Ингредиенты несовместимости

      Вечером воскресенья, как и сказала Джинни, студенты пятых и седьмых курсов собрались в круг в гостиной Гриффиндора. Сама девушка, как и всегда, была самой младшей в компании и допускалась к игре только за счёт того, что близнецы и Рон были её братьями.              — Для тех, кто не в курсе, — громко сказала она, усаживаясь на пол, — сегодня играем в «Правду или Действие». Сжульничать в вопросе, обмануть или избежать действия нельзя! Гермиона заколдовала игру так, что тот, кто попытается это сделать, тут же покроется гнойными прыщами. — Джинни скривила лицо, будто увидела флоббер червя. — Гадость редкостная, так что кто передумал, может уйти сразу же.              Никто не шелохнулся, и она продолжила:              — Желания не должны быть банальными, равно как и вопросы! Спрашивать можно что угодно, и загадывать тоже. Ограничений нет!              Фред и Джордж одобрительно кивнули. Им никогда не нравились рамки, которые ставил тот или иной преподаватель. Полная свобода действий и мыслей их устраивала как нельзя лучше.              — Давайте начнём! — воскликнул Симус, но Джинни стукнула его газетой, сложенной в рулон.              — Я не закончила, — сказала она, и парень потёр макушку. - Действие чар, которые вызывают прыщи, отменить нельзя, пока не выполнишь желание. Максимальное время до появления гадости на вашем теле устанавливает человек, задающий вопрос или генерирующий желание.              — Понятно, — устало протянул Рон. — Давай уже! Иначе играть только к утру понедельника начнём.              Джинни досадно цокнула и вытащила стеклянную бутылку из-под огневиски. Никто из студентов не хотел задавать вопрос, откуда она у неё.              — Принцип бутылочки, — сказала она. — Тот, на кого укажет горлышко — исполняющий. Тот, кто крутил — загадывающий. Я начну.              Она с силой крутанула бутылочку. Та сделала оборот по часовой стрелке: Алисия, Анджелина, Фред, Джордж, Алеста, Ли, Рон, Гарри, Гермиона, Невилл, Симус, Дин и Джинни. Дальше круг начался заново. Бутылочка вскоре остановилась, указывая на Фреда, и тот усмехнулся.              — Прыжок в пекло! — воскликнул он. — Ну, давай, сестрёнка. Я готов к действию!              — Отлично, — улыбнулась она. — Я хочу услышать, как ты поёшь!              — Чего?              — Моё желание! Я хочу, чтобы ты спел серенаду следующему, на кого укажет бутылочка. И именно спел! Это должно быть в рифму и со смыслом.              — Пф… — выдохнул он. — Допустим.              Он схватился за бутылочку и крутанул её снова. Горлышко указало на Анджелину Джонсон, и та улыбнулась.              — Как удачно, — сказал парень. — Дама моего сердца, вы готовы к ошеломляющей серенаде? Вероятно, вам никто и никогда не пел серенады.              — Вы будете первым, месье, — в такой же манере сказала она, протягивая руку Фреду. Тот слегка коснулся её пальцев лёгким поцелуем.              — «О, Анджелина! Свет моих очей!              Твой взгляд чарует, как весенний цвет лучей.              Если б мог, я подарил бы звёздный твой портрет.              А пока передаю пламенный привет».              Фред снова поцеловал её руку, и девушка покраснела. Серенада и правда вышла на славу.              — У тебя талант, братец, — усмехнулся Джордж. — Я и не знал, что ты так рифмовать можешь.              — Годы тренировок в придумывании лозунгов, — пояснил он, возвращаясь в круг. — Кстати, Анджелина, правда или действие?              — Правда, — сказала она, продолжая смущённо улыбаться.              — Назови три вещи или качества во мне, которые ты ненавидишь, — сказал он, и лицо девушки тут же стало озадаченным.              — Я никогда об этом не думала, — честно призналась она. — Нет прям такого, что я ненавижу… Может быть, слегка раздражает.              — Пусть так. Скажи, что именно?              — Вечные розыгрыши, — задумчиво протянула она. — Поясню! Ты постоянно что-то улучшаешь или меняешь. Мой учебник по «Уходу за магическими существами» до сих пор ругается матом, когда его открываешь.              Ребята в кругу засмеялись, а Фред отвёл взгляд в сторону.              — Было такое…              — Ты забывчив, когда дело касается романтики, — продолжила она. — Я приглашаю тебя посидеть вечером в тишине в гостиной вдвоём, но ты вспоминаешь об этом лишь через час после назначенного времени.              — Не всегда.              — Но часто, Фредди, — улыбнулась она.              — Прости, — выпалил он. — Я просто забываюсь.              — Я знаю. А ещё… — она серьёзно задумалась, будто бы решая, стоит ли это говорить или нужно придумать что-нибудь другое. И в конечном итоге решила, что стоит. — Ты игнорируешь серьёзные разговоры и всячески избегаешь тем, где мы можем не сойтись во мнениях. Но разговаривать друг с другом — это важно! Понимаешь?              Фред медленно кивнул.              — Я понимаю, Анджелина. Но я... боюсь, что мы поссоримся и на этом всё закончится. А я не хочу, чтобы это заканчивалось.              — Фредди, всё закончится, если ты не будешь со мной разговаривать на важные для меня темы. Если будешь молчать, и делать вид, что проблемы не существует.              — Я понял, — кивнул он. — Я постараюсь это исправить.              — Только очень хорошо постарайся, — улыбнулась она и положила руку сверху его руки, слегка сжимая. Второй рукой она закрутила бутылочку и та, сделав пару оборотов, остановилась на Симусе. Парень недовольно скривил лицо.              — Только не Анджелина! — воскликнул он.              — Имеешь что-то против меня, Финниган? — усмехнулась она. - Правда или действие?              — С тобой только правда!              — Хорошо. Какой вкус был у твоего лучшего поцелуя?              — Вкус? — Симус задумался, вспоминая, когда, с кем и при каких обстоятельствах это было. — Кажется, огневиски, немного ванили и патоки.              — Звучит сладко и опьяняюще, — усмехнулась девушка. — И не такая уж я и страшная… Крути.              Симус кивнул и сделал ловкое движение рукой, из-за чего бутылочка набрала скорость. Остановилась спустя двадцать секунд на Невилле, и тот испуганно сжался.              — Ну что, Невилл. Рискнёшь и выберешь интересное действие или один, но очень откровенный вопрос?              Парень сглотнул. Играть в подобные игры ему было очень непривычно, да к тому же и в большой компании. Он оглядел всех беглым взглядом и в конце концов, уставился в пол.              — Правда, — тихо сказал он, и Симус радостно хлопнул ладошками.              — Хорошо. Хотя я надеялся на действие, — заявил он. — Скажи, что ты думаешь о следующем на кого укажет бутылочка и считаешь ли ты его привлекательным. Только честно!              — Тут же нельзя схитрить, — пожал плечами он и с замиранием сердца раскрутил бутылочку.              — Класс, — улыбнулась Алеста, когда горлышко бутылки указало на неё. — Что ты обо мне думаешь, Невилл?              — Я… — он неловко отвёл взгляд. — Я тобой восхищаюсь, Алеста, — искренне сказал парень, и девушка заинтриговано посмотрела на него. — Ты смелая, общительная и решительная. Никого не боишься и никогда в себе не сомневаешься.              — Считаешь её привлекательной? — спросил Симус, и Невилл кивнул.              — Конечно. Ты очень красивая, Алеста.              — Спасибо, — сказала она.              — Хотел бы быть с ней? — уточнил Ли и подумав добавил: — Парой.              — Нет! — вдруг воскликнул он. — В смысле… ты красива, безусловно. Но у меня уже есть девушка и…              — У тебя есть девушка? — удивилась Алеста. — Правда?              — Да. Но я не хочу говорить, кто…              — Твоё право, — кивнула она. — Я выбираю правду.              Невилл благодарно кивнул, радуясь тому, что Алеста не стала развивать тему, и задумался над вопросом. Алеста знала, что он не задаст ничего серьёзного или смущающего, поэтому даже не напряглась.              — Если бы тебе нужно было спрятать что-то очень важное и чтобы об этом никто не узнал, то кому из нас ты бы доверилась?              — Это… хороший вопрос, — протянула Алеста, оглядывая каждого присутствующего.              — А как же я? — спросил Фред, удивившись замешательству подруги.              — Милый Фредди! Скажи хоть один секрет, о котором знаешь только ты?              — Да много таких.              — Да что ты? И Джордж о них не знает?              — Джордж? — Фред посмотрел на брата и усмехнулся. — Ладно, ладно. Знает, конечно. Ты права.              — Ну, с ними всё понятно. А что насчёт меня? — спросил Ли, уставившись на Алесту.              — Ты? — засмеялась девушка. — Да у тебя язык за зубами не держится никогда.              Ли надулся и недовольно скрестил руки на груди.              — Пожалуй, я бы доверилась в этом вопросе… Анджелине. Я хорошо её знаю и уверена, что она не расскажет.              — Спасибо, дорогая, — улыбнулась она. — Я это ценю.              Алеста закрутила бутылочку. Та указала на Гермиону, и девушка заметно напряглась. Чуть меньше, чем Невилл, но, тем не менее, это не скрылось от глаз ребят.              — Действие, — опередив вопрос, сказала она, и в кругу послышался довольный гул.              — Смело, — сказала Алеста. — Не боишься?              — Теперь боюсь, — неловко улыбнулась Гермиона.              — Я хочу, — протянула Алеста, специально делая длинную паузу, чтобы нагнать тревоги на Гермиону. — Хочу, чтобы ты…              Гермиона напряглась ещё сильнее, потому что Алеста очень странно посмотрела на Рона.              — Чтобы ты поцеловала Рона.              Рон тут же покраснел и замахал руками.              — Это ещё зачем? — воскликнул он. — Это же её желание, а не моё. Она должна своё исполнять.              — В любом случае уже поздно! — воскликнула довольная Алисия. — Желание не подлежит отмене. Алеста, скажи срок.              — Три минуты, — улыбнулась она, и Гермиона посмотрела на запястье левой руки.              