Добрая королева или Все ради мира

Шесть месяцев спустя.

Ранним утром, оставив маленькую дочку на попечение нянек, Серсея шла по коридорам Красного Замка, в руках у нее был небольшой сундучок и бутылка любимого вина. Большая часть прислуги все еще спала, но Серсее это было неважно, она направлялась к королевским покоям – одной из новых пристроек замка, построенной по ее личному распоряжению. Дойдя до нужной двери, она осмотрелась по сторонам.    «Нет охраны? Чем стража вообще занимается? Ладно, мне так даже легче, без свидетелей».    Серсея открыла дверь и вошла в довольно просторную и уютную комнату: левую сторону украшал резной камин, чуть дальше, в углу, расположилась ширма с гардеробом и роскошной ванной, правая сторона комнаты была завешена шторами, впрочем не мешающими солнцу осветить всю комнату, рядом стоял трапезный стол – тот самый, за которым происходили военные переговоры у стен столицы пол года назад, теперь, впрочем, он служил для более мирных целей; по полу были разложены мягкие тирошийские ковры, а в центре возвышалась трехметровая кровать с высокими перинами и балдахином с искусно вышитыми белоснежными занавесками.    Серсея прошла по комнате, положила сундучок и вино на стол и тихонько направилась к правой стороне кровати.    Раскрыв занавески, она увидела укутанную одеялом молодую девушку, ее распущенные слегка волнистые волосы водопадом были разбросаны на подушках, лицо сияло от пробивающегося из-за штор солнечного света, от чего ее, и без того прекрасный лик, выглядел еще краше.   «Ну что за прелестница», – подумала Серсея и уселась на краешек, положив руку на прикрытый одеялом живот, начала его нежно гладить.    Реакции не последовало, и Ланнистер убрала одеяло с девушки, открыв взору приятную картину обнаженного стройного тела.    «Не носишь ночного белья, проказница? А если я сделаю так?»    Серсея вытащила из потайного кармана стальной кинжал и, взяв его за край рукояти, приставила кончик лезвия к гладкому плоскому животику девушки. Покрутив кончик на нежной коже, она начала тянуть его вверх к мерно вздымающейся пышной груди. Она не усиливала нажим, только оставляла легкую белую полосочку в месте движения клинка. Знакомая манипуляция повторилась на солнечном сплетении и Серсея услышала постанывание – девушка начала просыпаться, тогда Ланнистер потянула клинок к шее, а когда добралась, глаза лежащей наконец открылись. – Хочешь поиграться со мной, милая, – сладко промурлыкала Дейнерис, лениво отклоняя клинок пальчиком. – За этим и пришла, дорогая. Дейнерис потянулась на кровати, пытаясь отогнать сонную дрему, ослепленная ярким солнцем, посмотрела на гостью, которая не без любопытства наблюдала за ней. – Любуешься видом, советница? Как тебе? Нравиться смотреть на голое тело своей королевы? – Еще как, красавица. – Прикоснись к нему, – почти шепотом попросила Дейнерис, подвинувшись всем телом еще ближе к Серсее. Серсея провела ладонью вдоль тела Дейнерис. Ее прикосновения оказались нежными и мягкими, доставив королеве телесное наслаждение. Ей захотелось еще. Она поймала руку львицы и потянула к себе в кровать. – Иди ко мне.    Серсея поддалась и легла на нее сверху, прильнула к ее губам, полностью закрыв ее лицо отросшими золотыми локонами. – Хотела порезать меня, чертовка? – вставила Дени, безуспешно пытаясь скинуть халат с Серсеи. – Не льсти мне. – Мягко убрав со своего тела руки Дени, Серсея перешла губами на шею, грудь, плоский животик. – Только разбудить.    Когда львица опустилась ниже, Дени машинально раздвинула ноги, предвкушая ее дальнейшие действия. – Тогда надо было начинать с этого. – Таргариен направила ее голову к клитору, но Ланнистер остановила ее. – Нет, сегодня я хочу по-другому. – Она перехватила кинжал за полотно и направила рукоять в лоно владычицы. – Ааахх.    