Дорога к твоему сердцу

      Тот самый байкер, которого я встретила у торгового центра, сидел прямо рядом со мной на диване. Незнакомый, но такой знакомый. Я заметила, как его цепкий взгляд рассматривал меня с головы до ног, словно оценивая. На лице парня заиграла удовлетворительная ухмылка. О чем он вообще думает?       Мне внезапно захотелось сбежать куда-нибудь, исчезнуть, лишь бы не находиться под этим пронзительным взглядом. Но бежать было некуда. Я находилась в чужой квартире, среди незнакомых людей, да и уходить было слишком рано, мачеха ясно дала понять, что не ждет меня дома раньше определенного времени.       Нужно было чем-то отвлечься от парня, занять себя хоть чем-нибудь. Я взяла телефон и открыла ленту новостей, но было сложно сосредоточиться на чтении, когда тебя прожигают взглядом. Это было невыносимо.       Моим спасением стали Полина и Максим, которые наконец-то вышли из кухни в гостиную. Судя по их лицам, разговор шел не в то русло. Между ними чувствовалось сильное напряжение.       — Даже не смей ко мне больше подходить! — гневно крикнула подруга парню.       — Полина, прошу тебя, дай мне еще один шанс, я правда исправился, — Максим попытался взять девушку за руку, но она быстро вырвала ее.       — Не хочу больше ничего слушать, я все сказала! — гордо подняв голову, сказала Полина.       Максим глубоко вздохнул. Его взгляд выглядел грустным, но в то же время в нем читалась какая-то решимость. Одним быстрым движением парень сократил дистанцию между ними, взял Полину за шею и впился в ее губы страстным поцелуем. Со стороны было заметно, как девушка сначала растерялась, была застигнута врасплох. Как только к ней пришло осознание происходящего, она начала колотить парня по груди, пытаясь оттолкнуть. Но через несколько секунд сопротивление с ее стороны прекратилось, и она пала в объятия Максима, отвечая на поцелуй с не меньшей страстью.       Я была удивлена такой бурной драме. Мне очень захотелось разделить свои эмоции с кем-то. Я повернула голову, чтобы увидеть удивление или хотя бы какой-то отклик в глазах Кирилла, но на его лице была лишь широченная улыбка до ушей. Он, казалось, наслаждался происходящим. Он, как будто, все это подстроил.       Он почувствовал мой взгляд на себе. Повернувшись ко мне, парень подмигнул.       — Чего лыбишься? — смущенно спросила Полина, обращаясь к брату, как только оторвалась от губ Максима.       — Радуюсь за такую прекрасную пару, — дал руку на отсечение, что в его словах был скрытый сарказм, как будто он издевался над ними.       — Один поцелуй ничего не значит, — отрезала девушка.       — В смысле? — возмутился Максим.       — Я, пожалуй, пойду домой, — встряла в разговор я. Мне было некомфортно находиться здесь, я чувствовала себя лишней, словно наблюдаю за чужой жизнью. Между ними тремя была какая-то невидимая нить, которая соединяла их. И я ее ощущала.       — Ты что? Где ты будешь ходить до десяти? — возмутилась Полина. — Если тебя смущают эти остолопы, то я мигом их выгоню, — мне было неловко от таких слов, но это была Полина и с этим приходилось мириться.       — Никуда мы не пойдём, — сказал Максим. Полина хотела возразить, но не успела, так как Кирилл заговорил первым.       — Даже не думай говорить, что ты здесь главная. Это и мой дом тоже, и я тоже имею право приводить сюда друзей.       — С чего это ты вдруг разговариваешь, как человек? Выстраиваешь грамотные предложения, — усмехнулась Полина. — Кто ты? Где мой брат?       — Ой, иди нахрен, — отмахнулся Кирилл.       Взяв подушку с дивана, Кирилл кинул ее в свою сестру.       — Алиса, если хочешь, можем прогуляться где-нибудь?       — Вы тоже никуда не пойдёте, — возразил Кирилл.       — С чего это вдруг? — в один голос спросили мы с Полиной, посмотрев на него в недоумении.       — Потому что мы будем играть в карты, — ответил брат подруги. — На желание.       — Ты — дурак? — резко выпалила Полина. — Никто с тобой играть не будет. Ты даже не спросил, хотим мы или нет.       Ее слова про дурака неожиданно рассмешили меня.       — Я хочу, — сказал Максим.       — Никто не удивлен, — закатила глаза Полина.       — Да ладно тебе, сестренка. Разве не хочется обыграть меня? — усмехнулся Кирилл. — Представь вкус победы надо мной. Я исполню любое твоё желание, любую твою прихоть, — Кирилл сейчас походил на змея искусителя, соблазняющего свою жертву сладострастной речью.       