Там появилась полоска, рассчитанная на три минуты. Она медленно стиралась с каждой уходящей секундой.              — Вам лучше поспешить, — почти пропела Джинни, и Гермиона подошла к Рону.              У парня на руке ничего не было, но подставлять подругу ему не хотелось.              — Любой поцелуй? — уточнила Гермиона.              — Для начала подойдёт и в щёку, — сказала Алеста, и Рон заметно расслабился.              Гермиона осторожно коснулась его руки и робко поцеловала в щёку. Рон напрягся, а затем его лицо залилось густым румянцем.              — Супер. А то ваши отношения никуда не двигаются, — улыбнулась Алеста. — Может, сегодня с мёртвой точки подвинем.              В следующий раз бутылочка указала на Дина. И ещё несколько ходов игра проходила по простым вопросам и банальным действиям, до тех пор, пока один из ребят не решил, что ему скучно, и крутанул бутылочку так, что та не останавливалась целую минуту.              Горлышко указало на Джорджа, и игра приобрела другой окрас.              — Правда, — сказал тот, и Фред усмехнулся, посмотрев на Анджелину.              — Скажи-ка мне, братец… тебе нравится Анджелина?              — Ты хочешь поссориться? Какая разница, что думаю я по поводу твоей девушки?              — Если я спрашиваю, значит, мне есть разница, — настоял он. - Ответь.              — Мне нравится Анджелина, — улыбнулся он. — Так же, как нравится Алеста. Так же, как и Алисия. Так же, как и Гермиона. Доволен?              — Очень даже, — кивнул он. — Значит, конкурентов в лице моих двойников я не имею.              — Верно, — сказал Джордж и закрутил бутылочку. Она указала на Алисию, и когда та выбрала действие, парень хитро улыбнулся.              — Мне не нравится твоя улыбка, Уизли, — опасливо протянула девушка, но Джордж лишь усмехнулся.              — Я же могу пожелать вообще всё? — уточнил он, и Джинни задумалась.              — Зная тебя, Джордж, я сделаю оговорку, — вскинув палец, сказала она. — Что-то в пределах приличия и не дальше поцелуя. Не забывай, многим из нас пятнадцать, а мне вообще четырнадцать.              — Помню, помню, — недовольно сказал он. — Тогда, Спиннет… поцелуй того парня, который тебя привлекает в романтическом плане из этого круга… Если, конечно, кто-то привлекает.              — Ты же изначально не это хотел задать? — улыбнулась она, поднимаясь с пола.              — Многим из нас пятнадцать, — повторил он слова Джинни, и та нахмурилась.              — Жаль. А я хотела услышать, что ты придумал, — сказала она, подходя сзади и кладя руку на его плечо. Алисия наклонилась и в следующее мгновение коснулась его щеки лёгким поцелуем.              Джордж слегка повернул голову в её сторону и застыл, не сводя с девушки удивлённого взгляда.              Алисия, как ни в чём не бывало, вернулась на место. По ней не было заметно, что она нервничает, но пуговица на кофте, которую девушка от смущения не могла оставить в покое, говорила об обратном. Сердце гулко стучало в груди, отбивая только ему известный ритм. Все молчали, и первым нарушить тишину решился Джордж, у которого в голове крутились десятки вопросов, но он не мог связать их воедино, или хотя бы просто распутать.              — Давно? — тихо спросил он, и Алисия пожала плечами.              — Может быть, — сказала она. — Но поняла я это недавно.              — Когда?              — Две недели назад. Может, чуть меньше, — протянула она. — К тебе тогда в коридоре какая-то пуффендуйка подошла с седьмого курса и пригласила погулять вечером вдвоём.              — Возможно, — задумался Джордж. Пуффендуйка и правда была, но вот как она выглядела, он не помнил совсем. Помнил лишь то, что вежливо отказал ей.              — Ну так вот, — продолжила Алисия, — Меня тогда это так выбесило… будто что-то моё отнимают. Не знаю, как объяснить.              — Давай потом поговорим наедине? — сказал Джордж, и девушка согласно кивнула, потому что все ребята с интересом бегали глазами от неё к Джорджу, и это смущало ещё больше.              — Неужели и у тебя, братец, появится девушка? — Фред пихнул локтем Джорджа, и тот улыбнулся уголком губ.              Алисия закрутила бутылочку. Она указала на Гарри.              — Правда — опередил он.              — Так не интересно, Поттер, — досадно сказала она.              — Знаю я твои действия, — бросил, парень.              — Тогда скажи-ка мне, Гарри, как у вас дела с Джинни? Вы же встречаетесь? А уже целовались? И как это было?              — Правда одна, а вопросов аж четыре, — заметил он.              — Это один вопрос. Я спросила: «Как дела с Джинни?». А всё, что я перечислила — это просто составляющие вопроса.              — Всё хорошо, — улыбнулся он. — Мы встречаемся и… да, Алисия, мы уже целовались. И не раз.              — Ну и не два, — добавила Джинни. — И даже не три.              — Ты так не разгоняйся, Поттер, — нахмурился Фред. — Ей четырнадцать. Не забывай. Ты, конечно, наш друг, и мама тебя любит, но Джинни всё ещё наша сестра. И мы типо за неё в ответе.              — Ага, — засмеялся Джордж. — В ответе за тех, кого приручили.              Фред прыснул от смеха, смотря на сестру.              — Кого это вы там приручили, опосумы-недоумки! — воскликнула она. Сравнение с опосумами подкинула ей мама ещё в детстве, потому что сама не редко называла так близнецов из-за их характера.              — Смотри-ка, кусается, — тихо сказал Фред, но Джинни прекрасно их расслышала.              — Может, ей команду дать?              — Я сейчас вам такую команду дам! — крикнула она и, схватив с дивана подушку, запустила её точно в Фреда. Вторую подушку Джордж успел перехватить.              — Не хорошо кидаться в нас подушками, сестрёнка, — продолжил Фред.              — Не хорошо жить без мозгов, но у вас как-то получается.              — Не будь у нас мозгов, мы бы не придумали все наши изобретения.              — В ваших изобретениях нет ни крупицы логики и безопасности. Так что, полагаю, и мозги при их создании не то чтобы нужны.              — Справедливо подметила, — задумался Джордж, и Фред согласно кивнул.              — Ладно, ладно, не обижайся, систр. Гарри, крути бутылочку.              — Я устал уже, — сказал вдруг он. — Лучше спать пойду.              — Крутани, загадай желание или вопрос и можешь валить. Не ломай нам игру! — махнул рукой Ли, и Гарри закрутил бутылочку. Она тотчас остановилась ровно на Ли. — Я передумал. Можешь валить сейчас.              — Ну уж нет! — засмеялся Гарри. - Теперь я точно обязан остаться и довести дело до ума.              — Ну, хорошо. И чего ты хочешь? — спросил Ли и выжидающе уставился на друга.              — Нет. Чего ты хочешь, Джордан?              Он задумался.              — Пусть действие будет.              — Я хочу, чтобы ты отдал мне карточку Птолемея, что недавно нашёл в одной из шоколадных лягушек, — заявил он, и Ли удивлённо вытаращил глаза.              — С ума сошёл? — воскликнул он. — Она же редкая! И у меня больше нет таких.              — Да. У меня тоже, — кивнул Гарри. — И поэтому я хочу твою.              — Ну уж нет! — запротестовал Ли.              — У тебя десять минут, Джордан, — сказал Гарри, и на руке Ли появилась медленно убывающая полоса.              — Чёрт! Чёрт! Чёрт! — закричал он, смотря на своё запястье. — Да пошёл ты, Поттер! Ничего я тебе не отдам!              — Девять минут, — улыбнулся Гарри, уверенный, что вот ещё пара минут, и Ли сломается. Однако произошло это гораздо раньше. Не прошло и тридцати секунд, как Ли с молниеносной скоростью встал и убежал в спальню для мальчиков. Вернулся чуть больше чем через минуту и швырнул золотую карточку в Гарри. Отсчёт на запястье тут же исчез. — Так бы сразу, — усмехнулся Гарри, вставая с пола и убирая карточку в карман кофты. — Спасибо, Джордан, — тот стрельнул в него взбешённым взглядом. — Теперь я и правда пойду спать. Всем спокойной ночи.              Гарри ушёл. Невилл, Рон, Гермиона и Джинни присоединились к нему и тоже разошлись по комнатам. В гостиной остался лишь седьмой курс, Симус и Дин.              — Стоп! — воскликнул Симус. — Мы же не заканчиваем? Да? Давайте ещё поиграем.              — Ли, крути, — поддержала Алисия, и парень, пожав плечами, закрутил бутылочку.              Она указала на Дина.              — Давайте теперь без вопросов, — предложил он. — Пусть будут только действия.               Все поддержали идею, и Ли задумался.              — Дин, ты же знаешь Пенси Паркинсон? — хитро улыбнулся он, и Дин напрягся.              — Не то чтобы знаю…              — Да брось. Вы же одногодки.              — Она слизеринка.              — Значит, знаешь!              — Чего ты хочешь? — возмутился он. — Я не стану…              — Поцелуй её завтра на завтраке. Время ограниченно до начала занятий.              На запястье Дина появилась полоска.              — Ты идиот! — воскликнул он. — Ты как себе это представляешь? Это невозможно! Она меня пошлёт! Если, конечно, сразу не кинет Аваду!              — Это уже исключительно твои проблемы, — пропел Ли.              — Сволочь ты, Джордан! — он нахмурился и закрутил бутылочку. Она указала точно на Ли, и Дин засмеялся в голос. — Это карма! Причём мгновенная!              — Чёрт! — выругался Ли. — Как так-то!              — А вот так! Я хочу, чтобы ты поцеловал…              — Скучно, — перебил Ли. — Одно и то же. Никакой фантазии.              — А она нужна? — усмехнулся Дин. — Тогда пригласи завтра на свидание профессора МакГонагалл. И ты должен быть максимально серьёзен в своих намерениях. Как тебе моя фантазия? Время…              — Нет, стой! — воскликнул Ли. — Я отменяю твоё желание.              Дин с интересом посмотрел на запястье, но таймер всё равно продолжил убавляться.              — Не сработает, — сказал он. — Я даю тебе время до завтрашнего отбоя.              Теперь и на запястье Ли появилась шкала.              