Спасибо, Доктор

— Так странно, что мы так и не узнали имена друг друга. — Я мягко улыбнулся мужчине. — Тогда давайте исправим это. Доктор Райнер. — Он протянул мне руку. — К... Либра. — Я чуть не назвал ему своё настоящее имя! Но хорошо, что быстро исправился. Райнер мне улыбнулся. Наверное, не заметил. Я пожал его руку. Тёплая такая... И кожа мягкая. Старуха снова дала о себе знать очередным бредом. — Молодожёны узнали имена друг друга! Как же мило! Поцелуйтесь наконец, вы именно этого хотите! Я снова напрягся. Кто бы мог подумать, что доктор возьмёт мою руку и демонстративно поцелует костяшки пальцев?! — Красивой девушке красивое внимание. — Он отпустил мою руку. — Более личное только без зрителей. Это не дешёвая кассета с порнофильмом. — Райнер затем посмотрел на старуху. — Вы счастливы? Я чувствовал, как моё лицо начало гореть от стыда. Я ничего не мог сказать или сделать. Не знал, как ответить, что делать... Впервые ощущал подобные прикосновения. А тем более, поцелуи. Я чувствовал себя так, будто меня голым отправили выступать на огромном концерте. Тысячи глаз и ушей запомнили мой позор, от которого я никогда бы не смог отмыться. Как я теперь должен смотреть в глаза Райнеру? — Это был просто театр. Не придавайте значения. — Пошептал Райнер мне. Напряжение не ушло. Скорее даже стало ещё хуже. Я посмотрел в окно. Снова чёрные поля с непроглядной далью. Где-то там, за полями и дорогами, слабо пробиваются огни городов. Снова в окно ударил свет вперемешку с красными огнями сигнальных прожекторов. Опять вырисовывается колючая проволока. «Граждане, приготовьте документы и багаж для пограничного контроля. Соблюдайте спокойствие и выполняйте распоряжения сотрудников Порядка» Я вытащил из рюкзака кассету. На неё приклеена бумажка с надписью «инструктаж», которая может с лёгкостью стать убийцей всего меня. Я отклеил её и, недолго думая, смял и засунул в рот. Взял стакан недопитого чая и набрал немного в рот. Бумажка размягчалась, и я смог её проглотить. Затем я взял со столика вилку и проделал дыру во внутренней части шубки. Кассета отправилась туда. Старуха пристально следила за каждым моим судорожным движением. В купе зашли трое мужчин. Все трое как на подбор. Высокие, накаченные, одетые в броню. Они начали с доктора. — Имя, фамилия, возраст. — Коротко, громко, чётко низким голосом сказал один из них. Я заглянул в паспорт Либры. Девятнадцать лет. Это число я запомнил и повторял про себя. — Райнер Феликс. Тридцать шесть лет. — Он говорил твёрдо и очень уверенно. — Паспорт. — Возьмите. — Райнер показал документ. У него проблем точно быть не может с ними. Он не лгун, в отличие от меня. — Багаж проверять будете? — Да. Один из проверяющих действительно заглянул в вещи доктора. — Чисто. — Сказал он. Теперь всё внимание проверяющих переключилось на меня. Я медленно встал. — Либра Вебер. Двадцать три года. — Сразу протянул паспорт. Глаза проверяющего сканировали паспорт. Каждая секунда тянулась очень долго. По спине уже побежал холодный пот. Но я сохранял спокойное лицо, хотя думал, что вот-вот взорвусь. Мой багаж проверили также быстро, как и у Райнера. Я присел, потому что стоять уже не мог. Я не смотрел куда-то конкретно. Голоса проверяющих и старухи звучали как белый шум, давящий на уши. Я пытался выбраться из этого состояния. Я хотел этого, я внутри кричал об этом. Но не мог. Я осознавал, что сидел без движения и реакции, но не мог ничего поделать. Когда я всё же смог сфокусировать зрение, видел только как из купе выводили старуху и мальчика. Она кричала: — Я не при чём! Это ошибка! Но её проигнорировали и вытащили на улицу. Я вопросительно посмотрел на Райнера. — Что произошло? — Прошептал я. — Кажется, у тебя была паническая атака. Бедная... — Его голос теперь звучал успокаивающе. Как мурчание довольного кота. — А с бабкой что? Я совершенно ничего не видел и не слышал. — Незарегистрированная банка варенья. Никаких опознавательных знаков и марок. Сказали, что это контрабанда. — Какой маразм... Боюсь представить, что будет, если кто-то вдруг решил поехать по ненастоящим документам. Я был рад, потому что угроза в виде бредовых слов старухи теперь отсутствовала. Но мне так жалко мальчика. Ни в чём не виноват, но не может противостоять. — Либра... Ты ведь не Либра, да? — Я поперхнулся воздухом от этих слов доктора. Мой обман настолько виден?! — Чуткий вы, доктор Райнер. — Я уже понимал, что пытаться уйти от ответа нельзя. Райнер вселял доверие. Да и уже столько всего нас связывает, что врать не стоит. — И вы абсолютно правы. Райнер не пытался прервать меня, моё молчание. Он чувствовал мои раздумья. Видно было, он готов слушать. «Поезд Вертикан — Терминус отправляется. Следующая остановка — Приграничный контрольно-пропускной пункт Антеи» — Я... Ксенон Фримен. Простой мальчишка, пустое место. — Незачем себя обесценивать, друг. Ты уже не ничто. — Он аккуратно коснулся моего плеча. — Ты всегда и во всех оставляешь свой след. Кто-то услышал твою фирменную фразу и теперь её тоже использует. С кем-то ты поговорил однажды и дал, казалось бы, мелкий совет. Но этот совет мог изменить жизнь человека. Ты вскоре забыл его. А он будет тебя помнить всегда. — Он наклонился ближе. Его шёпот вдохнул в меня новую силу. — Частички тебя во всём и всех. «Во всём. И во всех» — повторял мой внутренний голос, наращивая громкость и всю мою силу. Кажется, я способен на всё.