Кипарис

Окружение смешалось в бесформенный водоворот теней и бликов, не давая возможности разглядеть хоть что-то. Земля беспомощно размахивал руками, пытаясь ухватиться за спасительную опору, но пальцы скользили по пустоте. К его величайшему ужасу, когда он попытался пнуть нечто, мертвой хваткой вцепившееся в лодыжку, нога не встретила сопротивления — будто он пинал сгусток тьмы. Не обращая внимания на отчаянные попытки парня вырваться, нечто рывком распахнуло ближайшую дверь и с силой швырнуло Землю внутрь комнаты. Приземлившись в центре комнаты , он зажмурился от резкой вспышки боли — колени и локти горели огнём, словно их ободрали наждаком. — Сука... — прошипел Земля, осторожно поднимаясь. Он с удивлением ощутил, как в кармане что-то зашевелилось. Запустив руку в карман , он выудил оттуда... хомяка. — А ты откуда здесь взялся? Он уставился на зверька как на восьмое чудо света — маленький наглец не только уцелел во всей этой мясорубке, но и умудрился затесаться в карман. — Ладно, живчик. Давай выбираться отсюда и искать остальных. Земля начал осматривать помещение — и с изумлением понял, что находится в гостиной заброшенной квартиры. Вот только выглядела она одновременно знакомо... и неправильно. Осознание ударило резко, как пощёчина: комната выглядела слишком новой, словно время не успело тронуть ее. Словно здесь до сих пор жили люди. — Ты уверен в своём решении? Земля вздрогнул от неожиданного голоса за спиной. Резко обернувшись, он увидел Солнце — тот сидел в старом кресле, положив руки на подлокотники. — Солнце? Что здесь происходит? Солнце не обращал на него внимания. Его взгляд был устремлён куда-то сквозь пространство, на невидимого собеседника. — Солнце! Ты меня слышишь? — голос Земли сорвался на хрип. Он подошёл ближе и протянул руку, чтобы коснуться плеча — и задохнулся от ледяного ужаса, когда его пальцы прошли сквозь фигуру Солнца, словно сквозь дым. — Не знаю, Солнце... не знаю, — раздался второй голос, глухой и надломленный. Земля почувствовал, как кровь отхлынула от лица, и медленно, будто во сне, начал оборачиваться к человеку, которому принадлежал этот голос. — Отец... — выдохнул он одними губами. Прото сидел в противоположном кресле, закрыв лицо ладонями. Его плечи мелко дрожали, а дыхание вырывалось тяжелыми, сбивчивыми толчками. — Прото, подумай ещё раз. Переезд не решит проблему, — голос Солнца звучал мягко, но в нём сквозила неприкрытая тревога. — Ты не думал, как это отразится на мальчиках? Подумай о Земле — он недавно получил серьёзную травму. — Ты не понимаешь, Солнце, — голос Прото прозвучал глухо, почти неразборчиво, пробиваясь сквозь стиснутые зубы. — Я не могу здесь оставаться. Всё... всё напоминает о ней. Земля поморщился. Он слышал голос отца разным — злым, усталым, смеющимся, раздражённым. Но никогда — таким отчаянным и дрожащим. Словно внутри Прото что-то сломалось и никак не могло срастись заново. — Прото... — Я знаю! — рявкнул Прото и наконец убрал руки от лица. Земля с изумлением увидел, что глаза отца покраснели, а под ними залегли глубокие, тёмные круги. — Ничего, они поймут потом... Наверно. Да и всё равно — Луне и года нет, он не запомнит. А Земля... — голос Прото дрогнул, рассыпался на осколки. — Врачи сказали, травма серьёзная. Скорее всего, его амнезия не пройдёт. Он не вспомнит... не узнает. — Не узнает что? — прошептал Земля, чувствуя, как внутри закипает что-то тяжёлое, липкое. — Какие секреты ты скрываешь от меня, папа? В этот момент хомяк в его руках завозился и резко, больно, вцепился зубами в палец. Вскрикнув, Земля выпустил зверька. Оказавшись на свободе, хомяк со всех лап рванул к чуть приоткрытой двери — и был таков. — Стоять, глупое животное! — Земля ринулся следом, не отдавая себе отчёта в том, куда бежит. Яркий свет ударил в глаза, на секунду ослепив. Когда он проморгался, то обнаружил, что стоит в своей комнате. Точнее — в своей старой