Глава 17. Принцип нравственности.
8 декабря 2025 г., 10:00
Вперёд уверенно вышел Фред Уизли и задумался.
— Профессор, а что, если у меня десяток счастливых воспоминаний? — спросил он.
— Это здорово, но вам нужно выбрать, на ваш взгляд, самое счастливое и сосредоточиться на нём.
— Понял. — Он кивнул и посмотрел на брата, вспоминая.
«Это был обычный весенний вечер пятницы в Норе. Молли суетилась на кухне, параллельно следя за малышкой Джинни, которая крутилась под ногами. Артур пропадал в гараже. Фред и Джордж лежали на кровати в своей спальне. Мальчикам совсем недавно исполнилось семь лет, поэтому на подоконнике громоздилась целая куча сладостей и разорванной упаковочной бумаги.
Джордж что-то сосредоточенно писал на листе пергамента, а Фред внимательно наблюдал за братом, стараясь не упустить ни одну букву. Писать получалось крайне медленно, поскольку Джордж только учился, но прогресс был налицо.
— А что он будет говорить? — спросил Фред. — Как насчёт неразборчивости?
— Неразборчивости? — повторил брат, нахмурившись. — Это что значит?
— Неразборчиво — значит, говорить так, чтобы никто не понял, — пояснил Фред.
— Хорошо, — согласился Джордж и, поставив точку, повернул лист к брату. — Что скажешь?
— Думаю, надо добавить мох-тихун, — сказал Фред, прочитав весь список. — Я видел его за домом под деревом.
— Отлично, — улыбнулся Джордж и вписал мох-тихун тоже.
— И нам нужен камень…
Фред окинул комнату взглядом и остановился на небольшом гладком камне серого цвета с чёрными вкраплениями. Они нашли его в прошлом году в реке, когда пытались поймать рыбу голыми руками. Задумка вышла им боком: мокрая одежда, температура на следующий день и выговор от мамы.
— Идеально, — согласился Джордж, проследив за тем, куда смотрит брат. — Тащи сюда, а я пока схожу за мхом.
Мальчик вернулся очень быстро, сжимая в кулаке немного мха жёлтого цвета.
Он натёр им камень, окунул в речную воду, которую они заранее притащили в тазу, полил лимонным соком и добавил две капли экстракта дурмана, появившегося у них благодаря их брату Чарли, который учился на третьем курсе Хогвартса.
— Готово! — радостно воскликнул Фред. — Теперь немного магии.
Он достал из кармана кофты палочку отца, которую выкрал накануне, и неловко взял её в правую руку.
— А что нужно сказать? — спросил он.
— Баблуо Пудси Крунси Грунси Бинс! — воскликнул Джордж, который не знал заклинаний, но считал, что они обязательны в любом случае.
— Чего? — удивился Фред. — Буби Пуди Крули… Что?
— Бабли Пудли Грунли… Или нет… Подожди! Я забыл.
— Ты и не знал, — усмехнулся брат.
— Да, но сказать-то что-то надо.
— Как насчёт: Пуффу Тиху Стоун? — предложил Фред.
— Звучит хорошо. Пуффу Тиху Стоун! Запоминающе!
— Точно, — согласился Фред, смерив брата довольным взглядом. Он лёгким движением руки провёл палочкой над камнем и произнёс заклинание.
Ничего не произошло, и Фред поднял камень на уровень глаз, осматривая со всех сторон.
— Работает? — спросил он, но Джордж только пожал плечами.
— Не похоже. Он ведь не говорит.
— Темнота! — воскликнул Фред, вскакивая с кровати. — Мох-тихун растёт в тёмных местах: под деревьями, на камнях и прочее. Поскольку один из ингредиентов — именно он, то, вероятно, камню нужна тьма.
Фред положил камень в шкаф и сел возле дверцы, прислушиваясь.
Раздался шорох и неразборчивый быстрый шёпот, будто кто-то начитывает странные заклинания.
— Пшлкавшки-шлиткл-пфф-вркми! — раздавалось из-за дверцы, и Фред довольно посмотрел на брата.
— Проверим его в деле? — спросил он.
— На маме или на папе?
— На маме, конечно. Отец, если узнает, то просто посмеётся. А мамины реакции дорогого стоят! Она будет возмущаться, взмахивать руками и кричать: «Что за шутки? Кто это придумал?»
Джордж согласно кивнул, и они спустились на кухню. Молли нарезала огурцы для салата, а Джинни, встав на носочки, пыталась подглядеть, что делает мама.
— Привет, мам, — сказал Джордж, крепко обнимая женщину. От неё вкусно пахло выпечкой и печёными яблоками, а фартук был слегка испачкан в муке.
Фред тем временем, обогнув стол, встал за спиной женщины и приоткрыл дверцу нижнего кухонного шкафа. Джинни посмотрела на брата с любопытством и улыбнулась, когда тот приложил указательный палец к губам, прося оставить всё в тайне. (Хотя, вероятно, было глупо просить о таком трёхлетнего ребёнка. Тем не менее Джинни кивнула, что бы это ни значило).
