Дорога к твоему сердцу

      Эта девчонка прочно засела у меня в голове, не желая покидать мои мысли. Дерзкая, бойкая, и, в то же время, такая наивная и глупая. Как она разговаривала с Котом, этим отморозком из отморозков, совершенно не испугавшись его внушительных размеров. Она вела себя так, будто он был обычным школьником, решившим задираться к ней на перемене.       Но я видел. Я видел, что в её пронзительных голубых глазах отражался страх, глубокий и всепоглощающий, хоть она и старалась не показывать этого своим поведением, сжимая кулаки и выпячивая подбородок. Она была как маленький котёнок, ощетинившийся и готовый защищаться от огромного пса, понимая, что у неё нет шансов на победу.       Именно тогда я решил помочь ей, во что бы то ни стало. Я должен был отвадить Кота от неё, потому что этот придурок питал слабость к девочкам помоложе и ни за что бы не отстал от своей жертвы, пока не получил бы желаемое. А что он с ними делал, даже думать было страшно.       Она и мне успела нагрубить, надо отдать ей должное. Смелая девчонка, ничего не скажешь. Но в то же время, я заметил, как она с интересом разглядывала меня, украдкой бросая быстрые взгляды, словно пытаясь разгадать какую-то тайну. Меня это забавляло. Что она могла увидеть во мне? Чудовище? Спасителя? Сама, наверное, не знала.       И всё же, что-то в этой девчонке меня зацепило. Её сила, её смелость, её уязвимость — всё это смешалось в какой-то гремучий коктейль, от которого невозможно было оторваться. Я знал, что должен держаться от неё подальше, что она принесёт мне одни неприятности, но что-то внутри меня твердило, что я не могу её бросить. Я должен её защитить. Даже если для этого мне придётся вступить в войну с целым миром.       С пацанами мы рванули на трассу за городом, где обычно проходили любительские гонки. Туда съезжались все местные мотоциклисты, от новичков до ветеранов, чтобы показать своё мастерство и пощекотать нервы. Этот трек был для нас как второй дом, здесь мы проводили почти все свои выходные, оттачивая навыки вождения и наслаждаясь свободой скорости.       Когда мы подъехали, там уже вовсю кипела жизнь. Мотоциклы ревели, толпа шумела, в воздухе витал запах бензина и жжёной резины. Среди этой суеты меня уже ждали мои друзья — Вадим и Максим.       — Здорова, Кир, ты чего трубку не брал? — ко мне подошёл Макс, слегка нахмурившись. — Я тебе весь день названиваю, а ты как в танке.       — Предки заставили сегодня возить Полину по магазинам, шмотки к школе покупать, — ответил я, пожав ему руку. — Ты же знаешь, как они любят демонстрировать своё родительское внимание, особенно на людях.       — Кстати, как она там? — Максим неровно дышал к моей сестре, но его раздражала её чрезмерная ревность и постоянные подозрения.       — Позвони да спроси сам, если тебе так интересно, — усмехнулся я, зная, что он ни за что не осмелится этого сделать. Похлопав его по плечу, я направился здороваться с остальными ребятами. Сегодня официально закрывался летний мотосезон, и для многих ребят это был последний день, когда они могли прокатиться по трассе, почувствовать ветер в лицо и насладиться адреналином. Все хотели напоследок посоревноваться со мной, как с одним из лучших гонщиков в округе.       — Малой, — обратился ко мне Бурый, крепкий мужчина средних лет, который был бессменным организатором этих гонок. Его уважали все мотоциклисты, как за справедливость, так и за умение решать любые проблемы. — С тобой хочет сегодня прокатиться Рик, у него последняя гонка, а потом он уходит на пенсию. Поддайся ему немного, прояви уважение к старику. Он этого заслуживает.       Рик был легендой среди местных байкеров. Он катался на мотоциклах уже больше сорока лет, и, несмотря на свой почтенный возраст, до сих пор демонстрировал невероятное мастерство и бесстрашие. Для шестидесяти пятилетнего мужика он выглядел очень даже хорошо, и каждое лето продолжал рассекать по дорогам на своём верном мотоцикле.        — Да без проблем, — ответил я, кивнув головой. Я уважал Рика и понимал, что для него эта гонка — не просто развлечение, а целая эпоха, которую он хочет завершить достойно. Поддаться ему немного не составит для меня особого труда. Важно было проявить уважение к его заслугам и дать ему возможность насладиться последним триумфом.       