Фред и Джордж засмеялись, и парень злобно на них посмотрел.              — Смешно вам?! — воскликнул он, закручивая бутылочку.              Горлышко остановилось на Анджелине.              — И так, Джонсон, — Ли задумался. — Ты разрешаешь мне комментировать всю следующую тренировку, как я захочу, и не делаешь мне замечаний!              — Серьёзно?              — Серьёзно, Джонсон. Я как рот открываю, в меня тут же то бланджер прилетит, то квоффл, то бита, то камень, то мощная оплеуха. Никакой свободы слова. А я вообще-то ведущий!              — Потому что из твоего рта льются не комментарии, Джордан, а словесный понос.              — Да потому что играть нормально надо!              Тут в него влетела какая-то книга, оставленная Гермионой. Будь девушка сейчас в комнате, то оплеуха бы прилетела уже Джонсон, за такое варварское обращение с книгами.              — Ты что?! Это же… — он поднял книгу и прочитал название. — «Трансфигурация. Расширенный курс». Ну хотя… Не так уж я и протестую. Это можно вышвырнуть и в окно, в принципе.              Фред усмехнулся, и Анджелина закрутила бутылочку снова. Она указала на Алесту.              — Только давай не слишком жёстко. — сказала девушка, но Анджелина её явно не слушала.              — Ты должна поцеловать в губы… Именно поцеловать, а не чмокнуть, Спаркл, — заметила она.              — Ты меня пугаешь, — честно призналась Алеста. — Кто у тебя на уме?              — Преподаватель, — улыбнулась она.              — Нет, — жалостно протянула девушка. — Анджелина, прошу тебя! Только не преподаватель! Кто? Флитвик?              — Нет. Вообще-то я думала про Люпина, но потом вспомнила, что у него девушка есть. К тому же он и так на грани увольнения. А потом посчитала, что ты очень смелая и ничего не боишься, поэтому остановилась на Снейпе.              Повисло молчание, а затем послышался нервный смешок Алесты.              — Прости? Я не расслышала. Ты сказала Снейп?              — Ты всё услышала, верно, дорогая. Снейп… Летучая Мышь… Самый неразговорчивый и отстранённый человек на свете! Возьми его на себя. И времени тебе…              — Нет, Анджелина! — наконец отмерла девушка и вскочила на ноги. — Не смей! Слышишь? Не смей! Это невозможно! Вообще невозможно. По-настоящему не возможно! И ты это знаешь! Снейп вышвырнет меня из школы, если я сделаю нечто подобное! Или как ты себе это представляешь:              « - Профессор Снейп. Можно вас поцеловать?               - Конечно, мисс Спаркл! Я всегда об этом мечтал.              Чмок, чмок, чмок». Так, что ли?! Ты с ума сошла?              — Успокойся, — улыбнулась она. — Я уверена, что ты что-нибудь придумаешь.              — Нет, Анджелина! Я в таком не участвую!              — Ну хорошо. Я дам тебе…              — Я сказала нет!              — Неделю, — несмотря на гнев подруги, закончила она, и Алеста метнула взгляд на своё запястье. Длинная полоса отобразилась на коже, и шкала очень медленно начала убавляться.              Алеста, ничего не сказав, метнула на неё раздражённый взгляд и ушла в спальню, громко хлопнув дверью. В комнате повисло напряжение, и Анджелина встала.              — Чего так психовать? — усмехнулась она.              — Ну, даже не знаю, — протянул Джордж, которому вся эта затея тоже очень не нравилась. — Может быть, потому, что это Снейп?              — Да ты чего, Джордж? Это же просто игра.              — Игра без возможности отмены, — сказал Фред. — Ты это знала, но всё равно дала ей такое задание.              — Подумаешь, — махнула она рукой.              Близнецы переглянулись и молча ушли в спальню. Ли последовал за ними. Дин и Симус тоже скрылись за дверью.              — Да что со всеми не так?              — Ты, кажется, всё-таки перегнула палку, — тихо сказала Алисия, подходя к подруге.              — В чём?              — Обидела всех.              — Да, как я могла обидеть всех? — не поняла Анджелина.               - Фред и Джордж очень боятся за Алесту, и она уже ни раз была на гране исключения из школы. Она для них как сестра. А ты своими действиями ставишь её под удар снова. И они в данном случае ничем помочь не смогут.              — Ну не исключит же он её, — уже не так уверенно сказала Анджелина. - Да?              — Снейп? — усмехнулась Алисия, как будто вопрос был наиглупейшим.              — Вообще-то может… — досадно протянула Анджелина, поняв взгляд подруги.              — Вполне, — подтвердила та. — Но знаешь… Думаю, если ты извинишься перед ней, она тебя простит.              — Это не вернёт всё назад. Ей всё равно придётся выполнить задание.              — Знаю. Но она что-нибудь придумает. Это же Алеста! — Алисия зевнула и ободряюще похлопала подругу по плечу. — Не кисни! Лучше извинись. Она отходчивая.              Девушка ушла, оставив Анджелину одну, погружённую в свои мысли. Понимание глупости поступка пришло быстро, а после разговора с подругой её посетила решимость извиниться перед Алестой.       

