Война для мира

Уилл изнывал. Вроде бы ничего из происходящего не было наказанием, но Уилл чувствовал себя наказанным. А еще несчастным. Никогда и никто не мог запретить ему подходить к Ро, но… Ро сделал это сам. Уилл маялся браслетами, казалось, под ними ноют запястья, а еще началось какое-то дурацкое чесучее раздражение. Уилл не хотел учиться, не хотел ни с кем разговаривать, он не хотел есть, не хотел пить и… Не мог спать. Хотя вот этого хотел и довольно мучительно. Но… Он уже пару лет, как не засыпал без Ро. Уилл вышел из камеры, но все еще… Чувствовал так, словно не спал уже целую вечность. И все вокруг бесило, бесило, бесило! А проклятый Кьярра ни с того ни с сего взял на себя роль блюстителя порядка. Он мешал крушить и рушить, чем бесил отдельно и больше всех остальных. Не церемонился, хватал за руки и заламывал их за спину. — Ненавижу, — выдохнул Уилл куда-то в район груди Кьярра, потому что тот был просто… каланчой! Рядом с ним Уилл смотрелся маленьким и хрупким. Чего не любил, хотя внешностью почти гордился. И даже пользовался. Кьярра отпустил, но сил было как-то мало, и Уилл уселся у подножия двери в комнату Ро, слушая звук за ней. Нужно было подняться… Пойти куда-нибудь. Куда подальше от Кьярра. А точнее на поиски брата. Или веселья? Чего-нибудь. Нужно было как-то отвлечься. Но вместо этого Уилл постучал. И ему ответили. Тим почти сразу понял, что старейшина их провел. Дверь не была зачарована, просто стучаться было правильным, если только тебе и правда не были рады по умолчанию. Но Уилл так боялся, что не экспериментировал даже со стуком, хотя намек-то был прозрачным. Роуэл боялся тоже и мало оставлял брату шансов его застать, предпочитая теряться где-нибудь в замке. И, когда в дверь постучали, Тим даже слегка растерялся, но честно сказал: — Заходи. Его все равно нет. Тим не сомневался: стучит не Кьярра, тому вроде незачем было к ним соваться. Уилл толкнул дверь, и она… открылась. Он так и сидел перед ней на полу и теперь жалко переступил через порог ладонями, жадно ощупывая пустую постель Ро взглядом. — Где он? — спросил Уилл тихо. — Куда… С кем он пошел? Уилл привык, что на его вопросы всем положено отвечать. В их доме было так. Как привык, что Ро всегда с ним и к его услугам. Только… Ро, кажется, отлично справлялся без Уилла, а Уилл без него… Не мог. Жить? — Ушел он один, но вчера его привел обратно тот красавчик из воздушных, который обычно ходит за Маршалом. — Альбедо, — подсказал Кьярра со своей кровати. — Пока я учился в Академии, он был вечным нам назиданием о том, каким крутым можно быть. Хотя он мелкий… — Ну, вот, — Тим кивнул. — Альбедо. Тебе легче не станет, но он его именно провожал, а не конвоировал. Кажется, они нашли общий язык. Кьярра, а что он и правда так хорош, этот Альбедо? — Ну, не зря ж его Маршал за собой таскает? — Кьярра усмехнулся. — Он чистый воздушный… — Чистый? — Ну да… Ты ж никогда не учился тут… Но в общем изначальные обладают как бы одной силой. Из нее можно творить любые простые заклинания, но огненные маги не могут летать на своей силе, земляные вызывать ветер и так далее. Но среди них тоже есть более или менее крутые и не только по запасу силы, но по элементу. Маршал тоже чистый воздушный: он может летать, вызывать ветер, менять погоду, забрать воздух или наоборот что-то из него построить. Альбедо и в тринадцать мог больше многих, просто так, без старания почти, а он еще и старался. Он типа местный Джулиан. — Ну, значит твой братан завел хорошее знакомство, — заключил Тим, глядя на Уилла, который этому, конечно, не обрадовался. — Пиздец, — выдохнул Уилл втаскивая себя за порог. — А тебя вообще никто и ни о чем не спрашивал, — он покосился на Кьярра, — Не слишком ли ты стараешься, Кьярра? Решил заделаться хорошим? Не поздновато ли? — Ну… Я хотя бы стараюсь. А твоя тактика никуда не годится. Так, Уилли, можно только всех распугать. В том числе, отпугнуть Роуэла. Зачем ему злой и капризный ты, когда сам Альбедо обратил на него внимание? Он, говорят, очень приятный в общении, а еще умный и талантливый, многому сможет научить Роуэла. Уилл ударил в пол, но камни не позволили причинить себе боль, раскрошились под кулаком, словно Уилл был какой-то Халк. — Ты совсем отбитый? Зачем… портишь пол? Думаешь Роуэлу очень понравится такой вот привет от