэ находится на самом дне бездны. Неужели это действительно закончится вот так? Вальсерены победили? Нет, он не позволит им победить, он не позволит. Неллэ, простонав от боли, подполз к лежащему на полу наемнику и прислонился ухом к его груди. Он ещё не остыл, и сердце, пускай еле-еле, но все ещё билось. И тогда Неллэ взял его запястье и впился в него, собираясь выпить из этого эльфа остатки его жизни. Элендиль пережал рану на запястье, но тут его взгляд упал на Неллэ. Потом снова на собственное запястье. Минуты две у него есть. Элендиль сел на пол рядом с Неллэ, прислоняя кровоточащее запястье к губам того, терпеливо отсчитывая в голове сто двадцать секунд. — Только не закрывайте глаза, прошу, — прошептал Элендиль. — Вы должны жить, — он ничего так сильно не боялся, как потерять Неллэ, и, похоже, теперь это было единственным, чего он боялся. Неллэ впился в руку Элендиля, как утопающий в спасательный трос. Чем больше он пил, тем яснее становился его разум, и, в конце концов, рана на его шее понемногу начала затягиваться сама собой. Он с трудом отстранился от руки Элендиля и откинулся назад, ложась прямо на пол. Веки все ещё тяжелели… Элендиль под конец второй минуты не чувствовал пальцев. Он оторвал кусок от рубашки, туго перевязывая запястье. Его нещадно клонило в сон и подташнивало, но он должен был держаться, хотя бы ради Неллэ. Элендиль повернул голову в сторону одного трупа и одного вампира в шаге от смерти. Им никто не пришел на помощь, в отличие от Неллэ. Замутило еще сильнее от осознания, что это его рук дело. — Вы защищали меня, поэтому убили, — словно прочитав мысли возлюбленного, сказал Неллэ, — вы сделали это без колебаний от того, что вы слишком хороший эльф, а не от того, что вы слишком плохой. Элендиль на пару секунд замер, а после посмотрел на Неллэ. — Если вы так считаете… Хорошо, — он вздохнул. — Если бы не вы, я был бы мертв, — тихо сказал он, — вы не убийца, вы — мой защитник, рыцарь и спаситель. — Я понимаю, но не могу избавиться от мысли, что мог поступить иначе. Мне ведь не обязательно было их убивать… Впрочем, случись такая ситуация второй раз, я поступил бы так же, — признался Элендиль. После этого как будто стало легче. — Они ведь чуть не убили вас, и… Любой, кто так поступает, заслуживает смерти от моих рук. В этом не моя работа, в этом мое предназначение. Когда Элендиль договорил, Неллэ уже сидел на полу, а он сам, чтобы не потерять сознание, лег к нему на колени и прикрыл глаза. Это было действительно тяжело, но все закончилось.