Новый друг

      Всю дорогу Виктор шёл в полном молчании, пока Джейс разговаривал. Ну, от него только трость могла что-то сказать, которая стучала то по камням, то по… Другим камням, но уже гладким.       А вот Джейса, видимо, никак не смущало, что друг не проронил ни слова в ответ. Это же нормально, вроде как… Хотя и была в этом какая-то неправильность, Виктору нравилось слушать Джейса.       Весь этот поход – сплошное противоречие. Виктору нравится тепло от солнца, но ему было неловко на свету. Ему всегда хотелось дышать свежим воздухом, но пару раз он чуть не начал задыхаться. Ему было интересно, как пахнут цветы, но вот-вот и он получит внезапную аллергию на пыльцу. А изображения лепестков в книгах были такими красивыми…       – А ещё, я же рассказывал, у меня есть огромный телескоп! И много-много деталей. И я рисовал звёзды, которые увидел. Я ещё пытался рисовать людей. У меня, кстати, в комнате есть… Ой, подожди.       Резко остановившись, Джейс повертел головой и сделал пару шагов назад. Он подозвал Виктора.       – Мы пришли!       Виктор обречённо вздохнул и опёрся на трость. Ему было тяжеловато идти так долго, даже с остановками. Во время каждой Джейс внимательно смотрел то на трость, то на обвязанную странной тканью ногу Виктора.       Стояли они прямо на каменистой дорожке перед красной дверью, на которой была высечена большая буква «Т». Дом выглядел своеобразно. По виду узкий, но довольно высокий. Скорее всего, там два этажа.       Здание было на очень близком расстоянии к другому. Никаких садов и лужаек, которых Виктор насмотрелся в книгах по «Садоводству в Пилтовере», не было. Только очень много ваз с цветами. Причём даже больше, чем у других домов.       Цветы заворожили Виктора. Как он рад увидеть такие яркие краски вновь! Виктор вспомнил, что красители делаются из части культурных цветов. Надо точно спросить у Джейса, как он делает красочные мелки.       Виктор будто чувствовал сам цвет. Нежные розовый и фиолетовый, резвый красный, счастливый жёлтый… Как это всё отличается от тысячи оттенков тухлого зелёного и скучного серого.       Он подошёл и нежно потрогал красный лепесток какого-то цветка. Тот был очень хрупким. Одно неверное движение - и лепесток порвётся.       Этот цветок приятно пах. Странно, конечно, и почему-то резко, отчего Виктор чихнул.       – Будь здоров. Это мак! Мне рассказывали, что он означает вечную память. Или красоту. Я не помню точно, – Джейс тем временем подошёл и потянул за какую-то нитку, раздался тревожный звон. – Сейчас нам откроют!       Живот закрутило. Вообще, он у Виктора болел с самой ночи после согласия прийти «в гости». Виктор постарался выглядеть более-менее презентабельно: сполоснул одежду в реке, поправил волосы, даже попытался воссоздать что-то наподобие духов, смешивая жидкости в склянках. Ничего толкового особо не получилось…       Джейс, почему-то, вообще не обращал внимания на все его приготовления. С одной стороны, это радовало, с другой стороны, он не мог понять – точно он выглядит по уровню людей, которых зовут «в гости»? Он не упадёт в грязь лицом перед взрослым? Его же не прогонят, правда?       Неопределённость пугала Виктора, он ожидал заветного скрипа двери. Может, просто убежать? Сказать, что нога болит?       И тут он вспомнил важный вопрос, который хотел задать.       – А как зовут твоих… – только начал он, как колокольчик звякнул. На пороге появилась женщина. Виктор не успел даже распознать, какое у неё выражение лица и настроение, как Джейс затолкал его в дом. Они чуть оба не споткнулись о трость.       – Джейс, помягче! Я же даже его не разглядела! ㅤ      Виктор стоял в середине, видимо, зала. Стоял как вкопанный и не хотел оборачиваться. По голосу не было слышно упрёков, скорее смешок. Виктор вновь разнервничался – а что вообще делать? Он совершенно забыл спросить о том, как себя вести в этих «гостях».       – Ну, а чего ему на улице стоять? – возмутился Джейс.       – Виктор, здравствуй.       Он медленно повернулся и смог подробнее разглядеть обладательницу голоса. У неё было на редкость очень доброе лицо: тёплая и нежная улыбка. Глаза… От чего-то Виктору не нужно было вжимать голову в плечи и отводить взгляд. Просто хотелось смотреть в ответ. Она вовсе не была хмурой, как Доктор. Она смотрела на него без определённой цели. Не для того, чтобы напугать. Ничего не говорило о том, что она притворяется. Даже цвет не был таким тусклым, как у… Доктора.       Волосы у неё были тёмные, с одной прядью светлее. Одежда её была самой обыкновенной, не порванной, не пахнущей смрадом. Приятный синий оттенок рубашки и серой длинной юбки. Или это всё сарафан…       И хотя атмосфера была безопасной, Виктор всё же завёл руки за спину и учтиво кивнул, отводя взгляд. Не нужно пренебрегать тем, что обеспечивало ответное уважение.       Но в ответ послышался мягкий смешок.       – Чувствуй себя здесь хорошо, не надо меня бояться. Я хочу тебя узнать получше. Джейс мне столько всего рассказывал…       Виктор опешливо перевёл взгляд на Джейса. Тот на удивление был подозрительно молчаливым и просто улыбался. Что это за ритуал такой? Это обязательно во всех гостях? Он растерялся.       И опять забыл самое главное.       – Здравствуйте, – выпалил Виктор. Он открыл рот, чтобы договорить «госпожа…». А ведь он не знал имени.       – Химена, – мягко ответила она.

