Добрая королева или Все ради мира

Фигурка льва опустилась на бок, предвещая для той, кого она означает лишь одно – Пламя и Кровь. Может ли пойти что-то иначе? Можно ли это остановить? Многие собравшиеся тем злополучным днем на Драконьем Камне даже не задавались этими вопросами, для них был приемлем лишь один путь – путь мести. Но Варис и Тирион не разделяли эти взгляды. – Ваше величество,  я обещал, что посмотрю вам в глаза и скажу прямо, если посчитаю, что вы совершаете ошибку. Это и есть ошибка. – Вы видели, что корабли Грэйджоя сделали с моими людьми. Что было, если бы Эурон попал в Дрогона или Рейгаля? Они забрали Миссандею. – Серсею нужно уничтожить, но, если мы нападем на столицу с Дрогоном, Рейгалем, безупречными и дотракийцами, десятки тысяч невинных погибнут. Вот почему Серсея собирает их в Красном Замке. Умоляю, ваше величество, не разрушайте город, который вы пришли спасти. Не становитесь тем, что вы всегда хотели победить. – И что же мне делать? – язвительно бросила Дейнерис.    Вмешался Тирион. – Наши войска прибудут через две недели. А пока – требуйте, чтобы Серсея сдалась. Предложите ей жизнь в обмен на трон, в обмен на Миссандею. – Разговоры не предотвратят резню. – Королева задумалась. – Но хотя бы можно попробовать выменять Миссандею.    Настала тишина. Все ждали, что решит владычица. – Напишите письмо узурпаторше. Укажите, что законная королева милостива к тем, кто признает ее власть, и готова сохранить жизнь Серсее Ланнистер и ее приближенным взамен на полную капитуляцию и  выдачу королевской советницы Миссандеи, живой и здоровой. При соблюдении этих условий, всему гарнизону Королевской Гавани будет даровано прощение и…    Список требований оказался длинным и Тирион, как мог, ужал весь текст так, чтобы уместился на одном стандартном свертке. От себя Тирион так же добавил информацию, которая, как он надеялся, покажет всю тщетность и бессмысленность дальнейшего вооруженного сопротивления Серсеи и советовал ей бежать с континента, чтобы сохранить хотя бы того, кто у нее еще остался. Утирая слезы, он поставил печать с трехглавым драконом и отправил письмо вороном в Красный Замок.

***

   Квиберн нашел королеву на балконе в окружении гвардейцев, рядом стоял, гордый собой, Эурон Грейджой. – Они все были у меня как на ладони, еще бы чуть чуть и я… – Вы не убили дракона, - глухо и почти безучастно сказала Серсея. Она не смотрела на Грейджоя, не смотрела на столпившихся во дворе замка людей.    Квиберн почуял неладное. Подойдя  ближе, он увидел, что королева горбится, прижав руки к животу, из ее  ладоней виднелся уголок письма.    Одновременно с этим Грэйджой продолжил: – Я бы убил, если бы прицел не корректировали пустоголовые олухи. Но я все же смог захватить в плен ее любимую куклу, а вот в следующий раз… – Следующего раза не будет – все в том же тоне сказала блондинка. – Что? Конечно будет. Знаешь сколько высоких островков в этом море? – Помолчите, дайте подумать. – Я… – Закрой рот! – Серсея вперила в него ненавистный, полный призрения и… слез взгляд.    Эурон опешил, но ненадолго. – Осторожней, женщина, с огнем играешь. – Угрожаете мне, милорд?    Гвардейцы потянули за рукояти мечей, но Эурон не обратил внимания. Он любовался, как слезы текут по щекам львицы, а затем сказал. – Слаба, – развернулся и зашагал прочь от королевы, прочь из замка, прочь с суши.    Провожая его взглядом, Серсея наконец заметила верного Квиберна и на душе стало спокойней. Она подозвала его к себе, вытирая слезы. – Что у вас, мейстер?      Квиберн подошел ближе и поклонился. – Наше послание вызвало одобрение. Ваш народ услышал, что идет узурпаторша. Они благодарны вам за защиту в стенах Красного Замка.      Серсея наконец взглянула на  толпу внизу, но не проявила энтузиазма. – Что еще? – Драконья владычица прислала письмо с требованиями о вашей капитуляции.    Серсея показала листок, который все это время держала. – Этот? Я уже знаю. Что еще? – Ее войска прибудут через две недели, но вот в чем особенность – среди них нет северян. – Но есть драконы. Это опасней любой армии в мире.    