Фред убрал камень в шкаф и осторожно закрыл дверцу. Он подошёл к маме сзади и обнял её тоже.
— Мамочка, а когда ужин? — спросил он, чтобы свести подозрения к минимуму. — Я очень голоден.
— Скоро, дорогой. Идите пока поиграйте в своей комнате. Только не шалите, я вас прошу, — усмехнулась она, возвращаясь к готовке.
Фред и Джордж, переглянувшись, сделали вид, что направляются к лестнице, но на самом деле спрятались за углом и стали ждать. Через несколько минут Молли остановилась и прислушалась. Помотав головой, вернулась к готовке. Однако не прошло и минуты, как Молли снова остановилась, вслушиваясь в каждый шорох.
— Плифткл-шфпиугл-рлоугкрт-пшшфд! — доносились звуки.
— Милая, ты это слышишь? — спросила она, поднимая Джинни на руки. — Кто-то говорит, а я не пойму, кто именно. Может быть, Перси включил музыку? Но звук будто совсем рядом…
Она озадаченно прошлась по кухне, не понимая, мерещится ли ей.
— Джинни, родная, слышишь звуки? — снова спросила она, и Джинни тут же помотала головой из стороны в сторону.
— Наша малышка, — прошептал Фред, и Джордж согласно кивнул.
Молли села на стул и потёрла виски, списывая всё на духоту на кухне. Джинни выскользнула из рук мамы, опускаясь на пол, и подошла к холодильнику.
— Там, мама, — сказала она, указывая пальчиком куда-то вверх.
— Что там, милая? Шумит оттуда? — обрадовалась Молли, подходя к дочке.
— Нет, — сказала Джинни. — Там мышка.
— Нет, дорогая. Это не он шумит. — Боня в последнее время часто спит.
Боня был крысой, а не мышью, как выразилась Джинни. Он жил в семье уже два года и принадлежал самому старшему из детей Уизли — Биллу.
— Мышка, — повторила Джинни, и Молли улыбнулась уголком губ. — Дай мышку.
— Милая, Боня болеет. Ему нужен отдых.
Билл учился на пятом курсе, и ему пришлось оставить крысу дома, поскольку та совсем перестала есть и выглядела жалко. Молли позаботилась о ней и снесла в ветклинику, где для Бони выписали лекарства и полный покой.
— Мама! — послышался звонкий голос, и рыжий маленький мальчик, по виду чуть старше Джинни, прошёл на кухню. — Папе нужен молоток.
— Вот вечно он раскидывает вещи где ни попадя, — проворчала она и, подойдя к книжному шкафу, взяла молоток и протянула его сыну. — Рон, скажи папе, что дом не место для складирования его инструментов!
— Да, мам, — кивнул мальчик и собирался было уйти, но застыл, словно статуя. — Что это за звук?
— Ты тоже слышишь его? — воскликнула Молли, с надеждой глядя на сына. — Слышишь?
— Да. Оттуда, — сказал он, указав пальцем на нижний кухонный шкаф. Фред ударил себя по лбу, а Джордж досадно цокнул.
Молли подошла к шкафу и, присев на корточки, осторожно приоткрыла дверцу. Она сразу же заметила небольшой камень. Как только дверца впустила свет, камень тут же затих.
— Что это такое? — нахмурилась она, доставая камень на стол. — Кто это сделал? Кто решил, что издеваться надо мной — это весело? Я думала, что сошла с ума!
— Они, — сказал Рон и указал на две рыжие головы, которые еле заметно выглядывали из-за угла. Молли сурово посмотрела на близнецов и подозвала их к себе. Они, сверля раздражённым взглядом Рона, подошли к маме, не смея поднять головы.
— Вы решили, что это весело? Я с утра до вечера готовлю, убираю, слежу за вами, а вы мало того, что отвлекаете меня от работы, так ещё и делаете из меня дурочку!
— Нет, мам, мы. — начал было Фред, но Молли перебила.
— Вы будете наказаны! Марш в свою комнату. Свой вердикт скажу вам за ужином.
Близнецы неспешно поплелись к себе и рухнули на кровать. Джордж неожиданно засмеялся, а Фред расплылся в довольной улыбке. Им досталось от мамы, потому что братец их выдал. Да, это определённо был минус. Но Фред никогда себя не чувствовал настолько счастливым. Ведь это был их первый по-настоящему интересный и необычный розыгрыш.
Фред посмотрел на брата и прочитал в его взгляде, что Джордж в данный момент чувствует то же самое, что и он: не просто радость от момента, а невероятное счастье и азарт.»
— Экспекто патронум, — сказал Фред, и серебристая сорока словно слетела с конца волшебной палочки. Она несколько раз с стремительной скоростью облетела комнату и вернулась, будто бы её и не существовало.
— Браво, мистер Уизли! — искренне восхитившись, сказал Люпин. — Кто следующий?
