Seven minutes in Heaven

В доме Эрена царила атмосфера разнузданного веселья, пропитанная ароматом дорогих напитков и искренним смехом. Мерцающие гирлянды оплетали стены, бросая игривые тени на танцующие пары. Музыка, оглушительная и чувственная, проникала в каждый уголок, вызывая в тебе желание отдаться ритму. Ты, прислонившись к барной стойке, ощущала тепло от бокала с виски, потягивая его, пока наблюдали за представлением, устроенным Сашей и Конни. Эти двое – вечный двигатель, способный превратить любой вечер в комедийное шоу.       — Конни, ты в курсе, что такое истинная красота? — Саша, с вызовом в голосе, вскочила с дивана, готовая к очередной тираде. Её глаза блестели, а на щеках играл румянец, вызванный не только алкоголем.       — Ну, ясен хуй! — Конни, расположившись на диване, ухмылялся. — Красота – это морда Кирштейна по утрам! — он выразительно посмотрел в сторону Жана, который грациозно выделывался где-то в толпе. — Взгляни, как он наслаждается… собой. Ты устремила взгляд туда, куда указывал Конни. Увиденное – развязный танец Жана – вызвало в тебе приступ смеха. Саша поддержала, падая на диван, сотрясая воздух своими взрывами эмоций. Твоё внимание, однако, ненадолго отвлеклось от этой сцены. Ты машинально оглянулась, скользя взглядом по комнате, пока не наткнулась на фигуру, которая всегда вызывала в тебе смесь восхищения и… нетерпения. Леви, как обычно, сидел в стороне, его лицо — маска непроницаемости, глаза — темные озера, наблюдающие за происходящим. Тебе всегда нравилось это его безразличие, эта непоколебимость. Но сегодня хотелось чего-то другого. Подойдя ближе, ты скользнула к нему на диван, нежно коснувшись его руки и протягивая свой бокал с виски.        — Хватит портить праздник своей угрюмой физиономией, — Подойдя ближе, ты скользнула к нему на диван, нежно коснувшись его руки и протягивая свой бокал с виски.  Ты ожидала любого ответа, кроме того, который он выдал: Леви забрал бокал, сделал глоток, затем взглянул на тебя, слегка прищурившись.       — По-моему, твоя задница сегодня слишком разговорчива.       — А вот и нет, — ты улыбнулась, игриво касаясь его щеки. — Я просто слегка… пьяна.       — Слегка? — он отмахнулся от твоего прикосновения, но в его голосе слышалась едва уловимая нотка заинтересованности.       — Да ладно тебе, — ты толкнула его в плечо. — Тебе нужно расслабиться. Давай, потанцуем? — ты положила свою руку поверх его, недвусмысленно намекая на то, что ты настроена серьезно. В этот раз Леви не оттолкнул. Он продолжал смотреть на тебя, оценивающе, словно взвешивая все за и против. Затем уголки его губ чуть дрогнули, изображая слабую ухмылку. В этот момент Эрен решил вмешаться.       — Родные! — его голос, усиленный пьяным куражом, разнесся по комнате. — У меня гениальная идея! Сыграем в «Семь минут рая»? По телу пробежала волна предвкушения, смешанная с ледяным холодом ожидания. Внутри все сжалось, предвещая что-то неизбежное. Что же теперь? Интрига только начинала набирать обороты. Комната мгновенно взорвалась какофонией эмоций. Задорный свист Жана, оживленные перешептывания Саши и Конни, лишь едва заметная тень удивления на лице Микасы – все это создавало бурлящий котел возбуждения. Эрен извлек из коробки мятые бумажки с именами, и напряжение достигло своего пика. Легкое волнение смешивалось с острым любопытством. Идея казалась заманчивой, но где-то в глубине души шевелилось тревожное предчувствие. Ты бросила взгляд на Леви. Он, как всегда, оставался непроницаемым, его лицо – маской безразличия.       — Идешь? — ты отобрала бокал у Аккермана, осушая его залпом. Алкоголь уже не касался сознания, оставляя лишь пьяную решимость.       — Понаблюдаю издалека, — его голос был тихим, но в нем слышалась сталь.       — Зануда, — протянула ты, намеренно надувая губы, и, поднявшись, направилась к центру общего внимания. Игра началась. Эрен, с дьявольским блеском в глазах, объявил первую пару, и в воздухе повисло густое, почти осязаемое напряжение. Каждый желал увидеть, как раскроются эти семь минут.       — Итак, я и… — Йегер, расплываясь в пьяной, обещающей ухмылке, отделился от группы и двинулся к небольшой, темной кладовке. — Ты, дорогуша, — его палец метнулся в твою сторону. Затем он распахнул дверцу, открывая путь в неизвестность. Твое имя прозвучало как приговор, заставив на мгновение замереть. Переварив услышанное, ты облачилась в маску хитрости и уверенности, поднимаясь с места.       — Не боишься, что могу укусить? — бросила ты ему вызов, подходя ближе.       — Я даже буду рад, — его ответ был столь же дерзким, сколько и обещающим. С этими словами вы исчезли в тесной кладовке, а мир за дверью наполнился визгом, возгласами и приглушенными вздохами разочарования. Время пошло.       — Ну… чем займемся? — ты огляделась, пытаясь различить хоть что-то в густой, осязаемой темноте. — Ни черта не видно.       — Тем, чем обычно занимаются, когда играют в эту игру, — его рука мгновенно сомкнулась на твоем бедре, и ты почувствовала, как в его глазах мелькает ехидная ухмылка, предвещающая неизбежное.