Квиберн замялся. – Мы… выстоим королева… если сделать больше скорпионов…    Серсея выпустила письмо из рук, отстранилась  от балкона и неспешно пошла по коридору. Квиберн хотел пойти за ней, но попутно краем глаза увидел окончание написанного: “Джейме погиб в Винтерфеле в борьбе с мертвецами, ты должна спасаться, спасаться любой ценой”. Мейстер догнал королеву в коридоре, об увиденном он решил не говорить. Зато заговорила Серсея. – Две недели говоришь? А что насчет заложницы, как она? – Ушибов и травм нет, но вся промерзла. – Идем к ней, хочу познакомиться. И захватите сухие теплые вещи. – Что вы хотите сделать, ваше величество? – Выжить и править дальше.

***

     Они вошли в комнату, где держали в цепях Миссандею. Девушка одарила пришедших презрительным взглядом. – Здравствуй голубка, прости, что не проведала тебя сразу. Ох, эти гремящие штуки нам ни к чему. Стража, снимите кандалы.    Приказ был исполнен, но доверия Миссандеи это не прибавило, она лишь обняла себя руками пытаясь согреться. Серсея подошла к ней ближе, протянула сухую одежду, на что переводчица удивилась, но одежду приняла. – Не стой так, милая, переоденься, не переживай ты никого не смутишь, они все сейчас отвернутся.   Миссандея покосилась на королеву. – А вы? – Должен же кто-то следить, чтобы ты не наделала глупостей.    Дрожащая мулатка скинула одеревеневшее от холода платье, сняла через верх мокрую прилипшую сорочку, избавилась от сапог и принялась одеваться в сухое. Все это время Серсея, не без любопытства, наблюдала за гибкой красавицей, да она считала ее красавицей, и ей понравилось увиденное. – Ты довольно красива. Ну, хватит дуться. Сейчас тебе принесут горячий чай, а также листы и чернила. По воле случая ты оказалась здесь и ты же поможешь мне с нашей общей знакомой.    В ответ пленница произнесла что-то на непонятном языке, но спесивости поубавилась, когда ей принесли горячую кружку и аккуратно подвели к столу. – Садись, дорогая, обещаю, тебе не причинят вреда, если ты сделаешь то, что я тебя попрошу. – Блондинка почти ласково вложила перо в руку Миссандеи. – Ты же хочешь вернуться к своей госпоже?    Она кивнула. – Хорошо, а я хочу жить, – Она легонько коснулась ее волос. – Жить и растить своего малыша, понимаешь?    Миссандея перевела взгляд на еще очень слабо сформировавшийся живот. – Потрогай его. Ты ведь любишь детей, верно? Они ведь такие невинные, в отличие от взрослых. – Королева начала гладить спину девушки, почувствовала, как мышцы стали расслабляться. – А сколько детей в Королевской Гавани? Только представь, что с ними станет, если сюда придет орда дикарей. Поэтому я прошу тебя, пожалуйста, если не ради меня, то ради малышей, напиши своей королеве.    Миссандея погладила живот Серсеи. Ради детей. Она обмакнула перо в чернила. – Что я должна написать? – Твоя королева хочет видеть тебя живой и здоровой, устроим ей это. Пригласи ее на переговоры к воротам столицы. – Я смогу уйти с ней? – Нет, ты лишь покажешься ей на глаза. – Но… – Она в бешенстве, но не станет жечь город, пока ты находишься здесь. Ты можешь ее успокоить своим присутствием, можешь убедить, что ты жива и здорова. И таких встреч нужно провести несколько. – Я останусь заложницей? – Только на время, милая, – Серсея обняла ее за плечи, – только на время, пока я не буду уверена, что твоя госпожа не спалит меня драконом при личной встрече в будущем. Нам предстоит долгий путь к примирению. Ты готова сделать первый шаг?    Переводчица кивнула и начала писать. – Умница. – Последовал поцелуй в висок. – А пока ты здесь, я даю тебе слово правителя, что не причиню тебе никакого зла. Может тебе здесь даже понравится. Написала? Хорошо, теперь идем, нужно тебя накормить, ты наверняка голодная, а потом примешь горячую ванну, я покажу, где твоя комната.    Миссандея была ошарашена таким поведением женщины, о которой была не лучшего мнения за последнее время. Это уловка? Обман? Провокация на необдуманный побег? Может надо что-то сказать в ответ? Мысли смешались в кучу и советница смогла лишь неуверенно сказать: – Спасибо?

