СанЛайт: Солнечный свет

Твайлайт толкнула дверь, ведущую на задний двор, и подняла руку, чтобы заслониться от яростных лучей солнца. Она подождала, пока глаза привыкнут, затем пошла по краю дорожки, пока не достигла трибун. Подруги ждали её на верхних рядах, махая ей, когда она приближалась. Она поднялась по ступенькам, сразу заметив отсутствие багряного и золотого среди группы девушек. — Где Сансет? Рэйнбоу пожала плечами. — Не видела её весь день. — Я тоже, — сказала Рэрити. — Это не похоже на неё — пропускать занятия. Твайлайт села ниже. — Может, нам стоит позвонить ей, просто чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. — Твайлайт достала телефон и начала набирать номер Сансет, прежде чем кто-либо успел возразить. Губы Рэрити изогнулись в эльфийской ухмылке. — О, я уверена, ей понравится твой звонок. Телефон прозвонил несколько раз, прежде чем трубку подняли, и ответил хриплый голос. — Алло? — Сансет? — Твайлайт едва узнала в этом голосе свою подругу. Она переключила телефон на громкую связь, чтобы остальные девушки могли слышать. Сансет прочистила горло, и чуть менее хриплым голосом сказала: — П-привет, Твай. Как вы с девчонками? — Мы в порядке, просто беспокоимся о тебе. Где ты? — Дома болею. Когда я говорю, что чувствую себя ужасно, я имею в виду ужасно. Все дружно выдохнули: «Ооо», услышав новости. Твайлайт продолжила: — Что ж, я надеюсь… то есть, мы надеемся, что тебе скоро станет лучше. Ты знаешь, что у тебя? Я могла бы поискать лекарства и средства. Смех Сансет быстро перешёл в сухой кашель. — Я ценю это, Твай, — сказала она, прочистив горло, — но, думаю, это просто грипп или что-то в этом роде. Пинки выхватила телефон из руки Твайлайт. Это произошло так быстро, что Твайлайт потребовалась секунда, чтобы понять, что она больше не держит его. — Только держись, Санни! Как только закончатся занятия, мы едем к тебе домой, чтобы поднять тебе настроение! — Вам, девчонки, не стоит этого делать. — В её голосе прозвучала нотка благодарности. — Слишком поздно, уже решено! Отдыхай побольше и пей сок. Увидимся позже, пока! — Пинки захлопнула телефон и отдала его обратно Твайлайт. Та приняла его, слегка нахмурившись. — Мы… мы закончили разговор? — Ой, извини. — Пинки пожала плечами. — Я как бы подумала, что мы сказали всё, что нужно было сказать. К тому же, ей нужен отдых. — Это правда, полагаю. — Твайлайт убрала телефон и вздохнула. Рэрити снова бросила на неё хитрый взгляд, и Твайлайт отвернулась, поправляя очки. Она и остальные «Рэйнбумс» сидели и наслаждались весенним солнцем, пока не закончилась их перемена. Хотя их было шестеро, Твайлайт чувствовала, что огромная часть их группы отсутствовала без Сансет. Это было забавно; несмотря на то, что Сансет была пони из другого измерения, Твайлайт обнаружила, что у них много общего. Эпплджек и Рэйнбоу говорили о легкоатлетической команде. Пинки лежала на спине, перед ней была раскрыта книга комиксов. Рэрити сидела на одну ступеньку выше, заплетая волосы Флаттершай во французскую косу. Твайлайт теребила пальцы, глядя на стадион, не зная, как поступить в этой ситуации. Она полагала, что было бы неплохо попытаться поговорить с подругами. В конце концов, они были её подругами. Но как это сделать, не выглядя при этом ботаником? Даже после того, как они приняли её и поощряли высказываться, слова Шугаркоут всё ещё звучали в её ушах, к ним присоединялись и другие голоса, которые Твайлайт слышала на протяжении многих лет. Она решила, как это обычно бывало, что для счастья достаточно просто находиться в их компании. Твайлайт потянулась в свой рюкзак и достала учебник по