В глазах подруги загорелась та самая искра. Она уже обдумывала план действий наперёд.       — Уломал, — произнесла Полина. — Алиса, ты с нами?       — Раз все играют, то так уж и быть, — ответила я, чувствуя, как азарт начинает овладевать мной.       Я, признаться, была полна уверенности в своей победе. Мой дедушка был заядлым игроком в азартные игры и с самого детства привил эту любовь и мне. Он учил меня не только правилам, но и различным хитростям. Лучше всего у меня получалось играть в «Дурака». Дедушка научил меня, как правильно ходить, просчитывать ходы противника и даже небольшому мухлежу. Я была уверена, что сегодня ему бы мной гордился.       Кирилл достал из шкафа колоду карт, ловко перетасовал ее и начал раздавать.       — Играем в «Дурака», переводного и подкидного, — объявил он, разложив карты на столе. — Играем три раза. Кто больше всех вышел из игры первым — тот загадывает желание. Кто больше всех проиграл — выполняет желание. Всем всё понятно?       — А если все по разу выиграли и проиграли? — уточнила я, на всякий случай.       — Тогда играем четвёртую, решающую игру, где окончательно определяется победитель и проигравший, — ответил Кирилл, самодовольно улыбаясь.       Первый кон давался мне довольно легко. Я шла хорошо, карты приходили неплохие, но мне никак не удавалось победить, Кирилл всегда выходил первым. Первый кон проиграла Полина, и, судя по её выражению лица, она была в предвкушении загадать какое-нибудь коварное желание брату. Во второй раз, к моему удивлению, проиграл Максим. Третий кон был решающим.       Начался он хорошо. Я занимала лидирующую позицию, карты складывались удачно. Но внезапно удача отвернулась от меня. Пошли плохие карты. Со всех сторон меня начали закидывать картами, и моя рука превратилась в веер из ненужных мастей.       — Алиса в дураках! — радостно закричала Полина, потирая руки от предвкушения.       — А Кирилл опять выиграл. Как так, ты мухлевал? Признавайся, подлый жук, — в её словах слышалось наигранное возмущение, но в обзываниях чувствовалась родственная любовь друг к другу.       — Давайте, играйте, лузеры, — усмехнулся Кирилл, довольно поглядывая на нас.       Я не могла проиграть. Одна только мысль о том, что Кирилл будет загадывать мне желание, вгоняла в ужас. Я совсем его не знала и не представляла, что ему взбредёт в голову. Но как назло, удача окончательно отвернулась от меня. Самая первая раздача оказалась отвратительной. Полина с Максимом, сговорившись против меня, закидывали меня картами без остановки.       В конце концов мы остались с Полиной вдвоём. Расклад был такой: в моих руках было целых десять карт, а у подруги всего четыре, но я сдаваться не собиралась. Полина, злорадно улыбаясь, кинула три шестерки. Отбившись, я начала судорожно думать. В руках у подруги осталась всего одна карта. Мне нужно было тщательно продумать свой ход. Какая карта могла быть у неё в руках, козырная или нет? Идти с козыря я не могла, она была у меня единственной, поэтому пришлось рискнуть на свой страх и риск.       Я сбросила с себя даму. Как же я ошиблась…       Я поняла, что проиграла, когда на лице Полины заиграла самодовольная улыбка. Поверх моей дамы легко и непринуждённо легла козырная семёрка.       — Неееет, — застонала я, понимая, что моя участь решена.       Полина радостно подпрыгнула на месте, выражая свою бурную радость.       Всю игру я ловила на себе взгляд Кирилла, и эта перспектива исполнять его желание меня отнюдь не радовала.       — Раз я проиграла, давай, загадывай желание, — обречённо сказала я, стараясь не смотреть в глаза Кириллу.       — Поцелуй меня, — произнёс парень, его губы тронула усмешка. В его глазах читался азарт и власть надо мной.       — Кирилл, ты совсем охренел? — возмущённо закричала подруга, готовая вступиться за меня.       — Я не буду тебя целовать, — возразила я, чувствуя, как внутри нарастает гнев.       — Вообще-то карточный долг — это святое, — встрял в разговор Максим, решивший поддержать друга.       — Тебя никто не спрашивал, — хором ответили мы с Полиной, бросив на него злобные взгляды.       — Я и не отказываюсь от долга, но целоваться не буду, — повторила я, надеясь, что Кирилл сжалится и придумает что-нибудь другое.       — Кирилл, хватит валять дурака, — сказала Полина, видя моё замешательство.       — Да что в этом такого? Пусть поцелуются, — Максима явно забавляла эта ситуация. Ему нравилось наблюдать за нашей растерянностью.       — Нет, и ещё раз нет, Алиса не будет никого целовать, — отрезала Полина, скрестив руки на груди. — Кирилл, придумай что-нибудь другое.       — Да ладно вам, что вы так взъелись? Всего один невинный поцелуй, — наконец-то в диалог вступил байкер, с ухмылкой посмотрев на меня. — Неужели это так страшно?       Кирилл, словно хищник, медленно подошел ко мне вплотную. Вблизи он казался ещё выше и больше. Рядом с ним я почувствовала себя маленьким и беззащитным котенком, загнанным в угол. Его присутствие одновременно пугало и притягивало, вызывая бурю противоречивых эмоций.       Моим спасением стал телефонный звонок. На экране высветился номер мачехи, и я судорожно схватила телефон, как утопающий хватается за соломинку.       — Где тебя носит? — прозвучал в трубке взволнованный голос Оли. — Твой папаша уже скоро будет дома!       — Я скоро буду, — пролепетала я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.       Связь прервалась, и я, тяжело вздохнув, начала в спешке заказывать такси. Проблема была в том, что на дорогах показывались жуткие пробки. На карте навигатора показывало, что дорога до дома займёт минимум полтора часа, а у меня не было столько времени. Я явно проигрывала в этой гонке со временем.       — Давай я тебя на моте отвезу, объедем все пробки, — предложил Максим, видя моё замешательство.       Я, не раздумывая, согласилась. Сейчас это был мой единственный шанс.       — Поцелуй всё еще за тобой, — сказал на прощание Кирилл, ухмыльнувшись.        — Обойдешься, — отрезала я, стараясь не смотреть ему в глаза.       Снова сесть за мотоцикл навеяло на меня приятные воспоминания. Чувство адреналина, драйва и свободы снова заполнило мою кровь. Максим ехал быстро, умело лавируя между машин. Ветер хлестал по лицу, словно невидимые ладони, обжигая кожу. Мотор ревел под сиденьем, его утробный голос отдавался вибрацией в каждой косточке, в каждом нерве. На скорости мир вокруг сжимался, превращаясь в размытые полосы ярких огней города. В этот момент я снова почувствовала себя свободной.       Подъезжая к подъезду моего дома, я с облегчением выдохнула — отцовской машины еще не было.       — «Успела» — пронеслось в голове.       — Спасибо, — кинула я на прощание Максиму и, не дожидаясь ответа, выпрыгнула с мотоцикла и побежала к подъезду.       В квартире меня встретила мачеха. На ее лице читалось явное облегчение.       — Живо дуй в свою комнату! Валера почти приехал, вот-вот зайдёт, — Оля торопливо пихала меня в спину, подгоняя.       Как только дверь моей комнаты захлопнулась, в квартире раздался звук открывающейся входной двери.       Нужно было быстро переодеться. Скинув джинсы и кофту, пахнущие бензином и мотоциклетным маслом, я молниеносно надела всё домашнее, стараясь не привлекать внимания. Успев схватить с полки первую попавшуюся книгу, я плюхнулась на кровать, делая вид, что увлеченно читаю. Именно в этот момент дверь в мою комнату бесшумно открылась.        — Что? — в проёме стоял папа, внимательно разглядывая меня.        — Хотел извиниться перед тобой, — сказал он, и я подняла бровь от удивления.        — Внимательно слушаю, — ответила я, стараясь не выдать своего удивления.       Папа, немного поколебавшись, вошёл в комнату и присел на край кровати рядом со мной.       — Прости меня, пожалуйста. Я вчера слишком погорячился. На работе полный завал, и ты просто попала под горячую руку. Я никак себя не оправдываю, моему поведению нет прощения, но всё же я очень прошу прощения.       Я решила, что было сказано достаточно слов. Притворство надоело мне. Перестав играть роль угнетенного ребенка, я молча обняла отца.       Мы проболтали с ним около часа. Папе было интересно узнать, что за новая подруга у меня, что за учителя и какие у меня одноклассники. Вдаваться в подробности я не хотела, поэтому рассказала всё в общих чертах, стараясь избегать острых углов.       — Уже поздно, ложись спать, — сказал папа, поднимаясь с кровати. — Завтра утром я сам отвезу тебя в школу.       Он уже направился к двери, но прежде, чем выйти, обернулся и добавил:       — Но комендантский час никто не отменял. Хотя, ладно, отчет можешь не присылать, — подмигнул он, и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.       Эту ночь я спала, как младенец, впервые за долгое время почувствовав себя в безопасности и ощутив отцовскую люб