Месяц спустя.

   Внезапный резкий порыв зимнего ветра раскрыл настежь окно королевских покоев, заставив двух женщин покрыться мурашками от обдавшего их холода. – Бррр, надо закрыть окно. – Говорившая встала с постели, чтобы пойти, но ее схватили за руку, не желая отпускать. – Нет, не уходи. Плевать на окно, я тебя согрею, останься. – Не хочу, чтобы ты снова дрожала, милая, я скоро. – Блондинка поцеловала ей руку, накинула халат на голое тело и пошла к источнику проблемы.    Закрыв окно, она остановилась, чтобы полюбоваться картиной. На улице падал легкий снег, покрывая, словно пудрой, плотно пристроенные друг к другу домики. Хоть этого и не было видно с такого расстояния, но женщина знала, что там, внизу, в бесконечных лабиринтах миллионного города жизнь бьет ключом. Нет ни баррикад, ни заграждений, роты солдат не бегут к линиям вероятной обороны, лишь одна стража на стенах продолжает пристально всматриваться в горизонт. Все ворота бесконечным потоком впускают и выпускают везде снующих и вечно занятых людей, корабли торговцев бесперебойно швартуются в загруженном порту.    Налюбовавшись картиной мирного города, женщина вернулась к кровати в прекрасном расположении духа, села на краешек и о чем-то задумалась.    Теплые ласковые руки обняли ее со спины, в висок дыхнуло горячее дыхание, и она почувствовала поцелуй на своей шее. – Вы долго, ваша милость, я уже подумала, что вы оставите меня одну. – Девушка засунула одну руку в прорезь халата, а второй начала ослаблять пояс, пытаясь добраться до чувствительного бутона королевы. – Разве с того дня я когда-то оставляла тебя одну? – Никогда. – Девушка взяла любовницу за руки и потянула к себе, ложась на спину и раздвигая перед ней ноги.    Женщина с золотыми волосами ответила ей поцелуями по всему телу, по сантиметру спустилась к бедрам и поцеловала ее в сокровенное место. – Аахх, вы снова это делаете, королева.    Блондинка целовала ее внизу, обхватывала губами и проталкивалась язычком между стенками, доставляя девушке, бывшей когда-то ее врагом необычайное удовольствие. – Ммм, да, ваше величество, не останавливайтесь, пожалуйста, дайте мне кончить.    Но королева не исполнила ее желание. Она прервала свое прежнее занятие и снова подобралась к красивому смуглому личику. – Не будем торопиться Миссандея, сначала ты должна для меня кое-что сделать.    Кудрявая мулатка поцеловала владычицу в губы. – Все что угодно.    Серсея встала с кровати, завязала халат и положила на подушку дощечку с листами и чернилами. – Я думаю, пришло время переходить к следующему этапу переговоров. Пожалуйста, напиши своей госпоже, что я тебя отпускаю, пускай приходит за тобой. – А вы? – Я приду следом. Надеюсь радость от встречи с тобой поможет разрядить обстановку в переговорах между нами, в крайнем случае, мне поможет мой добренький братик.    Миссандея лежала рядом с бумагами грудью на кровати и не торопилась писать. Она уперла голову в сложенные руки и влюбленным взглядом молча смотрела на Серсею, ритмично качая ножками. – Что? – Мягко спросила королева. – Вы не такая как мы все думали. Я очень надеюсь, что моя правительница выслушает вас и поймет, что вы не та, что раньше. Я постараюсь уговорить ее не уходить так быстро.    Советница взяла перо и начала писать, а когда закончила, отдала письмо Серсее.    «Эх, дорогая, зря ты так думаешь. Если бы я была той, кем ты меня считаешь, я бы отправила свою армию на борьбу с мертвецами». – Моя умница, ты все сделала правильно.    Королева смотрела на кровать и видела на ней голую девушку, которая подарила ей хоть и маленький, но шанс родить и вырастить ее последнего ребенка, шанс на дальнейшую жизнь. Внутри снова разгорелось желание. Она скинула халат, забралась к Миссандее и посмотрела ей прямо в глаза.      Когда-то она была ее пленницей, которую она могла убить, запытать или продать в рабство и не испытала бы ничего кроме удовольствия. Когда-то она хотела сделать именно так, но не сейчас, сейчас она хотела благодарить, дарить ласку, награждать. Ничего не говоря, любовницы сплелись ножками и начали тереться друг об друга сочащимися дырочками, отдаваясь нежной мягкости своих тел, отдаваясь томным тихим стонам, отдаваясь друг другу.

***

   Встреча была назначена у ворот Королевской Гавани, как впрочем и всегда за этот месяц и Дейнерис даже успела привыкнуть. За это время происходящее у ворот успело превратиться в подобие ритуала: Дейнерис с верным десницей и горсткой безупречных внизу, пленная Миссандея с охраняющими ее солдатами наверху, пара шагов друг к другу, пара слов с обещаниями о скором воссоединении, возвращение на исходные позиции, и так каждые три дня, но сегодня переменные в этом устоявшемся уравнении наконец пошатнулись – Миссандея возвращалась домой. Так было написано самой переводчицей в последнем письме и, судя по аккуратному и спокойному почерку своей советницы, Дейнерис верила, верила всем сердцем, когда в очередной раз стояла вдали от ворот, что именно так все и будет.    Ворота распахнулись, и Миссандея вышла ей на встречу целая и здоровая, как и обещала. По мере приближения шаги становились все быстрее, увереннее и наконец, они встретились лицом к лицу и заключили друг друга в теплые дружеские объятия, из глаз невольно покатились слезы. – Ты жива, боги, как же я давно этого ждала, больше я никогда тебя не оставлю, не имею права допустить, чтобы ты снова пострадала из-за меня. Ты не ранена, все хорошо? – Дени начала судорожно осматривать ее с ног до головы, все еще не веря своему счастью.    Миссандея обняла ее так крепко, что, казалось, сейчас раздавит. – Все прекрасно, ваше величество, вы даже представить не можете на сколько. Идемте, вы должны с ней поговорить. – Миссандея взяла подругу за обе руки и потянула к воротам, но та осеклась. – Постой. С кем поговорить? С Серсеей? Она тебе что-то сделала? Мучила тебя? Лучше пойдем отсюда, ее конец наступит совсем скоро, обещаю тебе. – Нет, вовсе нет, ваша милость, она не такая как мы думали, она хочет мира, действительно хочет, идемте, она сама вам все скажет.    Дейнерис осталась стоять, явно не желая иметь дело с узурпаторшей, но порыв подруги был такой яркий, ее глаза так горели, что королева даже опешила.    Вдруг ворота снова раскрылись и из них начали выбегать всадники Ланнистеров. – Атака кавалерии!! В защитную формацию, защищать королеву!! – Крикнул новоизбранный командир безупречных, когда-то заменивший погибшего в Винтерфелле Серого Червя, и солдаты с копьями выполнили приказ, закрывая собой владычицу с ее советниками.    Всадники тем временем образовали вокруг них широкое кольцо, но атаковать не стали, только окружили, чтобы никто не мог вырваться.    