детской, которую он помнил лишь смутными, рваными обрывками. На ковре возле кровати сидел он сам — маленький, с белой марлевой повязкой на голове, и сосредоточенно возился с плюшевым зайцем синего цвета, теребя его длинное бархатное ухо. — Земля, что ты делаешь? От резкого окрика отца вздрогнули оба — и малыш, и взрослый Земля, застывший в дверях. Младший поспешно, с испуганным шорохом, сунул игрушку под кровать. — Земля, — отец вошёл в комнату — тяжёлой, гулкой поступью, от которой скрипели половицы. — Ты опять сидишь и играешь? Я же говорил тебе — собери вещи, которые мы возьмём с собой. Взгляд Прото зацепился за предательски торчавшее из-под кровати синее ухо. Он помрачнел, подошёл к кровати и одним резким движением выдернул зайца. — О чём мы с тобой говорили? — Прото держал игрушку двумя пальцами за ухо, словно та была самой омерзительной вещью на свете. — Не таскай вещи из той квартиры. — Я не брал! — маленький Земля возмущённо вскочил на ноги, сжимая кулачки. — Мне его принёс друг! — Земля... — голос Прото звучал устало, с той особенной надтреснутой интонацией, которая бывает у человека, уже потерявшего надежду быть услышанным. — Никакого друга нет. Хватит придумывать оправдания. — Я не вру! — глаза мальчика наполнились слезами, губа дрогнула. — Почему ты мне не веришь? Почему? Я же правда его не брал! — Хватит! — Прото сорвался на крик — резкий, громкий, почти испуганный в своей ярости. Он открыл рот, собираясь сказать что-то ещё, но его прервал тонкий, надрывный плач из соседней комнаты. — Ну вот, Луна проснулся... А это, — он с отвращением потряс игрушкой в воздухе, — я унесу. Как только Прото вышел из комнаты, мальчик бросился на кровать, зарылся лицом в подушки и зарыдал — глухо, отчаянно, взахлёб. Маленькие плечи ходили ходуном, а всхлипы разрывали тишину на рваные клочья. Взрослый Земля поджал губы и отвернулся. Внутри расцвело смутное, тяжёлое чувство узнавания — тогда, в детстве, отец словно с цепи сорвался. Был всё время нервным, взвинченным, постоянно срывался на крик, и никто не мог понять почему. А теперь, кажется, пазл начинал складываться. И Земле это не нравилось. — Ладно. Всё, хватит, — он быстро схватил хомяка, сунул его в карман и, обратившись к пустоте, громко заговорил: — Так, всё. Хватит. Я не знаю, что или кто ты, но что ты от меня хочешь? Поиздеваться? Показать мне прошлое, которого я не помню? Чего ты добиваешься? В ответ на его слова сзади снова открылась дверь, и из неё снова ударил ослепительный свет. Вздохнув, Земля шагнул в него — уже в третий раз, снова в неизвестность. --- — Подождите-ка... Если бы не серьёзность ситуации, Меркурий бы рассмеялся, глядя на недоуменное лицо Венеры — тот стоял с открытым ртом, хлопая глазами, будто рыба, выброшенная на берег. — А где Земля? Марс рванул обратно в квартиру, обшарил каждую комнату — пустые, пыльные, холодные помещения, где эхо разносило каждый его шаг. Ничего. Ни земли, ни даже следа недавней борьбы. — Чёрт! — Марс вцепился в волосы, сжимая их с такой силой, что побелели костяшки. — Его нет. — И что нам делать? — Меркурий всё ещё не мог до конца осознать случившееся — смотрел перед собой остекленевшим взглядом, как будто надеялся, что это просто страшный сон и скоро он закончится. — Сначала мне нужно успокоительное. Или что-то покрепче, — Марс начал массировать виски круговыми движениями, пытаясь унять разбушевавшуюся головную боль. — И надо проверить Фобоса и Деймоса. — Хорошо. Я тоже схожу в свою квартиру, — Венера быстро зашагал к лестнице, не оглядываясь. Его походка была нервной, сбивчивой — как у человека, который пытается убежать от собственной тени. Проводив его взглядом, Марс направился к своей двери. Зайдя внутрь, он сразу почувствовал смутное, давящее беспокойство — в квартире было слишком тихо. А это невозможно, когда Фобос и Деймос оказываются рядом. — Ребят, вы чего притихли? — позвал Марс, открывая дверь в