После гонок Вадим решил устроить грандиозную вечеринку в честь закрытия летнего сезона. Он знал, как мы любим такие мероприятия, и не упустил возможность собрать всех наших друзей и знакомых вместе.       Когда мы приехали, там уже вовсю гремела музыка. Всё было как и полагается: алкоголь лился рекой, девушки кружились в танце.       — Ты сегодня выглядел просто потрясающе! Как ты поддался Рику, это было очень круто, — неожиданно услышал я за спиной знакомый голос. Вероника, как всегда, возникла из ниоткуда, словно демон из табакерки. — Очень мужественный поступок, который меня завёл! — добавила она, кидаясь мне на шею.       Меня передёрнуло от её прикосновения. От неё всегда исходила какая-то липкая мерзость.       — Свали, — прорычал я, откинув её руки от себя. Я направился к столу, в надежде найти там хоть какое-нибудь пиво, чтобы хоть немного заглушить этот мерзкий голос.       — Кирилл, что с тобой происходит? — Вероника, как привязанная, следовала за мной по пятам. — Ты игнорируешь меня с середины лета. Скажи, что не так, я всё исправлю, я изменюсь, — умоляла она, пытаясь заглянуть мне в глаза. Навязчивая девка.       — Я же сказал: отвали, — повторил я, стараясь сохранять спокойствие. Я не хотел устраивать здесь сцену, но она явно вынуждала меня к этому.       Я знал, что она так просто не отстанет от меня, поэтому решил обратиться за помощью к Вадиму.       — Слышь, Вадик, — сказал я, подойдя к нему. — Прогони эту сумасшедшую от меня, а то я сейчас взорвусь.       Вадим, понимающе кивнув, тут же подошёл к Веронике и что-то ей сказал. Она возмущённо фыркнула, но всё-таки ушла, бросив на меня злобный взгляд.       После того, как я её бросил, Вероника стала настоящей маньячкой. Она ходила за мной по пятам, появляясь на всех тусовках, гонках и даже караулила около моего дома. Сначала я думал просто развлечься с ней, немного покрутить ей голову, но она оказалась слишком навязчивой и приставучей, словно липучка, от которой невозможно избавиться. Меня это начало раздражать. Мне нужна была свобода, а не постоянный контроль и навязчивая любовь сумасшедшей девицы.       На следующий день родители, не терпя никаких возражений, заставили меня поехать на школьную линейку к Полине. Отказ не принимался. Раз уж я был «разочарованием семьи», то должен был хотя бы делать вид, что поддерживаю сестру в её учебных начинаниях. Иначе быть беде.       Каково же было моё удивление, когда на этой самой линейке, среди множества школьников и их родителей, я увидел ту самую девчонку. Так и знал, что она школьница. И, как оказалось, учится в одной школе с моей сестрой. Её это место явно тяготило, она стояла одна, поодаль от всех, и её пронзительные голубые глаза были наполнены страхом и какой-то тихой печалью. Она выглядела потерянной и беззащитной, словно маленький зверёк, попавший в капкан.       Сам не знаю почему, но мне нравилось наблюдать за ней. Она вызывала во мне какие-то давно запертые эмоции, которые я тщательно скрывал от всего мира. Она была живой, настоящей, в отличие от большинства окружающих меня людей, которые носили маски и играли свои роли.       Вторым моим удивлением стало то, что после окончания линейки из здания школы моя сестра вышла вместе с той самой девчонкой. Полина оживлённо что-то ей рассказывала, а та внимательно слушала, изредка улыбаясь. Каковы были шансы, что именно с ней Полина вдруг решит завести дружбу?       — С кем это ты была? — тут же поинтересовался отец, едва сестрёнка уселась в машину. Его голос звучал строго и подозрительно.        — Новенькая, Алиса Волкова, — ответила Полина, бросив на меня быстрый взгляд. Теперь я знал её имя.       — Аккуратнее выбирай подруг, — нахмурился отец. — Из следующего скандала будешь выбираться сама. Помнишь, чем закончилась твоя прошлая дружба?       Отец был всё ещё зол на Полину за ту ситуацию с интимными фотографиями. Как родная дочь вообще могла додуматься до того, чтобы делать такие снимки, а тем более отправлять их кому-то? Уму непостижимо. Он считал, что это позорит всю семью. И теперь он боялся, что Полина снова свяжется с какой-нибудь неблагополучной девицей и навлечёт на себя и на нас новые неприятности.       