Война для мира

Как Джейс и думал, ужин ждал их в комнате малого совета, вместе со всеми остальными. Тут кроме Рэндома, Бенедикта, Дагона, Вольфа и Альбедо были и Рэйвен, и Бронна, а вот отсутствие Хелен настораживало. — Кто-то из пленников так плох? — спросил Джейс, не здороваясь, но проходя к столу. — Ах, как недолго мне досталось наслаждаться властью, — картинно вздохнул Дагон. — Он снова совершенно самоуверен и полон сил. — Ты даже не пробовал, не собрал свой личный кабинет министров, захватил моих. Дагон, посмеиваясь, покачал головой: — Наглец и узурпатор. Ваш внук, дорогая Бронна, надеюсь прекрасный и почтительный юноша? — Наверняка, — отозвался Джейс, придвигая к себе и Джулиану, который сел с ним рядом, поднос с едой. — Его небось воспитывали, а не баловали. — Ты был такой хорошенький, — Дагон снова картинно вздохнул. — Кто бы мог подумать, что из того ангелочка вырастет настоящий маршал! Джулиан не удержался — фыркнул и сказал тихо-тихо: — Он и сейчас… Голос его раздался поразительно громко, и Джулиан закашлялся. Вольф перегнулся через Альбедо, похлопывая его по хребту. — Не стесняйся, правду же глаголешь, — Вольф рассмеялся. — А мы собрались сами, ждали… — Вольф уставился на Джейса: — Ты и правда уже… в полном порядке? — Вольф смерил Джулиана взглядом и замер на его запястьях. Джулиан в ответ лишь поправил манжеты, спуская их пониже. — Я не думаю, что… стоит скрывать это, — заметил Рэндом. — Скорее… наверное, сейчас тот момент, когда мы должны поднять бокалы? Эта… битва с призраками прошлого стала настоящим боевым крещением и для Джули… ана и для Рэйвена. Они оба отлично справились. — Хотя все это может быть хитроумным планом Блэйза, теперь он собрал в одном месте оба своих источника, и если хотя бы один из них, на самом деле, на его стороне и… без браслетов, — Бенедикт говорил просто и спокойно, словно решал логическую задачку. Рэйвен посмотрел на Бенедикта скорее с непониманием. Сюда его пригласил Альбедо, и Рэйвен легко пошел: Альбедо был так похож на Джейса, и Рэйвену оказалось очень легко верить ему и Дагону. Альбедо даже попытался все объяснить Рэйвену с поддержкой Вольфа, и тот вроде бы понял, но пока еще не поверил до конца. Теперь он чуть ссутулился, не желая такого бурного внимания и не зная, что сказать. Рэндом уронил руку на лицо, и некому было унять его гнев: Хелен и леди Мариам были заняты. — Все горе… от ума, — процедил он. Джулиан вдруг весь опал, сердце остановило свой бег. Под ним не вспыхнул стул, но он чувствовал, как медленно поджаривается и как мало воды. Джулиан чуть приподнялся, лицо его горело: — Я… не просил. И не жду доверия и поблажек. Я справлюсь и в браслетах. И… если бы я хотел… Если бы я хотел ему помочь, то, — голос Джулиана пошел трещинами, а в глазах стало сыро. — Можно я выйду? — тихо спросил он у Джейса. — Я подожду тебя в комнате. — Душнилка моя, — фыркнул Джейс, глядя на Бенедикта. — Кто-то думает, что говорит, а кто-то говорит, что думает, забывая, что это не одно и то же. Джулиан, сиди, Бен просто думает вслух. Джулиан не посмел ослушаться и опустился обратно на стул, но застыл, прикусывая язык. О… ему много было, что сказать, но… иногда нужно думать прежде, чем говорить — Джейс так сказал, и это было весомо. Бенедикт вздохнул: — Твое неадекватное веселье, конечно, немного снимает подозрения. Но я — не душнила! — Все вы немного душнилы, — вдруг высказался Альбедо, подходя к Джулиану и кладя руку ему на плечо. — Но если развивать мысль, то Блэйз вообще-то не умеет без ритуала брать силу. Джейс действительно был много более