Война для мира

Обстановка в кинозале с первого шага поразила Джулиана, но скорее… порадовала. Приятный полумрак и что-то… ужасно… домашнее? Такое, как в жизни Джулиана до появления в ней Джейса никогда не бывало. Джулиан неожиданно понял: все это не кажется ему «странным сборищем фриков», как назвал бы его Блэйз. Вроде бы Джулиан раньше был знаком со всеми своими… однокурсниками? Ведь у них, выходит, был свой целый маленький факультет отстающих… фриков? Джулиан улыбнулся этой мысли, он не стеснялся, а внезапно почти радовался, что он один из них. Это тоже оказалось неожиданно, зато приятно. Словно только теперь они знакомились по-настоящему, и это было… интересно. Определенно. Джулиан бы даже задержался с ними, уговорил Джейса, но… Он ужасно хотел в последний ряд. И был уверен: к началу кино Рэндом погасит свет, или поглотит, или что он там с ним делал? Тем более… В отличие от компании избранных Блэйза, у Джейса были не избранные, а друзья. А среди них был Аль, который смущался, но сидел прижавшись к Вольфу, в его весьма собственнических объятиях. Это как-то само собой навело и укрепило Джулиана в мысли о том, как именно он хочет провести этот вечер. Ему слишком нравилось провоцировать и дразнить Джейса, чтобы отказать себе в этом сейчас. Но Джулиан решил для начала усыпить бдительность своего Маршала. Ему хотелось оказаться внезапным, неожиданным, сразить Джейса наповал, чтобы тот… Не сильно сдерживался, может, даже забыл обо всех и обо всем. Они уселись рядом с Вольфом, который заботливо оставил для них стулья по правую руку от своего операторского места. Джулиан восхитился идеей, воплощением и глинтвейном, правда очень вкусным, а дальше разговор потек сам. Он был легким и приятным, Джулиан даже честно и со всем желанием поделился с Алем последними своими новостями. Закончив с импровизированным ужином, Вольф вопросил: — Ну… пора? — Да, — кивнул Рэндом, — это будет феерия и активное обсуждение в первые же десять минут, гарантирую. Когда все зашумят, нужно тормознуть. — Принято, — Вольф улыбнулся, и свет погас, тем и обозначая, что антракт закончен. Все замерли, рассаживаясь, но большинство так и остались на полу у экрана. Тогда как Вольф поближе притянул к себе Аля, утягивая его к себе на колени… и… Джулиан подался к Джейсу, шепча ему в ухо: — Обещай, что поцелуешь меня. Хочу узнать, как это, когда в кино. Джейс усмехнулся: — Я тоже бы не отказался узнать, но… Джулиан уже успел расстроиться, но Джейс, отвлекшись от экрана, на миг укрыл их воздушным коконом, вдруг превращая два их стула в некое подобие дивана или очень широкого кресла. — Никакого же в них уважения к моей маршальской заднице, — Джейс перестал колдовать, и уже обычным жестом притянул к ним плед, а развернув его, накрыл колено Джулиана ладонью. Джулиан встрепенулся и повел языком по раковине уха Джейса. Тот… оказался поразительным: теперь воплощать в жизнь то, чего жаждал Джулиан вдруг стало гораздо комфортабельнее. Уже не нужно было искать, как так пристроиться у ног Джейса, можно было просто… Трогать. Особенно теперь, когда Джейс начал первым, подавая пример. Джулиан так и не смотрел в экран, только на шею Джейса, белеющую в темноте. Зато тоже накрыл его колено ладонью и, не сомневаясь, повел ею вверх. Он испытывал терпение Джейса, но… Того и хотел. Так, чтобы к концу кино оно просто… Взорвалось и обрушилось на Джулиана. А в зале стало безумно тихо, не в смысле, что закончилось кино, но весь шепоток оборвался в один миг. — Взгляни на экран, — шепнул Джейс таинственно, накрывая ладонь Джулиана своей, не давая ему двигаться дальше. Джулиан повернул голову и увидел… в общем-то то же, что все остальные. Сереброволосый парень с кривой усмешкой Джулиана и зализанными волосами в восхитительном парадном маршальском костюме и с катаной наперевес копался в шкафу. И Джулиан обратился вслух. Нес