Наследник без имени

      — Нам нужно узнать, что стало с остальными, получившими это проклятие, — сказал Лаусиан, не смотря на Неллэ и Элендиля. — Но вы можете поехать. Я сам поищу.       Неллэ кивнул.       — Спасибо, Лаусиан, — ответил он отрешённо.       — Спасибо, — тихо сказал Элендиль. Он подошёл к Неллэ со спины и прижался к нему, уткнувшись носом в волосы.       — Только не надо драматизировать, — тут же сказал Неллэ, отстраняясь, — давайте лучше проведём время вместе.       Элендиль слабо улыбнулся и кивнул.       — Всё как пожелаете.       Лаусиан встал и подошёл ближе.       — Встречаемся на том же постоялом дворе через неделю. Элендиль, если что, знаешь, как остановить приступы... придумаешь что-нибудь, если станет хуже. Я сделаю всё, что могу, за это время. Мне трудно обещать что-то определённое, но, если что-то можно сделать, я это сделаю.       — До свидания, Лаусиан, — попрощался Неллэ, и они с Элендилем ушли.

* * *

      Когда они выехали из города, Элендиль долго не знал, что сказать. Наконец, он взглянул на Неллэ. Тот смотрелся очаровательно в лунном свете со снежинками, запутавшимися в волосах и лежащими на воротнике шубки.       — Неллэ? — тихо позвал Элендиль. — Если бы была возможность задать вопрос вашему отцу и точно получить правдивый ответ, что бы вы спросили?       Неллэ вздохнул.       — Любил ли он мою мать, — сказал он, — или... действительно ли он хочет вернуть того ребенка. То есть, меня.       — Вряд ли он бы стал вообще что-то говорить об этом вам, если бы это было неправдой. — Элендиль немного наклонил голову. — Но, возможно, я плохо знаю вампиров. И, тем более, аристократов.       Он улыбнулся.       — А я бы спросил, какое ваше решение было бы для него самым страшным.       Неллэ пожал плечами, задумчиво поглаживая лошадь по гриве.       — Это не интересно.       — Ну как же! Если это не отношения со мной, значит, я бы его больше не боялся! — засмеялся Элендиль.       Неллэ не выдержал и тоже рассмеялся.       — Вы глупыш, Элендиль.       — Главное, что ваш. Жаль, я не умею подмигивать, как Лаусиан. — Улыбнулся тот.       — Мой... конечно, мой. — Неллэ отвёл взгляд. В его глазах застыли слёзы, и он поехал чуть вперёд, чтобы Элендиль их не увидел.       Он не хотел умирать. Он хотел жить! Сейчас, когда всё наконец-то наладилось, в нём проснулась такая воля к жизни, какой у него не было никогда. Он был готов сделать всё, что угодно, ради того, чтобы остаться на этом свете.       Но судьба вновь обошлась с ним несправедливо. Как с выброшенным на улицу побитым щенком. Именно сейчас... именно сейчас ему суждено умереть.       И этого уже не изменить.       — Эй, Неллэ! — Элендиль не стал догонять его: дал немного пространства. — Что бы вы точно никогда в жизни не сделали? Вот даже если бы я попросил!       — Я бы... я бы никогда не убил себя, — прошептал Неллэ.       Элендиль закусил губу. Не такого ответа он ожидал.       — А... если из того, о чём я бы мог попросить?       — Я не знаю, Элендиль. Я не знаю! — Неллэ сорвался на крик. — Я не хочу умирать! Не хочу!       Звёздочка заржала, почувствовав тревогу хозяина. А тот тут же погладил её, желая успокоить.       — Неллэ... — прошептал Элендиль. Внутри всё сжалось от боли. — Я знаю, знаю...       Элендиль не понимал, как ещё отвлечь Неллэ от этого. Если разговоры не помогали, то...       «Яркое физическое ощущение» — вспомнил он слова Лаусиана.       — Может наперегонки? — спросил Элендиль.       Неллэ вытер слёзы одной рукой и рассмеялся.       — Моя Звёздочка ни за что не проиграет, — ответил он.       — Ну посмотрим, — усмехнулся Элендиль. Он знал: ему бы совесть не позволила обогнать Неллэ. И, возможно, оставшаяся капля почтения к нему как к господину. Если она, конечно, правда осталась после всего, что он позволял себе делать с Неллэ.       Неллэ пришпорил лошадь, и та, заржав, на всех парах помчалась вперёд.       Элендиль засмеялся, пытаясь догнать Неллэ. Кажется, это правда сработало — а большего он не смел и желать. От быстрой езды перехватывало дыхание, но в этом и была задумка.       Элендиль влюблённо смотрел на Неллэ, стараясь больше ни о чём не думать. Словно... никаких кошмаров не существовало. Словно мир принадлежал им двоим. Словно эта ночь уже пообещала ему, что будет вечной.       Они ехали наперегонки минут десять, и, в конце концов, Неллэ решил, что он победил.       — Молодец, Звёздочка! — рассмеялся Неллэ, успокаивая лошадь, и та перешла на бег трусцой.       Элендиль тоже притормозил.       — Вы и Звёздочка были бесподобны. — Он улыбнулся. — Расскажите ваш секрет.       Неллэ широко улыбнулся.       — Мой секрет в том, что это моя лошадь! И она меня слушается лучше, чем та, которую вы взяли в конюшне.       Элендиль рассмеялся.       — Хорошо-хорошо, я всё понял! Вы отлично друг другу подходите!       — Ещё бы. — Неллэ почесал шею лошади.