ஜ • ❈ • ஜ

      На следующий день в Большой Зал Алеста направлялась раздражённой. Её всё ещё не отпускала ситуация с Анджелиной, а метка на руке каждый раз напоминала о том, что ей предстоит сделать.              И дело было не в том, что Алеста находила поцелуй со Снейпом чем-то противным или ужасным. Вовсе нет. Даже наоборот, она совершенно точно не видела в этом ничего плохого. Дело было в том, что Снейп действительно мог если не исключить её из школы, то как минимум, закрыть ей доступ на его уроки. А она вообще-то планировала сдавать «Зельеварение» в качестве экзамена «ЖАБА».              Тем не менее, ходить неделю с фурункулами на теле, от которых нельзя никак избавиться или скрыть, ей тоже не хотелось. Так что тут следовало всё продумать очень тщательно и подобрать нужный момент. Хотя сейчас Алеста совершенно не представляла, как можно подойти к профессору Снейпу настолько близко, чтобы поцеловать. Ведь он всегда старается держаться на расстоянии. Особенно от студентов. Благо, на всё про всё у неё есть не пара часов, а целая неделя.              Алеста не разговаривала всё утро с близнецами и Ли, потому что просто хотела подумать, но ситуация, произошедшая в зале, заставила её вновь повеселеть. И дело было в Дине Томасе, у которого, так же как и у Алесты, стояла задача поцеловать недосягаемого человека. При чём у него время было ограничено только сегодняшним утром.              Дин несколько раз обернулся, чтобы посмотреть, пришла ли Пенси на завтрак, где она сидит, что делает в данный момент и как много людей обратят внимание на его выходку. (И на данном этапе он, конечно, не догадывался, что смотреть на него будут буквально все.)              Девушка с чёрными волосами, отстриженными под каре, всячески строила глазки Драко Малфою, желая обратить на себя его внимание, но получалось это у неё крайне плохо. Парень не то что не разговаривал с ней, он даже не смотрел в её сторону.              Дин протяжно выдохнул, собираясь с духом, и вышел из-за стола. Анджелина, всё это время поглядывающая на Алесту, слегка пихнула локтем Алисию, указывая на Дина, и они весело переглянулись. Близнецы, Ли и Алеста тоже стали наблюдать.              Парень неуверенно приближался к столу Слизерина. Для этого ему пришлось сделать практически круг по залу. Никто не обращал на него внимания. Студенты уходили и приходили, так что поток людей был всегда. Дин подошёл со спины к Пенси и осторожно коснулся её плеча.              — Доброе утро, Пенси, — сказал он, стараясь выглядеть доброжелательно.              — Ты мне? — удивлённо протянула она, как будто рядом с ней сидела ещё одна Пенси, к которой в теории мог бы обращаться Дин.              — Конечно.              — Тебе чего? — спросила она и провела по своему плечу, как бы стряхивая с него грязь после прикосновения Дина.              — Хочу с тобой поговорить.              — Говори, — усмехнулась она. От неё просто сквозило надменностью.              Теперь на них начали обращать внимания и другие слизеринцы. Драко Малфой высокомерно улыбнулся, заметив Дина.              — Как львёнка занесло в логово змей? — воскликнул он, и несколько студентов засмеялись.              — Не с тобой разговариваю, напыщенный павлин! Иди причешись, а то перья распушились.              — Заткнись, идиот! — воскликнула Пенси. — Хочешь что-то сказать — говори и проваливай!              — Пошли в коридор.              — Ещё чего? — усмехнулась она. — Ты не удостоен такой чести.              — А ты, можно подумать, удостоена! Мне самому не хочется, но надо.              — Ты о чём вообще? Вали к своему столу.              — Учти. Я предлагал уйти в коридор, — пожал плечами Дин и, быстро сократив расстояние, прижался к её губам поцелуем. Все вокруг застыли в удивлении, а в зале повисла гробовая тишина. Было огромной редкостью увидеть поцелуй между двумя враждующими факультетами. Близнецы тихо отбили друг другу пять.              Пенси от шока застыла на пару секунд. Затем резко оттолкнула от себя Дина и с силой шлёпнула по щеке. Звук эхом пролетел по всему залу. Щека парня окрасилась красным, а след от руки девушки отпечатался на коже.              — Ты идиот? — воскликнула она, и в данный момент её совершенно не волновало, что на них смотрят абсолютно все. — Ты чем думал? Какая же мерзость!              