Джордж вышел в центр кабинета и сосредоточился на своих воспоминаниях. Он не мог знать, о чём думал его брат-близнец, но в его голове сразу же возникла совершенно другая картина:
» — Мы не можем подорвать кабинет Снейпа так, чтобы он этого не заметил, — сказал Ли, направляясь с близнецами в сторону подземелий поздно ночью. — Тем более он дежурит на этой неделе!
Ребята, которые совсем недавно поступили в школу, переглянулись и согласно кивнули.
— Не можем, — сказал Джордж. — Но нам это и не нужно.
— Вот именно, — поддержал Фред. — Не так важно, заметит нас Снейп или нет.
— Ничего не понимаю, — жалобно протянул Ли. — С каких пор вы не боитесь эту летучую мышь? И почему это мне никто никогда ничего не объясняет?
— Потому что ты дашь заднюю, — усмехнулся Джордж.
— Что же там у вас за план, что я дам заднюю? Вы планируете убийство?
— Типо того, — пожал плечами Фред. — Скорее месть.
— За то, что Снейп снял с нас пятьдесят баллов? — предположил Ли.
— Не совсем, — улыбнулся Джордж. — Хотя и за это тоже. А вообще за то, что он издевается над нами.
— Он всегда издевается, — не понял Ли.
— Верно, — согласился Фред. — Но в этот раз он перешёл все границы. Он сказал, что Анджелина никогда ничего не добьётся в спорте, а мне велел переделать зелье за пять минут до окончания занятия, обнулив мой результат. Зелье было идеальным! Он просто сказал: «Мистер Уизли, ваше зелье на оттенок светлее, чем нужно», и удалил всё содержимое котла! Хотя у той же Алисии зелье было намного светлее, чем нужно, и ей он ничего не сказал. А ещё назвал Джорджа пустоголовым!
— А потом выгнал нас с урока просто за то, что мы перепутали волчьи ягоды и бузину, — досадно цокнул Джордж. — Нет бы объяснить, а он сразу кричать начинает и отчитывать.
— И вы взяли фейерверки, чтобы что?
— Чтобы устроить шоу в кабинете Снейпа. Пусть он потратит ночь на уборку и восстановление своих ценных зелий, — улыбнулся Фред.
— Может, тогда сразу кладовку с редкими ингредиентами взорвём? — предложил Ли, и Джордж удивлённо изогнул бровь.
— Ты совсем головой не думаешь? За кладовку мы точно вылетим из школы. Надо что-то более-менее безобидное.
— Ладно. Кабинет так кабинет.
Ребята прошли в кабинет «Зельеварения», открыв дверь простым заклинанием Алохомора. В кабинете было темно, тихо и пахло лёгкой сыростью подземелий.
— А вы тут что забыли? — послышался тихий голос, и кабинет осветила палочка. Ребята вздрогнули от неожиданности, всматриваясь в темноту.
Девочка шагнула вперёд, опуская палочку вниз. Она была одета в простой свободный свитер зелёного цвета, штаны и кеды. Длинные волосы доходили до лопаток и были выкрашены в тёмно-синий цвет, из-за чего преподаватели не упускали шанса сделать ей замечание.
— А ты что здесь делаешь? — спросил Фред, усмехнувшись ночной встрече.
— Я первая спросила, — с вызовом сказала она и обогнула мальчиков, подходя к полкам.
— Не твоё дело, Спаркл, — бросил Ли.
— Как грубо, — улыбнулась она. — Поучись манерам, Джордан. Мы сейчас в одной лодке! Снейп может прийти в любой момент.
— Мы хотим взорвать кабинет, — признался Фред, чтобы посмотреть на реакцию девочки.
— А можете подождать пару минут? — спросила она, продолжая внимательно осматривать шкаф. — Мне нужно кое-что найти.
Фред и Джордж довольно переглянулись и подошли к ней.
— Ты же Алеста? — спросил Фред, и девочка кивнула. — Я Фред. А это Джордж.
Она окинула их насмешливым взглядом.
— Я знаю. Если ты ещё не заметил, то мы учимся в одной группе и на одном факультете.
— Да. Но мы же близнецы, — пожал плечами он. — Не отличишь.
— Хоть ты и старше, но Джордж немного выше тебя, — сказала она. — А ещё твоё лицо более круглое, в то время как у Джорджа оно больше овальное. У вас существенно разные носы и губы. А ещё, по моим наблюдениям, вы немного разные по характеру и тембру голоса.
Она прошла к другой полке, а Фред шокировано посмотрел на брата.
— Ты когда успела всё это заметить? Мы учимся вместе меньше месяца! — воскликнул Фред.
— К тому же, даже наша мама бывает, нас путает, — добавил Джордж.
— А я не ваша мама, а просто наблюдатель со стороны, — улыбнулась Алеста.
— Так ты с нас глаз не сводишь, красотка? — заигрывающе сказал Фред, подходя ближе.