* * *

      То место, о котором рассказывал Лаусиан, находилось на окраине Морвейна. Поля закончились задолго до него, и Элендиль с Неллэ несколько часов ехали вдоль густого леса. Впрочем, зимой ночи длинные, и они добрались задолго до рассвета.       Большая поляна была окружена деревьями, а между ними летали маленькие золотые огни. Словно светлячки, но зимние. По цвету они напомнили Элендилю глаза Неллэ, и он улыбнулся, поглядывая на возлюбленного.       В противоположной стороне земля уходила из-под ног. Обрыв, как и было обещано. Вид с него открывался чудесный: звёздное небо как на ладони.       Элендиль спешился и подал Неллэ руку.       Неллэ улыбнулся, принимая руку, и слез с лошади.       — Как тут красиво, — восхищённо произнёс он, оглядываясь по сторонам.       Элендиль кивнул.       — И всё только для нас двоих, — прошептал он и провёл Неллэ ближе к лесу: туда, где огни летали на расстоянии вытянутой руки.       Неллэ смотрел на всё и радовался, как ребёнок.       — Какое же прекрасное место, — прошептал он почти благоговейно.       Элендиль засмеялся и поцеловал Неллэ в лоб.       — Вы очень милый, когда так говорите.       — Давайте свесим ноги с обрыва! — воскликнул Неллэ.       Элендиль вздохнул.       — Дайте я хоть веток притащу. Если сидеть на снегу, можно промокнуть!       Неллэ улыбнулся.       — Хорошо, мой телохранитель. Я подожду.       Через пятнадцать минут всё было готово, и Элендиль привёл Неллэ на край.       — Садитесь, — пригласил он.       Неллэ сел на край обрыва и свесил ноги. Он посмотрел вниз: там были сотни метров, не меньше. Но ему не было страшно. Даже если он сейчас упадёт — какая разница? Он всё равно скоро умрёт!       Элендиль сел рядом. Возможно, это было слишком высоко. Но зачем об этом переживать, если рядом Неллэ?       — Нравится?       — Очень, — улыбнулся Неллэ.       Элендиль притянул его голову, положив себе на плечо, и поцеловал Неллэ в холодную от снега макушку.       — Я никогда не спрашивал: почему я вам понравился? Вряд ли же это было случайностью.       Неллэ задумался, а потом с улыбкой ответил:       — Сначала я решил, что вы просто глупый идеалист. — Он рассмеялся, — а потом... вы, не думая долго, приняли мою сторону. Хотя всё указывало на то, что не стоит, вы сделали это, и я начал влюбляться.       — Любите, когда всё по-вашему? — усмехнулся Элендиль. — Честно говоря, я не думал, что там на что указывало. Я просто решил, что вам нужно, чтобы кто-то был на вашей стороне. И почему бы не я? Тем более, я с самого начала считал, что правда за вами.       Улыбка Неллэ стала чуть смущённой.       — Действительно? И почему же?       Элендиль отвернулся.       — Честно? Я решил, что между нами что-то промелькнуло, и не хотел это потерять. Возможно, именно это заставило меня считать, что правда за вами. — Его голос стал тише. — Но время показало мне, что я не ошибся. Я знаю: вы очень изменились, если сравнивать вас подростком и сейчас. Но ведь в этом и есть суть: постоянно меняться, оставляя что-то в прошлом.       