комнату младших. Пусто. Кровати аккуратно заправлены, игрушки разложены по полкам — слишком аккуратно, словно кто-то наводил порядок специально, заметая следы. — Так, ладно. Это уже нехорошо. Марс начал судорожно метаться по квартире — заглянул под кровати, в шкафы, в кладовку, даже в стиральную машину. Братья не нашлись. Зато на холодильнике, придавленная магнитом в виде ракеты, обнаружилась записка. Он сорвал её и начал жадно читать вслух: — «Марс, тебя не было слишком долго, поэтому мальчики посидят у меня. Подпись — Солнце». Марс облегчённо выдохнул — так, что плечи опустились, а по спине пробежала волна дрожи. — Ну, хотя бы они в безопасности... Хотя, насколько вообще можно быть в безопасности, находясь рядом с Солнцем? Он резко замер. В голову пришла тревожная, липкая мысль — насколько долго его не было? Марс ринулся в комнату к ноутбуку, включил его... и чуть не сел прямо на пол. Он точно помнил: сегодня четверг. Утром он пил кофе и смотрел на календарь, проверял рабочие задачи. Но сейчас, вопреки здравому смыслу и всей его памяти, на экране высвечивалась пятница. — Что за чертовщина?.. Марс вылетел из квартиры и бросился к Меркурию, который всё ещё сидел на полу в коридоре, обхватив колени руками и раскачиваясь вперёд-назад. — Меркурий! — Марс буквально прокричал это ему в лицо, схватив за плечи. — Нас не было почти сутки! — О, классно... — Меркурий явно пребывал в глубоком шоке — он лишь слабо, механически приподнял уголки губ в подобии улыбки, которая вышла кривой и испуганной. — Пиздец, — Марс обречённо закрыл лицо руками, прячась в ладонях от всего этого кошмара. Самобичевание Марса прервали голоса с лестницы. Повернув голову, он увидел поднимающихся Луну и Титана — они шли не спеша, о чём-то негромко переговариваясь. Заметив Марса, Луна приветственно поднял руку. — О, привет, Марс! А вы где пропадали? Где Земля? Мне ему надо накостылять за то, что на звонки не отвечал. — Понимаешь, Луна... — Марс вдруг осознал, как безумно будут звучать его объяснения. Что ему сказать? «Сорри, Луна, но твоего брата похитила неизвестная хтонь в зеркальном коридоре»? Луна посмотрит на него как на сумасшедшего. — Твой брат... он, как бы, был с нами. Но сейчас его нет. — В каком смысле — нет? — Луна недоумённо переглянулся с Титаном. — Он что, домой не возвращался? — Ну... он возвращался, но его нет, — Марс нервно взъерошил волосы, отчего они встали дыбом, как встревоженные иглы. — Как сложно-то... — Марс, — голос Луны уже звучал испуганно, напряжённо. — Где Земля? — Твоего брата... утащило нечто в старой квартире, — выпалил Меркурий на одном дыхании, не останавливаясь, словно боялся, что если запнётся — вообще не сможет вымолвить ни слова. — И теперь он исчез без вести. — Меркурий! — Марс возмущённо уставился на него, округлив глаза. — Надо было его хотя бы морально подготовить! — Ну к такому... точно не подготовишь, — Меркурий развёл руками, и жест этот вышел каким-то обречённо-комичным, отдающим отчаянием. — Марс, не отвлекайся! — Луна подлетел к нему и буквально вцепился в куртку — побелевшими пальцами, до дрожи в руках. — Что с Землёй? — Мы вчера гонялись за хомяком, — начал Марс, проглатывая окончания слов в спешке. — Хомяк забежал в квартиру... ну мы, естественно, за ним... И дальше — твоего брата утащило нечто куда-то в темноту, а мы оказались здесь, в подъезде. И всё. Луна смотрел на него с немым, открытым шоком — губы шевелились, но звука не было. Титан, стоящий рядом, положил ему руку на плечо, пытаясь успокоить, но Луна даже не заметил этого прикосновения. — Прикиньте, — влетел на лестничную клетку запыхавшийся Венера, едва переводя дух, — нас не было практически сутки! Он резко осёкся, увидев всех собравшихся в коридоре — Луну, Титана, Марса, Меркурия. Повисла тишина — тяжёлая, плотная, как свинцовое одеяло. — Оу, — выдохнул Венера, понимая, что новости у всех — одинаково хреновые. — И что теперь?