***

      Наконец-то Виктор сел. Стояние вымотало его и без того слабую ногу. Он неуклюже забрался на стул, положил руки на стол и спрятал лицо в локте. Как же он утомился. А где упала трость?       Внезапно он почувствовал, что кто-то едва касается его плеча.       – Долгая была дорога? – Химена аккуратно поставила тарелку с, м… Кажется, это был обычный суп? Рядом ещё одну тарелку с хлебом, ложкой…       Сил отвечать на вопрос не было. Но, наверное, надо…       – Ну, мам! – Джейс пододвинул стул к Виктору и сел рядом. – Не видишь, он устал? Не мучай его!       А вот сам бедный и уставший мальчишка только смущённо посмотрел на госпожу Химену. Он чувствовал себя сконфуженно, когда кто-то пытался его “защитить”.       – Я, эм…       Его предстоящий короткий ответ прервало урчание живота. Виктор покраснел, стыдясь за свой, ну, непрофессионализм в «гостях». Он даже ни на что не ответил, не поддержал разговор! В книжке про этикет говорилось, что это проявление высшей степени неуважения…       Виктор ждал снисходительной улыбки или лицо с выражением «ну, я ожидала». Однако Химена только с улыбкой закатила глаза и легко посмеялась.       – Всё, всё, Джейс. Не мучаю, извините. Приятного аппетита.

***

      Наверное, Виктор за всю свою жизнь так сильно не объедался. И не чувствовал себя насыщенным по-настоящему. Теперь он будто горы может свернуть и пройти ещё много-много городов.       Виктор поблагодарил женщину за щедрость в виде супа и пирога.       После хорошего обеда Виктор чуть-чуть разговорился. Всё же он старался не рассказывать о себе слишком много. Чем занимается, о чём мечтает, есть ли любимое животное. И всё.       Хм. Общение со взрослым – это совсем не трудно... Наверное.