тригонометрии. — Твайлайт? — Голос Рэрити остановил её от открывания книги. — Я закончила с Флаттершай. Хочешь, чтобы я и тебе заплела волосы? Твайлайт обернулась и увидела красивую косу, которую носила Флаттершай. — Ох, эм… конечно. — Она убрала книгу и поднялась на сиденье. Рэрити распустила пучок, к которому Твайлайт так привыкла, и принялась за работу. — Ну как, тебе понравилась поездка на мотоцикле с Сансет? — спросила Рэрити. — Д-да, очень. — Твайлайт была рада, что Рэрити не видела её лица. — Вы двое в последнее время кажетесь ужасно близкими. Румянец Твайлайт углубился. — Правда? Я не замечала. — Она также была рада, что Рэрити не могла видеть её ежедневник. Изначально она выделяла час через день, чтобы поговорить с Сансет не только о том, что произошло в финале игр, но и на общие темы. Теперь она отводила два часа каждый день на их разговоры. Она даже расстраивалась, когда другие дела Сансет мешали этому. Рэрити прокрутила одну прядь волос через петлю и нежно потянула. — И я уверена, у вас будет много времени наедине, так как она собирается давать тебе уроки игры на гитаре. Очки Твайлайт запотели. Она сняла их и притворилась, что протирает глаза. — Эм, да. Много времени для, ну, разговоров… и обучения игре на гитаре… и разговоров. Рэрити усмехнулась. — Расслабься, дорогая. Я больше не буду приставать. Я просто говорю, что это много качественного времени для двух людей, у которых много общего. Её слова прокручивались в голове Твайлайт. Она не была глупой. Хоть она и была новичком в полном понимании истинных нюансов дружбы, Твайлайт понимала, что то, что происходило между ней и Сансет, было чем-то большим. Мысль о том, чтобы остаться с ней наедине, заставляла сердце Твайлайт биться немного быстрее, а румянец выступать на щеках. Но влюбиться было ещё более чуждо, чем иметь друзей. Даже если Сансет отвечала ей взаимностью, что им следовало делать? Твайлайт имела лишь косвенные знания об отношениях, и хотя большая часть из них была здравыми советами, полученными напрямую от Каденс, Твайлайт не была уверена, применимо ли это к её случаю. «Смогу ли я вообще справиться с такой… интимной близостью с другим человеком?» Твайлайт тихо вздохнула. Как всегда, это был вопрос на потом. Звонок прозвенел, как раз когда Рэрити закончила плести косу Твайлайт. Рассматривая её в зеркальце Рэрити, Твайлайт подумала, что это приятная смена её обычного образа. Она задалась вопросом, понравится ли это Сансет.  

***

Остаток учебного дня оказался без происшествий, если не считать того, что Пинки побила свой рекорд по запихиванию как можно большего количества кексов в рот. Теперь их было девять. Твайлайт была одновременно впечатлена и ужасно возмущена этим подвигом. — Я не понимаю, — сказала Твайлайт, когда группа собралась вокруг фургона Флаттершай. Она наблюдала, как Пинки закинула горсть конфет в рот. — Как твои зубы ещё не сгнили? Как ты ещё не диабетик? — спросила она, гранича с возмущением. Рэйнбоу обняла Твайлайт за плечо. — Понимаешь, что тебе нужно понять: она — Пинки Пай. Твайлайт моргнула. — Это вообще ничего не объясняет! — Поверь мне, Твай, магия — это одно, а Пинки — другое. У тебя больше шансов поймать свет, чем понять, как она работает. — Рэйнбоу похлопала её, затем запрыгнула на пассажирское сиденье. Пинки протянула леденец. — Хочешь? Твайлайт хотела отказаться на том основании, что понятия не имела, откуда Пинки его взяла. Вопреки здравому смыслу, она всё же взяла его. Это было кислое яблоко. Внутри фургона Флаттершай пахло разнообразными животными с добавлением освежителя воздуха. На одном из сидений было старое пятно, которое заставило Твайлайт