тебя? Уиллу захотелось реветь, но он не стал: — Слушай, может, ты заткнешься? Может, оставишь меня в покое, останешься… за… дверью? Я уже не знаю, что сделать, чтобы ты отстал от меня! Записался в любимчики Рендейла? Может, еще свои услуги ему предложишь? Если бы не его рыжуха, предложил бы, да? В глазах Кьярра вспыхнуло пламя, темное и жгучее. Кьярра чувствовал силу и даже… не то чтобы не знал ее и не понимал, что с ней делать. Сейчас силы было много, и это было приятно. — Ты… Ужасно неприятный, Уилл. Но… Что ты будешь делать, если и я откажусь с тобой жить? Если ты останешься… один и… Так же как… Ты считаешь я прикидываюсь, но запросто оскорбляешь меня, забывая, что я старше и гораздо сильнее. Меня даже драться учили. Я вообще-то не украшенька какая-нибудь семейная, а боевой маг. А что если… Я захочу, чтобы это ты побыл к моим услугам ночью? Тут… отлично, но немного одиноко, и как-то… Этого ведь обычно никто не ждал от тебя? Уилл застыл, вздрогнул. А после голова у него закружилась, к горлу резко подступила пустая тошнота, в груди стало тесно и билось больно. «Ро!» — успело мелькнуть в голове. Уилл звал… А после сознание блаженно оставило его, позволяя и не отвечать, и не помнить. Ничего не знать ни о чем. — Ну, блин, — протянул Тим, подходя к потерявшему сознание Уиллу, — ты его напугал. — Он меня оскорбил, — фыркнул Кьярра, тоже подходя. — Все мы не были молодцами, как Лика и Ро, а уж тем паче как изначальные, но бесит, как он пытается просрать все шансы. — Брат ему шансов не дает… — Тим склонил голову, размышляя — больше всего о том, что Лика вот на стуки Кьярра отзывалась, хоть и дрожала, как осинка на ветру. — Как твой цветок? Кьярра хмыкнул и кивнул на Уилла: — Помоги его дотащить, и покажу. Тим охотно подхватил Уилла за подмышки, когда Кьярра взял его за ноги. Они уложили Уилла на постель, Кьярра показал Тиму горшок с цветком. — Это, конечно, не очень честно, но когда Лика к нему прикасается или говорит с ним, он сразу растет, как не в себя. Сегодня после обеда мы его пересадили в горшок побольше. — Нарисовывается стиль подката к друидкам, — усмехнулся Тим. — Это же не оскорбление? — Ну, пока ты не используешь подкат сам — точно. А твой растет? — Конечно — нет, но не сохнет хотя бы. Мы не будем никого к нему звать? — Тим покосился на Уилла, а потом глянул на его кактус. — Он его поливает? — Горючими слезами, — Кьярра чуть скривился. — Ро попросил меня за ним смотреть. Что характерно, за кактусом. Знаешь… здесь все так наполнено магией, но не заклинаниями, а словно символами. Не так, как… было у нас. Тим кивнул. До того, как он оказался в замке Блэйза, он никогда не был окружен магией, а его собственная казалась слабой, она высверкивала всегда не вовремя, делая его изгоем и «психическим», потому приятно было оказаться в месте, где его за нее хвалили. Правда не слишком долго. Тим не успел узнать свою настоящую магию, хотя успел почувствовать чужую. Но его ритуалы были довольно слабы, и скоро его сочли достаточно бездарным, хоть и годным для ритуалов в роли жертвы. И сейчас, когда остальные несмотря на браслеты то и дело выкидывали разные фортеля, Тим… был обычным, и это чуть пугало. — А то, что Роуэл не дает шансов… Ну, а ты бы на его месте давал? Даже странно, что Уилл так убивается. Кто бы мог подумать? А звать мы никого не будем. Пусть Роуэл гуляет и отдыхает. Уилл же не умирает и не барышня. Просто если не жрать и не спать, и не такое случится. Хотя… Немного стремно, что он так долго не приходит в себя. Кьярра знал, как люди теряют сознание и как обратно в него возвращаются. И… Его учили: если нет, то нужно возвращать. — Может, нам полить его водой, как думаешь? А то… Изначальные ведь сильно расстроятся, если их ученик вдруг заделается овощем… Лика точно расстроится, — Кьярра наморщил лоб. — Можем и полить… — Тим подошел к Уиллу, прижался ухом к его груди, потом нащупал пульс. — Но он же не кактус… По-моему он просто уснул, наконец. — Ну и прекрасно, — Кьярра улыбнулся. — Тогда пусть спит, ему полезно. Может перестанет быть таким… — Кьярра чуть скривился. — Иногда мне кажется… Будь его воля, он бы сказал что-то вроде «купите мне его!» Просто пиздец какой-то. Может… Пойдем прогуляемся? Подышим свежим воздухом? Это классный замок, много переходов, тупичков, а вокруг сад и поле. Ты же