Трактат о Решимости

      Мрачное, но вместе с тем и созданное с особым усердием рабочих место находилось прямо по центру Кердота, называемое Центральной башней. Она находилась вблизи торговых улиц, так как они буквально окольцовывали огромный вертикальный тоннель, вмещающий в себя главную площадь, Три Главных Котла и саму Башню, своими витиеватыми каменными коридорами. Хоть Башня и находилась на всеобщем обозрении, но для большинства всё же оставалась в полной недосягаемости, так как её обитатели были элитой элит.       Партия. Слово из шести букв, заставляющее вздрогнуть каждого кердотца. Четверо неизвестных, но очень влиятельных личностей держало в своих руках весь город, пока пятый был у всех на виду.       Дорого и минималистично обставленные коридоры белых и бежевых тонов составляли большую часть Центральной Башни, и практически каждый из них вёл к обширному помещению с высокими потолками и хорошей освещённостью — залу, где обычно собиралась Партия. И прямо сейчас по этим коридорам размеренно шагал один из членов Партии — Темпус. Этот двухметровый длинноволосый полностью белый мужчина-киборг состоял из органических искусственных материалов, так тонко созданных людьми несколько сотен лет назад. Несмотря на свой неестественный человекоподобный вид за счёт кожаных пластин, составляющих безэмоциональное лицо и между которыми оставались тёмные щели, так как они неплотно находились друг рядом с другом, Темпус вёл себя человечнее обычных людей.       «Я — человек. В другой оболочке», — напоминал себе он, снова и снова разглядывая собственный облик в зеркале перед редкими общественными мероприятиями. И он был прав, хоть многие это и отрицали.       Перед Темпусом ненамного выше его открылись мощные двери, ведущие в зал собраний. За круглым столом прямо по середине белого зала, на стенах которого в виде мозаики изображалась многолетняя история Кердота, восседали различного рода люди, отвечающие за своё направление. Всего их было четыре, как и представителей: торговля, промышленность, шахта (так как основные ресурсы, которыми располагает Кердот, шли оттуда) и биологический сегмент, включающий в себя медицину, ботанику, агрономию и небольшое количество их ответвлений. Однако на данный момент стол занимало всего три человека.       Стоит заметить, что стол был не совсем круглым. В него была вмонтирована прямоугольная вставка из того же материала, что и столешница, поэтому он напоминал по форме круглодонную колбу. И за это прямоугольное место как раз сел Темпус, сложив руки перед собой.       — Приветствую, товарищи сопартийцы, — его голос разнёсся эхом по всему залу.       — Мы Вас предупреждали, Темпус. Пожалуйста, не называйте нас «товарищами» — эта кличка для рабочих, верящих в воображаемую связь между теми, кто работает вместе с ними, — Секрантес, женщина лет пятидесяти семи, одетая в длинное свободное платье и плащ с капюшоном, на краях которого висели ниточки с нанизанными на них маленькими драгоценными бусинками. Её взгляд из-под бусин небрежно скользил по остальным, в том числе и Темпусу. Одна из самых старших, она отвечала за сегмент торговли.       — Прошу прощения, — Темпус прикрыл глаза.       — Давайте перейдём к делу, — нетерпеливо прервал разговор Трезерон. Он выглядел сильно моложе Секрантес, однако также, как и она, имел интересную деталь на собственном лице: из краёв глаз протянуты тонкие проводки, затем намотанные крестообразным способом на кривые проволоки, выходящие из виска Трезерона, чем-то напоминая плавник древних глубоководных жителей, описанных на фресках зала. Говорят, что это собственная разработка представителя сегмента биологии, только много он о ней не распространялся, лишь убирая при упоминании странного прибора редкие пряди волос с лица и незаметно для всех касаясь этих проводов.       — Они, червь возьми, убили котельного, — проговорив сквозь зубы, Трезерон постепенно выходил из себя. — Это развяжет им руки, и тогда эти монстры захотят жить по своим правилам. А что могут люди без образования? Убивать и разрушать, больше они ни на что не способны. Если они будут жить без минимального порядка, они просто загрызут друг друга то ли от холода, то ли от бешенства.       — Рано разводить панику, — Секрантес приподняла ладонь в останавливающем жесте с намерением показать, чтобы Трезерон охладил свой пыл. — Да, это может дать им толчок. Но не забывай, что они достаточно долго живут с мыслью, что котельные — это сильные наёмники, которым противостоять смысла нет. Воочию никто не видел труп. Достаточно просто распустить слух, что это ложь, и люди просто хотят оклеветать защитников. Нельзя слишком остро реагировать на их нападки — это только спровоцирует их, и вот тогда мы не оберёмся проблем.       — Ложь закроет некоторым глаза, но в то же время активизируются те, кому не всё равно, — Темпус вступил в их диалог, снова открывая веки. — Вряд-ли они забудут спустя двадцать лет.       — Тогда нужно снова достать плешивую грязь, из-за которой и произошёл тот бунт, всё просто, — Трезерон сумел моментально взять себя в руки, включаясь в рассуждение с большей расчётливостью.       — Как они помогут нам? Не спровоцируют ли они людей на ещё более страшные последствия? — пытался понять ход мыслей собеседника Темпус.       — Эти люди — хорошие манипулятивные устройства, — наконец заговорил Заркант, дольше всех находящийся на посту члена Партии. Он относился к сегменту управления шахтами, а по совместительству являлся старшим из большинства присутствующих. Худощавое лицо проглядывало лишь тогда, когда он поворачивал голову вбок, так как всю его переднюю часть закрывала длинная клювообразная маска, на конце которой крепился съёмный респиратор, на данный момент отдалённый ото рта. Из-за резких перепадов количества воздуха в различных местах, которых он бывал, ему приходилось носить её постоянно.       — Их знают как тех, кто хотел, чтобы народ «жил лучше». А значит, им доверятся. Ведь всем хочется верить, что на этот раз всё точно получится. И мы дадим им эту возможность, — продолжил он спустя несколько секунд молчания и собственного громкого дыхания. У него явно проблемы с лёгкими.       — Что Вы предлагаете? — Секрантес напряглась и нахмурила брови, еле заметные из-за бусин.       — То, что слышали — дать им волю.       — Не лучшая идея перед праздником Бытия — давать бесконтрольным существам столько свободы. Все наши приготовления пойдут насмарку, лучше это всё быстро свернуть, — вновь вставил своё слово Трезерон. — Праздник, когда многоуважаемый Темпус вернулся в строй спустя несколько сотен лет после окончания строительства Кердота — важная часть традиций нашего города, не так ли? И, если мне не изменяет память, у нас юбилейное число.       — Чем быстрее и сильнее мы возьмём всё в свои руки, тем плодотворнее будет результат. Людей нужно сконцетрировать на мысли об изменениях, которые и проповедают наши «рычаги». Только менять будем мы, а не они. «Что-то изменится» — так должен мыслить каждый кердотец. Нужна атмосфера, ощущение.       — В таком случае, праздник Бытия несомненно важен, — задумчиво ответила Секрантес. — Тогда мы можем совместить праздник и подавление. Главное — найти и отвести бунтовщиков в надёжное место для подавления, желательно подальше от центра.       — С этим проблем не будет. Наши «устройства» этому поспособствуют, — Заркант спокойно кивнул. — После Пятого бунта, в котором они так активно принимали участие, аресту и казни бунтовщики подвержены не были. Однако тщательная слежка за ними продолжается до сих пор. Всё ради того, чтобы в будущем как можно тщательнее контролировать волнения.       — Весьма необычный метод содержания заключённых, — прокомментировал Темпус, поднимая глаза на Зарканта напротив себя, лицо которого скрывалось за маской. Его закрытый вид отталкивал, навевая ощущение страшных тайн за его спиной. В самой загадочной сфере деятельности Кердота, шахтах, этот человек находился давно.       — А что скажете Вы, Темпус? — Секрантес обратилась к нему с неким возвышенным тоном в голосе. — Вы, как ответственный за социальное благополучие граждан, тоже должны высказаться. Правила о проведении бунта же были Вашей идеей, а значит, Вам не всё равно на людей?       — Вы правы, госпожа Секрантес, мне не всё равно. Действительно, если мы отрегулируем следующие выступления людей, то сможем сократить число потерь. Для начала стоит разгладить волнения на поверхности, а более углублённые махинации совершать с особой секретностью, — Темпус был крайне аккуратен в словах, слегка подняв подбородок выше обычного, так как практически всё время сидел в задумчивости. — Будьте осторожны в своих действиях, господа, — добавил он, поднимаясь из-за стола.       Последняя фраза создала небольшую паузу, после которой члены Партии так же начали вставать со своих мест. Пока Темпус покидал зал, молчание заставило остальных переглянуться. Заркант кашлянул, и что-то в механизмах его маски начало издавать металлический скрежет, а за ним послышался тихий хриплый голос.       «Проследите за ним».