Жаждущее тело Дейнерис наполнилось теплом. Откинув голову на подушку, она начала выгибать спину навстречу блаженству. Получив желаемый результат, Серсея вытащила рукоять из влажного лона и отбросила кинжал в сторону. – Теперь ты проснулась, милая? Тогда вставай, совсем скоро подадут завтрак. Ну и конечно, с днем рождения, ваше сонное сиятельство.    Дени только фыркнула ей, встала с кровати и, не утруждая себя одеждой, поспешила открыть шторы, преподнося себя во всей обнаженной красе прекрасному летнему дню, за что была немедленно “наказана”, или, как любила думать сама Дейнерис, “вознаграждена”. Серсея схватила ее за талию, прислонила голой грудью к ближайшей стене и засунула в еще горячее от кинжала лоно свои пальчики и начала двигать ими внутри драконицы. Белая блондинка с готовностью выпятила попку навстречу сладким ощущениям. – Как не вежливо воротить нос от гостей, ваше величество, я ведь могу и обидеться. – Серсея засунула два пальца внутрь на всю глубину, заставив Дейнерис ахнуть.    Голая красавица повернулась к львице лицом и поцеловала ее в губы, взяла ее руку и начала сама вводить в себя ее пальцы, а когда насытилась ощущениями, подняла их к ротику и стала облизывать. – Прости, не смогла удержаться. У тебя такие нежные руки.    У Серсеи округлились глаза. – Ах ты грязная мерзавка. Ну я тебя сегодня проучу. – Очень надеюсь на это Сири, – сказала Дени, припав губами к ее уху, – очень надеюсь, а пока, побудь хорошей девочкой, скажи кому-нибудь накрыть на стол, я приду попозже, хочу осмотреть свои владения с такой высоты. – Не называй меня Сири, поганка, – Серсея шлепнула по попке удаляющуюся Дейнерис и та кокетливо подпрыгнула, заходя на балкон.    Завтрак по наставлению Серсеи им принесла Миссандея, эти вещи львица могла доверить только ближайшей советнице и та как всегда не подвела. Вскоре на стол уже были накрыты блюдца с чашечками для чая, тарелки с фруктами и сладкими кремовыми пирожными. – В Пекло чай, сегодня пьем только благородные напитки, – Серсея взяла принесенную ею же бутылку вина и разлила его по бокалам. – О, это то самое сладкое из Простора? – обрадовалась Миссандея. – Именно, жаль только что мне оно пока не положено, после родов прошел только месяц и мейстер Квиберн настоял чтобы… – Не оправдывайтесь, ваша милость, мы выпьем за вас двойную порцию. – Буду только рада такому рвению ради меня.    Когда Таргариен вернулась с балкона, ее встретили воркующие как две подружки леди. – Ваше величество, с днем рождения, я так рада вас видеть в счастливом настроении. – А я то как рада, Миссандея. – Она подошла к ней и приняла от нее легкий халат, оделась и тоже села за стол. – Что у нас на сегодня запланировано?     Три женщины начали обсуждать предстоящие на сегодня дела и решать как поступить, что сделать в полдень, а что оставить на потом или вообще отменить, так разговор плавно перешел про завтрашний день, затем про следующий и в беседе все чаще начали проскакивать слова о политике, налогах, урожае, поссорившихся лордах. Все это, конечно, было важно, но Дейнерис слушала уже не так охотно. Она попивала вино с пирожными и теперь все больше молчала, предоставляя слово остальным, и от этого становилось скучно, а проводить в таком настроении свой день рождения она точно не собиралась. Нужно было чем-то заняться,  ей хотелось, чтобы этот день запомнился ей надолго, хотелось веселья, но такого, чтобы и ее подруги почувствовали на себе атмосферу ее праздника. Наблюдая за милым воркованием приятной и симпатичной ей компании, из всего многообразия вариантов на ум пришла довольно заманчивая мысль: «А если устроить вместе с ними?...». Но собеседницы уже перестали даже смотреть на нее и Дени решила привлечь их внимание. Она распахнула халат пошире и взяла кремовое пирожное. – Ой, я такая неловкая. – Она начала притворно смахивать с груди кремовое пятнышко, которое сама же и поставила. – Сейчас все исправлю, ваша милость. – Миссандея потянулась за салфетками, но Дени поймала ее руку и с чувством поцеловала девушку в губы. – Ммм, салфетки это скучно, не так ли, милая? Может, ты придумаешь что-нибудь получше?     