Вечером Максим, празднуя успешный переход на второй курс экономического факультета, пригласил меня к себе. Придя к нему, я обнаружил, что он уже слегка выпил, так что мне оставалось только догнать его в этом нехитром деле.       — Я думал, тебя отчислят к херам собачьим, — со смехом заявил Макс, протягивая мне запотевшую бутылку пива. — Как ты вообще умудрился дожить до второго курса с твоими прогулами и долгами?       Рядом с его домом находилась заброшенная футбольная площадка, где мы частенько зависали в свободное время. На этот раз мы, разложившись на траве посреди поля, лениво попивали пиво, обсуждая прошедший день и предстоящие планы.       — Когда у твоих предков есть деньги, тебя не вышвырнут, как бы ты ни старался, — усмехнулся я, сделав большой глоток. Отец был в ярости, когда узнал, что у меня долги почти по всем предметам, орал, метал всё, что попадалось под руку, и говорил, какое я ничтожество и позор для семьи. Но, как всегда, всё закончилось тем, что он заплатил кому нужно, и мои проблемы чудесным образом разрешились.       — А что там Полина? Как она пережила твой очередной косяк? — спросил Макс, сменив тему.       — Почему ты ей сам не напишешь, а всё время спрашиваешь у меня? — огрызнулся я, раздражённый его постоянными расспросами.       — Да я не могу, понимаешь, как только я вижу её, то внутри меня происходят какие-то странные чувства, — признался Макс. — Она меня просто сводит с ума. Почему она такая истеричка?       — Бабы все такие, — посмеялся я, пытаясь отвлечься от собственных проблем.       — А что у тебя с Вероникой? — вдруг поинтересовался Макс. — Ты вроде долго с ней был, целый месяц. Это для тебя рекорд.       — Мы не встречались, — отмахнулся я. — Я сразу сказал ей, что между нами не может быть ничего серьёзного, она согласилась, а теперь никак не может отвязаться от меня. Навязчивая психопатка.       — Чувак, я тебя вообще ни с кем уже больше месяца не видел, что с тобой тогда происходит? Ты в последнее время какой-то странный, всё время хмурый и задумчивый, — сказал Макс, внимательно глядя на меня.       В голове вдруг всплыл образ голубоглазой девочки, хрупкой и беззащитной. Алиса. Её тоненькая маленькая талия, чуть округлые бёдра. Лицо, правда, у неё было детское, но что-то в нём неудержимо притягивало к себе. Захотелось увидеть её снова.       Вспомнив, что она подружилась с моей сестрой, я предположил, что они наверняка обменялись аккаунтами в социальных сетях. Достав телефон, я быстро нашёл Полину и посмотрел её последние истории. Мои ожидания оправдались — Полина гуляла с Алисой и отметила её в своей истории.       Перейдя в профиль Алисы, я начал просматривать её фотографии. Профиль был совсем небольшой, всего несколько снимков, но мне хватило их, чтобы по телу пробежал электрический разряд. Её глаза смотрели на меня с экрана телефона, словно заглядывая в самую душу. Вдруг стало очень грустно. И одиноко.       Алкоголь дал о себе знать после выкуренной сигареты. Меня развезло так, что я даже смутно помнил, как добрался до дома. Заходя в квартиру, я машинально попытался посмотреть на время, но телефон, словно заколдованный, разблокировался, и на экране, как назло, красовался профиль Алисы.       Глядя на её фотографию, на меня накатила необъяснимая злость. Почему? Почему эта девчонка вызывает во мне такие странные чувства? Так не должно быть, она не может мне нравиться. Она слишком юная, слишком невинная. Это неправильно.       Не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями, я начал яростно раскидывать всё, что попадалось под руку: книги, подушки, вазы, словно пытаясь вытряхнуть из себя этот наваждение. В попытках успокоить меня, ко мне подлетела заспанная Полина.       — Кирилл, успокойся, придурок! Если родители проснутся, тебе не сносить головы, больной ублюдок! — прошипела сестра, толкнув меня со всей силы в грудь. Я потерял равновесие и рухнул на пол, больно ударившись спиной о край стола.       — Отстань от меня, — прорычал я, отталкивая её руку.       — Не будь придурком, — вздохнула Полина, и, взяв меня за руку, начала тащить по полу. — Вставай, пошли в комнату.       — Пусть просыпаются, пусть орут, мне насрать на них! — выкрикнул я, вырываясь из её хватки.       Полина, отпустив меня, присела рядом на пол и внимательно посмотрела на меня.       — Думаешь, мне нравится прыгать перед ними на задних лапках? — с горечью сказала она. — Хорошо учиться, приходить домой по расписанию, готовиться к поступлению в престижный вуз. У меня это всё поперёк горла стоит. А бегать и спасать тебя всё лето? И не говори, что ты меня об этом не просил. Где бы ты сейчас был, если бы не я: в тюрьме или мёртвый? Поэтому встань сейчас же и иди в свою комнату.       Мне стало стыдно перед Полиной. Отчасти она была права. Я действительно эгоистичный придурок, который думает только о себе и постоянно причиняет ей боль.       — Помоги, пожалуйста, — тихо попросил я, протягивая ей руку.       Полина, вздохнув, помогла мне подняться и дойти до комнаты. Мой телефон всё так же лежал на полу разблокированным.       — Боже, забудь уже её, прошу, — сказала сестра, с тревогой заглянув в мой телефон.        — Это не я с ней подружился, — буркнул я в ответ. У моей сестрёнки были красивые глаза, зелёные, которые достались ей от матери, а вот у меня тёмно-карие, точная копия отцовских.       — Спи уже, — устало сказала Полина, выключив свет и закрыв за собой дверь.       Утром голова раскалывалась нещадно, но пары пропускать было нельзя. Я был под жёстким контролем отца, и любой мой проступок не остался бы незамеченным. В институт я всё-таки явился, но проспал почти все занятия, мучаясь от похмелья. Под вечер на телефон пришло радостное сообщение о том, что предки уезжают на три дня в командировку.       — Макс, чем хочешь сегодня заняться? — спросил я, как только мы вышли из здания корпуса.       — Не хочешь поехать на рыбалку? — предложил друг, пожав плечами. — Давно хотел вырваться на природу, отдохнуть от всего этого дерьма.       — Чего? Нам по сорок лет, что ли? — сквозь смех сказал я.       — Да это прикольно, тебе просто нужно попробовать, — заверил меня Макс. — Поехали ко мне, возьмём палатку, удочки, и расслабимся на берегу озера. Будет круто, обещаю!       Мы уже были на пути к дому Макса, как вдруг я увидел историю, которую выложила моя сестра. На фотографии Полина, вместе со своей новой подругой, Алисой, сидели у нас дома на диване и смотрели какой-то фильм. Мой план мгновенно изменился.       — Макс, у нас новый план, поехали ко мне, — заявил я, резко развернувшись.       — Что? Зачем? — непонимающе спросил Макс, удивлённый такой резкой сменой направления.       — Будем мирить тебя с моей сестрой, — хитро улыбнулся я, предвкушая скорую встречу с Алисой.       Дома меня встретила разгневанная Полина и очень удивлённая Алиса. Взгляды Алисы и меня встретились, и на мгновение я ощутил какую-то странную связь между нами.       — Кирилл! — закричала сестрёнка, прожигая меня злобным взглядом. — Ты же сказал, что тебя сегодня не будет!       — Планы изменились, — ответил я, пожимая плечами.       Алиса смотрела на меня, не отрывая взгляда. В её глазах я видел интерес, любопытство и какое-то смутное влечение. И мне это нравилось.       — Привет, девчонки, — сказал мой друг, смущенно улыбаясь. — Я — Максим.       Он подошёл к Алисе и протянул ей руку для приветствия. Она брезгливо посмотрела на него, но всё же неохотно пожала руку в ответ. Видимо, Полинка уже успела рассказать ей про него.       — А предупредить не мог, что вы приедете? — сестра вскочила с дивана и злым взглядом окинула меня.       — А зачем? — ответил я, невинно улыбаясь. — Не было бы никакого эффекта неожиданности.       — Алиса, может, пойдём погуляем? — предложила Полина, стараясь скрыть своё раздражение.       Нет-нет-нет, я не мог допустить того, чтобы Алиса ушла, как только я появился. Я кинул взгляд Максу, призывая его к действиям.       — Полин, можно с тобой поговорить? — сказал друг, сделав шаг в сторону моей сестры.       — Мне не о чем с тобой разговаривать, — отрезала Полина, развернулась и направилась в сторону кухни.       Максим, не раздумывая, побежал за ней.       Вот мы и остались вдвоём. Напряжённое молчание повисло в комнате. Что сказать? Что сделать? Как привлечь её внимание? В голове проносились сотни мыслей. Я чувствовал, что теряюсь под этим взглядом.