ничего этого не видел, давай покажу? — Не откажусь, — Тим улыбнулся. Хоть Дагон и сказал им, что они могут ходить по территории, не таясь, привычка или страх заставляли их почти красться, прячась от встречных. Кьярра хоть и лучше Тима понимал устройство Академии, многое забыл и становился все не увереннее. Так было, пока они не оказались в широком переходе на первом этаже. Там вместо окон во внутренний двор глядели высокие арки, обвитые плющом. В одном из пролетов Тим и Кьярра заметили Серсею. Она сидела, обняв колени, а рядом с ней стоял, улыбаясь… капитан воздушного отряда. И Тим, и Кьярра не раз видели его в бою, а теперь он так явно кадрился к Серсее, что это было понятно и с расстояния в несколько шагов. Переглянувшись, Тим и Кьярра прыснули со смеху, вспоминая, как крались коридорами. На их смех Серсея обернулась, а капитан вдруг махнул им рукой, а после что-то спросил у Серсеи. Она взглянула на него удивленно, потом ответила и, когда парни подошли, уже легко представила: — Кэмерон — это Тим и Кьярра. Кьярра и Тим — это Кэмерон. — Все мы немного знакомы, — заключил Кэмерон. — Но… — Кто старое помянет, тому глаз вон? — предложил Тим. — Неплохо, — Кэм тряхнул волосами, расправляя плечи. — Согласен. После своего разговора с Джейсом и Вольфом, после знакомства с Джулианом и совместных тренировок с ним, Кэм многое понял. И, кажется, стал терпимее. Хотя… Стоило признать, Серсея просто ему неожиданно понравилась. С ней он тоже виделся в бою. Она не стала другой, но… Кэму нравилось смотреть, как она улыбается. Впервые встретив ее позавчера, Кэм подошел осторожно, спросил не заблудилась ли она — Серсея выглядела немного растерянной посреди анфилады на пути к большому залу. Он вызвался проводить ее, и… так получилось, что провел ей небольшую экскурсию по замку — слова цеплялись за слова, и уже совсем вечером Кэм проводил Серсею к ее комнате. Встретились они и вчера, а сегодня Кэм, уже не таясь, честно позвал Серсею… Не на свидание, конечно, но… Ему не хотелось повторять прошлых ошибок, изображать что-то, когда хочется просто говорить и быть рядом. К счастью, Кьярра и Тим все поняли — не стали задерживаться надолго, когда Кэм рассказал им, куда можно прогуляться, упомянув даже о дереве. — Наверное, туда лучше направиться… вам, — смело предположил Кьярра. И Кэм чуть не хлопнул себя по лбу, но лишь обворожительно улыбнулся: — Пойдешь? — упросил он у Серсеи, уже протягивая ей руку, чтобы помочь спрыгнуть с парапета. Это стало первым их прикосновением. От него раздувало грудь и волосы Серсеи. — А если нас увидит кто-то… Из твоего отряда? — Серсея посмотрела на Кэма. — Что ты им скажешь, Кэмерон? — Половина моего отряда уже на стороне Джулиана, — хмыкнул Кэмерон. — Больше того, мой Маршал с ним встречается! Так что… пусть смотрят и завидуют. Ты гораздо симпатичнее Джулиана! Серсея засмеялась, прикрывая рот ладонью. — Какая грубая лесть, — сообщила она. — Видишь ли, подкатам я учился у Маршала, а там не сады: пленить, запереть, бросить на дело. Кэмерон улыбался, ему легко давались эти слова, он не хотел поминать старое, зато хотел, чтобы Серсея согласилась. — Ого, — Серсея откинула волосы, — какой необычный стиль для Изначального, но… Не то чтобы мне совсем не знакомый. Не… пугает. Но давай все же попробуем без «запереть». Я пойду с тобой к волшебному дереву. И на задании вместе было бы интересно. Ты можешь даже рискнуть… Взять в плен мое сердце. Хотя говорят оно холодно, как лед. А если будешь откровенничать с узниками… Они тебе и не такое про меня расскажут. Не все тебе придется по душе, капитан. Что тогда? Серсея не хотела выдумывать и ходить вокруг да около. Ухаживания были ей очень приятны. Особенно от Кэмерона, который нравился. Но она хотела знать, что он не предъявит ей однажды за все, что она делала, как и за все, что было с ней. Это была безысходность. Серсея старалась в ней уступать или забирать, но не терять себя. И кажется… У нее получилось, хотя она была теперь далеко не невинной. Во всех смыслах этого слова. Кэмерон опешил в первую секунду, а после решительно поймал удар: — А я предпочту откровенничать с тобой. Ледяное сердце — тот еще вызов для того, о ком говорят, что он переменчивее весеннего ветра. Рисковать так вместе? — Да, — Серсея улыбнулась. — Тогда… веди меня к чуду… мой капитан.