Советница перешла от губ к шее владычицы, затем к ключице и, наконец, добралась до сладкого кремового сосочка, облизала его и приняла в ротик, начала посасывать.     От удовольствия Дени задрала голову к потолку, взяла себя руками под обе груди и приподняла чуть вверх, придавая им больше пышности. – Ох, да, моя умница, вот так. Не хочешь провести дополнительную уборку?     Миссандея взяла еще одно пирожное и испачкала второй сосочек, перешла губками на него, а затем мазнула полоску крема по центру груди, дошла до шеи и закончила на нижней губе любовницы, попыталась слизать свои художества одним движением язычка. Все это время увлеченные друг другом девушки то и дело посматривали на гостью, расположившуюся как зритель театральной сценки на соседнем стуле.     Серсее нравилось, что она видела, нравилось, как ее дразнят, вожделенными взглядами приглашают принять участие, но поддаваться она не собиралась, пускай изнывают от неудачи своей провокации, пускай умоляют ее присоединиться. И это вскоре сработало. – Миссандея, почему ты так долго одета в присутствии нашей гостьи? Это на тебя не похоже. Разве не хочешь подарить львице свое стройное упругое тело? – Еще как хочу. – Переводчица ослабила завязки на платье и оно одним движением упало на пол. Обнаженная мулатка подошла к улыбающейся золотой блондинке и без возражений поцеловала ее, обхватила шею руками и, усевшись прямо ей на колени, сразу начала тереться об нее внутренней стороной бедер, все больше воспаляя возбуждение. – Как же долго я этого ждала.     Терпеть больше не было сил. Ланнистер освободилась от губ партнерши и посмотрела на сундучок рядом с Дейнерис. – У меня для тебя подарок, Дени. – Что в нем? – То, что тебе должно понравиться, моя милая. Ну, открывай.       Дейнерис подняла крышку сундучка и ахнула, вытащила содержимое на общее обозрение: оно оказалось длинным и прозрачным, с маленьким отверстием на кончике, внутри Дени увидела какую-то белую вязкую жидкость, а про себя подумала: «Это и вправду оно?» – Что моя сладкая хочет сделать со своим подарком?     Дени не стала долго раздумывать над ответом и промурлыкала свое самое заветное желание. – Я хочу видеть его на тебе, когда он будет входить в меня.     Серсея перевела взгляд на Миссандею. – А ты что скажешь, зайка? – Желание королевы - закон.     Обе женщины подошли к Дени и вывели ее из-за стола, первая взяла у нее подарок и надела на себя, а вторая зашла ей за спину, сняла с нее ненужный халат и интуитивно надавила на плечи. Таргариен повиновалась и опустилась на колени. – Скажи еще раз. Что моя королева хочет, чтобы я с ней сделала? – Серсея засунула два пальца в ротик Дейнерис и стала делать ими поступательные движения. Дени и сама стала двигать головой навстречу, а когда ее глаза закрылись, Серсея ловко сменила пальчики на твердую головку искусственного члена. Дейнерис даже не сбавила темп, ей нравилось, что твердый стержень оказался длиннее пальцев, и не преминула воспользоваться таким преимуществом. Она раскрыла ротик на сколько возможно и стала насаживаться все дальше, все глубже, так что ее подарок очень быстро покрылся слюной. – О боги, ваше величество, вы прекрасны. – Миссандея начала трогать себя внизу. Внутри нее все горело. Наблюдая за уверенными движениями госпожи, она захотела также и опустилась на колени рядом с ней. Желание становилось невыносимым, обжигающим, манящим. Она начала гладить свою госпожу по спине, как бы говоря ей: «А как же я? Мне тоже хочется».     