остановиться, прежде чем она села у окна. Даже с учетом того, что внутри набилось шесть человек, оставалось два свободных места. Флаттершай очень медленно устраивалась. Она проверяла зеркала, проверяла сиденье, проверяла руль, снова проверяла зеркала, поправляла ремень безопасности. У неё ушло почти пять минут только на то, чтобы завести машину. Твайлайт наклонилась к Рэрити, понизив голос. — Она всегда так долго? — Она очень осторожный водитель. Бог знает, нам нужно больше таких на дорогах, но иногда она перебарщивает. Рэйнбоу постукивала ногой по коврику, пока Флаттершай снова проверяла приборную панель. — Флаттершай, — сказала она напряжённым голосом, — к тому времени, как мы доберёмся, Сансет уже и болеть перестанет. — Ты хочешь приехать быстро или безопасно? — спросила Флаттершай, ещё раз поправляя зеркало заднего вида. — Я просто хочу приехать! Флаттершай наконец включила заднюю передачу и выехала с парковочного места, к всеобщему облегчению. Как только она тронулась, Твайлайт заметила, что Флаттершай водит довольно спокойно и уверенно. До жилого комплекса Сансет ехать было пятнадцать минут. Все парковочные места были заняты, поэтому Флаттершай пришлось припарковаться на улице напротив табачной лавки. Её лицо оставалось искажённым гримасой, пока они не подошли к двери Сансет. Шестеро из них толпились в коридоре на улице. Соседская кошка громко зашипела на них, прежде чем убежать. Твайлайт уже бывала в квартире Сансет несколько раз, но всё ещё не привыкла к её… очарованию. Там всегда пахло сигаретами и алкоголем, и каждый раз, когда Твайлайт приходила, один из соседей Сансет орал либо на другого человека, либо на телевизор. Рэрити постучала в дверь. — Сансет, дорогая, это мы! — Ответа не последовало. — Может, она спит, — сказала Флаттершай. Рэйнбоу достала ключ из кармана. — Что ж, есть только один способ узнать. — Но разве мы не должны дать ей отдохнуть? — Флаттершай замолчала под взглядом Рэйнбоу. — Я не потрачу полчаса в машине ни на что. — Она вставила ключ в замок и повернула. Дверь распахнулась, открывая тусклую кухоньку. Все вошли, Флаттершай последней, бормоча: — Это было не полчаса. Если не считать недоеденной миски с раменом рядом с раковиной, квартира Сансет была опрятной и чистой. Твайлайт постучала в дверь её комнаты. На этот раз последовал ответ: слабый стон и шорох простыней. Твайлайт открыла дверь и обнаружила, что комната Сансет полностью темна, все жалюзи закрыты. — Эй, Санни, как самочувствие? — спросила Пинки своим бодрым голосом. Комок под одеялами, который, как предположила Твайлайт, мог быть только Сансет, снова застонал. Пинки сочувственно улыбнулась. — Так плохо, да? Не волнуйся, мы здесь, чтобы вылечить тебя! Рэйнбоу порылась в пакете с чипсами, который она стянула с кухни. — Ты уверена, что у тебя не просто ПМС? — У меня это уже было в этом месяце, — застонала Сансет. — И перестань есть мою еду! — Её хриплый голос перешёл в тихий кашель. Твайлайт подкралась к кровати и наклонилась. — Сансет, если ты не возражаешь, какие у тебя симптомы? Нам будет легче помочь, если мы будем знать, что не так. Сансет высунула голову из своего кокона. Её волосы были дико растрёпаны — малиновые и золотые пряди торчали во все стороны. Её глаза были розовыми и полными сонной пыли, а на лице блестел тонкий слой пота. Тем не менее, она улыбнулась, увидев Твайлайт, и прохрипела: — Мне нравится твоя причёска. Твайлайт потянулась к своей косе и нежно потянула её. — Спасибо. Рэрити сделала её для меня. Сансет кивнула, затем снова зарылась в одеяла. — Я просто очень устала. — Она говорила так, будто давилась гравием. — Моё тело