***

В доме царила атмосфера хаотичного возбуждения. Из-за двери кладовки доносился симфония звуков: томные вздохи, взрывы смеха, интимный шепот и редкие, но пронзительные возгласы. Время, казалось, вышло из-под контроля, размываясь в водовороте эмоций. Было забавно наблюдать за эмоциями участников. Например за тем, как Эрен, сияя от счастья, изредка поглядывал на тебя, делая все возможное, чтобы напомнить о вашем визите внутри комнаты, а затем снова отвлекался на разговоры с другими, делая вид, будто ничего и не было.  Каждый раз, когда Йегер, с хитрой ухмылкой, вытягивал очередную пару, воздух в доме сгущался, натягивался, как струна. Некоторые участники выходили из кладовки, одаривая присутствующих сияющими улыбками, другие – с загадочными, смущенными взглядами, а третьи… третьи предпочитали исчезнуть, даже не дождавшись финального аккорда семи минут. Воздух был густым, пропитанным ароматом чужих духов, смешанным с терпким запахом алкоголя. Казалось, каждый здесь был охвачен этим безумным, пьянящим чувством, этой дразнящей грани между реальностью и фантазией.       — Итак, следующая пара… — разворачивая две бумажки, держал интригу Йегер. — Леви и… — в этот момент он кивнул на тебя.  В комнате на мгновение воцарилась тишина. Все взгляды обратились к вам, ожидая дальнейшего.  Ты почувствовала, как сердце бешено заколотилось, а щеки мгновенно залились румянцем. Однако, не теряя времени, ты тут же встала с пола, заглядывая в сторону Леви. Отступать — явно не твоё.       — Идешь? — уточнила ты, ожидая увидеть хоть какую-то реакцию.       — Что-ж, игра так игра, — на его лице не дрогнул ни один мускул. Он лишь встал и пошёл в сторону кладовки, где уже стояла ты.        — Растряси его как следует, подруга, — подмигнул Эрен, закрывая дверь.  Щелчок замка стал финальным аккордом, погрузив вас в тишину, оглушающую, как удар молнии. Единственный луч света, пробивающийся из-под двери, рисовал на пыльном полу узкую, манящую полоску. Ты, ощущая его пристальный, всепроникающий взгляд, затаила дыхание. Леви стоял неподвижно, его лицо, как всегда, было непроницаемым. Он, казалось, обдумывал каждое твое движение, каждый вздох. Ты почувствовала, как внутри зародилось беспокойство, смешанное с неким желанием. Пауза тянулась, невыносимо долгая, как предвкушение. Каждый удар сердца отдавался пульсирующим гулом в ушах. В этот момент ты не знала, чего хочешь больше: чтобы он сделал первый шаг, или чтобы эта дверь распахнулась, и вы оба оказались вне этой запретной зоны. Нарушая оцепенение, ты сделала шаг вперед, сокращая и без того ничтожное расстояние.       — Ну, что ж, семь минут… — прошептала ты, стараясь не выдать дрожь, сковавшую твой голос. Это была всего лишь игра, но реальность, казалось, растворялась, уступая место дикой фантазии. Он молчал. Его глаза, темные и глубокие, казалось, пронзали тебя насквозь. Ты, поддавшись внезапному порыву, рискнула. Кончики твоих пальцев коснулись его ладони, словно пытаясь пробудить его ото сна.       — Ты всегда такой… невыносимый, Леви, — прошептала ты, поддаваясь внезапному порыву. Твои губы коснулись его шеи, оставляя мокрый след, но…  Его реакция была мгновенной. Он отстранился, выражение лица осталось прежним – безупречно бесстрастным, но в глубине его глаз мелькнула тень, словно на мгновение он потерял контроль.       — Неужели? — его голос, холодный, прозвучал в тишине, направляя голову чуть вправо.       — Да, — ты, подстегиваемая желанием растопить эту ледяную стену, приблизилась еще ближе, заглядывая ему в глаза. — Мне интересно… Что ты чувствуешь? В этот момент в его глазах вспыхнул огонь, яркий и необузданный. Он резко сжал твое запястье, притягивая к себе. Ты ощутила, как твое тело прижалось к его, осознавая, что отступления больше нет.       — Чувствую? — его шепот, низкий и хриплый, прозвучал в тишине кладовки, словно вызов. — Я чувствую… раздражение. Раздражение? Ты не ожидала этого. Но в его взгляде, темном и глубоком, ты увидела нечто иное. То, что он пытался всеми силами скрыть.  Он прижал тебя к шероховатой стене, его ладонь обвила твое горло. Не грубо, нет. Не для удушения. Скорее, как властный, но манящий хват, не желающий отпускать.       — Ты… — его голос сорвался, оборванный на полуслове, — была здесь раньше. С другими. Каждое слово, словно выстрел, пронзало твою душу. Ты почувствовала, как внутри тебя закипает смесь страха и возбуждения. Его глаза, темные и сверкающие, не отрываясь, смотрели на тебя. Его пальцы, сжимающие твое горло, слегка, но ощутимо, перекрывали дыхание. Его близость опьяняла.       — И что теперь? — прошептала ты, почти не слышно, слова растворялись в напряженном воздухе. Он наклонился, и его губы, горячие, требовательные, нашли твои. Поцелуй был неистовым, диким, словно в нем была вся накопившаяся страсть, вся невысказанная боль. Он желал тебя, всего твоего существа, и ты, отдаваясь этому вихрю, почувствовала, как растворяешься, теряя себя в его власти. Он не стал ждать. Его вторая рука, прежде служившая опорой, скользнула вниз, исследуя изгибы твоего тела, останавливаясь у подола юбки.       — Хочешь узнать, что будет дальше? — отрываясь от поцелуя, прошептал Леви.        — Ладно, это было хорошо… — приводя свой рассудок в порядок. — Хочу, — с этими словами ты заглянула в глаза напротив, облизывая губы от предвкушения.  Леви не стал тянуть. Одним движением, почти неуловимым, он отодвинул ткань белья, вводя два пальца внутрь. Тихий всхлип сорвался с твоих губ, когда мир сузился до этого одного, пронзительного ощущения. Одновременно, он впился в твою шею, покрывая ее мелкими, влажными поцелуями, пока ты, одурманенная ощущениями, инстинктом вскинула голову и скользнула своим запястьем в его волосы, прижимая ближе.        — Я тебя чувствую, — нащупав нужную переднюю стенку, он остановился, прижимая пальцы. Не делал никаких движений, создавая эффект, будто держит тебя изнутри. — Ты прямо сейчас пульсируешь у меня на пальцах. — прошептал в ухо.  В этот миг реальность рассыпалась, уступая место водовороту чувств. Каждое его прикосновение, каждое слово, прожигало насквозь, а его шепот, звучавший так близко, обнажал самую суть твоей уязвимости, заставляя трепетать от восторга. Ты замерла, задержав дыхание. Его пальцы держали тебя, не давая ни вырваться, ни сбежать. Ощущение, что он касается тебя изнутри, было одновременно пугающим и до невозможности возбуждающим. Ты не могла отвести взгляд от его лица. Его глаза, потемневшие от страсти, впились в твои, пытаясь заглянуть в самую глубину твоей души. В них читалось все: жажда, ревность, и нечто большее, нечто, что заставляло тебя дрожать от восхищения. Ты почувствовала, как внутри все сжалось, в предвкушении неизбежного. Желание затопило тебя целиком, затмевая все страхи и сомнения. Ты хотела, чтобы этот момент длился вечно.       — Эй, семь минут прошло, выходите! — внезапно раздался громкий голос Эрена с той стороны двери, сопровождаемый сильным стуком. Ты вздрогнула, когда он резко вышел из тебя, отстраняясь.       — Забудь, — единственное, что он произнес, опустив голову, а затем вышел из комнаты, будто ничего и не произошло. В твоих глазах отразилась буря. Сначала – испуг, неверие, но они мгновенно сменились диким, безудержным желанием. Ты чувствовала, как кровь бешено стучит в висках, как дыхание сбивается, превращаясь в прерывистые вздохи. Внутри все пульсировало, тело горело, готовое взорваться от напряжения. Ты шагнула вперед, следуя за ним, почти выбивая эту чертову дверь, не в силах больше терпеть. Игнорируя остальных, ты тут же схватила его за запястье, увлекая в первую попавшуюся дверь, готовая отдаться ему полностью, без остатка.