— Идиот, — усмехнулась Алеста и больно щёлкнула его по носу.
Фред потёр кончик носа и сосредоточился на Алесте.
— Так что ты ищешь? — спросил он. — Какой-то ингредиент? Зачем?
— Чтобы сделать какое-то зелье, — в такой же манере ответила девочка.
— Какое зелье? — уточнил Джордж. — Может быть, мы поможем?
— Мы вообще-то пришли взрывать кабинет, — напомнил Ли.
Всё это время он стоял у двери, скрестив руки на груди. Алеста ему не нравилась, потому что на прошлой неделе не дала списать домашнее задание по «Трансфигурации».
— Да подожди ты, Джордан, — махнул рукой Фред и повернулся к Алесте. — Что ищем?
— Мне нужен Сонниус Дофми.
— Чего? — не понял Джордж.
— Если проще, то синий цветок, похожий на пион.
— А зачем? — уточнил Фред, начав изучать полки.
— Я же сказала — хочу приготовить зелье. Меня раздражает один слизеринец, и я хочу сделать зелье, чтобы подлить ему в чай на обеде. Поскольку зелье действует не сразу, то он уснёт лишь на уроке по «Трансфигурации». А профессор МакГонагалл обещала нам самостоятельную на следующем занятии, которое к тому же будет совместным. Ну, а представить реакцию нашего декана на это вы и сами, думаю, в состоянии.
Фред прыснул от смеха и хитро посмотрел на брата.
— А как насчёт вылазки завтра? Мы хотим сходить в Тёмный Лес. Пойдёшь с нами? — предложил Фред, и Джордж кивнул. Ли, всё ещё стоявший у двери, напрягся.
— Зачем? — спросила Алеста.
— Дамблдор сказал, что это запрещено. И…
— И именно поэтому вам интересно туда сходить, — закончила Алеста. — Там обычный лес. Ничего особенного.
— Ты так говоришь, будто бы уже ходила, — закатил глаза Ли, и Алеста, ничего не ответив, усмехнулась.
— Серьёзно ходила?! — воскликнул Фред. — Одна?
— А что такого? — не поняла она. — Мне было интересно.
— Слушай… — протянул Фред, но Алеста закрыла его рот рукой и указала на шкаф.
— Прячьтесь за него! И чтоб ни звука! — скомандовала она, и мальчики, не смея ослушаться, сделали всё, как она сказала.
Алеста залезла под один из столов, затаив дыхание. Прислушиваясь к шагам, которые теперь было отчётливо слышно, она потушила палочку.
Дверь открылась, и помещение осветилось слабым светом. Профессор Снейп прошёл в кабинет. Тогда ему было всего лишь двадцать шесть лет, и в школе он преподавал не так давно. Тем не менее, всё равно не был доброжелательным или приветливым. Дети ненавидели его и боялись.
Дверь закрылась, и Алеста с силой закусила губу. Мужчина прошёлся по кабинету, остановился прямо напротив парты, под которой сидела Алеста, и опустил палочку вниз.
— В этом кабинете есть десяток различных мест, куда более удачных для того, чтобы спрятаться, мисс Спаркл, — тихо сказал он. Алеста досадно цокнула, вставая с пола и показываясь на глаза Снейпу. — Например, за шкафом, — продолжил он, осветив мальчиков, которые практически вжались в стену. — Хотя, как я вижу, оно уже занято.
Близнецы и Ли шагнули вперёд, виновато опуская головы.
— Профессор, это я попросила мальчиков помочь мне с делом, — поспешила сказать Алеста, и близнецы бросили на неё удивлённый взгляд.
— Каким таким делом? — не понял Снейп, хотя по нему не было похоже, что его интересует ответ на вопрос.
— Найти кое-что, — неоднозначно сказала она.
— В моём кабинете? — протянул он.
— Нет, — тихо сказала девочка. — Мы просто заблудились, сэр.
— Разумеется, — саркастично протянул он. — Заблудились в то время, как должны были быть в постелях. По десять баллов с каждого, кроме вас, мисс Спаркл. Вас будут ждать котлы завтра сразу после ужина. Опоздаете, и я сниму с факультета пятьдесят очков.
— Пятьдесят? — воскликнула она, но Джордж дёрнул её за рукав свитера. — Я поняла, профессор Снейп. Мы можем идти?
— Можете, — кивнул он, и Алеста с ребятами поспешили удалиться из кабинета.
— Ты с ума сошла? — первое, что сказал Фред, когда они направились к лестнице. — Зачем себя-то подставлять?
— Можно просто сказать «спасибо», — махнула рукой Алеста.
Мальчики улыбнулись и с теплотой посмотрели на неё. Даже Ли, и тот почувствовал такую родную и душевную связь. Не зря же её фамилия означает «Искра».
В ту ночь они не просто совершили рискованную вылазку, а обзавелись новым другом, новой родственной душой. Такой родной и верной подругой, которая, как они потом узнают за семь лет обучения, станет для них центром вселенной. Это было их настоящее знакомство, начало их истории.»