кажется таким тяжёлым, и мне очень холодно. И очень хочется пить. Вообще-то, может, кто-нибудь из вас принесёт мне воды, пожалуйста? — Конечно, сахарок. — Эпплджек нырнула на кухню. Твайлайт постучала пальцем по подбородку. — Тебя совсем не тошнит? Одеяла зашуршали. — Нет. Но и есть мне не хочется. — Хм, ну, я думаю, мы можем исключить обычную простуду и, вероятно, грипп. Хотя вчера ты была в порядке. Что ты делала после того, как высадила меня? Сансет подождала, пока Эпплджек вернётся с водой. Она села и залпом выпила весь стакан, затем снова рухнула на подушку. — Ничего. Я пришла домой и… — Её опухшие глаза расширились. — Точно, там была летучая мышь. — Летучая мышь? — спросила Флаттершай. — В коробке для обуви. — Сансет махнула рукой в сторону стола. — В моей сумке была летучая мышь, и она решила перекусить мной. Флаттершай подошла к коробке для обуви и открыла её. Она разочарованно нахмурилась. — Здесь нет летучей мыши. Сансет крепко зажмурила глаза. — Чёрт. Ну ладно, что угодно. Главное, чтобы её не было. Флаттершай продолжала рассматривать коробку с заинтересованными глазами. — Летучие мыши обычно не мигрируют в этом направлении. Как она попала в твою сумку? Сансет снова натянула на себя одеяло. — Без понятия. Твайлайт погрызла костяшку пальца. Возможно, это было гораздо серьёзнее, чем они думали. — Сансет, тебе же делали прививку от бешенства, верно? — А у них есть такие лекарства в Эквестрии? — спросила Рэйнбоу, всё ещё поедая чипсы Сансет. Сансет раздражённо вздохнула. — Да, есть. И да, мне делали. Так что сомневаюсь, что это бешенство. — Действительно обычно требуется больше суток, чтобы симптомы бешенства проявились, — рассудила Твайлайт. — Всё равно, может быть, тебе стоит пойти к врачу. — Нет. Рэрити упёрла руки в бока. — «Нет»? Что значит «нет»? — Не пойду к врачу, — проворчала Сансет. — Я в порядке. — Сансет, тебя укусило дикое животное, и теперь ты больна — будь разумна! Рука выползла из-под простыней и указала на свёрнутую массу, которая была остальной частью тела. — На случай, если ты забыла, я не отсюда. У меня нет никаких медицинских записей или чего-то в этом роде. К тому же, я не умираю, я просто немного приболела. Пинки фыркнула. — Эй, если тебя укусила летучая мышь, может быть, ты превращаешься в вампира! Наступила пауза. Рука указала на Пинки. — Вампиров не существует. — Сказала волшебная пони-девочка, — возразила Рэйнбоу, скрестив руки. — …Тонкий намёк. Их не существует здесь. Твайлайт положила руку на то, что, как ей казалось, было плечом Сансет. — Пожалуйста, Сансет, мы просто беспокоимся. Мы не хотим, чтобы с тобой что-то случилось. Сансет заёрзала. — Кхм, я ценю это — правда. Но со мной всё будет в порядке… к тому же, Твай… это моя грудь. Лицо Твайлайт побагровело, и она отпрянула, врезавшись в смеющуюся Рэйнбоу и повалив их обеих на пол. Рэйнбоу продолжала смеяться. Эпплджек покачала головой. — Сансет, это выглядит упрямством, и это говорю я. Последовал долгий вздох. — Если станет хуже, я пойду к врачу или что-то в этом роде. Но я уверена, что мне просто нужен отдых. И ещё воды, пожалуйста. Я умираю от жажды. — Хорошо, ладно, пусть будет по-твоему. — Эпплджек схватила чашку и вернулась на кухню. Твайлайт стояла у двери, теребя пальцами волосы, её лицо всё ещё было красным. — Мы можем ещё что-нибудь для тебя сделать? Может, сварить суп или принести лекарства? — Не голодна. И я уже что-то приняла сегодня. Должно скоро снова вырубить меня. Эпплджек вернулась с водой, и Сансет снова выскочила из своего мягкого убежища, чтобы выпить её залпом, затем снова спряталась. Она причмокнула губами и застонала. Флаттершай