Эта картина вызвала у Серсеи насмешливую улыбку. «И это те самые сучки, которые хотели насадить мою голову на пику? Ну и кто теперь кого насаживает?» – Дени, не будь такой жадной, его хватит на вас обеих. И я так и не услышала ответа на свой повторный вопрос.     Дейнерис поднялась на ноги и повернулась к столу, задрала одну ножку и коленом положила на столешницу. – Я хочу, чтобы ты трахнула меня этим прибором, я хочу чувствовать его внутри себя. – Миссандея, помоги нам с этим.     Советница уселась перед лоном Дейнерис, и, прежде чем оно будет заполнено, она приняла член себе в рот и начала сосать, тщательно и с полной отдачей. Она не могла допустить, чтобы ее королева испытывала трудности с принятием его внутрь себя, и когда закончила, своей рукой направила твердый стержень в логово драконьего наслаждения. – Аххх, какой мокрый, Миссандея, ты молодец. Он скользит во мне, я чувствую его длину, его твердость, ахх! Глубже, Серсея, умоляю, ахх да, подари мне его весь, пожалуйста быстрее, ааххх!! – Помолчи, дорогая. Я хочу слышать только твои стоны, этого достаточно.      Процесс был быстро налажен, и каждая из любовниц придавалась тому, к чему у них открылся талант: Миссандея сосала и заглатывала, Серсея входила, а Дейнерис принимала, оглашая пространство сладкими звуками стонов и ударов упругих ягодиц о бедра. – Я хочу кончить, девочки, ах, продолжайте! – Не так быстро, именинница, – Серсея вытащила член и подарила девушкам по поцелую, усаживая обеих на столешницу. – Это еще не все, мои милые. Какой же это день рождения, если подарок будет только один? – Серсея сунула руку в сундучок и вытащила от туда два ошейника, каждый из которых имел большое кольцо в комплекте с тонкой изящной цепью.      Старшая боялась, что это вызовет у них отвращение, но они повели себя иначе. Дейнерис со смешком выхватила у нее ошейник и сразу же примерила – подошло идеально. «Кто бы сомневался». Миссандея поколебалась, но, смотря на свою храбрую королеву, тоже его надела. «Чудесно. Это именно то, что я хотела сделать с вами с самого момента вашего прибытия на континент, а теперь вы сами этого желаете. Что за прелестные грязные создания».      Серсея взяла обе цепи и чуть дернула их на себя. Подруги покачнулись и на их лицах появились улыбки от предвкушения следующих действий. Они жаждали продолжения. – Вы хотите, чтобы я сделала это с вами? – Да, – прозвучало одновременно. – Теперь твоя очередь, советница. – Серсея взялась за цепь и притянула Миссандею к себе, снова поставив на колени перед своим членом.      Переводчица уже по привычке раскрыла рот для минета, но Серсее захотелось другого. Она с силой дернула цепь вниз и Миссандея упала на четвереньки на расстеленный мягкий ковер, Ланнистерша обошла ее сзади и опустилась между ног. Все произошло быстро. Мгновение, и вот уже желанный инструмент проникал внутрь стройной мулатки, даря с каждым толчком яркий спектр эмоций. Пока Серсея трахала Миссандею, Дейнерис пересела на ближайший к ним стул, держа в руке бокал любимого вина, и стала наблюдать, массируя мокрый от возбуждения клитор.      