— Экспекто Патронум, — сказал Джордж, и птица, практически один в один как у Фреда, вылетела с конца палочки и сделала круг по кабинету. — Она такая же, братец!
— Твоя будто бы имеет другой окрас, — задумчиво протянул Фред, следя за патронусом.
Джордж опустил палочку, и птица растворилась, словно дым.
— Отлично! — воскликнул Люпин. — Кто ещё желает? Мисс Джонсон, что скажете?
— Я готова, профессор.
Анжелина вышла в центр и сосредоточилась. Она подумала о родителях и произнесла заклинание, но ничего не произошло. Небольшой дым вырвался из палочки и тут же вернулся назад.
— Всё в порядке, мисс Джонсон, — подбодрил профессор. -Подумайте о чём-нибудь другом. Воспоминание, которое гораздо ярче предыдущего.
Анджелина кивнула и задумалась. В голове возникла яркая картинка её первой победы на квиддиче. То, чем она горела, что так сильно любила, и то, с чем хотела связать своё будущее. Квиддич был для неё не просто игрой, а большой и важной частью жизни.
— Экспекто Патронум, — вновь произнесла она, и из палочки, гордо расправив крылья, появился большой орёл. Птица, которая как нельзя лучше подходила Анджелине: свободная, зоркая и быстрая. Орёл олицетворял любого охотника в квиддиче.
— Вы молодец, мисс Джонсон, — улыбнулся мужчина, и Анджелина, поблагодарив профессора, подошла к Фреду.
— Моя птичка покрупнее, Фредди, — подмигнула она, и парень усмехнулся.
— Орёл один, а сороки — две. Мой патронус плюс патронус Джорджа — это мощное комбо! — воскликнул Фред, приобнимая брата за плечо.
— Всё равно патронусы разные, — не останавливалась Анджелина, и Фред выставил палочку вперёд.
— Проверим связь наших патронусов, братец? — спросил Фред, и Джордж кивнул.
— Вы думаете, что-то произойдёт? — неуверенно протянула Алеста.
— Эти птички просто обязаны подружиться, — поддержал брата Джордж и выставил палочку вперёд.
— Экспекто Патронум, — произнесли парни в один голос, и две сороки вылетели из палочек.
Через секунду одна сорока устремилась ко второй и, врезавшись друг в друга, они взорвались ярким светом. На их месте теперь парила одна большая птица. Анджелина удивлённо подняла брови, а все студенты окружили парней. Теперь птица имела две головы, четыре крыла, но одно туловище, а оперение переливалось несколькими цветами, будто бы освещая всё вокруг.
— Удивительно, — на выдохе произнёс профессор Люпин, подходя ближе. — Это явление крайне редко и возможно лишь в одном случае: если оба волшебника испытывают друг к другу сильные чувства. Братская и сестринская привязанность и верность, или любовь между мужчиной и женщиной — это не важно. Важно лишь чувство. Если оно достаточно сильное, то патронусы сольются воедино.
— Значит, Фред и Джордж просто настолько привязаны друг к другу, что их патронусы соединились? — уточнил Ли. — А если я тоже сделаю патронуса? Они соединятся?
— Не думаю, мистер Джордан. Патронусы близнецов соединились за счёт любви. Они вместе с самого рождения и не просто привязаны, а действительно не представляют своей жизни друг без друга.
— Точно, — согласился Фред. — Даже представлять не хочу, как бы я жил, не будь у меня Джорджа.
— И не представляй, — усмехнулся он. — Я с тобой до самой смерти буду. Ходи, оглядывайся.
Алеста улыбнулась, глядя на большую и гордую птицу, парящую над головой. Это был не просто патронус. Это был знак настоящей любви: крепкой, сильной и вечной братской любви.