парень… Первостатейный… бред в духе Вершителей. Но завораживал. А Джейс, одной рукой удерживая Джулиана, пресекая его инициативу, сам двигался от его колена вверх. Джулиан сглотнул, чувствуя, как разрывается между тем, что делал Джейс… Так невозможно, так потрясающе и удивительно, и тем, что показывали на экране. А зрители вдруг очнулись и зашептались все разом, разливаясь по залу шепотом, как волной. Вольф, как и обещал Рэндому, поставил кино на паузу. — Давайте обсуждение, — провозгласил Рэндом, безумно собой довольный, обнимая Хелен очень нежно и крайне прилично. Начал его Джейс: — Это кино про меня? — усмехнулся он, не переставая гладить Джулиана, то замирая над членом, то снова скользя вниз. Он не целовался в кино никогда, но Джулиана хотел гораздо больше, чем целовать. — Судя по тому, что он говорит, про меня в твоем камзоле. Очень… жизненно, — возразил Джулиан, кое-как заставляя голос не дрожать. — Ты на себя наговариваешь… Это твои речи за позавчера, — включилась Серсея. — Но речи Уилла за сегодня, — усмехнулся Кьярра. — А у Ро тоже когда-нибудь будет воздушный парадный костюм, голубой. — А наш Маршал никогда не бывает таким противным! — присоединилась Линдси. — Да? Ты думаешь? — усмехнулся Джейс. — Уверена, — Линдси категорично фыркнула. — А я бы обсудил и про второго брата, — Кьярра хмыкнул, — он вот ужасно похож… На меня. Скажете нет? — Кто-то перетягивает одеяло на себя? — Рассмеялся Кэм. — А ты, что, тоже хочешь? Подозреваешь себя в блондине? — Кьярра склонил голову, чуть приобнимая Лику. — Ничуть… Оставлю лавры другим. У меня никогда не бывает такого выражения лица. — Что, серьезно? — в один голос спросили Линдси и Серсея. — Хм… — глубокомысленно выдал Аль, было видно: он их поддерживает. — Но все же… Маршал, Джулиан или Уилл? — Вернул всех к теме Тим. — Только Рэндом видел все до конца, и… каково мнение эксперта? — Мнение эксперта будет в конце, — усмехнулся Рэндом, — пока же… Гадайте! Так будет только интереснее. И я бы так легко не отдавал брата в красном исключительно огненной магии. — Почему? — не сдержался Вольф. — Сходство и правда на лицо. Ну, и… конфликт… Огненная с водяной, вроде того. — Джул, кажется, Вольф уже распределил роли и выбрал… тебя, — Рэндом рассмеялся. — Но… А на меня, что, не похож? Я бы оставил нам все варианты. Пока… смотрите дальше. Свет снова померк, а Джулиан тут же обернулся к Джейсу. Тот оказался много смелее и провокационнее, чем можно было ожидать. Он гладил вокруг члена, иногда вскользь касаясь и его через джинсы. И это было убойно. — Что… ты… делаешь? — спросил Джулиан, не пытаясь остановить Джейса, зато пробуя освободить руку и надеясь хоть частично завладеть инициативой. — Это называется… дразнить, — не стал отнекиваться Джейс. — Я разгадал твой план и переиграл тебя. Это было не совсем правдой — Джейс просто придумал свой план. — Нечестно, — выдохнул Джулиан, опаляя шею Джейса дыханием, а после и касаясь губами, ведя языком вниз. Он не собирался сдаваться, а звучал вовсе не обиженно, скорее очарованно. Он оставил попытки освободить руку, зато нашел, что у него есть вторая и запустил ее за спину Джейса, водя по ней, спускаясь к копчику — Джейс так кстати был без камзола, в одной лишь рубашке Джулиан не мог сосредоточиться на просмотре, хотя… Было интересно, и он косил в кино одним глазом, но… Реальный Джейс все же был много интереснее. Тем более… Если Джулиан был Верджил, то в этом каноне ему недодали Маршала. Данте был хорош, но на Джейса не похож. Джулиан пусть плохо, но все еще мог думать, и… Вольф и Кьярра казались ему кандидатурами куда более подходящими. — Вы еще не знаете, как… Данте умеет мучиться, отмораживаться и обижаться — в анимахе это раскроется полностью, — сказал Рэндом громко, чтобы все слышали и… как и собирался, принося новый сумбур и виток перешептываний. — Пока не тормози, — предупредил Рэндом Вольфа, — чуть-чуть