Он немного помолчал и, наконец, вздохнул и взял Неллэ за руку.       — Я хочу сказать, что в вас очень много хороших качеств, а Лирулин так или иначе заслуживал того, что вы с ним сделали.       Неллэ широко распахнул глаза и посмотрел на Элендиля.       — Вы правда так считаете?       — Ну конечно. — Элендиль тоже взглянул на Неллэ совершенно искренне. — Я бы не стал вам врать.       Неллэ обвил шею Элендиля руками и крепко прижался к нему.       Тот улыбнулся, обнимая Неллэ крепче.       — Неллэ! — прошептал Элендиль ему на ухо. — Хочу с вами потанцевать.       Неллэ лукаво улыбнулся, прищурившись.       – А вы не отдавите мне все ноги?       Элендиль закатил глаза.       — Вы уже забыли, с кем я танцевал?       Неллэ рассмеялся.       — Просто дразнюсь.       — Очень мило, — съязвил Элендиль. Он встал и подал Неллэ руку. — Осторожно, не упадите, а то я летать не умею.       Неллэ тоже встал и отошёл от обрыва.       — Будем танцевать вальс?       — Да. — Хитро улыбнулся Элендиль. Он протянул Неллэ руку и поклонился. — Господин, вы выглядите очаровательнее всех на этом роскошном балу. Позвольте пригласить вас на танец?       Неллэ хитро улыбнулся и вложил свою руку в руку Элендиля.       — Позвольте мне подумать. — Он замолчал, делая вид, что обдумывает предложение. — Так уж и быть. Я согласен.       Элендиль засмеялся и обхватил талию Неллэ.       — А что, у вас так много вариантов, с кем ещё потанцевать?       — В одиночку! — важно заявил Неллэ.       — Так не пойдёт. — Элендиль прижал Неллэ ещё ближе и наклонился над ним, чтобы откинуть его на свою руку. — Все должны танцевать с кем-то. Правило нашего бала!       Неллэ рассмеялся.       — Ну... в таком случае, я попался.       — Вам не убежать, — прошептал Элендиль прямо в губы Неллэ и отстранился. — Готовы?       Тот кивнул.       Элендиль неспешно повёл Неллэ в танце, считая шаги в голове. До профессионала ему, конечно, было далеко, но очарование момента это бы ни за что не уничтожило. Надо сказать, он действительно был очень аккуратным и внимательным, к тому же, ни разу не сбился. Кто в деревне мог его этому научить, оставалось загадкой.       Неллэ растворился в танце. Он забыл обо всех заботах и о своей скорой смерти, как о страшном сне, и просто кружился вместе с Элендилем, ласково улыбаясь.       Элендиль на пару секунд отпустил Неллэ, покружив его, и снова поймал. А после — одной рукой притянул к себе за подбородок и мягко поцеловал, остановившись.       Неллэ обвил шею Элендиля руками и ответил на поцелуй. Сначала нежно, а потом отчаянно, так, словно его губы — единственное, в чём Неллэ нуждался.       Элендиль не ожидал такой настойчивости. Но ему определённо нравилось. Он хитро улыбнулся в поцелуй и поднял Неллэ на руки, подхватывая под бёдра.       Неллэ запищал в поцелуй и прижался ещё ближе к Элендилю.       Элендиль едва сдержался, чтобы не засмеяться.       Он... не хотел терять ничего из этого. «Лаусиан, пожалуйста, сделай невозможное».