ஜ • ❈ • ஜ
На следующий день перед обедом Алеста подошла к профессору МакГонагалл, сказав ребятам, что догонит их чуть позже. Сейчас она хотела поговорить с деканом насчёт своего будущего, которое с каждым новым днём волновало её всё больше. — Мисс Спаркл, чем могу помочь? — улыбнулась женщина. Сегодня она была в особенно хорошем расположении духа, потому что Ли на занятии умудрился не просто ответить на все её вопросы, но и продемонстрировать заклинание. И стоит заметить, что почти удачно. — Профессор МакГонагалл, я хочу поговорить с вами насчёт преподавания в школе. — Я смотрю, вы всерьёз загорелись этой идеей, мисс Спаркл. — Минерва взмахнула рукой, и один из стульев опустился возле её стола. Женщина кивнула, намекая, что Алеста может сесть, и девушка без промедления сделала это. — Да, мадам… Но, кажется, я не знаю, чего хочу. — Понимаю. Это сложный выбор, но очень важный. Напомните… между какими предметами вы выбираете? — Я думала о «ЗОТИ» или «Зельеварении», но мне также нравится «Травология». — Это хорошие предметы, — одобрила Минерва. — Тем не менее, каждый из них требует своей подготовки. Вероятно, вы слышали о случае с профессором Люпином? — Да. Он увольняется из-за этого. — Вы и такое знаете? — удивилась она. — Что ж… нет смысла лгать. Это действительно так. И теперь Министерство Магии требует ужесточить правила по подбору преподавателей. — Что это значит? — Это значит, что как бы не был хорош волшебник, он не может быть допущен до студентов, пока не пройдёт специальные курсы. — И сколько по времени это занимает? — уточнила Алеста. — Примерно два года. — Это не то чтобы много… но ведь пока я учусь в школе, я живу на деньги, которые оставила мне мама. После школы у меня их будет не много для жизни вне школы, и мне точно вскоре понадобится работа. Как я протяну ещё два года? — Вам нужно взвесить все «за» и «против» и уже после этого думать об этом. Решение есть ко всему. Просто порой оно спрятано глубоко в недрах. — Я поняла, — сказала Алеста, задумавшись. — А насчёт анимагии… Вы сказали, что если бы я захотела, то смогла бы этому обучиться. Так? — Вас это интересует не просто так? — улыбнулась женщина. -Хотите стать анимагом? — Не сейчас, — поспешила сказать Алеста. — Но хотела бы знать, как им стать. Что для этого нужно? — Это очень сложный и долгий процесс, — протянула Минерва. — Впрочем, я дам вам книгу. Там всё подробно написано. Но не забудьте, что каждый анимаг должен зарегистрироваться в Министерстве Магии. Если этого не сделать, то вас могут заключить в Азкабан. Профессор МакГонагалл встала и неспешно подошла к одному из шкафов. Она провела пальцем вдоль корешков в поисках нужной книги. — А вот и она, — сказала Минерва, протягивая учебник Алесте. -Если вы действительно решитесь, то желаю вам удачи. Алеста встала, убрала книгу в сумку и, поблагодарив декана, поспешила на обед в Большой зал.ஜ • ❈ • ஜ
Последний день перед выходными проходил спокойно до урока Зельеварения. И на этот раз дело было даже не в Снейпе. Урок был сдвоенным со Слизеринцами. В начале занятия профессор дал задание приготовить «Зелье забывчивости». Каждый студент работал один, хоть и пришлось немного потесниться, чтобы уместить всех. Алесте, как назло, досталось место между Кассиусом и Алисией. Если против Алисии она ничего не имела, то Кассиуса она не желала не то что видеть, а даже слышать. У парня до сих пор был заклеен нос, хотя, очевидно, он уже давно прошёл, и Кассиус просто давил на жалость. К тому же было удивительно, что никто так и не узнал, что с ним случилось. Алеста старалась не обращать внимания на соседа слева и сосредоточенно помешивала зелье, считая каждый оборот. — Алеста! — послышался тихий голос справа, но девушка подняла указательный палец вверх, прося подождать, чтобы не сбиться со счёта. Когда нужное количество помешиваний было сделано, она наконец-то посмотрела на Алисию. — Дорогая, а что после Любистока? — тихо спросила девушка, с надеждой посмотрев на подругу. — Сок мака, — сказала Алеста. — А сколько? — Сто девяносто пять миллилитров. — Ты моя спасительница, — так же тихо сказала Алисия, возвращаясь к зелью. — Вот интересно, — протянул Кассиус, и Алеста закатила глаза, — а Снейп знает, что ты помогаешь другим? — То, что он не замечает, ему знать не обязательно, — усмехнулась Алеста. — Да что ты? А если ему сказать? — Только попробуй, и в следующий раз пострадает не нос, а рука! — Угрожаешь? — Предупреждаю, — бросила она, и Кассиус усмехнулся, не восприняв её слова всерьёз. — Ты делаешь неверно, — вдруг сказал он, когда Алеста добавила лаванду в котёл с зельем и убавила огонь. — Такого нет в рецепте. — Не умничай. Я экспериментирую. Зелье не потеряет свойств. Во всяком случае, не должно. Лаванда — «приемлемое замещающее» корня