Она скривила лицо в отвращении и начала яростно вытирать губы. Тем не менее, её лицо покрылось ярким румянцем. Она думала о Драко и то, что тот смотрит прямо на неё. Раньше она могла об этом лишь мечтать, но сейчас бы отдала всё, чтобы он отвернулся.              — Я тебя ненавижу, чёртов придурок! — продолжала свою гневную тираду она. — С чего ты взял, что можешь так просто переступать через границы другого человека? Или в твоей нищенской семье не слышали о слове манеры?              — Заткнись, Паркинсон, — сказал он, потому что ему жутко не нравилось, когда кто-либо говорил о семье в таком ключе.              — Заткнуться? Это ты мне говоришь заткнуться? Подходишь ко мне, целуешь так, будто я дала тебе разрешение на это, а теперь говоришь, заткнуться? Сам заткнись, придурок.              — Прости, Пенси, — вдруг сказал он, потому что целовать девушек насильно и правда было для него перебором.              — Прости? — усмехнулась она. — Да пошёл ты!              Она смерила его уничижительным взглядом и быстрым шагом направилась к выходу из Большого зала.              Дин посмотрел на своё запястье. Метка исчезла, и он открыто усмехнулся, так что многие студенты пришли в замешательство.              Щека парня всё ещё горела, но он, не смущаясь того, что на него все смотрят, вернулся за стол Гриффиндора и продолжил трапезу. Вскоре в зале снова стало шумно, и, вероятно, многие обсуждали именно то, что произошло несколько минут назад, но Дина это нисколько не волновало.              — Как тебе поцелуй с Паркинсон? — усмехнулся Ли.              — Её губы мягкие и со вкусом карамели, — улыбнулся он. — Мне кажется, она мажет их помадой сто раз за день.              — Так значит, тебе понравилось? — протянула Алеста.              — Да, неплохо… Мы же про губы? Если вы о самой Пенси, то ничего хорошего в ней точно нет. Мерзкая девчонка, с надменной физиономией.              — Ты буквально только что насильно её поцеловал, — засмеялась Алисия. — Как ещё она должна была себя повести?               - Дело не в том, как она себя повела. Я не спорю, что заслужил пощёчину. Дело в самой Пенси. Я давно её знаю, и симпатии она не вызывает от слова совсем.              — Согласен, — усмехнулся Симус. — Она та ещё стерва.              — В точку, — кивнул Дин. — Ну что, Джордан. Твоя очередь?              Ли, нахмурившись, посмотрел на стол преподавателей и нашёл глазами Минерву МакГонагалл.              — Мне хотя бы не надо её целовать, — сказал он, хотя голос прозвучал очень не уверенно.       

ஜ • ❈ • ஜ

      «Трансфигурация» стояла вторым занятием после обеда. Фред и Джордж всё время поглядывали на Ли, то и дело хихикая. Алеста лишь изредка улыбалась, искренне не понимая, как Ли собирается выполнить задание.              — Профессор МакГонагалл! — вдруг сказал он, поднимая руку.              — Мистер Джордан, можете выйти, — бросила она, потому что на её занятиях, если Ли звал профессора, то это всегда было только для того, чтобы выйти в туалет.              — Нет, мадам. У меня вообще-то вопрос, — сказал он, и женщина удивлённо посмотрела на парня.              — У вас? Вопрос ко мне? Вы уверены, что ничего не перепутали?              — Уверен.              — Тогда… — она, искренне улыбнувшись, посмотрела на него. — Я очень внимательно вас слушаю.              — Я хотел спросить на счёт личной жизни преподавателей. Вы всегда занимаетесь только работой?              — Я… — Она задумалась. — Да, но это не значит, что все такие же трудоголики, как и я.              — Понятно. А могу я поговорить с вами после занятия? — спросил Ли не решаясь говорить при всех.              — Разумеется, — сказала она.               Когда прозвенел колокол, извещающий об окончании урока, Ли остался в кабинете один, а друзьям сказал, что догонит. И всё для того, чтобы они не видели его, как он считал, «позора». Хотя, конечно, близнецы и Алеста решили не упускать такой шанс и просто спрятались за дверью, чтобы понаблюдать со стороны.              — Вы хотели со мной поговорить, мистер Джордан? — напомнила Минерва, собирая учебники со столов.              — Да. И знаете… Возможно, моё предложение покажется вам странным, но я прошу выслушать его и воспринять со всей серьёзностью, потому что мне самому неловко о таком говорить, и на самом деле я очень боюсь быть высмеянным и…              — Мистер Джордан, — перебила Минерва, потому что Ли начал переходить на неразборчивую речь. — Ближе к делу. Уверена, что какую бы глупость вы не сказали, меня это мало удивит. И уж тем более я не стану над вами смеяться.              — Я в этом не уверен, но знайте, что я настроен серьёзно, — твёрдо сказал он, и Минерва остановилась, внимательно посмотрев на парня через стёкла своих очков.              — Я вас слушаю, — снова повторила она, и Ли сделал глубокий вдох, собираясь с силами.              — Профессор МакГонагалл… Вы… Вы очень красивы.              Минерва нахмурилась, а затем её губы дрогнули в улыбке.              — Спасибо, мистер Джордан. Мне очень приятно, что вы так считаете.              — Да, и… И если вы не против, то я хотел бы пригласить вас сегодня погулять… Вечером.              Фред и Джордж, переглянувшись, чуть не прыснули от смеха, но Алеста вовремя зажала их рты руками.              — Я вас, кажется, не совсем понимаю, — протянула женщина, анализируя слова парня. — Погулять? Для чего? Вы хотите поговорить о чём-то?              — Да, я… я хочу поговорить о нас, — сказал он.              — Всё равно я вас не понимаю. Что значит: "поговорить о нас"? Я знаю, что вас, вероятно, не устраивают оценки, мистер Джордан, но я уже сотню раз делала вам поблажки. Если вы не возьмётесь за голову, то, вероятно, что и «ЖАБА» вы сдадите крайне плохо.              — Да, профессор. Я это знаю, но… — досадно выдохнул Ли. Оказалось, что пригласить на свидание того, кого совершенно никогда не рассматривал в качестве пары, крайне сложно. Особенно если речь идёт о Минерве МакГонагалл, которая за любое неосторожное высказывание может написать родителям или, чего ещё хуже, исключить из школы. — Но я имел в виду немного другое. Вы понимаете… вы мне нравитесь.              — Я очень рада, что это так, — улыбнулась Минерва. — Вот бы вам ещё нравился и мой предмет. Тогда цены бы вам не было.              — Да нет же! — воскликнул Ли, которому уже начала надоедать вся эта глупая ситуация полного недопонимания. Минерва и в мыслях не может представить отношения со студентом, оттого, конечно, и не видит романтического подтекста, воспринимая всё в штыки. — Как же сложно! Я хочу пригласить вас погулять сегодня вечером со мной!              — Я это поняла, мистер Джордан, и…              — Нет, не поняли. Я хочу, чтобы вы пошли со мной на свидание! — выпалил он. И тут же повисло напряжённое молчание. Ребята, стоявшие всё это время за дверью, опустились на пол и, зажав рот рукой, засмеялись, стараясь не издавать ни звука.              — Простите, что? — нервно усмехнулась Минерва. — Вы, вероятно, шутите или, возможно, я не так услышала вас?              — Вы услышали правильно. Вы мне нравитесь, и я хотел бы сходить с вами на свидание.              Минерва тут же нахмурилась и, подойдя к Ли, положила руку на его лоб.              — По всей видимости, вы плохо себя чувствуете? — спросила она, хотя никакого жара не ощутила.              Ли бросил взгляд на запястье и, к своему счастью, заметил, что полоса исчезла. Задание было выполнено, а значит, что больше не было смысла продолжать этот спектакль.              — Да. У меня с утра что-то голова кружится. И, кажется, я бред несу.              — Давайте я отведу вас в больничное крыло. Я предупрежу профессора Снейпа, что вас не будет на занятии. У вас же следующим уроком «Зельеварение»?              — Да, профессор, — кивнул Ли и, притворившись, что ему и правда плохо, направился с МакГонагалл по коридору в сторону Больничного крыла.              Алеста поднялась с пола и вышла из-за двери.              — Вот так номер! Ли просто крут! — воскликнула она. — Надо же так ловко провернуть это.              — А что… — усмехнулся Фред, смотря вслед удаляющемуся другу. — Они были бы хорошей парочкой.              — Фууу, — протянула Алеста. — Ничего не имею против МакГонагалл, но ей ведь шестьдесят недавно исполнилось!              Фред и Джордж засмеялись в голос и двинулись в сторону подземелий.              — Это верно, — сказал Джордж. — А что насчёт тебя, Вишенка? Пойдёшь за добычей?              — А у меня есть выбор?              — Нет. У тебя есть шанс, — вскинув указательный палец, сказал Фред. — Прямо сейчас!              — Ни за что, — твёрдо сказала она. - Точно не сегодня!              — Да ладно тебе! Попробуй! — пихнул её локтем Фред, и она нервно улыбнулась уголком губ. — Ты же неотразима!              — Не для Снейпа, точно! Но… спасибо, — сказала она, проходя в кабинет «Зельеварения». Через минуту прозвенел колокол, и урок начался.