Далее из ворот показались семеро дворцовых слуг, которые несли с собой стол и стулья, поставили их посередине между безупречными и городской стеной, а сразу следом за ними появилась и сама львиная королева с двумя гвардейцами в качестве охраны. Все произошло так быстро, так слаженно, как будто все было отрепетировано заранее. У Тириона возникла мысль, что так оно и есть.    Тем временем Серсея спокойным шагом дошла до стола и обратилась к окруженным. – Ох, простите, за такой нерадушный прием, но я не могу отпустить вас, прежде чем мы не поговорим, драконья королева. – Серсея спокойно отодвинула стул, уселась, и, приглашающим жестом указала на место напротив. – Прошу вас, присаживайтесь, нам стоит многое обсудить.    Окруженные остались неподвижны. Между безупречными и ланнистеровыми рыцарями был паритет по силам, и, при должном везении или невезении могла выиграть или проиграть каждая из сторон, поэтому никто не решался начать бой.    Серсея снова заговорила. – Я пришла, чтобы обсудить условия мира. Мира, который устроит всех нас… Ваше Величество. Идите же за стол. Даю слово, что не причиню вам вреда, если вы не предпримите враждебных действий.    Дени недоверчиво покосилась в сторону Серсеи, лицо которой оставалось неестественно спокойным, поэтому не внушало доверия. – Смеете играться со мной, леди Ланнистер?! – Выпалила Дени от напряжения. – Ничуть, королева. Можете спросить нашу общую знакомую.    Дейнерис посмотрела в глаза Миссандее и не увидела в них ни капли сомнения. – Ваше величество, вы можете ей довериться.    Дени перевела взгляд на Тириона, но тот лишь пожал плечами, как бы говоря ей: «По крайней мере, можно попробовать». – Вы хотите закончить войну?! – Уже с раздражением сказала Серсея.    Знакомый тон львицы подействовал как ободряющий ветерок - неужели она говорит серьезно, неужели и правда переговоры?    Подав знак безупречным быть готовыми к атаке, королева и десница с парой солдат подошли к столу, Тирион отодвинул стул для своей госпожи и уселся рядом на стул с книгами. Повисло неловкое молчание.    Первым заговорил Тирион: – И так, мы собрались здесь чтобы… – Я не пришла чего то просить, я лишь забираю то, что было отнято у моей семьи, и принадлежит мне по праву крови. – Перебила Тириона Дейнерис. – Хотите мира? Хорошо, вот мои условия…    И Дейнерис опять начала перечислять то, что перечисляла уже множество раз, так что Серсея уже могла назвать все требования наизусть. Ланнистерше это уже порядком надоело, но она сдержалась и выслушала до конца, а потом спокойно сказала: – Я не могу это выполнить. – Это мои условия. Заметьте, не такие уж и плохие, по сравнению с тем, что я хотела сделать с вами в начале. – Дейнерис помолчала, оглядываясь на Миссандею. – Но я умею быть милосердной. Вы сохранили жизнь моей советнице и, как я вижу, обращались с ней хорошо. Учитывая это, а также мольбы моего десницы и ваше… положение, я предлагаю вам и вашим приближенным жизнь. Отправляйтесь в изгнание и, так и быть, можете взять с собой столько вещей, сколько сможете унести. – Я этого не сделаю. – Меланхолично сказала Серсея.    У Дейнерис кончалось терпение. Она уже собиралась сказать Серсее о последствиях отказа, но та оборвала ее на полуслове. – Вы любили Джона? Вижу, что любили. Как любили и сира Джораха так ведь? – Не смейте… – А я любила своих детей, любила родителей. Любила Джейме. Он бы не погиб, как не погибли бы и ваши близкие, если бы я отправила свои войска на Север на борьбу с мертвецами. Это была моя ошибка, одна из многих ошибок, которые в конце концов привели к смерти моих родных.  