***

      Джейс за руку повёл его к своей комнате. Он будто ждал этого момента весь день.       Она сама по себе не отличалась от гостинной и кухни – очень много цветных вещей. Стены были обёрнуты в карту звёздного неба.       – Ты её всю уже посмотрел?       – Кого? – Джейс, стоявший на стуле, обернулся.       – Ну. Карту звёзд.       Виктор повернул голову к нему. Джейс отодвинул тюль и попытался вытащить что-то.       – А-а. Ну, да. Сейчас, подожди…       Виктор присел на кровать. Он начал осматриваться: было светло, солнце окрашивало всё в согревающий оранжевый цвет, на стенах висело большое количество плакатов и рисунков. От всяких нарисованных картинок (некоторых, вероятно, авторства Джейса) вплоть до обычных изображений приборов кузницы и каких-то планет. И ещё много странных картинок с разными людьми, большими буквами, существами, которых Виктор никогда не видел…       В углу комнаты было много коробочек. Вероятно, там были какие-то запчасти и детали. Рядом тоже стояли коробки, но цветные. Виктор прочитал: «паззлы». Знакомое слово, что-то было в контексте механизмов. На коробке было нарисована картинка, где каких-то частей не доставало.       Растений в комнате не было. Зато было два стола. Один, наверное, для творчества, а второй – для сборки. Первый стол стоял напротив кровати, рядом с ним чистый холст. Это был самый цветной стол среди всех. Видимо, Джейс хотел его раскрасить во все цвета сразу. Или же он просто не осторожничал… Там же лежало много цветастых баночек, кистей, мелков, всего что только можно! Он понравился Виктору.       Ну и второй стол, над которым пыхтел Джейс, тоже был захломлён. Фурнитура стояла напротив окна. Куча деталей, инструментов, гаек, гвоздей, каких-то бумаг, газет и инструкций. А ещё и незаконченные конструкции! Как же Джейс что-то находит в таком хаосе?       Хаос… У Джейса такая насыщенная жизнь. Столько красок, запахов, людей вокруг, любящая мать и, возможно, отец, перспективы и надёжное будущее.       Как из всего этого Джейс заметил Виктора?       Его друг что-то тараторил про звёзды, планеты, галактики и вселенные. А Виктору было хорошо. Тепло. Уютно. Мягко. Так спокойно. Он уткнулся носом во что-то пушистое.

***

      Виктор нехотя открыл глаза. Прошло секунд десять перед осознанием, что он не в пещере. Не на полу. Отвратного запаха не чувствует. И ломота в теле не тревожит его по крайней мере так сильно.       Неужели он уснул у Джейса на кровати? Виктору даже чуть-чуть досадно было, что он потерял время, которое мог бы провести с другом. А где сам Джейс?       Виктора же не оставили одного, правда? Глупость какая. Он резко встал и осмотрел освещённую луной спальню. Всё на месте. Дверь закрыта. Его же не заперли? Проверять не хотелось.       Это какой-то странный кошмар?..       Виктор сжал одеяло. Хотелось укрыться и спрятаться, но, наверное, так нельзя. Чужие же вещи. Из-за страха ему стало прохладно. Он вновь осмотрел комнату, пытаясь найти Джейса. Может, он спрятался?.. Нет, абсолютно всё точь-в-точь на месте! А вдруг он под кроватью?       Только он хотел встать как заметил, что перед ним лежат какая-то одежда и его трость.       Просто рубашка, штаны и носки. С какими-то узорами. На ощупь всё мягкое.       Внезапно дверь открылась, а протянутая к одеянию рука дёрнулась. Виктор тихо вскрикнул.       – Виктор? – шёпотом позвал знакомый голос. Джейс! – Ты проснулся?       – Я испугался. Почему ты меня бросил?       Джейс вмиг окозался рядом и крепко обнял своего друга.       – Эй, Вик, ты чего? Ты уснул, я не хотел тебе мешать. И пошёл помогать маме с ужином. Мы не бросали тебя! – уверил его Джейс.       Виктор размяк и упал на подушку, предвещая удар. Мягко… Как мягко. Совсем не больно. Страх отступил, кровь снова грела его.       – Прости.       – Пустяки! Одевай пижаму и мы пойдём в о-о-очень тайное место. Давай, быстрее! – встрепенулся Джейс и выбежал из комнаты. – Я подожду!       Виктор себя так странно ощущал. Всё его тело стало расслабленным. В целом, плохо он себя не чувствовал. А значит, думать об этом и не надо?

