Пообещай Мне Кое Что

      — Занка-куууун… — высокий хриплый голос сладко зовёт его. Ну разве может он устоять перед этим исчадием ада?       Знаете, Джаббер… Он такой… Такой… Ах, впрочем, Занка предпочитает оставить комплименты при себе.       Он не очень любит нахваливать Вонгера.       А вот когда тот, сладко развалившись на подушках, смотрит на него, как на свое сокровище, Занка чувствует, как эти хищные глаза цвета фуксии его сжирают, даже на расстоянии.       Это он очень даже любит.       Его футболка приспущена и оголяет выпирающие ключицы, плечо и следы от укусов на шее. Дреды разлетелись по одеялам во все стороны, а ноги в широких хиппи штанах расставлены так, словно приглашают к себе в гости.       Блядь.       Он такой…       Я такой накуренный, — думает Занка про себя в итоге. И в целом не прогадывает.       Покрасневшие глаза Джаббера говорят о том, что он тоже уже под кайфом.       — Ну и чего ты застыл? Нравится то, что ты видишь? — ленивая ухмылка, после которой Джаббер прикусывает губу, довольно щурясь. Занка громко сглатывает.       — Жалкий, — тихо отвечает Ниджику. — Ты такой жалкий, Джаббер.       — Мммм… — он потягивается как кот, да ещё и домашний, что наелся сметаны. Это существо бы запереть в наручники, связать и расстерзать в клочья. Искусать смуглое тело, попробовать на вкус солёную кожу и…       Получить контроль.       Занка приближается ближе. Магнитом тянет, понимаете? Ничего тут, увы, не поделаешь.       — Занка-ку-ун… Хочешь… Хочешь… — Джаббер аккуратно берет его за талию, пытаясь ответить на это начало игры, которая почему-то не особо похожа на их игры на поле боя. Холодные кольца обжигают оголенную кожу, там где шёлковый халат Занки был приподнят.       Наверное, травка совершенно стёрла все границы. Впрочем, пожалуй, это должно было случиться. Всё вело именно к этому. Они уже не раз целовались в конце их стычек. Грязно, с кровью и хрипами от сломанных рёбер. С такой жадностью, словно они знакомы всю жизнь, а не каких-то пару недель. Словно были созданы друг для друга. Словно не могли сопротивляться.       Наедине со мной ты свободен.       И Занка правда свободен. Так, как никогда. Именно Джаббер вскрывает всё, что Ниджику так долго прятал. Не только от остальных, но и от самого себя. Голубой встречается с фиолетовым.       Чёрт, конечно он хочет.       Этот Джаббер… Чёртов гений…       — Заткнись… — Занка целует его, приползая к Вонгеру так, чтобы оказаться нависшим меж чужих ног. Джаббер сжимает его талию ещё крепче.       …которого я трахну.       Пожалуй, самым удивительным открытием младшего Ниджику за всю его жизнь, было то, что губы Джаббера отнюдь не терпкие, не горькие и даже не шершавые.       Они — мягкие.       Пьянящие и такие приторные. Как успокоительное, которое даёт в голову и пускает корни прямиком по вене тебе в сердце. Иллюзия выбора — ты уже в клетке Рейдера.       Одежда шуршит друг о друга, лёгкое трение тел только накаляет комнату. Градус поднимается выше. Занка не знает, чего он хочет больше: сжечь Джаббера или сгореть самому.       Иллюзия выбора. Опять.       — Я тебя уничтожу, слышишь? — и вот, наступает очередь проявлять охотника. Занка чувствует, что он может. Что он хочет. Он должен показать ему то превосходство, которым так одержим. Ведь он здесь главный. — Но… Пожалуй, не сегодня.       А всё потому что всё контролирует лишь один Занка. Только он решает когда они сломают друг друга. Иллюзия контроля, несмотря на то, что Джаббер может истерзать его в любой момент, успокаивает.       Джаббер наклоняет голову, с интересом изучая его. Всё ещё не верит.       — Я люблю этот твой взгляд, знаешь? — внезапно начинает он. — Когда ты весь такой из себя уверенный, с этой холодной сталью в глазах. Но… Ах, милый Занка. Где же твоё безумие, что ты прячешь?       Так вот что ему нужно. Опять он за своё?       —…Мне-       — Нечего скрывать? — легко перебивает Вонгер. Занка хмурится и скалится. Но Джаббер его совсем не боится. Его глаза горят вызовом. — Дохлый номер, Зан, ты уже пробовал, теперь не проканает. Может мне и нравится, что ты смотришь на меня свысока, но… — его взгляд становится таким открытым, что Занка видит там только тьму. — Запомни: я не ошибаюсь.       Пару секунд комнату заполняет тишина. Занка моргает, почти касаясь чужого носа. Этот новый взгляд Джаббера пугает по-настоящему.       Он смотрит в глубину.       Что ж, видимо… Просто трахнуть не получится. Это даже забавно. Можно сказать, смешно.       — Кха… Пха-ха! — вырывается само по себе из глубин души. И всё же, накурило его знатно.       Занка смеётся, закрыв глаза и отвернувшись. Он чувствует, как подрагивают собственные плечи, а грудь передаёт вибрации Джабберу, что лежит под ним и смотрит.       Смотрит и впитывает.       Жадно.       — Я передумал. Это ещё сексуальнее. Смейся почаще, пожалуйста.       — А тебе бы поменьше, чёртов безумец.       — Разве тебя не вставляют гениальные фрики? — Рейдер кокетливо ворочается на постели. — А вообще… Что это за детские игры? Ты сделаешь мне больно, а? Зан-зан? Или… — он приподнимается, говоря это почти в губы напротив. — Может мне называть вас иначе? Может быть… Хозя-       — Нет! — Занка в панике затыкает ему рот. — Это… Э-это слишком… Ахха! Ахха-кха! — Джаббер начинает лизать его ладонь изнутри. Занка убирает руку и вытирает слюни о его щеку. — Хотя… Звучит неплохо. А ты тогда кто?       — Для тебя кто угодно, Зан-Зан.       Блядь. Это слишком грешно. То, что происходит. Занка чувствует себя одержимым. Почему же?       Длинными мозолистыми пальцами он впивается в горло Джаббера, обхватывает его шею и наваливается на него ещё сильнее.       — Да? — невозмутимо поднимает брови Занка.       —…Х-ха! — потемневшим взглядом Джаббер смотрит прямо перед собой. Занка чувствует, как от этого зрелища внизу живота начинает назойливо потягивать. — Сильнее…       — Мы только начали, не переживай, Гиена.       И тогда Занка вдавливает его в матрас собственным тазом, теперь уже отчётливо чувствуя чужую выпуклость в штанах. Бля-я, это не должно быть настолько хорошо. Он душит Джаббера сильнее.       Задушить. Власть. Контроль. Моё.       Это. Блядь. Моё.       Джаббер закатывает глаза, подаваясь бёдрами вперёд, как сучка во время течки.       Он слишком прекрасен. Он такой хороший. Джаббер. Джаббер. Блядь. Джаббер.       — Ты жалкая шлюха, да? — вместо нежных слов, сквозь зубы цедит Занка. — Всего лишь, — он жестоко усмехается, чуть наклоняя голову. Джаббер заворожённо смотрит на эту картину с таким помутневшим от похоти взглядом, что Занка инстинктивно двигается вперёд и назад, создавая трение между ними.       И тогда они оба стонут. А затем целуются, продолжая двигаться. Их зубы сталкиваются, больно стукаясь друг о друга, но ни один из них не жалуется на это.       Идиоты. Просто конченые ублюдки.       Самоё интересное, это то, где они вообще находятся.       В комнате Занки в два часа ночи.       В штабе уборщиков.       Накуренные в хламину ганжой Джаббера.       Если кто-то увидит это — как минимум получит дополнительную психологическую травму. Как максимум… Схватится за сердце и умрёт.       Но, если откровенно, то Занке так кристаллически поебать на все эти уточнения. Сейчас он не в том состоянии. Сейчас он просто животное.       Моё. Это моё!       Джаббер жалобно стонет, а Занка рычит, как рысь. Он наконец перестаёт его душить и смещает руки к лицу, обхватывая мягкие щёки.       Затем — шлепок. Смачный такой звук и последующий томный вскрик. На щеке остаётся след. Красивый такой, в форме ладони.       — Сегодня тебе будет чертовски хреново, знаешь?       Джаббер кивает, не моргая. Холодный взгляд голубых глаз имеет власть.       — Открой рот.       Джаббер послушно открывает. Занка помогает ему, надавливая внутрь щёк большими пальцами. Джаббер вытаскивает язык.       Занка набирает слюну и сплёвывает её прямо в чужой рот. Джаббер какое-то время все ещё лежит с открытым ртом, но вскоре наконец осознает, что произошло и начинает тяжело дышать через нос.       — Закрой, — Джаббер закрывает. — Проглоти, — Джаббер проглатывает.       Пощёчина в другую щёку. Джаббер задыхается, вскинув бёдра навстречу паху Занки.       Занка низко стонет, почти рычит.       — Не двигаться. Ты здесь не главный, — и он был прав. У Занки на правой руке на безымянном пальце одно кольцо от Манкиры Джаббера, без которого его джинки считается неполноценным и не работает.       Джаббер получает желанную боль. Но сам сделать также больно Занке не сможет.       Впрочем, Занке тоже не нужна его милая Айбо, хватает собственной крепкой хватки в дредах и стального взгляда. Его прекрасный посох лежит у стены, наблюдая со стороны за всем этим безумием, что он творит со своим заклятым врагом.       — Я хочу тебя уничтожить, — повторяет Занка, говоря уже тише.       Почему он так много болтает? Почему Джаббер так много молчит?       Он хочет, чтобы он молчал и дальше.       — Ты… Ты можешь встать на колени? — внезапно что-то ломается в привычной уверенности. Джаббер удивляется, он замечает эту смену.       — Что произошло, Занка-кун? Переигрывай.       — На колени, — прочистив горло, повторяет Занка.       Джаббер… встаёт. На пол, но все ещё в одежде. На штанах мокрое пятно. Жалкий. Прекрасный. Жалкий.       Идеальный.       Занка садится на край кровати. Джаббер не упускает времени и тут же набрасывается к его штанам, спускает их сразу вместе с трусами и они оба тяжело вдыхают, когда из-под них выскальзывает возбужденный член, покрытый естественной смазкой.       Джаббер успевает только облизнуться, прежде чем кинуться на блюдо. Занка громко стонет, когда мокрый язык без стыда облизывает его ствол так, словно это леденец.       — Бл- Блядь!       Джаббер стонет, проходясь языком по уздечке.       — Боже, хозяин, это так вкусно. Пожалуйста, я сделаю всё, что угодно. Я… — он не успевает договорить, так как Занка хватает его за дреды и опускает голову вниз, заставляя принять член по самую глотку.       Ебать. А это неплохо. Занка наклоняется и дёргает за дреды, подстегивая двигать головой. Джаббер повинуется и сосёт так, словно это всё, что ему когда либо было нужно. Господи, это почти нирвана, Занка клянётся. Он резко снимает чужой рот с собственного члена, тяжело задышав.       — Вернись ко мне, — Занка хлопает по коленям, призывая питомца к себе. Джаббер чем-то походил на его домашнего пёсика, который предан ему больше, чем кто либо. Который правда видит его.       Джаббер садится к нему на колени. Занка ликует в душе.       Но в этот раз, слова внезапно срываются сами по себе.       — Блядь, ты такой красивый.              Румянец на смуглой коже удивителен. Занка запомнит этот оттенок на всю жизнь. Это его любимый цвет. Как он мог так сильно смутиться такой ванильщине? Это ужасно неловко. Занка краснеет тоже.       Эта ночь — лучшее, что случалось с ними.       Вскоре Джаббер припускает собственные штаны. Занка лишь усмехается. Его руки не спешат найти его член или дырочку. Его руки блуждают по чужой заднице, ощупывая её впервые так внимательно и с таким удовольствием.       Чувство собственничества колоссально. Но оно и не удивительно. Какая же у него охуеная задница. Как такое возможно? Он такой худощавый, но видно подкачанный. Но в тоже время такой приятный на ощупь? Кажется, что он сходит с ума. Джаббер извивается до тех пор, пока Занка не припускает его боксёры ещё ниже и шлепает его по заднице. Джаббер прилегает к груди Занки и трется.       — Ненасытный, да? Ещё хочешь, а?       Джаббер двигается бедрами навстречу, наплевав на все нормы и прикусывает губу.       — Эй. Я с кем разговариваю?       Занка берет его за подбородок. Они внимательно смотрят друг на друга, пока Занка не решает засунуть ему в рот два своих пальца. У него мокрый и тёплый рот, который он изучил уже разными способами. Слюна окутывает его пальцы, Джаббер томно сверлит его взглядом, пока Занка наконец не вытаскивает их и не находит дырочку Джаббера.       