попозже… — Интриган, — усмехнулся Вольф, соглашаясь, он не очень любил прерывать просмотры. Хотя сейчас это имело не очень большое значения. Аль в руках был интереснее, и… он реагировал так… Ярко. Так важно. Когда кино, очень интересное и полное образов было спасением — способом Вольфа держать себя в руках и не переходить черту. Но она была достаточно далеко, где-то за правом Вольфа целовать Аля в плечо и обнимать горячо. Хотя вот теперь Аль гораздо больше сосредоточился на экране, что тоже весьма помогало. Джейс успел расстегнуть ширинку Джулиана и ответил, когда уже коснулся его прохладной кожи на животе: — Я нечестный, я предупреждал. Но ты не отвлекайся, потом еще обсуждение… Очень хочу послушать твои идеи. Реакции Джулиана расширяли план Джейса, превращая его почти в форменное злодейство, но Джейс не собирался останавливаться. Но и ставить Джулиана в неловкое положение не собирался тоже, потому попросил: — Давайте все же без остановок, так картина будет полнее, и вообще… Лучше подводить итоги и дискутировать, располагая всеми данными. Его просьба, хоть и подлежала обсуждению, в этот раз прошла без возражений, и после Джейс даже сосредоточился, правда не на фильме, а на том, чтобы создать вокруг них с Джулианом купол, рассеивающий внимание окружающих. Так свободы стало больше, о чем Джейс и сообщил Джулиану, проводя пальцами по его возбужденному члену: — Теперь никто на нас и не взглянет. Можешь считать, что… — Мы растаяли в воздухе? — прошептал Джулиан вмиг пересохшими губами, чувствуя, как поднимается буквально все. — Да, — Джейс улыбнулся, касаясь улыбкой виска Джулиана, — но если будешь шуметь, это достаточно не сработает, а мы только в начале пути. Сюда… Джейс потянул Джулиана к себе, и тот сдался в один миг, словно порывом ветра, оказываясь у Джейса на коленях. Вокруг были люди, а… Это было уже так… Запредельно откровенно, но… Никто не видел, а отказаться не то, что было невозможно — вовсе не хотелось. Джулиан собирался взвести Джейса и… Кажется, даже смог. Теперь Джейс уже не просто дразнил — он делал. Когда от каждого его действия, каждого прикосновения и даже от дыхания — Джулиан таял. Проблема была уже не только в тишине: внутри Джулиана волновался его личный омут. Джейс прикармливал чертей, и те льнули к его рукам, а вода дрожала. И требовалось обуздывать стихийную магию, не позволяя глинтвейну в чужих стаканах разволноваться, когда Джулиан почувствовал стояк Джейса через джинсы и впился пальцами в поручни кресла, теряя всякую способность к возражениям, но не жалея об этом ничуть. Джейс и правда не особенно любил кино, всегда отвлекался, даже если у него не было ничего настолько интересного, как Джулиан в руках. Джейс ласкал его теперь довольно неспешно, в полглаза поглядывая на экран, когда руки жили своей жизнью, а губы то и дело касались шеи Джулиана. Джулиан дрожал, прижимался, кусал губы, и, когда бледноволосый красавчик Данте вновь вступил в бой с какой-то нечистью, Джейс спросил шепотом: — Еще? Джулиан повернулся к Джейсу, опаляя его взглядом, а после впился в его губы, выдыхая в них тихое, но требовательное: — Да. — Приподнимись. Другие инструкции Джулиану не потребовались: он сам стянул джинсы, давая Джейсу возможность быстро решить вопрос со своими. Джулиан уже весь полыхал, и Джейс едва удержал его от порыва опуститься на него сразу, но снова забрал в свои руки, теперь и лаская, и дразня на входе. Джулиан застонал, и Джейс напомнил ему: — Тшшш… Джулиан зажал рот рукой, прикусывая большой палец. Все это было совершенно сумасшедше и нереально круто. Возбуждение текло по телу, восходило быстро и ярко, во всем слушаясь Джейса. Джулиан позволил себе прикипеть ближе, почувствовать больше, потереться, обозначая свое нетерпение. Внутри все ныло и ждало Джейса так, что хотелось кричать. Джейс тихонько поцеловал Джулиана за ухом, после шепча: — Мой… хороший, — и вошел резко, сам накрывая рот Джулиана ладонью, чувствуя его горячий язык на пальцах и снова легко целуя. Джейс замер, не двигая даже рукой по члену Джулиана, дожидаясь, когда его дыхание выровняется. Держать Джулиана так, абсолютно чувствуя его своим, когда он горел в руках, было потрясающе. — Это, кстати, одна из двух поз для кабинета, — улыбнулся Джейс, начиная двигаться. Это было очень медленно: лишь легкие покачивания, когда пальцы порхали по члену, а теплое дыхание сменялось невесомыми поцелуями — но ярко и будоражаще. Джулиан не смог бы ничего сказать, даже если бы был способен придумать какую-нибудь фразу. Но внутри него был Джейс — во всех смыслах: он заполнял тело, разум, душу, сердце, фантазии — весь мир. И, чувствуя Джейса в себе, Джулиан присваивал его, затягивал на глубину, он ожил, чуть двигаясь сам. О боли не шло и речи — внутри множилось лишь раздирающее, захлестывающее удовольствие. — Не спеши, — Джейс прикусил Джулиана за ухо, вползая в него языком, чувствуя как Джулиан утягивает в рот пальцы, — этот момент стоит того, чтобы тянуть. Джейс определенно не хотел спешить. Ему нравилось чувствовать так, качаться на этой волне, когда Джулиан в буквальном смысле растекался и пенился под ладонями. Джейс никогда бы не придумал такого в своей порывистости, но требовать от Джулиана не стонать и не кричать при более резком движении было бы жестокостью и кощунством. Джейс слишком любил его стоны, чтобы запрещать. От того сейчас он уговаривал и ставил условия, точно зная: это распалит Джулиана лишь сильнее. — Лучше смотри на экран. Чувствуй меня и смотри. Запоминай, чтобы… После расказать мне. Когда… все, как ты любишь — мое внимание только тебе, мой хороший. Джулиан втянул воздух через нос, а пальцы Джейса в рот и остановил новую волну движения, так соглашаясь на все, окончательно отдавая Джейсу управление. Его слова взбудоражили, задевая до души и дрожи. Страшно не было, было… Ужасно интересно, и невероятно горячо. А еще… Вызов был брошен — Джулиан его принял, точно зная, какой будет награда. Идея была безупречна: если смотреть кино, пытаясь понять его смысл, можно потянуть и еще немного. «Да,», — написал Джулиан языком на ладони Джейса, прежде, чем тот убрал ее и… Джулиан, вот черт, знал, куда он ее положит и ждал этого. «Твой хороший,» — подумал Джулиан, вслушиваясь в звук вокруг, вычленяя его из шороха их одежды, капели внутри и дыхания, своего и Джейса. Джейс не закрывал глаз, но смотрел преимущественно на профиль Джулиана, наблюдая его реакции, чувствуя каждую. Тягучее удовольствие медленно затягивало их обоих, в какой-то момент накрывая с головой, оставляя Джулиана расслабленным и нежным в руках Джейса, когда меньше всего хотелось выбираться из их купола в мир. Джейс сосредоточился на экране, понимая, что у них осталось минут пятнадцать, теперь осторожно смещая Джулиана, но не выпуская из рук, гладя по плечу, и даже кое-как вникая в фильм, где напряжение пока лишь нарастало. — К сожалению, нужно одеться, — напомнил Джейс нежным шепотом, наблюдая, как Джулиан фокусируется, кивает и через минуту быстро, даже не поднимаясь с кресла полностью, натягивает джинсы. Это тоже было дивным зрелищем: то, как Джулиан выгибался, ловко приподнимая задницу, а после посмотрел, сдувая прядь с лица. Джейс поймал ее, непонятно для себя накрутил на палец, притянул Джулиана к себе, обнимая за плечи, и поцеловал в висок. Сердце Джулиана екнуло, он забыл выдохнуть, чувствуя после всего того охренительного, что было, еще и этот жест, шепча: — Твой хороший… И все-все смогу тебе пересказать, — целуя Джейса в щеку, находя его ладонь, чувствуя, как Джейс сжимает пальцы. К моменту, когда просмотр закончился, а Рэндом вернул тихий мягкий свет перед обсуждением, Джейс и Джулиан выглядели совершенно прилично, так скромно, словно совсем ничего между ними не случилось.