веселый и расслабленный, чем обычно, казался немного безумцем, но Альбедо это нравилось. — Точно, — согласился Джейс. — А Джулиан мог задушить меня подушкой или зарезать. Острые предметы я от него не убирал. — У него адекватное веселье, — вступил Вольф, — это было блестяще. И мы без потерь, даже с прибавлением, — Вольф кивнул на Рэйвена. — Я… хотел сказать, — Рэйвен все же решился, хотя звучал очень тихо, — если мое присутствие нежелательно, то я все понимаю. И могу уйти. Тем более, что… здешняя моя комната очень большая и… комфортабельная. Я… Рэйвен все же растерялся, не зная, как объяснить. — О, боже, — прошипел Джулиан себе под нос, — ты… Я думаю, кроме меня, тут все безупречны, а некоторые и немного блаженны. Джейс, это никак не отменяет твоих планов, но… мне, наверное, и правда стоит уйти. — Я понимаю, вписываться тебе претит, но… противопоставляться друзьям Джейса — странный выбор, — Рэндом не отказался бы от помощи кого-то немного мудрее и уравновешеннее. — Я не противопоставляюсь, просто… Пусть он, — Джулиан уставился на Бена, — вернет чертовы браслеты, зато оставит свои мысли при себе. Мне… он тоже не нравится. И… «И никто, кроме Джейса, мне не нравится!» — уверенно решил Джулиан. — Что ты? — Рэйвен склонил голову. — Ведь… это нормально - опасаться нас. Не всякий зовет к столу чудовище. И… ты зря говоришь… Уверен, ты не делал такого, как я. — Чего? — Джулиан бурлил. — Ты никого не убивал, — ответил Рэйвен просто. — Ты промок, но чудовище здесь только одно — это я. И я был бы рад искуплению рядом с теми, кто дал мне свободу. Я не совсем понимаю о браслетах, но… уверен, Джейс и его товарищи примут верное решение. Джулиан отвернулся: он понимал, что ведет себя, как ребенок, но едва удерживал себя на месте. Слова о чудовищах вошли в его сознание просто и легко — вторя собственным сомнениям. Джулиан и правда никого не убивал. Кажется, он избежал этого даже в бою. Но… смерть была не самым страшным, что могло случиться, и Джулиан ссутулился, опуская голову под гнетом всей этой вины и ответственности. Он чурался себя, как чудовища, и уже неожиданно предпочел бы снова оказаться запертым в комнате. Его раздирало всеми этими чувствами: сначала заледенели пальцы, а потом он обратился в монолитную статую. Со стороны и не сказать было, но в ледяную и ненадежную — стоит тронуть, как отваляться значительные куски. Он вцепился в край стола: сейчас было гораздо более трудно и невыносимо, чем идти по болотам или помогать огненным разжечь костер. Бенедикт бил в него так, как бил Блэйз — неоспоримо и жутко. Ронял на колени. Джулиан предпочел бы упасть замертво в этой жуткой позе. — Мне кажется, что я не то имел ввиду, — сказал вдруг Бен. — Я не обвинял, а лишь рассуждал. Ведь любая простая логика… Я не пытался задеть, — Бенедикт стал резче, — но мои опасения тоже имеют место быть. И ваши доводы не абсолютны. Жизнь Джейса и его здоровье гарантируют Джулиану свободу. К тому же он связан клятвой. Но теперь, когда он учится пользоваться своей магией, он мог бы и без ритуала помочь Блэйзу, раз сумел так помочь Джейсу. И в чем же моя ошибка? Стакан Бенедикта перевернулся окатывая его водой, хотя Джулиан даже не смотрел. — Возможно, это тот случай, когда Джулиан прав, — выдал Рэндом. — Бен, пожалуйста, кроме логических построений есть еще чужие чувства. И они весьма хрупки. — Разве… — снова заговорил Рэйвен. Он странно чувствовал боль Джулиана, хотя так привык справляться с любой, со своей справлялся и сейчас. Вольф поднялся: — Стоп, — попросил он. — Мне кажется, Бенедикт просто не видел, как