Видя, что Миссандея привыкла к ее толчкам, Серсея усилила напор, стала входить жестче, быстрее. Она подобрала цепь с пола и снова натянула ее на себя, заставляя свою секс-рабыню задрать голову в ее сторону. Всхлипы боли смешались с возбужденными стонами – то, что хотела слышать Серсея, слышать даже теперь спустя полгода после окончания войны. Вспышки ярости все еще посещали ее и она охотно повиновалась им, потому что ей это нравилось, до сих пор. Усладив свои уши чужой болью, она отпустила цепь, перевернула Миссандею на спину, припала к ее горячим губам и продолжила входить в ее лоно. Советница, отдаваясь воли королевы, откинула руки на ковер и развела ноги в стороны как можно шире. Она привыкла, что королева может быть грубой, но уже не обижалась на нее, потому что доверяла, потому что больше не было поводов не доверять.      Дейнерис все это время наслаждалась напитком и смотрела, как ее бывшая соперница трахает ее лучшую подругу, как она прижимает ее голову к полу, как задирает ее попку кверху и входит в нее с нажимом по всей длине члена, как начинает ее буквально душить, а потом они, как ни в чем небывало, нежатся на полу. От накопившегося сексуального напряжения Таргариен текла все сильнее. Ей хотелось того же, хотелось быть желанной, хотелось отдаваться им по первому же требованию в самых разнообразных позах, подчиняться их самым похотливым фантазиям, делиться с ними своим гибким упругим телом, с каждой по отдельности или одновременно, с членом или без. И когда две сплетенные любовницы заметили ее изнемогание, то не преминули воспользоваться моментом. Миссандея на корточках подползла к ножкам Дени и стала их целовать, поднимаясь от пальчиков до колен и дальше к бедрам ласкать ее клитор, так как обычно это делала с ними Серсея: покрывала лоно губами и язычком проталкивалась между стеночек. Сама Дени, подчиняясь движениям цепи у себя на шее, с упоением принимала в ротик член Серсеи, дрочила его одной рукой и заглатывала, когда ошейник снова оттягивался вперед. – Мои ненасытные куколки, – сказала Серсея, когда Миссандея забралась на стул к Дейнерис, открывая тем самым перед львицей две трущиеся друг об друга сочащиеся дырочки, – сейчас я сделаю вас счастливыми.    Первой Ланнистерша трахнула советницу. Вошла в нее с силой, заставив прижаться к Дейнерис всем телом, затем повторила то же самое и с ней, направив член в нижнюю щелочку. Ответом ей были громкие стоны девушек, на что она только ускорила темп, начав поочередно быстро менять то одну партнершу, то другую. Женщины стонали до криков и прижимались друг к другу, размазывая по низу сочащийся нектар, они получали наслаждение, они принимали член вместе, практически одновременно, и также практически одновременно они кончили, и им это понравилось. – Ко мне, мои сладкие.     Доведенные до пика девушки сползли со стула и на четвереньках подобрались к Серсее. Она резко притянула их за цепи и они оказались на коленях у ее ног. – Теперь сосите его вместе.     Девушки начали делать так как сказали и вскоре не пожалели об этом. – А вот и ваша награда. – Серсея начала дрочить член и из него стал выливаться фонтан белой жидкости на личики голых красавиц. Обильные струйки семени вылились им на верхнюю губу, нижние веки, залили лоб, начали стекать на щечки, на подбородок, некоторые капли упали на голые грудь и животик девушек и они инстинктивно начали их растирать, попутно высасывая из члена остатки. Утомившиеся, но счастливые, они оперлись друг на друга, осматривая на себе стекающие жидкости, которые подарила им та, кого они когда-то ненавидели. От нелепости картины хотелось смеяться, но им была нужна передышка, поэтому они просто молчали и смотрели на опустошенный источник своего наслаждения. – Какая прелесть, я же обещала, что мы когда-нибудь сделаем что-то подобное. Вам понравилось? – Теперь это мой лучший день рождения, спасибо, Серсея. – Спасибо, что не убили меня раньше, видите, чем это обернулось, можете считать это моей благодарностью. Дейнерис и Миссандея с триумфом посмотрели друг на друга, у обеих в головах пронеслась одна и та же мысль. – Этот день стал возможен благодаря вашему мудрому дальновидному решению, красавицы, поздравьте друг друга. На волне похоти две девушки сплелись в страстном поцелуе, вознаграждая друг друга за когда-то давно правильно принятое решение.     