повернулась к двери. — Может, нам стоит дать ей вернуться к отдыху. Рэрити поджала губы. — Очень хорошо. Но если что-нибудь станет хуже, ты звони нам немедленно, поняла? — Мммм. — Рука Сансет махнула им, выпроваживая. — Я… я буду в порядке, ребята. Просто… нужно… поспать. Твайлайт вздохнула и последовала за подругами к двери, лёгкие храпы Сансет заполнили пустоту. Она предположила, что быть существом из параллельного измерения — достаточно веская причина для нежелания посещать любое государственное учреждение, но здоровье Сансет было под угрозой. — Надеюсь, с ней всё будет в порядке, — прошептала Твайлайт. Рэрити положила руку ей на плечо. — Ну, в ней течёт магия. Думаю, с ней всё будет хорошо. — Они вышли из квартиры Сансет, как раз вовремя, чтобы услышать начало очередного крикливого скандала от одного из её соседей. Флаттершай закрыла дверь и заперла её, прежде чем передать ключ Рэйнбоу. — Интересно, куда делась та летучая мышь…  

***

Жажда. Сансет снова заёрзала под простынями. Должно быть, было ноль градусов, потому что ей было очень холодно. По её венам текла не кровь, а лёд. Её тело было слишком уставшим, чтобы встать и включить обогреватель. Вместо этого она попыталась зарыться глубже в свои одеяла. Так хочется пить. Это было больше, чем жажда. Это был голод. Ненасытный. Но не по чему-то твёрдому. Ей хотелось чего-то мокрого, тёплого и насыщенного, чтобы скользнуло по горлу. Вода не могла утолить сухость, от которой она страдала. Каждый раз, когда она глотала, это было сродни проглатыванию комка песка. Сансет прижала руку к шее, потирая след от укуса. Она очень надеялась, что это действительно просто сильный грипп. Она считала себя счастливицей, что её ещё не вырвало. Ешь. Ей нужно было это сделать. Ей нужно было найти что-нибудь выпить — что-нибудь, чем можно было бы насытиться. Ей было всё равно, кто или что — голод сводил её с ума! Сансет снова перевернулась. Чем именно наесться? Что можно было бы съесть, чтобы насытиться? Что более важно, смогла бы она вообще что-нибудь проглотить? Её разум снова затуманился, лекарство начинало действовать. Оно поможет ей проспать эту болезнь, а затем утром она сможет поесть. Нет! Ешь. Сейчас же! Это слово продолжало мелькать в сознании Сансет, когда она выпала из реальности. Она провела языком по сухой пустыне своего рта. Жажда была мучительной, но она была слишком уставшей, чтобы двигаться. Но ей нужно было что-то выпить. Ей нужно было есть. Ей нужна была… Кровь. Сансет летела над спящим Кантерлотом, укрытым одеялом ночи. Сверчки убаюкивали тихие пригороды, освещённые рассеянными фонарями и бледной, растущей луной. Сансет приземлилась на крышу дома. Все они казались ей одинаковыми. Незначительные различия были единственной причиной, по которой она не заблудилась. Она бесшумно перепрыгнула на следующий дом. Она чувствовала запах еды. Кто-то бродил снаружи, один. Их кровь была довольно густой. Да, они прекрасно подойдут для её первой добычи. Сансет снова прыгнула, скользя над крышами. Она достигла окраины пригорода, приближаясь к лесу. У последнего дома стоял худой мужчина, взваливший на плечо большой мешок с мусором. Сансет провела языком по клыкам, пуская слюни от аромата крови. Мужчина бросил мешок в бак и вытер руки. Когда он повернулся, чтобы войти, Сансет спрыгнула с крыши и бесшумно приземлилась на улицу позади него. Она в последний раз убедилась, что путь свободен. Она открыла рот, её клыки выдвинулись на максимальную длину. Мужчина приближался к боковой калитке дома. Он никогда не доберётся до защёлки. — Наконец-то еда, — прошипела Сансет, прежде чем броситься в атаку.