Джулиан защищал Джейса. И это мешает ему быть объективным. — Но мы не должны набрасываться ни на того, ни на другого, — добавил Дагон. Бронна оглядела мальчиков и тоже чутка приподнялась: — Ну-ка, возьмите себя в руки. Вы воины, или кто? Смирно! — скомандовала она. И даже Джулиан вперил в нее взгляд, по указке расправляя плечи. — Вы сейчас подводите Джейса. И ты, — Бронна оглядела Бенедикта, — и ты, — она перевела взор на Джулиана, — и коли вы оба его люди, а он ваш маршал, то вспомните, что вы мужчины, а не истеричные барышни. Бронна еще приосанилась: — Тебя никто не обвинял, — обратилась она к Джулиану. — А тебе… Блестящий логик, лучше бы отпустить свою тревогу. Не всяким нужно лезть в битву. Ум — это сила. Но… Мальчик был в бою и был молодцом. И коли хочешь, мы о том после побеседуем. А сейчас… вам обоим, молодые люди, стоило бы извиниться. Если не друг перед другом, то перед Джейсом, который едва собрал силы. Бронна не сомневалась ни капли и, несмотря на возраст и отсутствие стати, негрузно опустилась обратно на стул, укладывая ладонь на плечо Рэйвена. — А ты молодцом, милок, — сообщила она ему, вызывая в Рэйвене жуткое смущение. Джейс, несмотря на все происходящее, никак не мог лишиться своего веселья и, переглянувшись с Альбедо, искренне поделился с ним: — Душнилы. После чего впился в свой сэндвич. Ему действительно не хотелось объяснять сейчас, и Альбедо легко принял это на себя: — Рэйвен, никто здесь не чудовище. Просто семья Гетлы, твой старший племянник, — уточнил он у Дагона, чуть запутавшись, и продолжил: — он создал целый клан магов, которые делали, как она. И Джулиан был не только его пленником, но и сторонником. Поэтому Бенедикт волнуется. Но вообще-то Джейс… как бы сказать… — Не ангелочек, — подсказал Джейс, прожевав, и подпихивая Джулиану его порцию, отвлекаясь и требуя: — Ешь! — Ну вот, он при желании может любому из нас вложить свои мысли и пожелания и управлять. А, если бы Блэйз или Гетла могли бы получить силу вот так, просто из магии воды, разве стали бы они связывать своих родственников? Я думаю, они просто не способны взять силу обычным способом. — Обычным? — удивился Рэйвен. — Ну да, — Альбедо улыбнулся ему и потянул руку навстречу. — Вот так. Чувствуешь? Воздух между Альбедо и Рэйвеном чуть заколебался, и поскольку Рэйвен никак не ожидал такого, вдруг заклубился туманом, там, где магии встретились. — Обычно, это когда ты отдаешь добровольно, — пояснил Дагон. — Без страха и боли. Такая способность есть не у всех магов. И твой отец, Рэйвен, мечтал научить этому всех, а Гетла использовала это его желание. — А извиняться не надо, — заключил Джейс, становясь на миг серьезным. Бронна довольно оглядела стол и отдельно Альбедо и Джейса. Альбедо словно открыл окно, и даже пламени внутри Бронны стало легче пылать, а остальные успокаивались. Рэйвен проживал этот странный новый опыт: кто-то дал силу ему, а не отнял у него, и он улыбнулся Альбедо ошарашенно и светло. — Это очень приятно, — сказал он честно. Джулиан, немного успокоившись, даже последовал указаниям Джейса — отрезал себе кусочек мяса, вдруг понимая, насколько голоден. Даже головокружение чуть отступило. Бенедикт, осмыслив и слова Бронны, и слова Аля, легко согласился: — Вы правы. Это просто тревога. Очень грустно ждать вдалеке и не знать, что происходит. Бенедикт не любил извиняться, но посмотрел на Джулиана. Тот вздрогнул и, думая о воде на рубашке Бенедикта, вмиг стал ею, утекая на пол. Бенедикт тут же сделался сухим и даже немного отглаженным, и Джулиан смущенно добавил: — Только испарять лужи я