Раздался стук в дверь и в комнату вошел Тирион. Он прошел несколько шагов вглубь комнаты, смотря в принесенные им бумаги, но когда поднял взгляд, застыл на месте.     Он много раз представлял себе, как бы могла выглядеть вся троица, отбрось они свои претензии и обиды друг на друга. Всегда это представлялось ему по-разному, но уж точно не так как сейчас.     Какова же была его радость, когда спустя всего две недели после последних переговоров у стен столицы обе королевы пришли к нему и сказали, что война окончена, что два непримиримых врага смогли договориться, и Дейнерис даже согласилась оставить Серсею при дворе, но взамен Варис должен был покинуть Вестерос на вечное изгнание, а мастером над шептунами станет Квиберн. Ради мира Тирион доверился и согласился на все условия.    Но шли дни, недели, и у него начали возникать подозрения. А с чего бы они так внезапно решили забыть друг другу все претензии? Почему на каждом совете они сидят рядом друг с другом? Они что, держатся за руки? Почему Дейнерис так на нее смотрит? Серсея дает ей советы, которые та принимает? А как же королевский десница? Серсея отдает распоряжения? Почему Таргариен не пресекает это?    Он объяснял себе все эти причуды природной добротой у Дейнерис, а у Серсеи – желанием держаться за власть любой ценой. Как позже заверил Квиберн, Дейнерис все-таки способна рожать детей, а это прямая угроза положению Серсеи. Не можешь победить – возглавь, так всегда учил их отец, так сейчас поступала Серсея. Но если Дейнерис выйдет замуж, если подыскать ей достойную партию тогда…    С того момента он, как десница, усердно занялся идеей замужества и, как назначенный мастер над монетой, стал вести переговоры с Железным Банком по поводу снятия всех долгов с королевства. День рождения королевы должен был стать идеальным моментом, чтобы вернуть свое влияние, заслужить благодарность матери драконов, пошатнуть властную позицию сестры и, в конце концов, спровадить ее на Утес Кастерли.   План казался ему хорошим, пока он не увидел то, что увидел: голая сестра и стоящие на коленях в общем поцелуе не менее голые королева и ее советница, все обмазанные в чем-то белом, ясно давали ему понять одну простую истину – он проиграл. Не веря глазам, карлик зажмуривал и открывал глаза несколько раз, пока не убедился, что ему не показалось. Попытался заговорить. – Я… кх, кх… я… что тут происходит?     Стоящие на коленях лишь невинно пожали плечами, со смешками переведя взгляд на главную виновницу произошедшего. – Не волнуйся, братец, все хорошо, мы всего лишь решили поздравить нашу любимую королеву с днем рождения. Ты ведь принес ей свой подарок? – Я… вот он. – Тирион постучал костяшками по бумагам в руках. – Железный Банк готов полностью простить нам все долги, но они хотят личной встречи с законной королевой. – Железный Банк? – Переспросила Дейнерис. – Отлично, значит, твоя задумка сработала, Сири. – Задумка? – Не понял Тирион. – Да, чтобы погасить все задолжности короны, Серсея предложила мне переспать с их главным управляющим, а потом еще и со все… – Не надо, я понял. И да, я с ними связался, и они уже плывут сюда, я подключил еще дополнительных советников по финансам, так что встреча должна пройти еще легче. Это мой подарок на ваш день рождения, ваше величество. – Тирион, не зная, что делать дальше, только почесал в затылке.     Наконец подключилась Серсея. – Ну все, девочки, пора умываться, снимайте аксессуары и бегом.     