валерианы. — Экспериментируешь? — скептично сказал он. — Хочу увидеть лицо Снейпа, когда он это заметит. — Я же говорю, что зелье не потеряет свойств, — раздражённо сказала Алеста. — И Снейп ничего не заметит. — Она задумалась. — Не должен. — Не должен, — передразнил Кассиус. — Но вполне может, если что-то пойдёт не так. — А это тебя не касается. Занимайся своим зельем и не суй свой нос, куда не следует. — Какая злюка, — протянул он, сделав насмешливый голос. — Эта работа не подразумевает совещаний, мисс Спаркл, — сказал профессор Снейп, незаметно подходя к их столу. — Если не согласны, можете выйти из кабинета. — Простите, сэр, — сказала она. — Этого больше не повторится. — Профессор, а эксперименты с зельями приемлемы на уроках? — вдруг спросил Кассиус, и Алеста досадно закусила губу. — Смотря с какими зельями, мистер Вэйл, — просто сказал Снейп, и Кассиус, криво усмехнувшись, посмотрел на Алесту. — Просто Алеста… — начал он. — Использовала «допустимое замещающее», — закончил Снейп, и парень удивлённо посмотрел на мужчину. — Ничто в этом кабинете не пройдёт мимо меня, мистер Вэйл. И если я на это никак не реагирую, значит, не считаю нужным. Алеста слегка улыбнулась и свободно выдохнула. — Вы можете использовать всё, что хотите, мисс Спаркл, если это не испортит ваше зелье, но помогать мисс Спинетт не стоит, если не хотите лишиться баллов, — сказал профессор, посмотрев на Алесту. — Вам всё ясно? — Да, сэр, — кивнула она, и Алисия, которая услышала всё, что сказал мужчина, виновато опустила голову и слегка покраснела. Снейп прошёл дальше по ряду. Кассиус с презрением посмотрел на Алесту, которая снова вернулась к зелью. — Я испорчу тебе жизнь, Спаркл, — вдруг сказал он, и Алеста, улыбнувшись, посмотрела на него. — За что, интересно? — Не знаю. Очевидно, просто так. Ты раздражаешь… своим существованием. Почему я должен искать причины? — Ну, удачи тогда, — пожала она плечами. Слова парня совсем не пугали её. — Как насчёт подставы? Жестокой подставы на… — он задумался, окидывая класс взглядом. — Да на тех же зельях? Чтобы в тебе разочаровались все! И МакГонагалл, и Снейп, и твои однокурсники, а самое главное — твои друзья. — Ну, мы-то вряд ли, — раздался резкий голос Фреда за спиной парня. Он шёл от полок с ингредиентами, с банкой ложечной травы и двумя пробирками. Кассиус вздрогнул и заметно побелел от страха. — Мы не понятно тебе тогда объяснили? — сузив глаза, спросил он. — Так и знал, что одного носа было маловато… — Мистер Уизли, вернитесь на своё место, — холодно сказал Снейп, предотвращая возможные последствия перепалки. Фред бросил на Кассиуса испепеляющий взгляд и, надо отдать ему должное, не сводил его с парня до конца занятия. Отчего у Кассиуса по спине всё время бегал холодок. Алеста доделала зелье и сдала его Снейпу. Оценки должны были быть известны лишь на следующее занятие, но девушка была уверена, что всё сделала правильно. Кассиус же не просто вышел из кабинета «Зельеварения», а вылетел, словно пуля, потому что теперь на него смотрел не только Фред, но и Джордж, которому брат любезно рассказал о случившемся. А затем Джордж рассказал Ли. Так что все трое проводили Кассиуса злым взглядом.ஜ • ❈ • ஜ
Вся суббота прошла в подготовке к матчу по квиддичу, хотя Анджелина обещала отменить её и вместо этого сходить в Хогсмид. Но в пятницу она заявила, что нельзя растрачивать день на пустой отдых. В итоге близнецы в поте лица наворачивали круги над полем. Ли, в качестве поддержки или, как потом выразился Фред, в качестве раздражающего фактора, орал в рупор, что они криворукие идиоты и как их вообще взяли в команду с такими-то навыками. Вскоре после этого Анджелина прописала ему затрещину, и он немного успокоился. Алеста же предпочла провести этот день в гостиной с чашкой горячего чая и любимой книгой под названием «Город, где не гаснут свечи». Эту книгу ещё в детстве ей читала мама. В ней рассказывалось о мальчике, который одним днём нашёл на чердаке в доме своего дедушки красивую свечу, переливающуюся разными цветами. Он зажёг её, и она переместила его в город, где всем управлял огонь. Чтобы вернуться домой, мальчик должен был зажечь сто свечей, разбросанных по всему городу до полуночи. По пути он встречал много необычных существ с разными характерами и взглядами на жизнь. Он обрёл смелость, познал дружбу и понял, что каждое мгновение ценно по-своему. Эта, казалось бы, банальная и детская история была очень важной для Алесты и любимой до сих пор. Девушка удобно устроилась в кресле, закутавшись в тёплый мягкий плед, и читала страницу за страницей. Рядом стояла чашка горячего фруктового чая и вазочка со сладостями из «Сладкого королевства». На диване сидели девочки со второго курса и о чём-то весело разговаривали. На подоконнике Невилл листал учебник по «Травологии», а