еще не научился. — Я в сапогах, — Бенедикт заглянул под стул, — а лужа незначительна и скоро высохнет сама — ты быстро учишься. Это… хорошо. Внутри Джулиана что-то разжалось, принося облегчение. — Ешь, — напомнил Джейс, а потом снова спросил: — А где звезда моего взора? — Ах, как одной фразой разжечь огонь сразу в нескольких людях, — усмехнулся Дагон. — Один из пленников был со смертельной раной, и Хелен пока с ним. Остальные в лучшем состоянии, при том один из них встревожил Рэйвена, и я поместил его в темницу. Серьезных ран у него нет. — А план Рэндома? — Сработал, — отозвался Рэндом. — Кажется, девочка, Лика, друид. Звезда твоего взора? — не удержался он. — Ну да. Скажешь, не звезда? — Не твоя, — зловеще сообщил Рэндом. — Никогда тебя таким не видел. — Он был скучным и собранным, а теперь его переливает магией, — сообщил Бенедикт. — С воздушными бывает. То летают в окно, то ржут, как ненормальные, то всех бесят. — Всегда всех бесят, — уточнил Джейс. — Потому у меня еще один гениальный план — навестить Блэйза. — Как, опять? — Вольф аж откинулся на стуле. — Блэйза? — утонил Рэйвен. — Я все еще не до конца разобрался, прости, — Рэйвен теперь говорил с Джейсом, — моего племянника? Того, кто… Был моей Гетлой в последнее время? — Прежде чем идти, мы должны поговорить с Рэйвеном. И все ему объяснить, а то он окажется идиотом, — резюмировал Джулиан. — Да, мы с Алем попытались немного ввести его в курс дела, но у Рэйвена в голове каша. Его слишком долго вводили в заблуждение, — добавил Вольф. Дагон посмотрел на Джейса со скрытой нежностью, но сказал язвительно: — Кто бы сомневался? У тебя всегда есть план, и этот… по всему видно, блестящий. А как же постельный режим? Эти настроения Джейса и правда бывали редки. И дело было не в отсутствии контроля, любой, кто знал Джейса близко, распознал бы другое. Он бурлил, злился и хотел принести это именно тому, кто был источником его гнева. Джейс точно понимал, чего хочет, и собирался это получить. В ответ на это его настроение воздух вокруг Академии становился все гуще, полнее. Он оставался теплым и манящим, но то и дело в него врывались почти ураганные порывы ветра. — Я… говорил ему о том же! — воскликнул Джулиан запальчиво, вторя Дагону. — Только я слышу подтекст? — уточнил Рэндом. — Режим, явно, уже сработал, хоть какая польза… Рэндом остановился: он не пытался уесть Джулиана, а было не понятно, как тот отреагирует. Он поразительно реагировал на всех и на все, когда до того, рядом с Блэйзом казался таким холодным. Рэндом еще так недавно терпеть не мог Джулиана — не мог его простить, но сейчас он верил ему не меньше, чем тем детям, за которых сам попросил. И он вдруг понял: Джулиан не больше, чем один из них. Может быть, ему было даже хуже, и Джейс… просто спас его, как и Рэйвена. Вот и все. — Это не моя заслуга, — ответил Джулиан, — это просто… другое, — Джулиан чуть смутился. — Я знаю, — ответил ему Рэндом. — Это когда весь мир схлопывается в одну точку и даже жизни не жалко… Джулиан взмахнул ресницами, а Джейс безмерно красивым жестом поправил очки, и Джулиан замер в восторге. — В любом случае: боюсь, у нас нет права возразить, иначе наша Академия превратится в ходячий замок. Трудами Джулиана у кого-то уже и сейчас сила бьет через край, — Дагон улыбнулся, и Джулиан остался уверен — это не насмешка. — Я не влияю на погоду вокруг замка, — твердо напомнил Джейс и махнул рукой к окну: — Чистое и светлое небо. Никаких предпосылок к хождению… Джейс, впрочем, встал из-за стола и подошел к окну, разглядывая звезды, заставляя остальных замереть.