Миссандея встала и быстро побежала к ванне, но Дейнерис не спешила за подругой. Она встала с колен и пошла по комнате демонстративно медленно, изящно веляя бедрами вблизи мягких рук Серсеи, подарила ей воздушный поцелуй. Сама Серсея быстро избавилась от своего инструмента и накинула халат, предложила брату сесть вместе за стол. – Что с тобой, братец, ты приболел? Как то ты хмуро выглядишь. Ты хотел сказать что-то еще?    Растерянный от увиденного Тирион теперь не знал что и делать. – Я... подготовил список – список ваших потенциальных женихов. – Не думаю, что я когда-нибудь выйду замуж, Роберта мне хватило с головой. На счет Дейнерис не знаю, она в последние месяцы была так… солидарна со мной. – Но это необходимо для благополучия государства. Я уверен, что она воспримет идею замужества с энтузиазмом. – Ну, посмотрим. Дени, пожалуйста, подойди ко мне.   Только что успевшая ополоснуться Дейнерис подошла и сразу села ей на колени, обняв за шею, капельки воды стекали по ее телу. – Что-то еще, любовь моя? – Скажи, ты хочешь замуж? – Династия должна продолжаться. Если я встречу достойного мужчину, почему я должна отказываться? – При этих словах королевы у Тириона отлегло от сердца, а Серсею, напротив, такой ответ не устроил. Она приобняла ее и стала нежно гладить по спине и коленям, мягко поцеловала в шею, затем еще раз, и еще, от чего Дени рефлекторно раздвинула ноги. – А если мы когда-нибудь повторим сегодняшний день, и на этот раз я наполню семенем твое лоно, что ты на это скажешь? Дени были очень приятны ласки Серсеи. Мысль о том, что она снова разделит ложе со своим бывшим заклятым врагом распаляла ее сознание. Дени придалась мечтаниям. – Я приму это семя с благодарностью. – Почему? – Потому что это семя поместишь ты, любимая. – И ты...? – ...Смогу родить ребенка. Лицо Серсеи выразило легкое удивление, кажется она имела ввиду нечто другое. Дейнерис и сама удивилась своим фантазиям. А таким ли уж фантазиям? Смотря на Серсею она вдруг ощутила острое желание как-нибудь подтвердить свои слова, добавить им весомости, захотелось порадовать свою любовницу. И тут ее взгляд упал на злополучный стол, за которым они сидели полгода назад у ворот столицы. Темное гадкое прошлое, вот бы забыть о нем навсегда, сделать стол не напоминанием о раздоре, но символом – символом светлого настоящего, символом начала новой жизни. Она посмотрела на его гладкую просторную столешницу из крепкого дуба, опустила глаза на не менее крепкие ножки, которые выдержат не одну кипу бумаг или, может, даже кое-что потяжелее... или кое-кого.... – На этом столе... – Что на этом столе? – Хочу, чтобы ты взяла меня прямо на этом столе. – Дени по девичьи засмущалась, закусив пальчик. – Если ты не против. Серсея не сразу нашла что сказать, но быстро справилась с заминкой. – Проказница. Я... обязательно подумаю над твоим предложением, обещаю тебе. – В глазах Дени заблестели искорки. – А сейчас, иди ко мне.      Две королевы слились в чувственном долгом поцелуе: слишком чувственном, чтобы просто так остановиться, и слишком долгом, чтобы Тирион в полной мере осознал всю тщетность своих попыток в будущем как-либо повлиять своими советами на белую королеву. Отныне и она и ее драконы принадлежат только ей – только Серсее. «Ты смотришь, Тирион? Запомни этот момент хорошенько».    Ланнистерше всегда нравилось злить младшего брата. Это было так весело – смотреть как он корчит рожу и сжимает до бела пальцы на бокале от лицезрения того, как его драгоценная добрая королева, которую он превозносил и лелеял, сейчас сидит голая на коленях у сестры и не жалея губ пытается пропихнуть свой поганый язык в рот злобной стервы. Одного этого было уже достаточно, но Серсее хотелось издеваться над ним дальше. Она подобралась рукой к груди партнерши и стала ее тискать, провоцируя на звуки наслаждения. Чтобы они стали громче, Серсея опустила руку между ног драконицы и стала массировать ее сочащуюся дырочку. От всех этих действий Дени ерзала и пристанывала, а когда терпения совсем не осталось издала громкий стон наслаждения.    «Только посмотри на нее, милый братец. И это та, которая грозила мне страшными пытками за непокорность? Неужели ты и вправду хотел посадить на трон эту мокрую потаскуху? Я разочарована. Хотя мне не стоит удивляться, эта шлюха вполне в твоем вкусе – иноземка, не знающая свое место».    Будто услышав мысли сестры, карлик с силой ударил по столу и две любовницы наконец посмотрели на него. – Что с вами, милорд? – опешила Дени, смотря на багровое от злости лицо десницы. – Хватит, – с глухим треском мертвеца произнес Тирион.    Дейнерис открыла рот, чтобы что-то сказать. Может быть, она хотела оправдаться или, скорее всего, вспылить на советника, но Серсея не дала ей этого сделать. – Не трать время, Дени. Тирион просто хотел еще раз поблагодарить нас обеих за столь малокровное окончание войны. Так ведь братик? Ты же этого и хотел: мир, процветание, драконья королева на железном троне. Разве мы что-то делаем не так?    Тирион молчал и пристально смотрел на Дейнерис, и той стало жутко от его взгляда, по спине побежал неприятный холодок. Она посмотрела на Серсею, на себя саму, а затем снова на Тириона, с каждой секундой внутри нарастало беспокойство, ей мучительно хотелось высказаться, но все слова перемешались в голове.    «Какое вам дело, милорд… я ваша королева и я… ради мира… она же изменилась… я так давно… Джон… она так добра… мир… Железный трон… переговоры…я так устала злиться... компромиссы… ты сам умолял сохранить ей жизнь… она так внимательна ко мне... да как ты смеешь осуждать меня, карлик… я спасла столицу, спасла весь мир… это ты во всем виноват… хватит на меня так смотреть... перестань!»    Покрытая ледяными мурашками она поставила босые ноги на колючий ковер чтобы уйти. – Ступай, милая, одевайся. Совсем скоро прибудут банкиры из Браавоса, не забудь надеть что-нибудь более открытое и соблазнительное, нам предстоят очень важные переговоры. – Серсея отпустила девушку и, напоследок, шлепнула ее по попке. Дейнерис не стала спорить и поспешила скорее покинуть комнату, закрываясь по пути первым попавшимся платьем, за ней последовала и Миссандея.     Тирион проводил их взглядом и только когда дверь за ними закрылась он перевел глаза на Серсею.    Повисла долгая тишина.    Первой решила заговорить Серсея. – Спросишь что-нибудь? – спокойно сказала она, беззаботно рассматривая дорогие кольца на своей руке. – Что ты с ней сделала? С ними обеими? – Ничего, чего бы ни сделал ты, братец. Где-то терпением, где-то уступками, где-то добрыми словами я вытащила наружу все их желания – сначала обычные, как например убийство Грейджоя, а затем, со временем, и потаенные, о которых они, возможно, и сами не подозревали, и использовала все в свою пользу, не мне тебе об этом рассказывать. – Сделала их личными шлюхами посредством пары добрых словечек?! – с презрением прыснул карлик.    Серсея взяла бутылку вина, которую принесла сегодня вместе с сундучком. – Не суди меня, братец, они сами этого захотели, а я не осмелилась отказать матери драконов, нашей законной королеве. Она посмотрела на брата с притворным удивлением. – Ой, а что же это, хотел сделать также же вперед меня, а я тебя опередила? Боги, как же мне неловко.    Она налила себе остатки напитка. – За твое здоровье, Тирион. – Серсея осушила бокал, затем встала, отряхнулась, улыбнулась брату самой добродушной улыбкой и, ничего больше не говоря, вышла прочь из покоев.