* * *

      Когда они прибыли на постоялый двор, Неллэ надеялся лишь на одно — что Лаусиан найдёт способ.       Когда он стучался в дверь номера, сердце колотилось, как бешеное. Ему было страшно узнать правду. Правду, что он действительно умрёт.       — Милорд, Элендиль! — Выражение лица Лаусиана было каким-то странным, когда он открыл дверь. Он закусил губу. — Проходите.       — Привет. Ты что-нибудь нашёл? — напряжённо спросил Элендиль, войдя внутрь и подождав, пока Лаусиан закрыл дверь.       Тот как-то замялся.       — На самом деле новости есть. Но они... очень странные. Лучше сядьте. Неллэ послушно сел.       — В чём дело?       Элендиль сел рядом, а Лаусиан вздохнул.       — Я... виделся с носителем проклятия. Он вёл себя очень странно и сказал, что не будет разговаривать ни с кем, кроме другого носителя, но я понял, что — первое — проклятие не снимается при передаче артефакта, как я и думал, и — второе — он определённо жив. Вопрос, конечно, в том, надолго ли... но я думаю, с ним стоит поговорить!       Неллэ облегчённо выдохнул.       — Это ведь хорошая новость! Зачем было так пугать?       — Он выглядел очень странно! Возможно, он человек такой, но он иногда мог замолчать на минуту, а потом продолжить говорить так, словно не помнил того, что сказал до этого. — Лаусиан поёжился. — Мне показалось это очень жутким.       Неллэ вздохнул.       — Отлично. То есть всё-таки с ума этот тип сошёл.       Элендиль нервно закусил губу. Неллэ скорее выберет умереть, чем сойти с ума. Или это ему так кажется?       Лаусиан неловко посмотрел на Неллэ.       — Может быть, это не обязательное условие выживания.       Неллэ пожал плечами.       — Может быть.       — Можем пойти к нему завтра после шести-семи вечера. Я думаю, это будет самым вежливым: не стоит будить человека среди ночи, — сказал Лаусиан.       Неллэ вздохнул.       — Ладно. Раз он человек, так правда будет лучше.

* * *

      Лаусиан постучал в дверь неухоженного дома. Спустя полминуты дверь открыл взрослый недовольный мужчина.       — Опять вы, — хмуро сказал он.       — Добрый вечер, — поздоровался Лаусиан. — Я привёл того, о ком вы говорили. Можно мы войдём?       — Я буду говорить только с одним. Безопасность превыше.       Элендиль закашлялся, чтобы сдержать смех. Безопасность рядом с Неллэ? Вот это он загнул.       Мужчина странно посмотрел на него.       Неллэ вышел вперёд, мрачный, как туча.       — Это я. Мы можем поговорить?       Мужчина кивнул и пропустил Неллэ в дом.       — Вы хотите узнать, как с этим справиться, чтобы не повторить судьбу Элиссы? — спросил он, едва захлопнув дверь.       — Вот как её звали, — сказал Неллэ, — да. Я не хочу умирать.       Мужчина странно улыбнулся.       — Это возможно. Но чем-то придётся пожертвовать. Я объясню: проклятие «цепляется» за того, кто умер, но жив в вашем сердце. Он не обязан быть смыслом вашей жизни, как это было у Элиссы, но он должен надёжно застрять в формировании вашей личности. И, раз это так, вы можете разделить с ним тело.       Неллэ широко распахнул глаза. По его спине побежали мурашки.       — Вы должны договориться, когда он появится, — продолжил мужчина. — Это не сложно: не спорьте с ним и не потакайте во всём. Скажите, что вы тоже имеете право на жизнь. Ваша связь при жизни сохраняется, пусть и односторонняя. Это не воскрешение, и не связано с некромантией, это всего лишь ваши эмоции, пусть и довольно своеобразные.       Он прокашлялся.       — И... вы должны пообещать мне, что, если к вам придёт кто-то за исцелением, вы ему поможете. Понимаете, я был не прав, когда взял у неё этот артефакт. Я с удовольствием избавился от него, когда мне пообещали деньги, но я лишь надеялся, что с этим уйдёт и проклятие!       — Пообещали деньги? — Неллэ напрягся и повысил голос. — Кому вы его продали?!       Мужчина вздрогнул.       — Он подписал письмо «виконт В. Вальсерен». Я не знаю, настоящее ли это имя, — тихо сказал он.