Винчестеры

Это всегда было с ним. Звенящая пустота, голодная и жадная до внимания, признания и ощущения собственной значимости. Требующая безоспорительного первенства, превозношения и вожделения. И отец с Дином замечали это. Вот только они не знали, что эта пустота не хотела покорять мир. Она хотела одного конкретного человека. Дина. Стенфорд казался спасением, возможностью залатать раны, закрыть пустоту, найти себя вне этой тягучей, болезненной связи. И у него получалось. Господи, у него все получалось. Пока Дин не ворвался в его дом, его жизнь, его душу, и все не полетело к чертям. Так что когда приходит день прощаться и впустить в себя Сатану, Сэм делает то, о чем грезил все это время. Он целует своего брата, прижимает к себе, и плевать он хотел на последствия. Нет, Сэм совсем не удивлен своему поступку, а вот руки Дина, вцепившиеся в его спину в ответ, и губы, покорно открывающиеся его напору, поражают до глубины души. Дин позволяет ему делать все, что он пожелает, послушно впускает его язык и гладит своим. Подстраивается под движение его рук и не отталкивает, даже когда руки Сэма сжимают его ягодицы, которые так идеально помещаются в ладонях. Похоть внутри Сэма потирает руки, голод, который мучил его все это время, довольно рычит, а пустота словно становится меньше, уступая место новым знаниям о Дине — о его вкусе, о мягкости и жесткости его тела, о том, как тот вздыхает, если прикусить его нижнюю губу, и о том, как ощущаются ладони брата у себя в волосах. Сэма не останавливает то, что рядом с ними находится ангел. Сэму плевать, если их увидят. И Дину, кажется, тоже. Но ему приходится остановиться, приходится оторвать себя от того, что является самым важным и ценным, и идти дальше. Дин совершенно ошалевший, его глаза чуть косят, а губы распухли, он с трудом фокусирует взгляд и дышит тяжело. Сэм мягко целует его на прощание, пытаясь вложить в этот поцелуй все, что чувствует. Внутри все негодует и требует продолжить, не уходить. Но времени нет. Он не может отступить. Он должен спасти мир. Ведь в этом мире Дин. Победить Люцифера было самым сложным и в тоже время естественным, что происходило в жизни Сэма. Калейдоскоп воспоминаний, голос Дина, его лицо, с трудом узнаваемое из-за повреждений, которые нанесли руки Сэма. У Сэма есть пара секунд, и он делает, что должен. И за этим следует Ад. Сэм не любит вспоминать то время. Его сознание словно разделяется на несколько частей, диссоциация такая сильная, что он продолжает называть свои части по своим именам — Сэм из Клетки, бездушный Сэм и он сам, Сэм Винчестер. Сэм старается игнорировать Клетку. Он старается не винить себя за период бездушности. Старается быть тем, кем он был, но изменилось многое. Той пустоты и жажды больше нет. Точнее, она изменилась. В ней больше не было той властной требовательности, но градус помешанности на Дине совсем не изменился. И пора признать, что уже не пройдет никогда.