Симус и Дин играли во взрывающиеся карты на журнальном столике перед камином. Дверь в гостиную резко распахнулась, и в помещение влетела Джинни, ловко запрыгивая на подлокотник кресла. — Вот ты где! А я думала, ты с близнецами! — воскликнула она. — Я, значит, пошла туда, а там Анджелина орёт на Джордана, но тебя рядом нет. Тогда Фред сказал, что ты где-то в Хогвартсе. А понятие «где-то в Хогвартсе» очень растяжимо. Согласись? Слава Мерлину, первое, о чём я подумала, была гостиная Гриффиндора. Иначе, если бы я оббегала весь Хогвартс, мой язык висел бы на плече! — Тебе что-то нужно? — улыбнулась Алеста. Джинни подняла такой шум, что девочки со второго курса, не выдержав его, поспешили покинуть гостиную. — Ну да, — кивнула она. — Мне нужна ты. А точнее твои невероятные знания по части зелий! — Может, ты лучше доверишься невероятным знаниям Снейпа? — усмехнулась она. — Я не то чтобы многое понимаю. — Не прибедняйся, — махнула рукой Джинни и достала из сумки учебник и несколько листов пергамента. — Вот, смотри, это мой рецепт, который мне нужно сделать на самостоятельной у Снейпа в… понедельник, — она ткнула пальцем в учебник. — И? — Я уже пробовала этот рецепт на прошлом занятии… И что ты думаешь? Конечно, получила «Отвратительно»! Снейп сказал, что я слепая и не умею читать, но я сто раз перечитала этот рецепт и ничего нового для себя не открыла. — Ты записывала свои действия? — спросила Алеста, всматриваясь в учебник. Этот рецепт был ей очень хорошо знаком, и она не считала его сложным. — Конечно, — сказала она и протянула девушке два пергамента с заметками. Алеста пробежалась по ним глазами и улыбнулась. — Ты чего? — не поняла Джинни. — Ну, давай! И ты скажи мне, что я слепая! — Ты слепая, Джинни, — засмеялась Алеста. — Посмотри в учебник. Правда, ничего не видишь? — Я же сказала, что нет, — недовольно, скрестив руки на груди, протянула она. — Я всё делала, как сказано тут! — А это сделала? Алеста указала на небольшую сноску внизу страницы, в которой было написано: «Перед добавлением игл дикобраза остудить зелье до комнатной температуры». — Нет, — тихо сказала она. — Я думала, это просто приписка… Кто вообще пишет важную информацию внизу страницы мелким шрифтом! Это же глупость! А если я слепой дед, который просто-напросто не заметит такой текст? — Ты и так его не заметила, — бросила Алеста. — Джинни, он выделен красным цветом! — И что с того? Красный — не значит важный! — Именно это он и значит! — Джинни, ты просто слепая, — сказал Симус. — Признай. — Да что ты говоришь, Финниган, — сказала Джинни. — Покажи мне свои успехи в зельях. Уверена, что я от души посмеюсь. Я слышала, твои котлы просто летают по кабинету. Думаю, ещё чуть-чуть, и летать будешь ты. Хорошо, что в кабинете «Зельеварения» нет окон, иначе Снейп бы этим воспользовался. — Да иди ты, Уизли! — бросил он. — Что, даже возразить нечего? Симус отвернулся, вернувшись к игре, а Джинни посмотрела на Алесту. — Спасибо, дорогая. Что бы я без тебя делала. — Прочитала бы учебник, — снова улыбнулась Алеста. — Не думаю, что это бы помогло. Как тебе вообще удаётся понимать этот предмет? Да к тому же под постоянным давлением Снейпа. Он как на меня посмотрит, у меня всё из рук валится от страха. — Он ненавидит небрежность и спешку, но ценит точность и уверенность. Заставь его поверить, что ты всё знаешь, и проблем будет меньше. — Гермиона знает всё, но её он отчитывает постоянно, — возразила Джинни. — Гермиона зубрит и не всегда понимает суть своих действий. Снейп это не любит. Ему важно понимание, даже если практика страдает. Если ты сделаешь что-то не так, но сможешь объяснить ход своих мыслей, он будет снисходителен. А если сделаешь всё идеально, но без понимания, как именно и зачем, он будет недоволен. Вот и вся правда. — Ты его оправдываешь, потому что тебе он нравится, — уверенно сказала Джинни. — Кто? — не поняла Алеста. — Снейп, конечно, — девушка пожала плечами. — Все его ненавидят, но ты всегда его защищаешь. Лишь ты считаешь его хорошим преподавателем. — Это не так. Я не считаю его хорошим преподавателем, Джинни, — возразила Алеста. — Я считаю, что у него много знаний в области зельеварения. Только и всего. Джинни улыбнулась и кивнула, соглашаясь со словами подруги. — Ты завтра играешь? — вдруг спросила Джинни, и Алеста задумалась. — Во что? — «Правда или действие». Обычный состав: кто-то с пятого курса, кто-то с вашего… И я, конечно. — Надеюсь, «Правда или действие» магическое? — Разумеется! Никакого увиливания от вопросов и желаний! Гермиона обещала с этим помочь. — А она тоже играет? — Да, — улыбнулась Джинни. — Я в деле. — Мальчикам скажи. — Они не откажутся, — заверила девушка, и Джинни, радостно собрав свои вещи, покинула гостиную, снова оставляя Алесту с книгой и уже остывшей чашкой чая.