Они все умерли из-за моих ошибок.    Дейнерис и Тирион молчали. – Это мои ошибки. Но я не позволю себе совершить еще одну, не позволю, чтобы мое последнее дитя родилось и росло в какой-то плешивой яме на краю мира. Я рожу его здесь, и если он не станет королем, то хотя бы будет жить в достатке и сытости. Поэтому я не могу выполнить ваши условия. – Серсея легонько дотронулась пальцами до руки Дейнерис, пытаясь смягчить напряжение и вызвать понимание в ее душе, но драконница отмахнулась от нее. – Надо было думать об этом раньше, а не устраивать засады на мой флот, пытаясь убить меня. Тирион вступился за сестру. – Ваше величество, сжальтесь, прошу вас, не берите на себя грех детоубийства, ребенок ни в чем не виноват. Трон ваш, вы уже победили. – Я не буду терпеть ее присутствие в Королевской Гавани, и ждать кинжала в сердце. Если она хочет родить ребенка здесь, пускай придумает, как быть мне полезной на время беременности, а как только родит, сразу уплывет восвояси или будет казнена.   «С тобой будет сложнее» – подумала про себя Серсея, а вслух сказала: – Я знаю все передвижения Грейджоя и могу помочь его убить. Этот ублюдок давно стоит у меня костью в горле, его убийство принесет счастье не только нам обеим, но и всему континенту. – Каковы гарантии, что вы не соврете? – Возьми меня в заложники. – Ваша милость! – Возразили до того молчаливые гвардейцы, но Серсея пресекла возражения жестом руки. – Нужны гарантии, драконица? Возьми меня в плен. Если совру, можешь бросить меня в темницу. – Почему бы мне не сделать это сразу или чуть позже?    Ланнистерша перевела взгляд на Тириона и он сразу понял, что она хочет сделать. – Ты же не хочешь, чтобы мои шпионы узнали об этом, иначе мои гвардейцы сделают то же с моим братцем.    Дейнерис вскочила из-за стола, не в силах терпеть угрозы. От этого порыва солдаты со всех сторон схватились за оружие, но Тирион поспешил вмешаться в конфликт. – Взаимный обмен пленными, ваше величество! Пострадает Серсея, пострадаю и я. Так часто делается, если лорды не доверяют друг другу. – Она не получит моего десницу! – Это лучше, чем иметь постоянную угрозу от Грэйджоя. Если это поможет от него избавиться, сохранив другие жизни, я готов рискнуть. Прошу, не устраивайте бойню из-за общего врага.    Дейнерис еще долго раздумывала над ответом, и, в конце концов решилась. – Хорошо, меняемся заложниками.    Когда обмен произошел, был дан общий приказ на сворачивание войск и возвращение по домам. Вскоре к Дейнерис и Миссандее подвели лошадей. Серсее тоже хотелось ехать верхом, и для этого она даже постаралась быть максимально дружелюбной и кроткой с Дейнерис. Она легонько коснулась ее руки, но встретила лишь злобный взгляд Таргариен. – Не прикасайтесь ко мне, миледи, я вам не подруга. Еще раз тронете меня, лишитесь пальцев, все ясно? А теперь шагайте вперед.    Раздраженная Дейнерис перевела взгляд на Миссандею. – Ты сказала, что она изменилась, что хочет заключить мир, но что-то я не услышала от нее за весь разговор ни слова об этом, зато препираний хоть отбавляй. Я же говорила, что нужно было сразу уходить.    Миссандея невинно, как девочка, пожала плечами. – Ну, это пока только начало. Прошу вас, ваше величество, дайте ей шанс.