Джаббер в нетерпении начинает скулить. Жалкий. Жалкий! Жалкий!       Занка вставляет пальцы по одну фалангу. Гладит его спину, держит за футболку. И, немного подождав, начинает плавно двигать ими вперёд назад, влево вправо. Джаббер пиздецово узкий. Это и плохо и хорошо. Много мороки в общем. Тем не менее, Вонгеру от этого ещё лучше. Хотя, он бы и без смазки смог потрахаться наверное, настолько он конченый. Джаббер в какой-то момент настолько погружается в процесс, что начинает насаживаться на пальцы сам. Господи, это великолепно.       — Похуй на подготовку, пожалуйста… — пощёчина. — Хф-ха! — удар по заднице. — Вставь.       Занка теряется, словно ненадолго возвращаясь в реальность. Он привстаёт вместе с ним и переворачивает их на другую сторону так, чтобы он вновь мог быть над Джаббером.       — Что ты сказал? — снова засовывая пальцы ему в рот, мило переспрашивает Занка. — Я не расслышал.       — Трахни, Занка. Просто… Трахни уже меня.       Занка слушается. Подносит смоченную ладонь к своему члену и приставляет его в жаждущей дырочке. Поводя немного по входу, головка плавно входит внутрь, исчезая по ту сторону. Джаббер тут же напрягается, отчего Занке кажется, что его член сломают.       — Шире ноги, шлюха.       Он немного выходит из него и одним резким движением входит до конца. Пробивая его своим членом тёплое влажное тело. Джаббер стонет ему в шею. Жалобно. Высоко. Счастливо.       Это подстёгивает сойти с ума окончательно. Занка без лишних слов начинает двигаться в несколько раз быстрее. Его тело само задаёт жёсткий темп и всё уносится в ебанутое совершенство. Больше ему ничего не надо. Только эта блядь под ним.       А ведь они реально идеальная пара. Что же будет с ними дальше?       Джаббер его муза. Которую он решил подчинить себе. Опасный трюк. Джаббер всё равно был опасен.       Снова иллюзия? О да.       Правда трахаться с ним пиздец как хорошо. Теперь Занка всё понял. В свои восемнадцать он вовремя. Лишается девственности с чёртовым врагом.       — Так тебе, сучка! — рычит он, вновь начиная душить его обеими руками. Джаббер задыхается, но счастливо мурлычит, пока его жёстко и грубо трахают. — Я буду использовать тебя как свою игрушку. Я победил. Да? Я победил, блядь, понял?       Джаббер не понял. Он вообще где-то не здесь. Кажется, что уже кончил, или собирается окончить ещё раз. Занка поможет ему.       — Открой рот, — приказывает он.       Джаббер открывает. Занка сплёвывает ему в рот, загоняя член с корнем.       — Проглоти, — говорит он и впервые прикасается к его истекающему члену, надрачивая его так жёстко, что из глаз Вонгера текут слёзы. Он проглатывает слюну ровно в тот момент, что кончает. Поэтому он лишь икает и дёргает бедра в экстазе. Занка загоняет в него ещё несколько толчков и изливается уже ему на живот.       Ну и что это было?

***

      Встречая рассвет, Джаббер никогда не думал, что встретит что-то похожее на любовь. Любовь — слишком громкое слово для Джаббера. Хотя, он знаком с этим чувством. Любовь в его понимании это безумие. Воплощением которого он и являлся.       Но… Любовь также для него и боль. Что даже важнее.       Именно поэтому его близость с Занкой кажется ему чем-то романтичным. Даже если они просто дерутся насмерть, а не трахаются как кролики.       Тем не менее Джаббера устраивает и то и другое. Главное, чтобы он это почувствовал. Главное, чтобы не было скучно.       Его голова кажется тяжёлой после этой ночи. Она так хорошо уложилась на плечо Занки пару минут назад, что теперь это кажется новым домом. Он обнимает его за эту невероятно тонкую талию и наклоняет их так, чтобы они легли в такой позе.       — Пообещай мне кое что, — тишину прерывает хриплый от секса голос Занки.       — Да, бейб?       — Ты никогда не изменишься. Никогда не перестанешь так смотреть на меня.       Джаббер всё понимает без слов.       Они наконец засыпают.             Всё замечательно.