Ненавижу тебя (почти)
20 сентября 2025 г., 13:11
Суббота.
Солнце. Пыльная дорога. Машина тормозит у дома.
Из неё выходят наши мамы — улыбающиеся, с пакетами, в летних платьях.
— Дети! Мы приехали! — крикнула мама, обнимая меня так, будто мы не виделись годами.
Я почувствовала, как рядом напрягся Даня.
Он сразу вошёл в роль — фыркнул, отвернулся и прошёл мимо, даже не поздоровавшись.
Мама закатила глаза.
— Боже, Даня всё такой же невыносимый, да?
Я кивнула.
— Абсолютно. Ни на минуту не изменился.
Он обернулся и бросил:
— И слава богу. Было бы страшно стать таким, как ты.
Я вскинула бровь.
— Таким, как я? Интересно, тебе вообще есть с чем сравнивать? Ты — как комар: бесишь, зудишь и ни капли пользы.
— По крайней мере, я не притворяюсь святой, а потом бегаю с полуголыми парнями по лесу.
— Что ты сказал?..
— Ты слышала.
Мама и тётя Лена замерли в лёгком шоке.
Я почувствовала, как уголок губ Дани дрогнул — он сдерживал улыбку.
Я тоже.
Игра началась.
На веранде Эмма играла в ту же комедию.
Саша сидел с ногой на перилах, лениво жевал яблоко, делая вид, что вообще не интересуется, как она выглядит в коротких шортах.
— Эмма, ты как, похудела? — спросила тётя Лена.
— Просто ем меньше, — пожала она плечами.
Саша усмехнулся.
— Да, она теперь ест только душу. Каждый раз, когда мы спорим, откусывает по куску.
Эмма повернулась к нему:
— Ты же знаешь, что я могу убить тебя, да? Просто, тихо, быстро и без свидетелей.
— Надеюсь, с поцелуем на прощание, как в прошлый раз, — прошептал он ей на ухо.
Она закашлялась, покраснела и быстро отвернулась.
— Что ты сказал? — спросила мама.
— Я сказал, что она… классно… косу заплела.
— Ты реально херовый актёр, — прошипела Эмма, кусая губу.
— А ты реально красивая, когда злишься.
Она посмотрела на него. И отвернулась.
Они горели, но молчали.
Вечером — ужин.
Все за одним столом.
Шашлыки, салаты, тосты. Вино. Смех.
— Лия, а у тебя кто-то есть? — спрашивает мама, наливая мне сок. — Может, кто-то здесь?
Я чуть не поперхнулась.
— Да ну, мам. Тут только Даня.
— Ну да, Даня… — вздохнула она. — Жаль, вы с ним всё ещё как кошка с собакой. Мы с Леной так надеялись на вас.
— А он максимум может быть моим ночным кошмаром.
— Ух, как мило, — отозвался он, не глядя. — Я даже соскучился по твоей токсичности.
— А я по твоей бесполезности.
— Кто кого больше бесит, интересно?
— Очевидно, ты меня.
Мама хохочет.
— Ну, значит, всё в порядке! Настоящая молодёжь — без скандалов никак!
Я под столом дёрнула его за ногу.
Он взглянул на меня. Молча.
И в этом взгляде было всё:
«Если б они знали, как ты стонала прошлой ночью…»
Позже, когда мамы ушли спать, мы с Даней остались вдвоём на кухне.
Он подошёл сзади, обнял меня за талию.
— Ненавижу тебя, — прошептала я.
— Врёшь.
Я развернулась, уткнулась лбом в его грудь.
— Ты был хорош сегодня. Прям мерзкий.
— Я ради тебя стараюсь, — усмехнулся он.
— Но если ты не поцелуешь меня прямо сейчас, я разоблачу нас к чёртовой матери.
— Это шантаж?
— Это любовь.
Я рассмеялась.
И поцеловала его.
В другой комнате:
— Эм, я пойду, — Саша встал, глядя в потолок. — Пока не началось.
— Уже началось, — сказала она, не оборачиваясь. — Но мы же делаем вид, что ненавидим друг друга, да?
Он остановился у двери.
— Знаешь, это становится всё тяжелее.
— Я знаю.
Пауза.
Он почти ушёл.
Но потом тихо прошептал:
— Только не влюбляйся в кого-то другого, ладно?
Она посмотрела на него.
— Только если ты тоже не влюбишься в кого-то.
Он кивнул.
Ушёл.
И она осталась одна.
С улыбкой, в темноте.
