Глава 56. Драко: 8 сентября
30 ноября 2025 г., 14:51
8 сентября 2000 года
Гермиона, Передай Шеклболту, что я готов с ним встретиться через три дня, в полночь. Неделя выдалась кошмарная. Стены будто сжимаются со всех сторон. Твое письмо пришло как раз перед тем, как мне нужно было аппарировать на север, — на задание, если это вообще можно так назвать. До сих пор нам невероятно везло и письма приходили в удачный момент, а тут у меня была всего пара мгновений, чтобы решить, что делать. Некогда было читать, но оставить его я не мог. Следовало сжечь, но у меня и так нет почти ничего связанного с тобой — одни обрывки. Я просто не смог уничтожить письмо, не узнав, что ты написала. В итоге я сунул его во внутренний карман мантии, прямо у сердца, и аппарировал. Пока я жив, буду помнить, каково это — носить частичку тебя с собой. Новый круг ада, которого я прежде не знал. Каждую секунду я представлял, что ты рядом, что ты наблюдаешь, что ты видишь все, что я делаю. Представлял, что потом ты не сможешь на меня смотреть, — так же, как я сам с трудом смотрю на себя. Понимание того, что у меня нет выбора, что эта мерзость — цена победы, что все это делается ради высшего блага, не помогает. Высшее благо. Интересно, что бы подумали магглорожденные, с которыми я столкнулся на этой неделе, если бы знали, что все, что с ними сделали, мне могут простить? Будь среди них легилимент, он, возможно, услышал бы, как я кричу: «Мне жаль. Это не моя вина. Это не моя вина». Как будто мое сожаление хоть что-то могло изменить когда-либо. Домой я вернулся совершенно опустошенным. Я уже почти написал тебе, чтобы вместо помилования меня похоронили в Азкабане. Я чувствовал, что мои руки никогда не станут достаточно чистыми, чтобы касаться тебя. А потом я достал твое письмо, которое жгло мне грудь больше суток, и будто снова смог дышать. Что за магию ты вкладываешь в свои слова? Ты рассказываешь мне о нашем будущем — и я вижу его почти наяву. Ты пишешь об искуплении — и я могу поверить, что оно вообще возможно. И начинаю думать, что все сведется к одному-единственному моменту. К этому решающему мгновению, когда каждая дерьмовая часть моей жизни, каждая ошибка, которую я когда-либо совершил, будет уравновешена тем, что я делаю сейчас. И если я все сделаю правильно, если сделаю достаточно, все ужасное каким-то образом будет стерто. Я знаю, как бы все ни закончилось, глупо надеяться на что-то вроде чистого листа. Но я жажду этого до боли отчаянно, словно тереблю незаживающую рану. Словно могу изменить вселенский порядок, если буду сражаться достаточно яростно. Словно просто не способен потерпеть неудачу — будто это невозможно, не тогда, когда я так сильно этого хочу. Не тогда, когда я так сильно хочу тебя. Я знаю, ты устала. Если бы был хоть какой-то способ сделать все в одиночку, полностью избавить тебя от этого кровавого кошмара и найти тебя уже после, я бы выбрал его, не раздумывая. Но вместо этого мне приходится эгоистично просить тебя поторопиться. Скажи Поттеру, чтобы и он поспешил. Скажи ему, что он должен закончить эту войну, потому что я больше не могу выносить разлуку с тобой — ни еще месяц, ни год, ни даже час. (А потом обязательно расскажи мне, как он при этом выглядел. Мерлин, я бы все отдал, чтобы увидеть его лицо.) Лучше не пиши мне до моей встречи с Шеклболтом. Завтра я встречаюсь с Грейбэком (можешь представить, как сильно я этого жду), и я не уверен, что он не почувствует твой запах, если письмо придет в его присутствии. Конечно, я расскажу тебе каждую деталь встречи, даже если Шеклболт захочет скрыть что-то от тебя. Неужели ты до сих пор не поняла, что я дам тебе все, что ты попросишь? Скоро, маленькая мятежница. Уже скоро. Твой Д.