***

      Джейс попросил закрыть глаза.       Сейчас они очень медленно, но осторожно поднимались по лестнице. Откуда-то сверху дул прохладный ветер. У Виктора появилось какое-то неописуемое чувство, что сейчас его что-то порадует. Как его называют? Предвкушение. И что он удивится. Сладостное предвкушение, когда сердце быстро-быстро бьётся и обливается кровью. От нахлынувших положительных неизвестных эмоций он чуть не поскользнулся на деревянной ступеньке, но Джейс всегда был рядом и успел вовремя подхватить Виктора.       Что ж. Они куда-то выбрались. Стало слышно больше уличных звуков, какие-то тележки, гул кораблей, сверчки, разговоры прохожих…       – Открывай!       Виктор открыл глаза. Его пробило до мурашек.       Перед ним расстилается картина ночного города прогресса, Пилтовера. Вдалеке виднеется огромное и высокое здание Совета. Виктор видел его в книгах. Стеклянный купол ярко светился. Видимо, советники ещё не закончили переговоры? Вплоть до самого важного ядра города распластались сотни самых разных домов: иногда похожие друг на друга, бежевые, оранжевые, белые с чёрными крышами, иногда высокие и широкие. Где-то на окраинах далеко друг от друга стояли дома, огороженные забором. Вероятно, это дома благородных людей.       Огромное количество фонарей освещали устланные камнем и гравием дороги, парки и маленькие скверы. Можно бесконечно разглядывать горизонты и наблюдать за жителями Верхнего города. И ни разу не найти похожих действий. Вот миротворцы сменяют пост у какого-то фонтана, какие-то дети играют в догонялки меж тесных улиц, кто-то покупает еду в ларьке, а ещё, если очень сильно прислушаться, можно услышать чьё-то пение.       На небе были самые настоящие дирижабли. Виктор всегда мечтал посмотреть, как смотрится земля с высока. Он повернул голову в сторону и увидел бескрайнее море, в котором плавали торговые корабли. Такое зрелище захватило дух.       Виктор как можно быстрее зашагал к ограде крыши и стал жадно всматриваться в каждую частичку бурлящей жизни. Он опять чуть не уронил трость, только теперь у неё был риск упасть. Джейс вовремя её поймал.       – Красиво, правда? Это как… Смотреть на звёзды. Каждая уникальна, – послышалось сзади от Джейса.       – Да… Я чувствую себя. Лучше. И легче, – мечтательно вздохнул Виктор. Светлячки то и дело пролетали перед его лицом, звёзды приветливо сияли на небе, а листва деревьев качалась, убаюкивая его.       Как же здесь хорошо. В этом маленьком мире, в доме Джейса, на крыше…       – Я боюсь… Я боюсь уходить. Я не хочу, – резко выдыхает Виктор, сжимая перила.       – А разве тебя дома не ждут…       – Меня не ждут. Никогда не ждали.       Джейс даже опешил от таких резких мрачных мыслей. Мир, в котором живёт Виктор, так трудно понять. Но кто сказал, что трудные проблемы нуждаются в трудных решениях?       Он улыбнулся и подошёл к своему другу, положил руку на плечо и посмотрел вдаль, в здание около башни Совета.       – Виктор, – вкрадчиво прошептал он. – А давай поступим в Академию?       – Давай.       Мимо пролетает маленькая белоснежная бабочка. Они оба следят за её полётом до самого рассвета.